30 апреля 2017  21:48 Добро пожаловать к нам на сайт!
Поиск по сайту
Проза


В. Шекспир 

Гамлет, принц датский

Перевод М. Лозинского 

( окончание, начало в № 30 ) 

АКТ IV 

СЦЕНА 1 

Зала в замке. 
Входят король, королева, Розенкранц и Гильденстерн. 

Король 

У этих тяжких вздохов есть причина; 
Откройтесь нам; мы их должны понять. 
Где сын ваш? 

Королева 

Оставьте нас на несколько минут. 

Розенкранц и Гильденстерн уходят. 

Ах, государь, что видела я ночью! 

Король 

Скажите все. Что с Гамлетом? 

Королева 

Безумен, 
Как море и гроза, когда они 
О силе спорят; в буйном исступленье, 
Заслышав за ковром какой-то шорох, 
Хватает меч и с криком: "Крыса, крыса!" - 
В своем бреду, не видя, убивает 
Беднягу старика. 

Король 

О, злое дело! 
Так было бы и с нами, будь мы там; 
Его свобода пагубна для всех, 
Для вас самих, для нас и для любого. 
Кто будет отвечать за грех кровавый? 
Его на нас возложат, чья забота 
Была стеречь, взять в руки, удалить 
Безумного; а мы из-за любви 
Не видели того, что надлежало, 
И, словно обладатель мерзкой язвы, 
Боящийся огласки, дали ей 
До мозга въесться в жизнь. Где он сейчас? 

Королева 

Он потащил убитого; над ним, 
Как золото среди плохой руды, 
Его безумье проявилось чистым. 
Он плачется о том, что совершил. 

Король 

Идем, Гертруда! 
Едва коснется солнце горных высей, 
Он отплывет; а этот тяжкий случай 
Нам надобно умело и достойно 
Представить и смягчить. - Эй, Гильденстерн! 

Розенкранц и Гильденстерн возвращаются. 

Друзья мои, сходите за подмогой: 
В безумье Гамлет умертвил Полония 
И выволок из комнат королевы. 
Поладьте с ним, а тело отнесите 
В часовню. И прошу вас, поскорее. 

Розенкранц и Гильденстерн уходят. 

Идем, Гертруда, созовем друзей; 
Расскажем им и то, что мы решили, 
И что случилось; так, быть может, сплетня, 
Чей шепот неуклонно мчит сквозь мир, 
Как пушка в цель, свой ядовитый выстрел, 
Минует наше имя и пронзит 
Неуязвимый воздух. О, иди! 
Страх и смятенье у меня в груди. 

Уходят. 


СЦЕНА 2 

Другая зала в замке. 
Входит Гамлет. 

Гамлет 

Надежно спрятан. 

Розенкранц и Гильденстерн 
(за сценой) 

Принц Гамлет! Гамлет! 

Гамлет 

Тсс, что за шум? Кто Гамлета зовет? А, вот они. 

Входят Розенкранц и Гильденстерн. 

Розенкранц 

Принц, что вы учинили с мертвым телом? 

Гамлет 

Смешал с землей - она ему сродни. 

Розенкранц 

Скажите, где оно, чтоб мы могли 
Снести его в часовню. 

Гамлет 

Вы этому не верьте. 

Розенкранц 

Не верить чему? 

Гамлет 

Тому, что вашу тайну я хранить умею, а свою нет. К тому же на вопросы 
губки какой ответ может дать королевский сын? 

Розенкранц 

Вы принимаете меня за губку, мой принц? 

Гамлет 

Да, сударь; которая впитывает благоволение короля, его щедроты, его 
пожалования. Но такие царедворцы служат королю лучше всего напоследок; он 
держит их, как обезьяна орехи, за щекой: раньше всех берет в рот, чтобы 
позже всех проглотить; когда ему понадобится то, что вы скопили, ему стоит 
только нажать на вас - и, губка, вы снова сухи. 

Розенкранц 

Я вас не понимаю, мой принц. 

Гамлет 

Я этому рад; хитрая речь спит в глупом ухе. 

Розенкранц 

Мой принц, вы должны нам сказать, где тело, и пойти с нами королю. 

Гамлет 

Тело у короля, но король без тела. Король есть вещь... 

Гильденстерн 

"Вещь", мой принц? 

Гамлет 

Невещественная; ведите меня к нему. Беги, лиса, и все за ней. 

Уходят. 


СЦЕНА 3 

Другая комната в замке. 
Входит король с приближенными. 

Король 

За принцем послано, и тело ищут. 
Как пагубно, что он на воле ходит! 
Однако же быть строгим с ним нельзя; 
К нему пристрастна буйная толпа, 
Судящая не смыслом, а глазами; 
Она лишь казнь виновного приметит, 
А не вину. Чтоб гладко все сошло, 
Должно казаться, что его отъезд 
Решен давно; отчаянный недуг 
Врачуют лишь отчаянные средства 
Иль никакие. 

Входит Розенкранц. 

Что там? Что случилось? 

Розенкранц 

Куда он спрятал тело, государь, 
Узнать мы не могли. 

Король 

А где он сам? 

Розенкранц 

Здесь рядом; под присмотром, в ожиданье 
Велений ваших. 

Король 

Пусть его введут. 

Розенкранц 

Эй, Гильденстерн! Введите принца. 

Входят Гамлет и Гильденстерн. 

Король 

Ну что же, Гамлет, где Полоний? 

Гамлет 

За ужином. 

Король 

За ужином? Где? 

Гамлет 

Не там, где он ест, а там, где его едят; у него как раз собрался некий 
сейм политических червей. Червь - истинный император по части пищи. Мы 
откармливаем всех прочих тварей, чтобы откормить себя, а себя откармливаем 
для червей. И жирный король и сухопарый нищий-это только разве смены, два 
блюда, но к одному столу; конец таков. 

Король 

Увы, увы! 

Гамлет 

Человек может поймать рыбу на червя, который поел короля, и поесть 
рыбы, которая питалась этим червем. 

Король 

Что ты хочешь этим сказать? 

Гамлет 

Я хочу вам только показать, как король может совершить путешествие по 
кишкам нищего. 

Король 

Где Полоний? 

Гамлет 

На небесах; пошлите туда посмотреть; если ваш посланный его там не 
найдет, тогда поищите его в другом месте сами. А только если вы в течение 
месяца его не сыщете, то вы его почуете, когда пойдете по лестнице на 
галерею. 

Король 
(нескольким слугам) 

Пойдите поищите его там. 

Гамлет 

Он вас подождет. 

Слуги уходят. 

Король 

Во имя твоего же, Гамлет, блага, 
Которым дорожим мы, как скорбим 
О том, что ты свершил, ты должен скрыться 
Быстрей огня; так соберись в дорогу; 
Корабль готов, благоприятен ветер, 
Ждут спутники, и Англия вас ждет. 

Гамлет 

Ждет Англия? 

Король 

Да, Гамлет. 

Гамлет 

Хорошо. 

Король 

Да, так и есть, коль ведать наши мысли. 

Гамлет 

Я вижу херувима, который видит их. - Но едем; в Англию! - Прощайте, 
дорогая мать. 

Король 

Твой любящий отец, Гамлет. 

Гамлет 

Моя мать; отец и мать - муж и жена; муж и жена - единая плоть, и 
поэтому - моя мать. - Едем! В Англию! (Уходит.) 

Король 

За ним ступайте; торопите в путь; 
Хочу, чтоб он отплыл еще до ночи; 
Все запечатано, и все готово, 
Что следует; прошу вас поскорей. 

Розенкранц и Гильденстерн уходят. 

Когда мою любовь ты чтишь. Британец, - 
А мощь моя ей цену придает, 
Затем что свеж и ал еще рубец 
От датского меча и вольный страх твой 
Нам платит дань, - ты не воспримешь хладно 
Наш царственный приказ, тот, что содержит, 
Как это возвещается в письме, 
Смерть Гамлета. Британец, сделай это; 
Как огневица, он мне гложет кровь; 
Будь мне врачом; пока не свершено, 
Мне радости не ведать все равно. 
(Уходит.) 


СЦЕНА 4 

Равнина в Дании. 
Входят Фортинбрас, капитан и солдаты, на походе. 

Фортинбрас 

Снесите мой привет владыке датчан; 
Напомните ему, что Фортинбрас 
Обещанного просит разрешенья 
Пройти его землею. Встреча там же. 
И ежели мы королю нужны, 
Свой долг пред ним исполнить мы готовы. 
Ему скажите это. 

Капитан 

Да, мой принц. 

Фортинбрас 

Вперед, не торопясь. 

Фортинбрас и солдаты уходят. Входят Гамлет, Розенкранц, Гильденcтерн и 
другие. 


Гамлет 

Скажите, сударь мой, чье это войско? 

Капитан 

Норвежца, сударь. 

Гамлет 

Куда оно идет, спросить дозвольте? 

Капитан 

Оно идет на Польшу. 

Гамлет 

А кто их предводитель? 

Капитан 

Фортинбрас, 
Племянник старого Норвежца. 

Гамлет 

На всю ли Польшу вы идете, сударь, 
Иль на какую-либо из окраин? 

Капитан 

Сказать по правде и без добавлений, 
Нам хочется забрать клочок земли, 
Который только и богат названьем. 
За пять дукатов я его не взял бы 
В аренду. И Поляк или Норвежец 
На нем навряд ли больше наживут. 

Гамлет 

Так за него Поляк не станет драться. 

Капитан 

Там ждут войска. 

Гамлет 

Две тысячи людей 
И двадцать тысяч золотых не могут 
Уладить спор об этом пустяке! 
Вот он, гнойник довольства и покоя: 
Прорвавшись внутрь, он не дает понять, 
Откуда смерть. - Благодарю вас, сударь. 

Капитан 

Благослови вас бог. 
(Уходит.) 

Розенкранц 

Идемте, принц? 

Гамлет 

Я догоню вас. Вы пока идите. 

Все, кроме Гамлета, уходят. 

Как все кругом меня изобличает 
И вялую мою торопит месть! 
Что человек, когда он занят только 
Сном и едой? Животное, не больше. 
Тот, кто нас создал с мыслью столь обширной, 
Глядящей и вперед и вспять, вложил в нас 
Не для того богоподобный разум, 
Чтоб праздно плесневел он. То ли это 
Забвенье скотское, иль жалкий навык 
Раздумывать чрезмерно об исходе, - 
Мысль, где на долю мудрости всегда 
Три доли трусости, - я сам не знаю, 
Зачем живу, твердя: "Так надо сделать", 
Раз есть причина, воля, мощь и средства, 
Чтоб это сделать. Вся земля пример; 
Вот это войско, тяжкая громада, 
Ведомая изящным, нежным принцем, 
Чей дух, объятый дивным честолюбьем, 
Смеется над невидимым исходом, 
Обрекши то, что смертно и неверно, 
Всему, что могут счастье, смерть, опасность, 
Так, за скорлупку. Истинно велик, 
Кто не встревожен малою причиной, 
Но вступит в ярый спор из-за былинки, 
Когда задета честь. Так как же я, 
Я, чей отец убит, чья мать в позоре, 
Чей разум и чья кровь возмущены, 
Стою и сплю, взирая со стыдом, 
Как смерть вот-вот поглотит двадцать тысяч, 
Что ради прихоти и вздорной славы 
Идут в могилу, как в постель, сражаться 
За место, где не развернуться всем. 
Где даже негде схоронить убитых? 
О мысль моя, отныне ты должна 
Кровавой быть, иль прах тебе цена! 
(Уходит.) 


СЦЕНА 5 

Эльсинор. Зала в замке. 
Входят королева, Горацио и первый дворянин. 

Королева. 

Я не хочу с ней говорить. 

Первый дворянин 

Она упорствует, совсем безумна; 
Ее невольно жаль. 

Королева 

Чего ей надо? 

Первый дворянин 

Все об отце она твердит; о том, 
Что мир лукав; вздыхает, грудь колотит; 
И сердится легко; в ее речах - 
Лишь полусмысл; ее слова - ничто, 
Но слушателей их бессвязный строй 
Склоняет к размышленью; их толкуют 
И к собственным прилаживают мыслям; 
А по ее кивкам и странным знакам 
Иной и впрямь решит, что в этом скрыт 
Хоть и неясный, но зловещий разум. 

Горацио 

С ней лучше бы поговорить; она 
В злокозненных умах посеять может 
Опасные сомненья. 

Королева 

Пусть приходит. 

Первый дворянин уходит. 

(В сторону.) 
Моей больной душе, где грех живет, 
Все кажется предвестьем злых невзгод; 
Всего страшится тайная вина 
И этим страхом изобличена. 

Возвращается первый дворянин с Офелией. 

Офелия 

Где светлая властительница Дании? 

Королева 

Ну что, Офелия? 

Офелия 
(поет) 

"Как узнать, кто милый ваш? 
Он идет с жезлом. 
Перловица на тулье, 
Поршни с ремешком". 

Королева 

Ах, милая, что значит эта песнь? 

Офелия 

Что? Нет, вы слушайте, прошу вас, 
(Поет.) 
"Ах, он умер, госпожа, 
Он - холодный прах; 
В головах зеленый дерн, 
Камешек в ногах". 

Королева 

Милая... 

Офелия 

Нет, слушайте, прошу вас. 
(Поет.) 
"Саван бел, как горный снег..." 

Входит король. 

Королева 

Увы, взгляните, государь! 

Офелия 
(поет) 

"...Цветик над могилой; 
Он в нее сошел навек, 
Не оплакан милой". 

Король 

Как поживаете, мое дитя? 

Офелия 

Хорошо, спасибо! Говорят, у совы отец был хлебник. Господи, мы знаем, 
кто мы такие, но не знаем, чем можем стать. Благослови бог вашу трапезу! 

Король 

Мысль об отце. 

Офелия 

Пожалуйста, не будем говорить об этом; но если вас спросят, что это 
значит, вы скажите. 
(Поет.) 
"Заутра Валентинов день, 
И с утренним лучом 
Я Валентиною твоей 
Жду под твоим окном. 
Он встал на зов, был вмиг готов, 
Затворы с двери снял; 
Впускал к себе он деву в дом, 
Не деву отпускал". 

Король 

О милая Офелия! 

Офелия 

Да, без всяких клятв, я сейчас кончу. 
(Поет.) 
"Клянусь Христом, святым крестом. 
Позор и срам, беда! 
У всех мужчин конец один; 
Иль нет у них стыда? 
Ведь ты меня, пока не смял, 
Хотел женой назвать!" 
Он отвечает: 
"И было б так, срази нас враг, 
Не ляг ты ко мне в кровать". 

Король 

Давно ль она такая? 

Офелия 

Я надеюсь, что все будет хорошо. Надо быть терпеливыми; но я не могу не 
плакать, когда подумаю, что они положили его в холодную землю. Мой брат об 
этом узнает; и я вас благодарю за добрый совет. - Подайте мою карету! - 
Покойной ночи, сударыня; покойной ночи, дорогие сударыни; покойной ночи, 
покойной ночи. (Уходит.) 

Король 

Прошу тебя, следи за ней позорче. 

Горацио уходит. 

Вот яд глубокой скорби; смерть отца - 
Его источник. - Ах, Гертруда, беды, 
Когда идут, идут не в одиночку, 
А толпами. Ее отец убит; 
Ваш сын далек, неистовый виновник 
Своей же ссылки; всполошен народ, 
Гнилой и мутный в шепотах и в мыслях, 
Полониевой смертью; было глупо 
Похоронить его тайком; Офелия 
Разлучена с собой и с мыслью светлой, 
Без коей мы - лишь звери иль картины; 
И, наконец, хоть стоит остального, - 
Лаэрт из Франции вернулся тайно, 
Живет сомненьем, кутается в тучи, 
А шептуны ему смущают слух 
Тлетворною молвой про смерть отца; 
И, так как нет предмета, подозренье 
Начнет на нас же возлагать вину 
Из уст в уста. О милая Гертруда, 
Все это, как картечь, мне шлет с избытком 
Смерть отовсюду! 

Шум за сценой. 

Королева 

Боже, что за шум? 

Король 

Швейцары где? Пусть охраняют дверь. 

Входит второй дворянин. 

Что это там? 

Второй дворянин 

Спасайтесь, государь! 
Сам океан, границы перехлынув, 
Так яростно не пожирает землю, 
Как молодой Лаэрт с толпой мятежной 
Сметает стражу. Чернь идет за ним; 
И, словно мир впервые начался, 
Забыта древность и обычай презрев - 
Опора и скрепленье всех речей, - 
Они кричат: "Лаэрт король! Он избран!" 
Взлетают шапки, руки, языки: 
"Лаэрт, будь королем, Лаэрт король!" 

Королева 

Визжат и рады, сбившись со следа! 
Назад, дрянные датские собаки!. 

Шум за сценой. 

Король 

Взломали дверь. 

Входит Лаэрт, вооруженный; за ним - датчане. 

Лаэрт 

Где их король? - Вы, господа, уйдите. 

Датчане 

Нет, допустите нас. 

Лаэрт 

Прошу, оставьте. 

Датчане 

Ну, хорошо. 
(Удаляются за дверь.) 

Лаэрт 

Спасибо. Дверь стеречь. - 
Ты, мерзостный король, верни отца мне! 

Королева 

Спокойно, друг. 

Лаэрт 

Когда хоть капля крови 
Во мне спокойна, пусть зовусь ублюдком; 
Пусть мой отец почтется рогачом 
И мать моя здесь, на челе безгрешном, 
Несет клеймо блудницы. 

Король 

Что причиной, 
Лаэрт, что ты мятежен, как гигант? - 
Оставь, Гертруда; нет, за нас не бойся; 
Такой святыней огражден король, 
Что, увидав свой умысел, крамола 
Бессильна действовать. - Скажи, Лаэрт, 
Чем распален ты так? - Оставь, Гертруда, - 
Ответь мне. 

Лаэрт 

Где мой отец? 

Король 

Он умер. 

Королева 

Но король 
Здесь ни при чем. 

Король 

Пусть обо всем расспросит. 

Лаэрт 

Как умер он? Я плутен не стерплю. 
В геенну верность! Клятвы к черным бесам! 
Боязнь и благочестье в бездну бездн! 
Мне гибель не страшна. Я заявляю, 
Что оба света для меня презренны, 
И будь что будет; лишь бы за отца 
Отмстить как должно. 

Король 

Кто тебя удержит? 

Лаэрт 

Моя лишь воля; целый мир не сможет; 
А что до средств, то ими я управлюсь, 
И с малым далеко зайду. 

Король 

Лаэрт, 
Ты хочешь знать всю правду про отца. 
Но разве же твое отмщенье - в том, 
Чтоб, как игрок, сгрести врага и друга, 
Тех, чей барыш, и тех, кто проиграл? 

Лаэрт 

Нет, лишь его врагов. 

Король 

Ты хочешь знать их? 

Лаэрт 

Его друзей я заключу в объятья; 
И, жизнью жертвуя, как пеликан, 
Отдам им кровь свою. 

Король 

Ты говоришь 
Как верный сын и благородный рыцарь. 
Что я вполне невинен в этой смерти 
И опечален ею глубоко, 
То в разум твой проникнет так же прямо, 
Как свет в твои глаза. 

Датчане 
(за сценой) 

Впустить ее! 

Лаэрт 

Что там за шум? 

Офелия возвращается. 

Зной, иссуши мне мозг! 
Соль семикратно жгучих слез, спали 
Живую силу глаз моих! - Клянусь, 
Твое безумье взвесится сполна, 
Пока не дрогнет чаша. Роза мая! 
Дитя, сестра, Офелия моя! - 
О небеса, ужель девичий разум 
Такой же тлен, как старческая жизнь? 
В своей любви утонченна природа - 
И вот она шлет драгоценный дар 
Вослед тому, что любит. 

Офелия 
(поет) 

"Он лежал в гробу с открытым лицом; 
Веселей, веселей, веселее; 
И пролито много слез по нем". 
Прощай, мой голубь! 

Лаэрт 

Будь ты в рассудке и зови к отмщенью, 
Ты тронула бы меньше. 

Офелия 

Надо петь: "Да, да, да!" 
Так поется всегда. 
Ах, как прялка к этому идет! Это лживый дворецкий, который похитил дочь у 
своего хозяина. 

Лaэpт 

Бред полноценней смысла. 

Офелия 

Вот розмарин, это для воспоминания; прошу вас, милый, помните; а вот 
троицын цвет, это для дум. 

Лаэрт 

Поучительность в безумии: думы в лад воспоминанию. 

Офелия 

Вот укроп для вас и голубки; вот рута для вас; и для меня тоже; ее 
зовут травой благодати, воскресной травой; о, вы должны носить вашу руту с 
отличием. Вот маргаритка; я бы вам дала фиалок, но они все увяли, когда умер 
мой отец; говорят, он умер хорошо. 
(Поет.) 
"Веселый мой Робин мне всех милей". 

Лаэрт 

Скорбь и печаль, страданье, самый ад 
Она в красу и прелесть превращает. 

Офелия 
(поет) 

"И он не вернется к нам? 
И он не вернется к нам? 
Нет, его уж нет, 
Он покинул свет, 
Вовек не вернется к нам, 
Его борода - как снег, 
Его голова - как лен; 
Он уснул в гробу, 
Полно клясть судьбу; 
В раю да воскреснет он!" 
И все христианские души, я молю бога. - Да будет с вами бог! (Уходит.) 

Лаэрт 

Вы видите? О боже мой! 

Король 

Лаэрт, 
Дай мне поговорить с твоей печалью, 
Я это вправе требовать. Пойдем, 
Сбери мудрейших из твоих друзей, 
И пусть они рассудят нас с тобою 
Когда они сочтут, что мы иль прямо, 
Иль косвенно задеты, мы уступим 
Венец, державу, жизнь и все, что наше, 
Тебе во искупленье. Если ж нет, 
То согласись нас одолжить терпеньем, 
И мы найдем с твоей душой совместно, 
Чем утолить ее. 

Лаэрт 

Пусть будет так; 
Его кончина, тайна похорон, 
Где меч и герб костей не осеняли, 
Без пышности, без должного обряда, 
Взывают громко от небес к земле, 
Да будет суд. 

Король 

Так; он покончит спор; 
И где вина, там упадет топор. 
Прошу, идем со мной. 

Уходят. 


СЦЕНА 6 

Другая комната в замке. 
Входят Горацио и слуга. 

Горацио 

Кто это хочет говорить со мной? 

Слуга 

Какие-то матросы: и у них 
Есть к вам письмо. 

Горацио 

Пускай они войдут. 

Слуга уходит. 

Не знаю, кто бы мог на целом свете 
Прислать мне вдруг привет, как не принц Гамлет. 

Входят моряки. 

Первый моряк 

Благослови вас бог, сударь. 

Горацио 

Пусть и тебя благословит. 

Первый моряк 

Он и благословит, сударь, коли ему угодно будет. Тут вам письмо, 
сударь, - оно от посла, который отправлялся в Англию, - если только вас 
зовут Горацио, как мне сказали. 

Горацио 
(читает) 

"Горацио, когда ты это прочтешь, устрой этим людям доступ к королю; у 
них есть письма к нему. Мы и двух дней не пробыли в море, как за нами 
погнался весьма воинственно снаряженный пират. Видя, что у нас слишком 
малый ход, мы поневоле облеклись храбростью, и во время схватки я перескочил 
к ним: в тот же миг они отвалили от нашего судна; таким образом, я один 
очутился у них в плену. Они обошлись со мною, как милосердные разбойники; но 
они знали, что делают; я должен сослужить им службу. Позаботься, чтобы 
король получил письма, которые я послал; и отправляйся ко мне с такой же 
поспешностью, как если бы ты бежал от смерти. Мне надо сказать тебе на ухо 
слова, от которых ты онемеешь; и все же они слишком легковесны для дела 
такого калибра. Эти добрые люди доставят тебя туда, где я сейчас. 
Розенкранц, и Гильденстерн держат путь в Англию; про них я тебе многое 
должен рассказать. Будь здоров. Тот, о ком ты знаешь, что он твой, Гамлет". 
Идем, вы отдадите ваши письма; 
Да поспешите, чтоб меня свезти 
К тому, кто вам их дал. 

Уходят. 


СЦЕНА 7 

Другая комната в замке. 
Входят король и Лаэрт. 

Король 

Теперь, мое скрепляя оправданье, 
Ты должен в сердце взять меня как друга, 
Затем что сам разумным ухом слышал, 
Как тот, кем умерщвлен был твой отец, 
Грозил и мне. 

Лаэрт 

Нет спора; но скажите, 
Зачем вы не преследовали этих 
Столь беззаконных и преступных действий, 
Как требуют того благоразумье 
И безопасность? 

Король 

О, по двум причинам, 
По-твоему, быть может, очень слабым, 
Но мощным для меня. Мать, королева, 
Живет его лишь взором; я же сам - 
Заслуга ль то, иль бедствие, не знаю, - 
Так связан с нею жизнью и душой, 
Что, как звезда в своем лишь ходит круге, 
Я с ней во всем. Другое основанье 
Не прибегать к открытому разбору - 
Любовь к нему простой толпы; она, 
Его вину топя в своем пристрастье, 
Как тот родник, где ветви каменеют, 
Его оковы обратит в узор; 
И, слишком легкие в столь шумном ветре, 
Вернутся к луку пущенные стрелы, 
Не долетев туда, куда я метил. 

Лаэрт 

Итак, погиб отец мой благородный; 
В мрак безнадежный ввержена сестра, 
Чьи совершенства - если может вспять 
Идти хвала - бросали вызов веку 
С высот своих. Но месть моя придет. 

Король 

Спи без тревог; мы не настолько тупы, 
Чтобы, когда опасность нас хватает 
За бороду, считать, что это вздор. 
Ждать новостей недолго; твой отец 
Был дорог мне; себе же всякий дорог; 
И, я надеюсь, ты рассудишь сам... 

Входит гонец с письмами. 

В чем дело? 

Гонец 

Письма, государь, от принца: 
Одно для вас, другое - королеве. 

Король 


От принца? Кто принес их? 

Гонец 

Моряки 
Как будто, государь; я сам не видел, 
Мне дал их Клавдио; он получил их 
От тех, кто их принес. 

Король 

Лаэрт, ты слушай. - 
(Гонцу.) 
Оставь нас. 

Гонец уходит. 

(Читает.) "Высокодержавный! Да будет вам известно, что я высажен нагим в 
вашем королевстве. Завтра я буду ходатайствовать о дозволении увидеть ваши 
королевские очи; и тогда, предварительно испросив на то ваше согласие, я 
изложу обстоятельства моего внезапного и еще более странного возвращения. 
Гамлет". 
Что это значит? Или все вернулись? 
Иль здесь обман, и это все не так? 

Лаэрт 

Вы узнаете руку? 

Король 

То почерк принца Гамлета. "Нагим"! 
А здесь, в приписке, сказано: "один"! 
Ты можешь объяснить? 

Лаэрт 

Я сам теряюсь. Но пускай придет; 
Мне согревает горестную душу, 
Что я могу сказать ему в лицо; 
"То сделал ты". 

Король 

Раз это так, Лаэрт 
(Хоть как же так? А впрочем, что ж другого?), 
Дай мне вести тебя. 

Лаэрт 

Да, государь; 
Но только если ваша цель - не мир. 

Король 

Мир для тебя. Раз он теперь вернулся, 
Прервав свой путь, и продолжать его 
Не хочет больше, я его толкну 
На подвиг, в мыслях у меня созревший, 
В котором он наверное падет; 
И смерть его не шелохнет упрека; 
Здесь даже мать не умысел увидит, 
А просто случай. 

Лаэрт 

Государь, я с вами: 
Особенно когда бы вы избрали 
Меня своим орудьем. 

Король 

Так и будет. 
Тебя заочно здесь превозносили 
При Гамлете за качество, которым 
Ты будто блещешь; все твои дары 
В нем зависти такой не пробудили, 
Как этот дар, по-моему, не первый 
По важности. 

Лаэрт 

Какой же это дар? 

Король 

На шляпе юности он только лента, 
Хоть нужная; ведь юности к лицу 
Беспечная и легкая одежда, 
Как зрелым летам - сукна и меха, 
С их строгой величавостью. Здесь был, 
Тому два месяца, один нормандец; 
Я видел сам и воевал французов; 
Им конь - ничто; но этот молодец 
Был прямо чародей; к седлу припаян, 
Он чудеса с конем творил такие, 
Как будто сам наполовину сросся 
С прекрасным зверем. Все, что мог я в мыслях 
Вообразить по части ловкой прыти, 
Он превзошел. 

Лаэрт 

И это был нормандец? 

Король 

Нормандец. 

Лаэрт 

Ручаюсь головой, Ламонд. 

Король 

Он самый. 

Лаэрт 

Я с ним знаком; то в самом деле перл. 
И украшение всего народа. 

Король 

Он о тебе признался 
И дал такой блистательный отчет 
В твоем искусстве мастерской защиты, 
Особенно рапирой, что воскликнул: 
То было бы невиданное дело - 
С тобой сравняться в силе; их бойцы 
Теряют, мол, глаз, и отпор, и натиск, 
Когда ты бьешься с ними. Этот отзыв 
Такую зависть в Гамлете разлил, 
Что он лишь одного просил и жаждал: 
Чтоб ты вернулся и сразился с ним. 
Отсюда... 

Лаэрт 

Что отсюда, государь? 

Король 

Лаэрт, тебе был дорог твой отец? 
Иль, может, ты, как живопись печали, 
Лик без души? 

Лаэрт 

К чему такой вопрос? 

Король 

Не стану спорить: ты любил отца; 
Но, знаю сам, любовью правит время, 
И вижу на свидетельстве примеров, 
Как временем огонь ее притушен. 
Таится в самом пламени любви 
Как бы нагар, которым он глушится; 
Равно благим ничто не пребывает, 
И благость, дорастя до полноты, 
От изобилья гибнет; делать надо, 
Пока есть воля; потому что воля 
Изменчива, и ей помех не меньше, 
Чем случаев, и языков, и рук, 
И "надо" может стать как трудный вздох 
Целящий с болью. Но коснемся язвы: 
Принц возвратился; чем же ты докажешь, 
Что ты и впрямь сын твоего отца? 

Лаэрт 

Ему я в церкви перережу горло. 

Король 

Да, для убийства нет святой защиты, 
И месть преград не знает. Но, Лаэрт, 
Чтобы так случилось, оставайся дома. 
Принц, возвратись, узнает, что ты здесь; 
Мы примемся хвалить твое искусство 
И славу, данную тебе французом, 
Покроем новым лоском; мы сведем вас 
И выставим заклады; он, беспечный, 
Великодушный, чуждый всяким козням, 
Смотреть не станет шпаг, и ты легко 
Иль с небольшой уловкой можешь выбрать 
Наточенный клинок и, метко выпав, 
Ему отплатишь за отца. 

Лаэрт 

Согласен; 
И я при этом смажу мой клинок. 
У знахаря купил я как-то мазь, 
Столь смертную, что если нож смочить в ней 
И кровь пустить, то нет такой припарки 
Из самых редких трав во всей подлунной, 
Чтобы спасти того, кто оцарапан. 
Я этим ядом трону лезвее, 
И если я хоть чуть задену принца, 
То это смерть. 

Король 

Все это надо взвесить; 
Когда и как мы действовать должны. 
Коль так не выйдет и затея наша 
Проглянет сквозь неловкую игру, 
Нельзя и начинать; наш замысел надо 
Скрепить другим, который устоял бы, - 
Коли взорвется этот. - Дай подумать!.. 
За вас мы будем биться об заклад... 
Нашел: 
Когда в движенье вы разгорячитесь - 
Для этого ты выпадай смелей - 
И он попросит пить, то будет кубок 
Готов заранее; чуть он пригубит, 
Хотя б он избежал отравной раны, - 
Все будет кончено. Стой, что за шум? 

Входит королева. 

А, королева! 

Королева 

Идет за горем горе по пятам, 
Спеша на смену. - Утонула ваша 
Сестра, Лаэрт. 

Лаэрт 

Как! Утонула? Где? 

Королева 

Есть ива над потоком, что склоняет 
Седые листья к зеркалу волны; 
Туда она пришла, сплетя в гирлянды 
Крапиву, лютик, ирис, орхидеи, - 
У вольных пастухов грубей их кличка, 
Для скромных дев они - персты умерших: 
Она старалась по ветвям развесить 
Свои венки; коварный сук сломался, 
И травы и она сама упали 
В рыдающий поток. Ее одежды, 
Раскинувшись, несли ее, как нимфу; 
Она меж тем обрывки песен пела, 
Как если бы не чуяла беды 
Или была созданием, рожденным 
В стихии вод; так длиться не могло, 
И одеянья, тяжело упившись, 
Несчастную от звуков увлекли 
В трясину смерти. 

Лаэрт 

Значит, утонула! 

Королева 

Да, утонула, утонула. 

Лаэрт 

Офелия, тебе довольно влаги, 
И слезы я сдержу; однако все же 
Мы таковы: природа чтит обычай 
Назло стыду; излив печаль, я стану 
Опять мужчиной. - Государь, прощайте. 
Я полон жгучих слов, но плач мой глупый 
Их погасил. 
(Уходит.) 

Король 

Идем за ним, Гертруда. 
С каким трудом я укротил в нем ярость! 
Теперь, боюсь, она возникнет вновь. 
Идем за ним. 

Уходят. 


АКТ V 

СЦЕНА 1 

Кладбище 
Входят два могильщика с заступами и прочим. 


Первый могильщик 

Разве такую можно погребать христианским погребением, которая самочинно 
ищет своего же спасения? 

Второй могильщик 

Я тебе говорю, что можно: и потому копай ей могилу живее; следователь 
рассматривал и признал христианское погребение. 

Первый могильщик 

Как же это может быть, если она утопилась не в самозащите? 

Второй могильщик 

Да так уж признали. 

Первый могильщик 

Требуется необходимое нападение; иначе нельзя. Ибо в этом вся суть: 
ежели я топлюсь умышленно, то это доказывает действие, а всякое действие 
имеет три статьи: действие, поступок и совершение; отсюда эрго: она 
утопилась умышленно. 

Второй могильщик 

Нет, ты послушай, господин копатель... 

Первый могильщик 

Погоди. Вот здесь тебе вода; хорошо; вот здесь тебе человек; хорошо; 
ежели человек идет к этой воде и топится, то хочет не хочет, а он идет; 
заметь себе это; но ежели вода идет к нему и топит его, то он не топится; 
отсюда эрго: кто неповинен в своей смерти, тот своей жизни не сокращает. 

Второй могильщик 

И это такой закон? 

Первый могильщик 

Вот именно; уголовный закон. 

Второй могильщик 

Хочешь знать правду? Не будь она знатная дама, ее бы не хоронили 
христианским погребением. 

Первый могильщик 

То-то оно и есть; и очень жаль, что знатные люди имеют на этом свете 
больше власти топиться и вешаться, чем их братья-христиане. - Ну-ка, мой 
заступ. Нет стариннее дворян, чем садовники, землекопы и могильщики; они 
продолжают ремесло Адама. 

Второй могильщик 

А он был дворянин? 

Первый могильщик 

Он первый из всех ходил вооруженный. 

Второй могильщик 

Да у него не было оружия. 

Первый могильщик 

Да ты кто? Язычник, что ли? Как ты понимаешь писание? В писании 
сказано: "Адам копал"; как бы он копал, ничем для этого не вооружась? Я тебе 
еще вопрос задам: если ты ответишь невпопад, то покайся.... 

Второй могильщик 

Ну, валяй. 

Первый могильщик 

Кто строит прочнее каменщика, судостроителя и плотника? 

Второй могильщик 

Виселичный мастер; потому что это сооружение переживет тысячу 
постояльцев. 

Первый могильщик 

Твое словцо мне нравится, скажу по правде; виселица - это хорошо; но 
только как это хорошо? Это хорошо для тех, кто поступает дурно; а ты вот 
поступаешь дурно, говоря, что виселица построена прочнее, нежели церковь; 
отсюда эрго: виселица была бы хороша для тебя. Ну-ка, начинай сначала, 

Второй могильщик 

"Кто прочнее строит, чем каменщик, судостроитель и плотник?" 

Первый могильщик 

Да, скажи, и можешь гулять. 

Второй могильщик 

А вот могу сказать. 

Первый могильщик 

Ну-ка! 

Второй могильщик 

Нет, черт, не могу. 

Входят Гамлет и Горацио, поодаль. 

Первый могильщик 

Не ломай себе над этим мозги; потому что глупый осел от колотушек 
скорей не пойдет, а ежели тебе в другой раз зададут такой вопрос, скажи: 
"могильщик"; дома, которые он строит, простоят до судного дня. Вот что, 
сходи-ка к Иогену, принеси мне скляницу водки. 

Второй могильщик уходит. 

(Копает и поет.) 
"В дни молодой любви, любви, 
Я думал - милей всего 
Коротать часы - ох! - с огнем - ух! - в крови, 
Я думал - нет ничего". 

Гамлет 

Или этот молодец не чувствует, чем он занят, что он поет, роя могилу? 

Горацио 

Привычка превратила это для него в самое простое дело. 

Гамлет 

Так всегда; рука, которая мало трудится, всего чувствительнее. 

Первый могильщик 
(поет) 

"Но старость, крадучись, как вор, 
Взяла своей рукой 
И увезла меня в страну, 
Как будто я не был такой". 
(Выбрасывает череп.) 

Гамлет 

У этого черепа был язык, и он мог петь когда-то; а этот мужик швыряет 
его оземь, словно это Каинова челюсть, того, что совершил первое убийство! 
Может быть, это башка какого-нибудь политика, которую вот этот осел теперь 
перехитрил; человек, который готов был провести самого господа бога, - разве 
нет? 

Горацио 

Возможно, принц. 

Гамлет 

Или придворного, который говорил: "Доброе утро, дражайший государь мой! 
Как вы себя чувствуете, всемилостивейший государь мой?" Быть может, это 
государь мой Такой-то, который хвалил лошадь государя моего Такого-то, 
рассчитывая ее выпросить, - разве нет? 

Горацио 

Да, мой принц. 

Гамлет 

Вот именно; а теперь это - государыня моя Гниль, без челюсти, и ее 
стукает по крышке заступ могильщика; вот замечательное превращение, если бы 
только мы обладали способностью его видеть. Разве так дешево стоило 
вскормить эти кости, что только и остается играть ими в рюхи? Моим костям 
больно от такой мысли. 

Первый могильщик 
(поет) 

"Лопата и кирка, кирка, 
И саван бел, как снег; 
Ах, довольно яма глубока, 
Чтоб гостю был ночлег". 
(Выбрасывает еще череп.) 

Гамлет 

Вот еще один. Почему бы ему не быть черепом какого-нибудь законоведа? 
Где теперь его крючки и каверзы, его казусы, его кляузы и тонкости? Почему 
теперь он позволяет этому грубому мужику хлопать его грязной лопатой по 
затылку и не грозится привлечь его за оскорбление действием? Хм! Быть может, 
в свое время этот молодец был крупным скупщиком земель, со всякими 
закладными, обязательствами, купчими, двойными поручительствами и 
взысканиями; неужели все его купчие и взыскания только к тому и привели, что 
его землевладельческая башка набита грязной землей? Неужели все его 
поручительства, даже двойные, только и обеспечили ему из всех его 
приобретений что длину и ширину двух рукописных крепостей? Даже его 
земельные акты вряд ли уместились бы в этом ящике; а сам обладатель только 
это и получил? 

Горацио 

Ровно столько, мой принц. 

Гамлет 

Ведь пергамент выделывают из бараньей кожи? 

Горацио 

Да, мой принц, и из телячьей также. 

Гамлет 

Бараны и телята - те, кто ищет в этом обеспечения. Я поговорю с этим 
малым - Чья это могила, любезный? 

Первый могильщик 
Моя, сударь. (Поет.) 
"Ах, довольно яма глубока, 
Чтоб гостю был ночлег". 

Гамлет 

Разумеется, твоя, раз ты в ней путаешься. 

Первый могильщик 

Вы, сударь, путаетесь не в ней, так, значит, она не ваша; что до меня 
то я в ней не путаюсь, и все-таки она моя. 

Гамлет 

Ты в ней путаешься, потому что ты стоишь в ней и говорить, что она 
твоя; она для мертвых, а не для живых; значит, ты путаешься. 

Первый могильщик 

Это, сударь, путаница живая; она возьмет и перескочит от меня к вам. 

Гамлет 

Для какого христианина ты ее роешь? 

Первый могильщик 

Ни для какого, сударь. 

Гамлет 

Ну так для какой христианки? 

Первый могильщик 

Тоже ни для какой. 

Гамлет 

Кого в ней похоронят? 

Первый могильщик 

Того, кто был когда-то христианкой, сударь, но она - упокой, боже, ее 
душу - умерла. 

Гамлет 

До чего точен этот плут! Приходится говорить осмотрительно, а не то мы 
погибнем от двусмысленности. Ей-богу, Горацио, за эти три года я заметил: 
все стали до того остры, что мужик носком задевает пятки придворному и 
бередит ему болячки. - Как давно ты могильщиком? 

Первый могильщик 

Из всех дней в году я начал в тот самый день, когда покойный король наш 
Гамлет одолел Фортинбраса. 

Гамлет 

Как давно это было? 

Первый могильщик 

А вы сами сказать не можете? Это всякий дурак может сказать: это было в 
тот самый день, когда родился молодой Гамлет, тот, что сошел с ума и послан 
в Англию. 

Гамлет 

Вот как, почему же его послали в Англию? 

Первый могильщик 

Да потому, что он сошел с ума, там он придет в рассудок; а если и не 
придет, так там это не важно. 

Гамлет 

Почему? 

Первый могильщик 

Там в нем этого не заметят, там все такие же сумасшедшие, как он сам. 

Гамлет 

Как же он сошел с ума? 

Первый могильщик 

Очень странно, говорят. 

Гамлет 

Как так "странно"? 

Первый могильщик 

Да именно так, что лишился рассудка. 

Гамлет 

На какой почве? 

Первый могильщик 

Да здесь же, в Дании; я здесь могильщиком с молодых годов, вот уж 
тридцать лет. 

Гамлет 

Сколько времени человек пролежит в земле, пока не сгниет? 

Первый могильщик 

Да что ж, если он не сгнил раньше смерти - ведь нынче много таких 
гнилых покойников, которые и похороны едва выдерживают, - так он вам 
протянет лет восемь, а то и девять лет; кожевник, тот вам протянет девять 
лет. 

Гамлет 

Почему же он дольше остальных? 

Первый могильщик 

Да шкура у него, сударь, от ремесла такая дубленая, что долго не 
пропускает воду; а вода, сударь, великий разрушитель для такого собачьего 
мертвеца. Вот еще череп; этот череп пролежал в земле двадцать лет и три 
года. 

Гамлет 

Чей же это? 

Первый могильщик 

Сумасброда одного собачьего; по-вашему, это чей? 

Гамлет 

Право, не знаю. 

Первый могильщик 

Чума его разнеси, шалопая сумасбродного! Он мне однажды бутылку 
ренского на голову вылил. Вот этот самый череп, сударь, это - череп Йорика, 
королевского шута. 

Гамлет 

Этот? 

Первый могильщик 

Этот самый. 

Гамлет 

Покажи мне. (Берет череп.) Увы, бедный Йорик! Я знал его, Горацио; 
человек бесконечно остроумный, чудеснейший выдумщик; он тысячу раз носил 
меня на спине; а теперь - как отвратительно мне это себе представить! У меня 
к горлу подступает при одной мысли. Здесь были эти губы, которые я целовал 
сам не знаю сколько раз. - Где теперь твои шутки? Твои дурачества? Твои 
песни? Твои вспышки веселья, от которых всякий раз хохотал весь стол? Ничего 
не осталось, чтобы подтрунить над собственной ужимкой? Совсем отвисла 
челюсть? Ступай теперь в комнату к какой-нибудь даме и скажи ей, что, хотя 
бы она накрасилась на целый дюйм, она все равно кончит таким лицом; посмеши 
ее этим. - Прошу тебя, Горацио, скажи мне одну вещь. 

Горацио 

Какую, мой принц? 

Гамлет 

Как ты думаешь, у Александра был вот такой же вид в земле? 

Горацио 

Точно такой. 

Гамлет 

И он так же пахнул? Фу! (Кладет череп наземь.) 

Горацио 

Совершенно так же, мой принц. 

Гамлет 

На какую низменную потребу можем мы пойти, Горацио! Почему бы 
воображению не проследить благородный прах Александра, пока оно не найдет 
его затыкающим бочечную дыру? 

Горацио 

Рассматривать так - значило бы рассматривать слишком пристально. 

Гамлет 

Нет, право же, ничуть; это значило бы следовать за ним с должной 
скромностью и притом руководясь вероятностью; например, так: Александр умер, 
Александра похоронили, Александр превращается в прах; прах есть земля; из 
земли делают глину, и почему этой глиной, в которую он обратился, не могут 
заткнуть пивную бочку? 
Державный Цезарь, обращенный в тлен, 
Пошел, быть может, на обмазку стен. 
Персть, целый мир страшившая вокруг, 
Платает щели против зимних вьюг! 
Но тише! Отойдем! Идет король. 

Входят священники и прочив процессией; тело Офелии, следом Лаэрт и 
провожающие, король, королева, их свита и прочие. 

С ним королева, двор. Кого хоронят? 
И так не по обряду? Видно, тот, 
Кого несут, отчаянной рукой 
Сам жизнь свою разрушил; кто-то знатный. 
Посмотрим издали. 
(Отходит в сторону вместе с Горацио.) 

Лаэрт 

Какой еще обряд, скажите? 

Гамлет 

Это 
Лаэрт, достойный юноша; смотри. 

Лаэрт 

Какой еще обряд? 

Первый священник 

Чин погребенья был расширен нами 
Насколько можно; смерть ее темна; 
Не будь устав преодолен столь властно, 
Она ждала бы в несвятой земле 
Трубы суда: взамен молитвословий, 
Ей черепки кидали бы и камни; 
А ей даны невестины венки, 
И россыпи девических цветов, 
И звон, и проводы. 

Лаэрт 

И это все, что можно? 

Первый священник 

Все, что можно; 
Мы осквернили бы святой обряд, 
Спев реквием над ней, как над душою, 
Отшедшей с миром. 

Лаэрт 

Опускайте гроб. 
И пусть из этой непорочной плоти 
Взрастут фиалки! - Слушай, черствый пастырь, 
Моя сестра творца величить будет, 
Когда ты в муке взвоешь. 

Гамлет 

Как! Офелия? 

Королева 
(бросая цветы) 

Красивые - красивой. Спи, дитя! 
Я думала назвать тебя невесткой 
И брачную постель твою убрать, 
А не могилу. 

Лаэрт 

Тридцать бед трехкратных 
Да поразят проклятую главу 
Того, кто у тебя злодейски отнял 
Высокий разум! - Придержите землю, 
В последний раз обнять ее хочу. 
(Соскакивает в могилу.) 
Теперь засыпьте мертвую с живым 
Так, чтобы выросла гора, превысив 
И Пелион и синего Олимпа 
Небесное чело. 

Гамлет 
(выступая вперед) 

Кто тот, чье горе 
Так выразительно; чья скорбь взывает 
К блуждающим светилам, и они, 
Остановясь, внимают с изумленьем? 
Я, Гамлет Датчанин. 
(Соскакивает в могилу.) 

Лаэрт 

Иди ты к черту! 
(Схватывается с ним.) 

Гамлет 

Плоха твоя молитва. 
Прошу тебя, освободи мне горло; 
Хоть я не желчен и не опрометчив, 
Но нечто есть опасное во мне. 
Чего мудрей стеречься. Руки прочь! 

Король 

Разнять их! 

Королева 

Гамлет, Гамлет! 

Все 

Господа!.. 

Горацио 

Принц, успокойтесь. 

Приближенные разнимают их, и они выходят из могилы. 

Гамлет 

Да, я за это биться с ним готов, 
Пока навек ресницы не сомкнутся. 

Королева 

За что же это, сын мой? 

Гамлет 

Ее любил я; сорок тысяч братьев 
Всем множеством своей любви со мною 
Не уравнялись бы. - Что для нее 
Ты сделаешь? 

Король 

Лаэрт, ведь он безумен. 

Королева 

Оставьте, ради бога! 

Гамлет 

Нет, покажи мне, что готов ты сделать: 
Рыдать? Терзаться? Биться? Голодать? 
Напиться уксусу? Съесть крокодила? 
Я тоже. Ты пришел сюда, чтоб хныкать? 
Чтоб мне назло в могилу соскочить? 
Заройся с нею заживо, - я тоже. 
Ты пел про горы; пусть на нас навалят 
Мильоны десятин, чтоб эта глыба 
Спалила темя в знойной зоне, Оссу 
Сравнив с прыщом! Нет, если хочешь хвастать, 
Я хвастаю не хуже. 

Королева 

Это бред; 
Как только этот приступ отбушует, 
В нем тотчас же спокойно, как голубка 
Над золотой четой птенцов, поникнет 
Крылами тишина. 

Гамлет 

Скажите, сударь. 
Зачем вы так обходитесь со мной? 
И вас всегда любил. - Но все равно; 
Хотя бы Геркулес весь мир разнес, 
А кот мяучит, и гуляет пес. 
(Уходит.) 

Король 

Горацио, прошу, ступай за ним. 

Горацио уходит. 

(Лаэрту.) 
Будь терпелив и помни о вчерашнем; 
Мы двинем дело к быстрому концу. - 
Гертруда, пусть за принцем последят. - 
Здесь мы живое водрузим надгробье; 
Тогда и нам спокойный будет час; 
Пока терпенье - лучшее для нас. 

Уходят. 


СЦЕНА 2 

Зала в замке. 
Входят Гамлет и Горацио. 

Гамлет 

Об этом хватит; перейдем к другому; 
Ты помнишь ли, как это было все? 

Горацио 

Принц, как не помнить! 

Гамлет 

В моей душе как будто шла борьба, 
Мешавшая мне спать; лежать мне было 
Тяжеле, чем колоднику. Внезапно, - 
Хвала внезапности: нас безрассудство 
Иной раз выручает там, где гибнет 
Глубокий замысел; то божество 
Намерения наши довершает, 
Хотя бы ум наметил и не так... 

Горацио 

Вот именно. 

Гамлет 

Накинув мой бушлат, 
Я вышел из каюты и в потемках 
Стал пробираться к ним; я разыскал их, 
Стащил у них письмо и воротился 
К себе опять; и был настолько дерзок - 
Приличий страх не ведает, - что вскрыл 
Высокое посланье; в нем, Горацио, - 
О царственная подлость! - был приказ, 
Весь уснащенный доводами пользы 
Как датской, так и английской державы, 
В котором так моей стращали жизнью, 
Что тотчас по прочтеньи, без задержки, 
Не посмотрев, наточен ли топор, 
Мне прочь снесли бы голову. 

Горацио 

Возможно ль? 

Гамлет 

Посланье вот; прочти в досужий час. 
Но хочешь знать, что сделал я затем? 

Горацио 

О да, прошу вас. 

Гамлет 

Итак, кругом опутан негодяйством, - 
Мой ум не сочинил еще пролога, 
Как приступил к игре, - я сел, составил 
Другой приказ; переписал красиво; 
Когда-то я считал, как наша знать, 
Стыдом писать красиво и старался 
Забыть искусство это; но теперь 
Оно мне удружило. Хочешь знать, 
Что написал я? 

Горацио 

Да, мой добрый принц. 

Гамлет 

От короля торжественный призыв, - 
Зане ему Британец верный данник, 
Зане любовь должна подобно пальме 
Меж нами цвесть, зане в венке пшеничном 
Соединить их дружбу должен мир, 
И много всяких выспренних "зане", - 
Увидев и прочтя сие посланье, 
Не размышляя много или мало, 
Подателей немедля умертвить, 
Не дав и помолиться. 

Горацио 

А печать? 

Гамлет 

Мне даже в этом помогало небо. 
Со мной была отцовская печатка, 
Печати Датской точный образец; 
Сложив письмо, как то, я подписал; 
Скрепил его и водворил обратно 
Неузнанным подкидышем. Наутро 
Случился этот бой; что было дальше, 
Тебе известно. 

Горацио 

А Гильденстерн и Розенкранц плывут. 

Гамлет 

Что ж, им была по сердцу эта должность; 
Они мне совесть не гнетут; их гибель 
Их собственным вторженьем рождена. 
Ничтожному опасно попадаться 
Меж выпадов и пламенных клинков 
Могучих недругов. 

Горацио 

Ну и король! 

Гамлет 

Не долг ли мой - тому, кто погубил 
Честь матери моей и жизнь отца, 
Стал меж избраньем и моей надеждой, 
С таким коварством удочку закинул 
Мне самому, - не правое ли дело 
Воздать, ему вот этою рукой? 
И не проклятье ль - этому червю 
Давать кормиться нашею природой? 

Горацио 

Он должен скоро получить из Англии 
Известие о положеньи дел. 

Гамлет 

Должно быть, скоро; промежуток мой; 
Жизнь человека - это молвить: "Раз". 
Но я весьма жалею, друг Горацио, 
Что я с Лаэртом позабыл себя; 
В моей судьбе я вижу отраженье 
Его судьбы; я буду с ним мириться; 
Но, право же, своим кичливым горем 
Меня взбесил он. 

Горацио 

Тише! Кто идет? 

Входит Озрик. 

Озрик 

Приветствую вас, принц, с возвратом в Данию. 

Гамлет 

Покорно благодарю вас, сударь мой. - Ты знаешь эту мошку? 

Горацио 

Нет, мой добрый принц. 

Гамлет 

Тем большая на тебе благодать, потому что знать его есть порок. У него 
много земли, и плодородной; если скот владеет скотиной, то его ясли всегда 
будут стоять у королевского стола; это скворец, но, как я сказал, 
пространный во владении грязью. 

Озрик 

Милейший принц, если бы у вашего высочества был досуг, я бы передал ему 
кое-что от имени его величества. 

Гамлет 

Я это восприму, сударь мой, со всем усердием разума. Сделайте из вашей 
шляпы должное употребление: она для головы. 

Озрик 

Благодарю, ваше высочество, очень жарко. 

Гамлет 

Да нет же, поверьте мне, очень холодно: ветер с севера. 

Озрик 

Действительно, мой принц, скорее холодно. 

Гамлет 

И все-таки, по-моему, очень душно и жарко для моей комплекции. 

Озрик 

Чрезвычайно, мой принц; так душно, как будто... Не могу даже сказать. 
Но, мой принц, его величество повелело мне уведомить вас, что оно поставило 
на вас большой заклад. Дело в том, принц... 

Гамлет 

Я вас прошу, помните... (Понуждает его надеть шляпу.) 

Озрик 

Право же, мой добрый принц; мне так удобнее, честное слово. Принц, 
здесь недавно ко двору прибыл Лаэрт; поверьте мне, совершеннейший дворянин, 
преисполненный самых отменных отличий, весьма мягкий обхождением и видной 
внешности; поистине, если говорить о нем проникновенно, то это карта или 
календарь благородства, ибо вы найдете в нем совмещение всех тех статей, 
какие желал бы видеть дворянин. 

Гамлет 

Сударь мой, его определение не претерпевает в вас ни малейшего ущерба; 
хотя, я знаю, разделяя его перечислительно, арифметика памяти запуталась бы, 
да и то мы бы только виляли вдогонку, в рассуждении его быстрого хода. Но, в 
правдивости хвалы, я почитаю его душою великой сущности, а его наделенность 
столь драгоценной и редкостной, что, применяя к нему истинное выражение, его 
подобием является лишь его зеркало, а кто захотел бы ему следовать - его 
тенью, не более. 

Озрик 

Ваше высочество говорит о нем весьма непогрешимо. 

Гамлет 

Но касательно, сударь мой? Ради чего мы обволакиваем этого дворянина 
нашим грубым дыханием? 

Озрик 

Принц? 

Горацио 

Или в чужих устах вы уже не понимаете? Да нет же, сударь, полноте. 

Гамлет 

Что знаменует упоминание об этом дворянине? 

Озрик 

О Лаэрте? 

Горацио 
(тихо, Гамлету) 

Его кошелек уже пуст. Все золотые слова истрачены. 

Гамлет 

О нем, сударь мой. 

C Озрик 

Я знаю, что вы не лишены осведомленности... 

Гамлет 

Я надеюсь, что вы это знаете; хотя, по правде говоря, если вы это и 
знаете, то это еще не очень меня превозносит. Итак, сударь мой? 

Озрик 

Вы не лишены осведомленности о том, каково совершенство Лаэрта. 

Гамлет 

Я не решаюсь в этом сознаться, чтобы мне не пришлось притязать на 
равное с ним совершенство; знать кого-нибудь вполне - это было бы знать 
самого себя. 

Озрик 

Принц, я имею в виду оружие; по общему суждению, в этом искусстве он не 
ведает соперников. 

Гамлет 

Его оружие какое? 

Озрик 

Рапира и кинжал. 

Гамлет 

Это его оружие. Ну так что? 

Озрик 

Мой принц, король поставил против него в заклад шесть берберийских 
коней, взамен чего тот выставил, насколько я знаю, шесть французских рапир и 
кинжалов с их принадлежностями, как-то: пояс, портупей и прочее; три из этих 
сбруй, честное слово, весьма тонкого вкуса, весьма ответствуют рукоятям - 
чрезвычайно изящные сбруи и очень приятного измышления. 

Гамлет 

Что вы называете сбруями? 

Горацио 
(тихо, Гамлету) 

Я так и знал, что вам еще придется заглянуть в примечания. 

Озрик 

Сбруи, мой принц, это портупеи. 

Гамлет 

Это слово было бы скорее сродни предмету, если бы мы на себе таскали 
пушку; а пока пусть это будут портупеи. Но дальше: шесть берберийских коней 
против шести французских шпаг, их принадлежностей и трех приятно измышленных 
сбруй; таков французский заклад против датского. Ради чего он "выставлен", 
как вы это называете? 

Озрик 

Король, мой принц, поспорил, мой принц, что в двенадцать ваших схваток 
с ним он не опередит вас больше, чем на три удара; он ставит двенадцать 
против девяти; и может последовать немедленное состязание, если ваше 
высочество соблаговолит дать ответ. 

Гамлет 

А если я отвечу "нет"? 

Озрик 

Я хочу сказать, мой принц, если вы соблаговолите лично выступить в 
состязании. 

Гамлет 

Сударь, я буду гулять в этой палате, если его величеству угодно, это 
мое ежедневное время отдыха; пусть принесут рапиры; буде этому господину 
охота и буде король остается при своем намерении, я для него выиграю, если 
могу, если нет, мне достанутся только стыд и лишние удары. 

Озрик 

Могу я передать именно так? 

Гамлет 

В таком смысле, сударь мой, с теми приукрашениями, какие вам будут по 
вкусу. 

Озрик 

Препоручаю мою преданность вашему высочеству. 

Гамлет 

Весь ваш, весь ваш. 

Озрик уходит. 

Он хорошо делает, что препоручает себя сам; ничей язык не сделал бы этого за 
него. 

Горацио 

Побежала пигалица со скорлупкой на макушке. 

Гамлет 

Он любезничал а материнской грудью, прежде чем ее пососать. Таким вот 
образом, как и многие другие из этой же стаи, которых, я знаю, обожает наш 
пустой век, он перенял всего лишь современную погудку и внешние приемы 
обхождения; некую пенистую смесь, с помощью которой они выражают самые 
нелепые и вымученные мысли; а стоит на них дунуть ради опыта - пузырей и 
нет. 

Входит вельможа. 

Вельможа 

Принц, его величество приветствовал вас через молодого Озрика, и тот 
принес ответ, что вы его дожидаетесь в этой палате; он шлет узнать, 
остаетесь ли вы при желании состязаться с Лаэртом, или же вы предпочли бы 
повременить. 

Гамлет 

Я постоянен в своих решениях; они совпадают с желаниями короля; если 
это ему удобно, то я готов; сейчас или когда угодно, лишь бы я был так же 
расположен, как сейчас. 

Вельможа 

Король и королева и все сойдут сюда. 

Гамлет 

В добрый час. 

Вельможа 

Королева желает, чтобы вы как-либо радушно обошлись с Лаэртом, прежде 
чем начать состязание. 

Гамлет 

Это добрый совет. 

Вельможа уходит. 

Горацио 

Вы проиграете этот заклад, мой принц. 

Гамлет 

Я не думаю. С тех пор как он уехал во Францию, я не переставал 
упражняться, при лишних очках я выиграю. Но ты не можешь себе представить, 
какая тяжесть здесь у меня на сердце; но это все равно. 

Горацио 

Нет, дорогой мой принц... 

Гамлет 

Это, конечно, глупости; но это словно какое-то предчувствие, которое, 
быть может, женщину и смутило бы. 

Горацио 

Если вашему рассудку чего-нибудь не хочется, то слушайтесь его. Я 
предупрежу их приход сюда и скажу, что вы не расположены. 

Гамлет 

Отнюдь; нас не страшат предвестия, и в гибели воробья есть особый 
промысел. Если теперь, так, значит, не потом; если не потом, так, значит, 
теперь; если не теперь, то все равно когда-нибудь; готовность - это все. Раз 
то, с чем мы расстаемся, принадлежит не нам, так не все ли равно - 
расстаться рано? Пусть будет. 

Входят король, королева, Лаэрт и вельможи; Озрик и другие приближенные с 
рапирами и рукавицами. 
Стол и на нем кувшины с вином, 

Король 

Тебе вручаю эту руку, Гамлет. 

Король кладет руку Лаэрта в руку Гамлета. 

Гамлет 

Простите, сударь; я вас оскорбил; 
Но вы простите мне как дворянин. 
Собравшимся известно, да и вы, 
Наверно, слышали, как я наказан 
Мучительным недугом. Мой поступок, 
Задевший вашу честь, природу, чувство, - 
Я это заявляю, - был безумьем. 
Кто оскорбил Лаэрта? Гамлет? Нет; 
Ведь если Гамлет разлучен с собою 
И оскорбляет друга, сам не свой, 
То действует не Гамлет; Гамлет чист, 
Но кто же действует? Его безумье. 
Раз так, он сам из тех, кто оскорблен; 
Сам бедный Гамлет во вражде с безумьем. 
Здесь, перед всеми, 
Отрекшись от умышленного зла, 
Пусть буду я прощен великодушно 
За то, что я стрелу пустил над кровлей 
И ранил брата. 

Лаэрт 

Примирен мой дух, 
Который должен бы всего сильнее 
Взывать к отмщенью; но в вопросе чести 
Я в стороне, и я не примирюсь, 
Пока от старших судей строгой чести 
Не получу пример и голос к миру, 
В ограду имени. До той поры 
Любовь я принимаю как любовь 
И буду верен ей. 

Гамлет 

Сердечно вторю 
И буду честно биться в братской схватке. - 
Подайте нам рапиры. 

Лаэрт 

Мне одну. 

Гамлет 

Моя неловкость вам послужит фольгой, 
Чтоб мастерство, как в сумраке звезда, 
Блеснуло ярче. 

Лаэрт 

Вы смеетесь, принц, 

Гамлет 

Клянусь рукой, что нет. 

Король 

Подай рапиры, Озрик. - Милый Гамлет, 
Заклад тебе знаком? 

Гамлет 

Да, государь; 
И ваш заклад на слабой стороне. 

Король 

Я не боюсь; я видел вас обоих; 
Он стал искусней, но дает вперед. 

Лаэрт 

Нет, тяжела; нельзя ли мне другую? 

Гамлет 

Мне по руке. - Длина у всех одна? 

Озрик 

Да, принц. 

Они готовятся к бою. 

Король 

Вино на стол поставьте. - Если Гамлет 
Наносит первый иль второй удар 
Или дает ответ при третьей схватке, 
Из всех бойниц велеть открыть огонь; 
3а Гамлета король подымет кубок, 
В нем утопив жемчужину, ценнее 
Той, что носили в датской диадеме 
Четыре короля. - Подайте кубки, 
И пусть литавра говорит трубе, 
Труба - сторожевому пушкарю, 
Орудья - небу, небеса - земле: 
"Король пьет здравье Гамлета!" - Начнемте, - 
А вы следите зорким оком, судьи. 

Гамлет 

Начнем. 

Лаэрт 

Начнемте, принц. 

Бьются. 

Гамлет 

Раз. 

Лаэрт 

Нет. 

Гамлет 

На суд. 

Озрик 

Удар, отчетливый удар. 

Лаэрт 

Что ж, дальше. 

Король 

Постойте; выпьем. - Гамлет, жемчуг - твой, 
Пью за тебя. 

Трубы и пушечные выстрелы за сценой. 

Подайте кубок принцу. 

Гамлет 

Сперва еще сражусь; пока отставьте. 
Начнем. 

Бьются. 

Опять удар; ведь вы согласны? 

Лаэрт 

Задет, задет, я признаю. 

Король 

Наш сын 
Одержит верх. 

Королева 

Он тучен и одышлив. - 
Вот, Гамлет, мой платок; лоб оботри; 
За твой успех пьет королева, Гамлет, 

Гамлет 

Сударыня моя!.. 

Король 

Не пей, Гертруда! 

Королева 

Мне хочется; простите, сударь. 

Король 
(в сторону) 

Отравленная чаша. Слишком поздно. 

Гамлет 

Еще я не решаюсь пить; потом. 

Королева 

Приди, я оботру тебе лицо. 

Лаэрт 

Мой государь, теперь я трону. 

Король 

Вряд ли. 

Лаэрт 
(в сторону) 

Почти что против совести, однако. 

Гамлет 

Ну, в третий раз, Лаэрт, и не шутите; 
Деритесь с полной силой; я боюсь, 
Вы неженкой считаете меня. 

Лаэрт 

Вам кажется? Начнем. 

Бьются. 

Озрик 

Впустую, тот и этот. 

Лаэрт 

Берегитесь! 

Лаэрт ранит Гамлета; затем в схватке они меняются рапирами, и 
Гамлет ранит Лаэрта. 

Король 

Разнять! Они забылись. 

Гамлет 

Нет, еще! 

Королева падает. 

Озрик 

О, помогите королеве! - Стойте! 

Горацио 

В крови тот и другой. - В чем дело, принц? 

Озрик 

Лаэрт, в чем дело? 

Лаэрт 

В свою же сеть кулик попался, Озрик, 
Я сам своим наказан вероломством. 

Гамлет 

Что с королевой? 

Король 

Видя кровь, она 
Лишилась чувств. 

Королева 

Нет, нет, питье, питье, - 
О Гамлет мой, - питье! Я отравилась. 
(Умирает.) 

Гамлет 

О злодеянье! - Эй! Закройте двери! 
Предательство! Сыскать! 

Лаэрт 
(падает) 

Оно здесь, Гамлет. Гамлет, ты убит; 
Нет зелья в мире, чтоб тебя спасти; 
Ты не хранишь и получаса жизни; 
Предательский снаряд - в твоей руке, 
Наточен и отравлен; гнусным ковом 
Сражен я сам; смотри, вот я лежу, 
Чтобы не встать; погибла мать твоя; 
Я не могу... Король... король виновен. 

Гамлет 

Клинок отравлен тоже! - 
Ну, так за дело, яд! 
(Поражает короля.) 

Все 

Измена! 

Король 

Друзья, на помощь! Я ведь только ранен. 

Гамлет 

Вот, блудодей, убийца окаянный, 
Пей свой напиток! Вот тебе твой жемчуг! 
Ступай за матерью моей! 

Король умирает. 

Лаэрт 

Расплата 
Заслужена; он сам готовил яд. - 
Простим друг друга, благородный Гамлет. 
Да будешь ты в моей безвинен смерти 
И моего отца, как я в твоей! 
(Умирает.) 

Гамлет 

Будь чист пред небом! За тобой иду я. - 
Я гибну, друг. - Прощайте, королева 
Злосчастная! - Вам, трепетным и бледным, 
Безмолвно созерцающим игру, 
Когда б я мог (но смерть, свирепый страж, 
Хватает быстро), о, я рассказал бы... - 
Но все равно, - Горацио, я гибну; 
Ты жив; поведай правду обо мне 
Неутоленным. 

Горацио 

Этому не быть; 
Я римлянин, но датчанин душою; 
Есть влага в кубке. 

Гамлет 

Если ты мужчина, 
Дай кубок мне; оставь; дай, я хочу. 
О друг, какое раненое имя, 
Скрой тайна все, осталось бы по мне! 
Когда меня в своем хранил ты сердце 
То отстранись на время от блаженства, 
Дыши в суровом мире, чтоб мою 
Поведать повесть. 

Марш вдали и выстрелы за сценой. 

Что за бранный шум? 

Озрик 

То юный Фортинбрас пришел из Польши 
С победою и этот залп дает 
В честь английских послов. 

Гамлет 

Я умираю; 
Могучий яд затмил мой дух; из Англии 
Вестей мне не узнать. Но предрекаю: 
Избрание падет на Фортинбраса; 
Мой голос умирающий - ему; 
Так ты ему скажи и всех событий 
Открой причину. Дальше - тишина. 
(Умирает.) 

Горацио 

Почил высокий дух. - Спи, милый принц. 
Спи, убаюкан пеньем херувимов! - 
Зачем все ближе барабанный бой? 

Марш за сценой. 

Входят Фортинбрас и английские послы, с барабанным боем, знаменами, и свита. 

Фортинбрас 

Где это зрелище? 

Горацио 

Что ищет взор ваш? 
Коль скорбь иль изумленье, - вы нашли. 

Фортинбрас 

Вся эта кровь кричит о бойне. - Смерть! 
О, что за пир подземный ты готовишь, 
Надменная, что столько сильных мира 
Сразила разом? 

Первый посол 

Этот вид зловещ; 
И английские вести опоздали; 
Бесчувствен слух того, кто должен был 
Услышать, что приказ его исполнен, 
Что Розенкранц и Гильденстерн мертвы. 
Чьих уст нам ждать признательность? 

Горацио 

Не этих, 
Когда б они благодарить могли; 
Он никогда не требовал их казни. 
Но так как прямо на кровавый суд 
Вам из похода в Польшу, вам - из Англии 
Пришлось поспеть, пусть на помост высокий 
Положат трупы на виду у всех; 
И я скажу незнающему свету, 
Как все произошло; то будет повесть 
Бесчеловечных и кровавых дел, 
Случайных кар, негаданных убийств, 
Смертей, в нужде подстроенных лукавством, 
И, наконец, коварных козней, павших 
На головы зачинщиков. Все это 
Я изложу вам. 

Фортинбрас 

Поспешим услышать 
И созовем знатнейших на собранье. 
А я, скорбя, свое приемлю счастье; 
На это царство мне даны права, 
И заявить их мне велит мой жребий. 

Горацио 

Об этом также мне сказать придется 
Из уст того, чей голос многих скличет; 
Но поспешим, пока толпа дика, 
Чтоб не было ошибок, смут и бедствий. 

Фортинбрас 

Пусть Гамлета поднимут на помост, 
Как воина, четыре капитана; 
Будь призван он, пример бы он явил 
Высокоцарственный; и в час отхода 
Пусть музыка и бранные обряды 
Гремят о нем. - 
Возьмите прочь тела. - Подобный вид 
Пристоен в поле, здесь он тяготит. - 
Войскам открыть пальбу. 

Похоронный марш. Все уходят, унося тела, после чего раздается пушечный залп
Свернуть