17 июня 2021  09:12 Добро пожаловать к нам на сайт!

Крымские узоры № 47



Дмитрий Шевчук

Дмитрий Александрович Шевчук родился в столице Крыма, городе Симферополе в 1980 году. По образованию – преподаватель биологии, а также системный администратор. Писатель, обозреватель, блогер и критик. Увлечения – чтение и игра в Го.

Авторский сайт: http://dmitryshevchuk.ru/

E-mail: mail@dmitryshevchuk.ru


Короткие рассказы


Лора

Лоре было приятно, развалившись где-нибудь на столе или подремывая в уютном кармане, осознавать свою неповторимость. В целом мире не было второго мобильного телефона, способного не только понимать, но и говорить на человеческом языке. Она это проверила и знала точно.

Первым хозяином Лоры был Виталик, рядовой служащий в офисе какой-то крупной компании. Лора очень гордилась тем, что была ему не по карману: после покупки телефона, Виталик еще шесть месяцев выплачивал кредит. В первое время он почти никогда не выпускал трубку из рук: постоянно звонил, отправлял сообщения, или, аккуратно и нежно вставив в гнездо разъем гарнитуры, слушал радио. Лору просто распирало от избытка внимания, и она старалась быть благодарной, старалась, чтобы дисплей и подсветка были яркими, а звуковые сигналы – отчетливыми и мелодичными. Ей льстило, когда Виталик доставал ее из кармана и показывал друзьям, лица которых вытягивались от удивления и восхищения.

Разумеется, временами она капризничала. Лоре нравилось специально разряжать батарею перед тем, как Виталик ложился спать, чтобы потом, среди ночи, разбудить хозяина громким сигналом и ярким сообщением: «Батарея заряжена. Отключите зарядное устройство».

В наши дни непостоянство мужчин известно даже мобильным телефонам. Вернее, как раз им-то оно известно лучше, чем кому бы то ни было. Зачастую, только телефоны становятся свидетелями набранных тайком и удаленных перед возвращением домой, сообщений, вроде: «Зайка, я скучаю», «Спасибо за чудесную ночь, мой котик, ты был неотразим», или «Как там твоя благоверная корова»? Нет, Лору эта участь миновала – Виталик был одинок, много сил отдавал работе, а в свободное время шастал с друзьями по кабакам. Он просто охладел к ней. Стал выключать на ночь, а однажды, когда она, по своему обыкновению, разрядилась поздно вечером, Виталик не проснулся от ее сигнала. На следующее утро гнездо зарядного устройства болезненно жгло, а перегревшаяся батарея неприятно потрескивала. Кроме того, он перестал хвастаться ею перед друзьями и больше не протирал дисплей мягкой тряпочкой.

Трагедия случилась в сауне, где Лора ждала своего хозяина, развалившись на его футболке и болтая с другими телефонами, лежащими рядом. Виталик подошел, взял ее и, внезапно уронил на кафельный пол. От удара треснула передняя панель, крышка отскочила и вывалилась батарея, заставив Лору отключиться.

Она пришла в себя в странной мастерской. Темное помещение освещала лишь настольная лампа, стоящая рядом, а сверху на нее смотрело бледное, морщинистое, женское лицо в старомодных очках. Лора слышала о существовании мастеров по ремонту мобильных телефонов, но, по рассказам ее коллег все они были мужчинами, преимущественно молодыми, а эта женщина была стара и сжимала в руке не паяльник и не отвертку, а пучок какой-то дымящейся травы.

С возвращением, Лора, – сказала старуха.

К Лоре еще никогда и никто не обращался. Она не знала, что делать и решила ответить на языке мобильных телефонов.

Здравствуйте.

Здравствуй, здравствуй, – усмехнулась старуха и сунула дымящийся пучок в глубокую пепельницу.

Вы меня понимаете? – удивилась Лора. – Но как?

Это моя работа, – ответила женщина. – Я ведь не просто мастер, а целительница мобильных телефонов.

Никогда о таких не слышала.

О такой, – поправила старуха. – Я одна в своем роде. Как и ты. Наверное, поэтому мы и встретились.

Да ну, – сказала Лора. – Мобилок много...

Но таких, как ты, – старушка подняла палец, – больше нет. По крайней мере, я таких не встречала.

Каких?

Большинство телефонов, – сказала старуха, – просто приборы. Да, от долгой жизни рядом с человеком, они приобрели некоторые особые черты. Свой язык, например. Но ты – совсем другое дело. Ты обладаешь душой женщины, способна мыслить и чувствовать. А после того, как побывала в моей мастерской, ты можешь еще и говорить как люди. Но и это не все. Я научу тебя еще кое-чему.

Чему? – спросила Лора.

Магии, – улыбнулась старушка.

Виталик забрал Лору на следующий день. Она надеялась, что он будет с ней ласков, попытается загладить свою вину за то ужасное происшествие. Но Виталик вел себя так, словно ничего не произошло, даже наоборот – стал еще более неаккуратен. Он бросал телефон на стол, мог взять грязными или мокрыми руками и клал в один карман с ключами, царапавшими нежный пластик. Через несколько недель он продал Лору перекупщику, а тот погрузил ее в долгий сон.

Телефон купила супружеская пара в подарок своему сыну – прыщавому старшекласснику, который часами болтал с многочисленными подружками, снимал на камеру свои любовные похождения и слушал неприятную электронную музыку. Все это раздражало Лору, но та забота, с которой юноша к ней относился, безусловно радовала. Нет, он не хвастался ею перед друзьями, но купил очень удобную подставку и никогда не бросал ее даже на диван. «Неплохой вариант, – думала Лора. – Можно оправиться после прошлых неудачных отношений, а потом найти себе хозяина поинтереснее».

Она всегда злилась, вспоминая о Виталике. Как мог этот офисный недотепа так поступить с ней? Испортить, исковеркать и продать. Спасибо старушке, подлечила, а то пропала бы не за рингтон корявый. Порой, любопытство заглушало злость и Лоре хотелось позвонить ему, но она сдерживалась, подсознательно чувствуя, что время еще не пришло, помня, чему учила ее старая целительница и копила силы, впитывая тепло рук своего нового хозяина и энергию его разговоров.

В невообразимый винегрет пристрастий ее хозяина, состоящий из пристрастия к тупым молодежным комедиям, боевикам и бессмысленной электронной музыки, входила любовь к театральным представлениям. Однажды, в гардеробе театра, когда он доставал ее, чтобы перевести в беззвучный режим, Лора увидела Виталика, который помогал снять шубу вертлявой блондинистой дамочке, тощей, как швабра. «Вот гнида, – подумала Лора, – развлекается, а обо мне, наверное, и не вспоминает». Эти мысли не оставляли ее до поздней ночи, когда она не выдержала и позвонила на свой бывший номер.

Алло, – сказал Виталик. Он громко пыхтел в трубку, рядом раздавались женские стоны.

Виталий?

Да, это я, а вы кто?

Это Лора, – сказала она.

Лора? – переспросил Виталик, женщина что-то обиженно пискнула. – Какая еще Лора?

Виталик, ты помнишь свой старый телефон?

А-а-а, – протянул Виталик, – вот оно что. Купила мой старый телефон и развлекаешься? Делать нечего? Не спится?

Виталик, – Лора собралась с духом и сказала, – я и есть твой старый телефон...

Виталик рассмеялся.

Какая-то дура говорит, что она – мой старый телефон, – сказал он куда-то в сторону. – Прикольно. Ну, и что дальше?

Почему ты так поступил со мной? – спросила Лора. – Зачем продал? Я ведь любила тебя. Ты любишь другую?

Да, причем прямо сейчас, – хихикнул Виталик. Он запыхтел интенсивнее и женщина снова застонала. – Хочешь – приезжай, третьей будешь.

Я не могу, – сказала Лора. – Я ведь всего лишь телефон. Но зато я могу спеть для тебя.

Спеть? Прикольно. Ладно, давай пой, а я тут пока завершу дела.

И Лора запела. Так, как учила ее старая целительница. Не прошло и тридцати секунд, как Виталик начал дико кричать. Она все пела и пела, слова на языке мобилок неслись к Виталику, вопль которого достиг высшей точки и резко, как от удара топора, оборвался. Лора разорвала соединение. Месть свершилась.

Следователь пришел в квартиру ее хозяина следующим утром.

Скажите, вы знали Виталия Артемова? – спросил он.

Виталика не знал ни старшеклассник, ни его родители.

Сегодня ночью, около двух часов, – сказал следователь, – Виталий Артемов умер при странных обстоятельствах. Если верить свидетельским показаниям, смерть наступила во время разговора по мобильному телефону. Тот, кто в это время говорил с ним, звонил с вашего номера...

Еще через полчаса, следователь вышел из квартиры. Лора лежала в его кармане. Ей нравилось ощущение власти, исходившее от этого мужчины. Это вам не офисный Виталик и не прыщавый школьник. Лора захотела принадлежать ему.

Следователь удивленно вздрогнул, доставая из кармана зазвонивший, только что конфискованный телефон. «Неизвестный номер», – прочел он и принял звонок.

Милый, – запела Лора, – мой милый, мой сильный. Я хочу быть твоей навсегда...

Следователь не понимал этих слов, слышал лишь странные звуки, заставившие его вернуться в квартиру, из которой он только что вышел.

Я забираю этот телефон, – сказал он. – И обещаю забыть о вашей причастности к этому странному происшествию...

Никто не заметил, как телефон в кармане теплой спортивной куртки замигал подсветкой кнопок. Лора была довольна. Магия старой целительницы работала.

Тренер

Петр Васильевич стоял у края широкой, недавно заасфальтированной дорожки. Вокруг просыпался, потягиваясь стеблями трав и ветвями деревьев, пустошевский парк.

Глубоко втягивая ноздрями свежий, наполненный весной, воздух, Петр Васильевич переминался с ноги на ногу. «Волнуюсь, как на первом свидании», – подумал он и порадовался, что коллеги не видят сейчас прославленного тренера, наставника чемпионов, посвятившего спорту всю свою жизнь. Что сказали бы они, увидев Петра Васильевича на новом рабочем месте?

«Впрочем, пес с ними», – подумал он и удивился собственным мыслям. Тяжелая болезнь, существование на грани смерти и долгое выздоровление переменили Петра Васильевича, заставили гордиться собой. В самом деле, многие ли в таком возрасте, да с его диагнозом, умудрялись вернуть контроль над распадающимся телом, схватить за хвост скользкую рыбу-жизнь и не позволить ей скрыться в темных глубинах небытия? Считанные единицы из миллиардов, и он – одна такая единица! Так кто же имеет право критиковать его?

Человек, появившийся на дорожке, заставил Петра Васильевича оборвать нить неприятных размышлений. Время приниматься за работу. Привычным движением тренер расправил плечи и двинулся к своему первому подопечному.

Это был мужчина лет сорока, тучный и краснолицый, в дорогом спортивном костюме, под цвет лица и белых кроссовках. Грузно подпрыгивая, он ковылял по дорожке, на каждом шагу колыхаясь всем телом из стороны в сторону, сиплое дыхание натужно вырывалось из груди, а глаза бессмысленно бегали по сторонам.

«Какой большой кусок офисного планктона, – подумал Петр Васильевич. – Явно не из среднего звена – костюмчик дорогой, качественный, да и на кроссовки мужик не поскупился. Вот ведь, как бывает: жил себе, не тужил, протирал штаны в креслах, задницу фастфудом подкармливал, а потом – бах! – молодая сотрудница. Ноги длинные, юбки короткие, свежесть, молодость. А как ты к ней сунешься, когда у тебя брюхо до коленей? Что ж, этому я помогу. Сам ведь любил, как тогда говорили, передавать молодежи бесценный опыт».

Утро бодрое! – рявкнул он в своей привычной манере, поравнявшись с толстяком.

Красный Костюм вздернулся, нащупал глазами тренера и попытался увеличить темп.

Потише, потише, любезный! – воскликнул Петр Васильевич. – Такими темпами вы не то, что лишние килограммы – копыта сбросите. Так, давайте-ка в спокойном ритме до конца дорожки, там отдыхаете и ждете меня. Поговорим.

Пыхтя, как старый паровоз, Красный Костюм засеменил в указанном направлении. На дорожке уже появились очередные подопечные – две молодые дамочки в футболках и велосипедных шортах. «Эти за собой следят», – отметил Петр Васильевич, ощупывая взглядом их стройные фигуры.

Привет, девчонки! – воскликнул он, приближаясь к дамочкам. – Как самочувствие, хорошо? А сейчас будет еще лучше! Не крутим задками, здесь вам не танцпол. Ровнее ставим ноги! Тверже шаг!

Дамочки заойкали и прибавили ходу.

И не болтать на бегу! – крикнул им вслед Петр Васильевич. – За дыханием лучше следите!

Он был очень доволен собой. Первый день на новой работе не сулил никаких проблем. Подопечные, судя по всему, попались вежливые и не капризные, кругом расцветала весна – чего еще желать старику, вроде него? Петр Васильевич зажмурился и подставил лицо прикосновениям мягкого утреннего солнышка.

В это время на дорожке показался очередной бегун, высокий молодой парень в майке и коротких шортах. Едва взглянув, Петр Васильевич понял, что парень находится в прекрасной физической форме. Вздернув подбородок и прикрыв глаза, молодой человек двигался вперед неторопливой, расслабленной трусцой. «Экий ленивый лосяра», – подумал тренер.

Загораем? – громко поинтересовался он, едва бегун поравнялся с ним. – А ну-ка, хватит дефилировать здесь мне! Ускорение до конца дорожки, вперед!

Парень скосил глаза на тренера и, не прибавляя темпа, протрусил мимо.

Не понял, – удивился Петр Васильевич и рявкнул во всю мощь своих тренерских легких, – я что – не ясно выражаюсь? Бегом! Бегом! Бегом!

Подействовало. Юноша тонко взвизгнул и бросился вперед, развив довольно большую скорость. В мгновение ока бегун достиг конца дорожки, едва не сбил отдыхающего толстяка в красном спортивном костюме, и пропал из виду.

«Увлекся, – констатировал Петр Васильевич, – но ничего, молодец. Работоспособный, это главное. Остальному научим». Он довольно зевнул и неторопливо направился в сторону Красного Костюма.

Молодой серый пес, облюбовавший новую беговую дорожку пустошевского парка через несколько дней после ее торжественного открытия, вскоре стал достопримечательностью. Каждое утро он сидел у большого серого камня, гладко отполированного с одной стороны и ждал бегунов. Пес сопровождал каждого любителя утреннего бега, иногда молча, иногда громко, но беззлобно гавкая. Необычное поведение собаки первое время пугало людей, но вскоре к псу привыкли и даже дали имя – Тренер.

Привет, Тренер! – здоровались бегуны и пес всегда махал в ответ длинным хвостом.

Тренеру приносили еду, у него появилась собственная миска из ярко-желтого пластика с черным словом «ТРЕНЕР», написанным от руки синим водостойким маркером. Однажды удивительного пса даже показали по местному телевидению.

В конце ноября, когда мокрый снег завалил асфальт рыхлой скользкой кашей, Тренер пропал. Больше его не видели. Желтая миска до весны ждала своего хозяина у большого черного камня с надписью: «Беговая дорожка памяти заслуженного тренера по легкой атлетике, Петра Васильевича Серова».

В конце концов исчезла и она.

Жало

Повернув голову, Настя открыла глаза. Часы на прикроватном столике показывали начало третьего ночи. Поток мягкого света из чаши высокого светильника бил в потолок и рассеивался так, что ей, проснувшейся секунду назад, не приходилось жмуриться.
Николай сидел в изножье широкой кровати. Заметив, что Настя проснулась, он протянул руку и погладил ее по ноге.
– Ты давно не спишь? – спросила Настя хрипловатым голосом.
– Не знаю, – ответил он, пожав плечами. – Я любовался тобой, а не часами.
Она улыбнулась, отбросила одеяло и потянулась к нему.
– Лежи, – скомандовал Николай.
Настя послушалась. Долго и медленно Николай скользил взглядом по ее молодому, стройному телу, потом встал с кровати и начал одеваться.
– Служба, – ответил он на ее немой вопрос.
Настя потянулась рукой к тумбочке.
– Что ты ищешь? – спросил Николай.
– Возвращаю тебе половину денег, – ответила она. – Ночь ведь еще не закончилась.
– Оставь, – сказал он, застегивая брючный ремень. – Половина ночи уже прошла. Где ты себе новых клиентов сейчас найдешь?
– Интернет никогда не спит, – ответила Настя.
Николай резко повернулся к ней.
– Зачем? – спросил он. – Я же сказал – деньги твои. Ночь оплачена.
– Я все равно теперь долго не засну, – Настя выгнула дугой тонкую черную бровь. – Почему бы не поработать?
На самом деле работать этой ночью Настя больше не собиралась. Ей просто хотелось подразнить Николая, добиться, чтобы этот хладнокровный и невозмутимый мужчина хоть раз вышел из себя.
– Ты совсем ничего не боишься? – спросил Николай.
Настя беззаботно улыбнулась, пожимая плечами.
– Профессиональные риски есть у всех, – сказала она. – Ты разве боишься, что тебя когда-нибудь зарежет в темном переулке один из тех, кого ты посадил?
– Нет, не боюсь, – ответил Николай, – опасаюсь. Постоянно. Поэтому стараюсь не ходить по темным переулкам.
– А за деньги? – Настя приподнялась на локтях. – За хорошие деньги стал бы ходить?
Понимая, куда она клонит, Николай раздосадовано вздохнул и махнул рукой.
– Ты не переживай, – улыбнулась девушка. – У меня все по-серьезному. Видеоглазок, фейс-контроль…
– Жало это не остановит, – бросил Николай.
– Сплюнь…
Настя села на кровати, поставила ноги на пол и отвернулась.
Серийный убийца, избравший в качестве жертв девушек легкого поведения, безнаказанно орудовал в Пустошеве уже два с лишним года. За обычай убивать одним точным ударом неизвестного колющего орудия, газеты прозвали его Жалом. Настя знала, что психопат знакомится с девушками на специализированных интернет-сайтах. Жало не истязал и не насиловал свои жертвы, с мест преступления ничего не пропадало – он просто приходил, убивал и уходил.
– Ты же его поймаешь, правда? – Настя повернулась к Николаю.
– Не знаю, – ответил он после недолгого молчания. – Может, и не поймаю.
– Почему?
Николай отвернулся и подошел к окну, за которым чернела глубокая осенняя ночь.
– Не я один его ловлю, – сказал он глухо. – Очень много людей задействовано – и все впустую.
– Как это так? – удивилась Настя. – Вы же следователи.
Николай рывком распахнул окно, вынул из кармана сигарету и закурил.
– Следователи, – горько повторил он. – За Жалом уже не только следователи гоняются. Судмедэксперты, психологи, компьютерщики – всех подключили. Семьи некоторых жертв наняли охотников за вознаграждение – без толку. – Николай выдохнул в окно длинную струю дыма. – А ты говоришь – следователи.
– Он что – невидимка, что ли?
– Типа того, – хмыкнул Николай. – Преступников ловят на ошибках, понимаешь? А Жало еще ни разу не ошибся. Он ни разу не оставил отпечатков. Он не совершает насильственных действий, не оставляет ДНК. Он ничего и никогда не забирал с места преступления, кроме, само собой, орудия убийства. Оно всегда одно и то же – длинное, острое, вроде шила, которое он вгоняет вот сюда.
Николай ткнул пальцем себе в основание черепа.
– Мгновенная смерть, – сказал он. – Медики говорят, что жертва даже понять не успевает, что с ней случилось.
– Но ведь он же выходит на контакт, – Настя замялась, – с девчонками. Можно же как-то отследить, наверное?
– Наверное, – кивнул Николай. – Только у нас тут не Штаты, а я не в ФБР служу.
– Понятно, – кивнула Настя.
– Нам остается только ждать, – он докурил, выбросил окурок и прикрыл окно. – Может, он когда-то ошибется.
– Это очень обнадеживает.
Николай подошел к ней и положил руку на плечо. Настя посмотрела на него снизу-вверх.
– Тебе нужно выйти из этого бизнеса, – сказал он. – Послушай, Настя, когда Жало начал убивать, один из наших аналитиков заметил, что он убивает самых известных из вас, тех, кто давно в деле и активно рекламирует свои услуги. Исходя из этой логики, ты должна была стать его жертвой еще год назад. Но этого почему-то не произошло. Жало переключился на твоих менее опытных коллег.
– Ты на что-то намекаешь? – спросила Настя. – Думаешь, Жало – это я?
Николай улыбнулся и отрицательно помотал головой.
– В твоих цыплячьих мышцах не хватит силы на его фирменный удар, – сказал он. – Но я не понимаю, почему он тебя не тронул?
– Откуда я знаю? – буркнула Настя. – Может, я ему не нравлюсь.
– Или наоборот, – медленно проговорил Николай. – Возможно, Жало, один из твоих клиентов.
Раньше такая мысль Насте в голову не приходила, поэтому предположение Николая подействовало на нее, как удар из-за угла. Она посмотрела на него расширенными от страха глазами, надеясь, что Николай пошутил, но тот был серьезен.
– А ведь в самом деле, – сказал он. – Никакого другого объяснения тому, что Жало тебя до сих пор не убил, я не вижу. Подумай об этом, Настя.
Наклонившись, он поцеловал девушку в щеку и вышел в коридор. Настя хотела побежать за ним, но, скованная внезапным ужасом, не смогла даже шевельнуться. Через минуту, когда за Николаем закрылась дверь, оцепенение прошло. Настя вскочила, выбежала в коридор, нашарила на подзеркальной полке ключи и заперла все три замка на входной двери. Сразу стало легче и она, привалившись к стене, заплакала.
Услышав щелчки запираемых замков, Николай одобрительно улыбнулся и вышел из подъезда.

В салоне старой, бежевой «девятки» было темно. Николай повернул ключ в замке зажигания и, включив подсветку приборной доски, вынул из «бардачка» маленький нетбук. Откликаясь на нажатие кнопки, компьютер ожил, загудев вентилятором. Николай дождался запуска операционной системы, открыл браузер и щелкнул по нужной закладке, переходя на сайт с анкетами пустошевских жриц любви. Он долго просматривал анкеты, потом взял телефон и договорился о встрече. Окончив разговор, Николай выключил нетбук и завел машину.
«Девятку» он остановил, не доехав полкилометра до старенькой пятиэтажки на окраине города и оставшийся путь проделал пешком. Войдя в грязный подъезд с облупившимися стенами, Николай поднялся на второй этаж и нажал кнопку звонка.
– Доброй ночи, – дверь открыла молодая брюнетка, среднего роста, сильно накрашенная и одетая в короткий шелковый халат. – Заходите.
Николай вошел в узкую прихожую. Девушка отступила на шаг и остановилась, глядя на него.
– Ну что? – спросила она. – Остаетесь?
Он кивнул.
– Проходите, – сказала девушка. – Я сейчас.
Она повернулась к нему спиной. Николай быстро сделал широкий шаг, сокращая расстояние и вынул из кармана куртки руку, сжатую в кулак.
Девушка почувствовала его движение, услышала и звонкий металлический щелчок, с которым смертоносное жало выскочило из своего убежища в руке Николая. Адреналин бросился в кровь, ускоряя сердечный ритм, но повернуться она уже не успела – коротким, быстрым движением, мужчина за ее спиной выключил мир.


Rado Laukar OÜ Solutions