23 февраля 2019  14:04 Добро пожаловать к нам на сайт!
Поиск по сайту

История



Н. Модестов.


Москва бандитская


Продолжение, начало в № 28


 С момента выхода первой книги «Москва бандитская» прошло более года. За это время прогремело немало выстрелов и взрывов, погибли или умерли своей смертью многие уважаемые и не очень уважаемые люди, поменялись «крыши» и лидеры мафиозных кланов… Но не изменения в иерархии уголовного мира заставили меня вновь обратиться к теме криминальной жизни Москвы.

   В предыдущей книге рассказывается в основном об известных фигурах столицы развитого бандитизма, криминальной географии города и возрождении чисто российского явления – традиций воров в законе. В стороне остались события, заслуживающие не меньшего внимания, – хищения сотен миллиардов с помощью банковских махинаций, преступления в сфере нефтяного бизнеса и добычи драгоценных металлов, «водочные» деньги, торговля нар– котиками и связанные с этим заказные убийства политиков, предпринимателей, финансистов и рвущихся к власти вчерашних уголовных авторитетов. Таких историй в наши дни предостаточно, проблема была лишь в выборе самых громких и типичных. Зато никаких проблем с заголовком книги не возникло. Я только приписал цифру «2» к прежнему названию, что, на мой взгляд, вполне соответствует действительности.
 
   
Кто убил Солоника?
 
   Задушен русский мафиози. Он был агентом-ликвидатором КГБ». С такими скандально-сенсационными заголовками вышли афинские газеты на следующий день после обнаружения трупа Александра Солоника. Человек, подозревав– шийся по меньшей мере в восьми убийствах, совершивший беспрецедентный побег из спецкорпуса московской тюрьмы «Матросская тишина», тщетно разыскиваемый всеми спецслужбами России и даже Интерполом, остался верен себе – надеть на себя наручники он так и не дал. Впрочем, смерть его вполне соответствовала традициям «Коза ностры». Солоник был удавлен капроновой петлей.
   Еще больший резонанс гибель курганского Рембо вызвала в России. Сообщение об этом вошло в блоки новостей региональных и столичных каналов, а программа НТВ «Сегодня» посвятила жизнеописанию суперкиллера традиционную изюминку вечерней передачи – специальный репортаж. О газетах и еженедельниках говорить не приходится. «Подвиги» Солоника были расписаны подробно и богато, детально обсуждались версии его гибели, а также участие в акции «руки Москвы».
   Разумеется, Солоник не был рядовым бандитом. Однако и вес его в уголовном мире нельзя сопоставить с влиянием признанных авторитетов – Япончика и Михася. Почему же личность, пусть даже и удачливого, стрелка курганской группировки вызвала такой интерес, что поставила его в один ряд с воротилами криминальных империй? Ответить на этот вопрос помогут неко– торые страницы биографии курганского Рембо, говорить о которых до его гибели, в интересах оперативных служб, было преждевременно. Александр Солоник родился в 1960 году в провинциальном Кургане. С детства увлекался спортом, преуспел в классической борьбе, что помогало ему постоять за себя. (Солоник не был гренадером, его рост 165 сантиметров.) Перед армией, по некоторым сведениям, он входил в местную группировку «Локомотив», получившую название от притяжения к одноименному стадиону. Армейскую службу нес в Германии, пользовался уважением и авторитетом у солдат и офицеров, а отправляясь на дембель, повез домой пачку грамот за призовые места в соревнованиях борцов и отличную характеристику замполита и начальника воинской части. Последнее обстоятельство помогло ему при зачислении сотрудником патрульно-постовой службы и последовавшем затем поступлении в Горьковскую высшую школу МВД СССР.
   Здесь до сих пор благополучная и заурядная биография делает первый неожиданный зигзаг. Солоника начинает вдруг тяготить размеренное существование, с заранее легко предсказуемым будущим. Он забирает документы из горьковской «вышки», уходит из милиции и устраивается копать могилы на кладбище. Сохранилось заявление Солоника от 27 марта 1986 года, с просьбой выдать ему новый паспорт взамен утерянного. В форме N 1, в графе «место работы и должность», будущий сокрушитель авторитетов скромно пишет: бюро коммунальных услуг, землекоп… Впрочем, так ли неожиданна оказалась смена униформы милиционера на робу кладбищенского землекопа? К тому времени Солоник был уже дважды женат, имел по ребенку от каждого брака и жить на скромную зарплату сотрудника патрульно-постовой службы не захотел. Тем более своей единственной слабости (он не пил, не курил, систематически бегал кроссы и тренировался) – слабости к женскому полу, он не изменял никогда. Барышни, точнее, безмерное увлечение ими послужило причиной первого серьезного конфликта с законом.
   В 1988 году, когда по общепринятым меркам он зажил состоятельно – стал модно одеваться и даже купил «Жигули», Солоник оказался на скамье подсудимых. Первомайский районный народный суд Кургана приговорил его к восьми годам лишения свободы за изнасилования. С приговором Солоник не согласился и продемонстрировал свое отношение к случившемуся более чем красноречиво. Он совершил дерзкий побег прямо из зала суда, заставив говорить о себе весь город. При прощании с женой осужденный оттолкнул конвоиров, выпрыгнул через окно на улицу и благополучно скрылся.
   Все же через полтора месяца в Тюмени его задержали. К статье уголовного кодекса «Изнасилование» добавили 188-ю – «Побег из места заключения или из-под стражи». С клеймом насильника, да еще склонного к побегу, бывший мент оказался в пермских лагерях. Можно лишь догадываться, каково ему пришлось с таким «букетом». Другого бы на его месте «запетушили», сделали изгоем, получеловеком. Говорят, это стоило ему не одного шрама, но поселить себя у параши он не позволил. А еще позже, дождавшись подходящего момента, вновь совершил побег. От работы Солоник не уклонялся, заслужил положительную характеристику и был переведен в ИТК-78/8 в Ульяновскую область. Там счастливый случай и представился. 3 марта 1990 года он совершил второй (но не последний) побег в своей жизни – ушел из оцепления через канализационную трубу. Его хватились не сразу, а когда снарядили погоню, было уже поздно.
   Сейчас, после стольких убийств и скандалов, связанных с именем Солоника, о всесоюзном розыске того периода вспоминают мало или вскользь. Между тем рассказы оперативников свидетельствуют о его умении еще тогда обнаруживать слежку и легко отсекать «хвост». В середине 1990 года появилась информация о приезде Солоника в Москву. До той поры надежными сведениями о местонахождении бывшего землекопа оперативники практически не располагали. Говорили, что он плотно общается с представителями тюменской группировки, изредка появляется в родном Кургане, Новокузнецке. Его как будто бы видели в Сочи, где Солоник участвовал в разборке со стрельбой и убийствами.
   В октябре того же года его едва не взяли. Солоник должен был встречаться со знакомой у входа в ГУМ. Начальник службы розыска внутренних войск Анатолий Удинцов, взяв двух сотрудников, заранее прибыл к предполагаемому месту встречи. Сотрудники остались в «Жигулях», а полковник Удинцов, купив на «советский» рубль десять пирожков с мясом и надев белый халат продавца, расположился у дверей универмага.
   Солоник появился неожиданно – длинный кожаный плащ, атласное кашне, модные штиблеты. Удинцов подал знак оперативникам. По предварительной договоренности брать подозреваемого собирались не на улице 25-го Октября (слишком много народу), а в стороне, когда он пойдет к машине. Связались по рации с местным отделением милиции, попросили помощь. Были сведения, что Солоник не расстается с револьвером «Наган», и рисковать не хотели. Увы, пока подкрепление поспешало, объект розыска неожиданно рванул в толпу и исчез.
   Участник тех событий сыщик Главного управления уголовного розыска Юрий Плотников отмечал и другие особенности поведения Солоника. Тот никогда не входил первым в дом, где его ждали, всегда посылал кого-нибудь вперед – «проверялся». Он не сдал свое старое милицейское удостоверение N 1700 и переделал его в удостоверение сотрудника КГБ СССР. Учитывая, что подобные реквизиты в те годы открывали любые двери, стоит ли удивляться легкости, с которой преступник уходил из расставляемых ловушек?
   Впрочем, как считает Юрий Плотников, Солоника тогда никто всерьез не искал. Других проблем хватало с избытком. А потом наступил 1991 год, рухнула система союзного МВД, страна распалась на «суверенитеты», из горячих точек хлынуло оружие, государственная власть слабела, а криминальная крепла и превращалась в легальную силу. В таких условиях Солоник пришелся ко двору: человек, привыкший быть невидимкой, говоривший на «ты» с любым оружием и готовый на все ради красивых женщин и красивой жизни.
   О том периоде деятельности курганского Рембо написано достаточно, повторяться смысла нет. Упомяну лишь, что до задержания в октябре 1994 года на территории Петровско-Разумовского вещевого рынка, когда, отстреливаясь, он смертельно ранил трех сотрудников милиции, Солоник успел разобраться в Тюмени с местными авторитетами Причининым и Машкиным, а в Москве – с вором в законе Глобусом, его близкой связью Бобоном и телохранителем последнего Глодиным.
   На Петровском рынке Солоник получил тяжелейшее ранение. Пробитую пулей почку врачам пришлось удалить. Кроме того, во время операции прямая игла ушла в паренхиму печени, и, учитывая большую опасность осложнений, вытаскивать ее побоялись.
   После реанимационного отделения Боткинской больницы его перевели в изолятор временного содержания Петровки, 38, а затем 21 ноября в «Матросскую тишину». Находился он в особых условиях, и комфорту его подивились бы многие зеки «Матроски». Большинство обитателей СИЗО-1 из-за переполненности камер вынуждены были не только спать, но даже сидеть по очереди. Солоник же был в камере один, смотрел цветной телевизор, имел в распоряжении компьютер, холодильник, микроволновую печь. Даже еду приносили ему из ресторана по заказу. Тюремной пищей Солоник брезговал, а свое требование обосновывал боязнью быть отравленным. Правда, непонятно, кто мог помешать сунуть в ту же ресторанную стряпню персональную порцию стрихнина для курганского узника…
   Следствие продвигалось к завершению. Когда стало ясно, что суд не за горами, он попросил прислать каталог модной одежды и часами листал глянцевые страницы, подбирая костюм от «Версаче», сорочку и галстук. Не забыл и об очках, которые, по мнению Солоника, делали его значительным и импозантным денди. Теперь уже ясно, что интерес к этому он проявлял для отвода глаз. А сам усиленно готовился к побегу: ежедневно занимался укрепляющей гимнастикой, вел активные переговоры с сообщниками на воле, договаривался о деталях со своим будущим напарником – охранником следственного изолятора Меньшиковым.
   Побег стал полной неожиданностью. Он вызвал шок в обществе (никогда раньше из столичной тюрьмы не убегал столь опасный преступник), ярость и возмущение оперативников (очевидно, что подобное могло случиться из-за предательства и разгильдяйства охраны) и вполне понятное ликование в уголовной среде. Не ошибусь, если скажу: именно побег из «Матросской тишины», а не успешное устранение конкурентов сделали Солонику имя в преступном мире, заставили считаться с ним даже тех, кто вчера относился к курганцу как к рядовому киллеру. Согласитесь, одно дело нажимать на спуск и получать за выстрел гонорары, другое дело организовать исчезновение из спецблока едва ли не самого закрытого столичного острога.
   Когда-то знаменитый иллюзионист нашего столетия американец Гудини разыгрывал похожие спектакли. Он предлагал полиции запереть его в наручниках в самой надежной тюремной камере и неизменно невероятным образом оказывался на свободе. Солоник не стремился никого удивить, он бежал от смерти, но отказать себе в удовольствии подразнить своих сторожей не смог – оставил на полу покинутой одиночки пустую упаковку от патронов для браунинга. Не торопитесь, мол, пускаться в погоню, помните, с кем имеете дело… Как стал возможен побег, каким способом преступник сумел выбраться из охраняемого каменного мешка? Сразу после случившегося было назначено служебное расследование. Картину происшедшего ЧП восстановили, но прежде чем прокомментировать собранные факты и выдвинуть собственную версию, ознакомимся с документами.
   Из материалов розыскного дела:
   «После перевода в СИЗО-1 («Матросская тишина») с 13 декабря 1994 года Солоник был поставлен на учет, как склонный к совершению побега, и по постановлению старшего оперуполномоченного Г., санкционированному проку– ратурой, содержался один в общей камере N 938, находящейся в специальном корпусе N 9. (Там до Солоника содержались члены печально известного ГКЧП. – Примеч. автора.) С 20 часов 4 июня 1995 года до 8 часов 5 июня службу по охране следственного изолятора осуществлял личный состав второй смены под руководством дежурного помощника начальника следственного изолятора (ДПНСИ). Контроль за несением службы на спецкорпусе приказом по охране осуществлял заместитель дежурного помощника начальника СИЗО. На внутренних постах N 29-30 (четвертый и пятый этажи спецкорпуса N 9) дежурил младший сержант внутренней службы Меньшиков. Третий этаж находился под контролем сержанта внутренней службы С. Как показала проверка, сержант С. и Меньшиков несли службу в основном на третьем этаже корпуса (там находилось помещение старшего по корпусу N 9), периодически обходя вдвоем камеры четвертого и пятого этажей. В связи с этим входные двери, ведущие на этажи корпуса, на замки не закрывались.
   В 21.30 и в 22.05 сержант С. отлучался из корпуса в дежурную часть СИЗО, и Меньшиков около 30-40 минут находился один. Примерно в 23.50 С. вынужден был вызвать врача для оказания экстренной медицинской помощи заключенному из камеры N 935 (третий этаж). В это время Меньшиков находился на своем посту. Отлучаясь из корпуса, С., в нарушение приказа, оставлял ключи от дверей и камер на столе дежурки старшего по корпусу (третий этаж), и у Меньшикова была возможность ими воспользоваться.
   Около 00.20 из камеры N 935 вновь попросили вызвать врача (камера расположена напротив комнаты старшего по корпусу и камеры Солоника). Сержант С. пригласил по телефону врача и позвал Меньшикова для оказания подстраховки при входе в камеру (по инструкции дверь открывать можно только при поддержке другого охранника. – Примеч. автора.). Однако Меньшикова на посту не оказалось, на зов никто не откликнулся. В 00.40 после ухода врачей с резервной группой и вывода больного заключенного из спецкорпуса для помещения в медсанчасть СИЗО, сержант С. вновь стал искать напарника. Но ни на постах, ни вообще в здании Меньшикова не оказалось. При осмотре этажа С. обнаружил открытыми проходные двери, ведущие наверх к прогулочным дворикам, на полу сорванный с двери навесной замок. На крыше на краю прогулочных двориков был найден шнур со страховочным карабином, конец которого, около двадцати метров длиной, свисал с крыши корпуса вдоль фасада за пределы СИЗО-1 на улицу Матросская тишина.
   При обследовании группой резерва помещений спецкорпуса в камере N 938 Солоника не обнаружили. Вместо него за закрытой на два оборота ключа дверью на спальном месте лежала «кукла», имитировавшая спящего человека. Розыск постового Меньшикова и заключенного Солоника в пределах учреждения положительных результатов не принес.
   В раздевалке личного состава среди вещей Меньшикова найдены два запасных страховочных карабина и упаковка от альпинистского снаряжения. В камере Солоника обнаружены: этикетка от спортивной одежды, межкамерная переписка, разорванная на клочки, пустая фабричная упаковка от патронов калибра 7,65 мм к пистолету системы «Браунинг».
   …Пока инспекция по личному составу Петровки, 38 совместно с представителями ГУИН МВД выясняла обстоятельства происшествия и искала виновных, оперативники надеялись на чудо – поимку преступника и Меньшикова (сначала в ГУВД, не желая признавать предательства, не соглашались называть охранника соучастником и строили версию о «похищении надзирателя СИЗО»).
   По горячим следам бросились по адресам, где теоретически могли появиться беглецы. Устроили засаду у дома Меньшикова. На розыск телеграммой были ориентированы подразделения ГУВД Москвы и Московской области, Управления внутренних дел на воздушном и железнодорожном транспорте, направлена шифротелеграмма в МВД республик и УВД областей. Проинформировали Федеральную пограничную службу и Государственный таможенный комитет России. Было изготовлено пять тысяч фотографий разыскиваемых, их портреты демонстрировали по телевидению, поместили в газетах, сведения о Солонике и Меньшикове передали для публикации в бюллетень оперативно-розыскной информации. Поиск результатов не дал, а худшие предположения подтвердились. Стало очевидно, что Меньшиков – активный помощник бежавшего преступника, а сам побег тщательно продуман и безукоризненно выполнен.
   По основной версии двадцатиметровый альпинистский шнур в тюрьму доставил Меньшиков. Он же принес в камеру цивильную одежду, снаряжение и крепеж для спуска с крыши – между прочим, не самого низкого пятиэтажного строения, каким является корпус N 9. О деталях побега можно лишь догадываться. Скорее всего, с помощью шнура по фасаду здания спускался один Солоник. Тем, кто сомневается, напомню, что с момента операции, которую он перенес после перестрелки 6 октября на Петровском рынке, прошло ровно восемь месяцев. Для тренированного и отчаянного человека, каким являлся курганский Рембо, такой спуск большой сложности не представлял.
   Не следует забывать, что подобные фокусы Солоник проделывал и раньше. Еще в 1994 году, когда МУР вычислил квартиру на Зеленоградской, он ушел примерно таким же способом. Увидев, что перед дверью стоят крепкие парни, не слишком похожие на работников ЖЭКа, Солоник мгновенно сориентировался – по веревке, конец которой закрепил к решетке балконного ограждения, спустился на землю и скрылся. Оперативники застали в квартире только очаровательную подругу разыскиваемого, которая, смущенно поглядывая на смятую широкую постель, оправдывалась: «Я сегодня что-то заспалась…»
   Удивляет в истории побега другое. Каким бы «агентом 007» Солоник ни был, невидимым стать ему невозможно. Таинственным образом не сработала охранная сигнализация, не помогли мониторы, смонтированные по периметру и на территории тюрьмы. Ссылки на убогость камер слежения звучат неправдоподобно. Проще предположить, что бдительность сторожей притупилась не вдруг и спускающегося по освещенной яркими фонарями стене «альпиниста» они обнаружить не захотели. Что касается Меньшикова, то он, вероятно, покинул здание привычным способом – через главный вход.
   Впрочем, знакомый сыщик МУРа, общавшийся с Солоником в период его отсидки и хорошо владеющий обстановкой в «Матросской тишине», так прокомментировал случившееся: «Театральная шумиха вокруг альпинистского снаряжения и спуска с крыши – чушь. Они оба вышли через тамбур тюремного подъезда. За такие деньги не только двери открывают, а могут по желанию на руках до машины донести…»
   Далек от мысли, что Солоник купил всю охрану тюрьмы. Дело не в недостатке денег. По некоторым сведениям, на побег курганского Рембо его друзьями было собрано около полумиллиона долларов. Кстати, и сам Солоник с ходу предлагал следователю за помощь в освобождении миллион… Давать каждому надобности не было. Пройти же по коридорам мимо охранников поздней ночью, да еще в сопровождении дежурного Меньшикова, не трудно. К тому же Солоник не рок-звезда и не телеведущий, в лицо его почти никто не знал.
   Понятно, что признаться в грубейших нарушениях режима СИЗО-1, а то и просто в должностном преступлении, никто не захотел. Предполагаю, что и комиссия, столкнувшаяся с уже свершившимся фактом побега и не желающая отпугивать безжалостными карательными санкциями и без того недоукомплектованный штат «Матросской тишины», ограничилась малой кровью. Кого-то выгнали, кому-то объявили взыскания, несколько человек были понижены в званиях. А роль «паровоза», как легко догадаться, в этой истории отдали бежавшему вместе с Солоником охраннику.
   Из материалов розыскного дела:
   «Сергей Меньшиков, 1974 года рождения. В СИЗО-1 принят на работу в ноябре 1994 года. Заявление о приеме датировано 1 1 октября. Срочную службу проходил во внутренних войсках, по месту службы характеризовался отрицательно, как неискренний, замкнутый, «себе на уме». После демобили– зации непродолжительное время работал на одном из московских заводов, охранял коммерческие палатки около железнодорожной станции Перерва, а в начале 1994 года три месяца числился сотрудником фирмы «Баярд»
Свернуть