20 января 2019  20:22 Добро пожаловать к нам на сайт!
Поиск по сайту

Поэты Санкт-Петербурга



К ЮБИЛЕЮ РАИСЫ ДМИТРИЕВНЫ ВДОВИНОЙ



22 июня 2013 года известной поэтессе и художнику Раисе Дмитриевне Вдовиной, к творчеству которой журнал обращался не раз, исполнилось 80 лет.


Этот юбилейный год для тем значимей для неё, что пережив, можно сказать, смертельный недуг два года назад, автор снова в строю. Выжить помогли жизненная закалка и природное чувство юмора.

Напомним, Р.Д. Вдовина, после успешной презентации в Союзе писателей Санкт-Петербурга 19 ноября 2009 года её 10-й книги «Ночное», в ноябре 2010-го попадает в больницу с диагнозом: заболевание не совместимое с жизнью. Потрудившийся над спасением Р.Д. Вдовиной лечащий врач, сам будучи изумлен происходящим, сказал тогда: «Вероятно, у Раисы Дмитриевны на земле какая-то особая миссия».


Спустя незначительное время после операции появилось на свет около 130 карандашных рисунков, сделанных художником еще в больнице.


Стихи Раисы Вдовиной, предлагаемые вниманию читателя, написаны также вскоре после указанных событий.

18-го декабря 2012 года в КДЦ «Красногвардейский» состоялся творческий вечер юбиляра, с радостью встреченного читателями.


28-го декабря 2012 г. В Союзе писателей РФ состоялось вручение премии Р.Д. Вдовиной.


Пожелаем же Раисе Дмитриевне здравствовать и творить ещё долгие годы.


                                                         Материал подготовлен Отв. лит. редактором отдела поэзии Жанной Бурковской


НОВЫЕ СТИХИ РАИСЫ ВДОВИНОЙ

 

 

Усиленье холодного ветра, метели и вьюг,

А в эфире все выглядеть стало гораздо милее.

Исключен, наконец, этот старческий прошлый недуг,

Как хомут столько лет у народа носимый на шее.

 

Бодрый голос с постели больных поднимает с утра,

Сыплет шуток каскад энергический голос эфира

Журналист, за бугром побывавший, и черту не брат,

А старик ревматичный внимает ему из сортира.

 

Я, к стыду своему, стала рано с постели вставать,

Да какая постель – я ведь, в сущности, тоже спартанка

А постель моя – синий облезлый сундук – не кровать,

И всю жизнь, как герои с гранатой, встаю из-под танка.

 

И наружу всегда по веленью иду своему

Мне отнюдь не на пользу эфирные эти подмоги.

И обратно опять возвращаюсь во тьму.

И домой прихожу по давно непролазной дороге

19.01.2012

 

* * *

Угодить бы мне в больницу

На целебный материк!

Отоспаться, полениться

Прочитать бы кипу книг,

Чтоб тепло от батарейки

растекалось по щеке,

Чтобы клацали тарелки,

Как бывало в очаге,

Чтоб деревья убегали

За окошко в зимний сад,

Чтоб готически крахмальный

Был на докторе халат.

Проявляли бы заботу

и любовь к моей судьбе,

Нежно ждали на работу,

Ну, а я их – так себе.

И стоял бы кто-то тайный,

И дежурил у ворот.

И диагноз бы летальный.

И счастливый бы исход.

 

АЛЬБОМ

 

В голодовку усохла, и дело забылось…

Сосед, Суходольский Лев Казимирыч,

Он был архитектор советской эпохи,

А нам для потехи остались «япохи»

 

Фугасные бомбы, военное детство…

Остался альбом от соседа в наследство,

Тяжелый и емкий. Суровее хлеба.

В каемке густого лазурного неба.

 

В огромном альбоме – цветные эстампы

При свете скупой электрической лампы.

Я помню японочек с тоненьким телом

На странных опорочках, с личиком белым,

с их зонтиком вечным и веером верным,

 

И самураев воинственных, статных,

Суровых, таинственных и непонятных,

И волны, и ливни… и волны и ливни…

И сверху, и снизу смыкались их бивни.

 

Такая была в нем отрада и сила,

Что я безоглядно в него уходила,

Пока моя мама всех дел не кончала

И для экономии свет выключала.

 

Мои самураи… О где же вы, где же!

Сама умираю, и нет мне надежды,

И все, чем дышу, я оставить рискую

на совесть чужую. На память людскую.

 

* * *

Спасите живую Японию, люди!

Она, как огромная рыба на блюде,

Лежит, умирая, отравлена ядом,

Других заражая, столпившихся рядом,

 

Рискуя, как жизнью в войну рисковали,

А близким объятья в беде раскрывали,

Япония, ты не в конце, а в начале,

Хотя я в тебя уходила ночами

 

И все не могла на тебя наглядеться,

Покамест мое не закончилось детство,

С тоской вспоминала тебя на Урале,

Где горы меня от войны укрывали,

 

А ночью единственным светом в оконце

Единственным светом спасали японцы…

 

Японцы – козлы отпущенья –

Такое во мне ощущенье –

Под гнётом воды и пожара

Земного заложники шара.

 

Их мир сегодня смотрит на восток

И в страхе ждет земной судьбы исток,

Где мечутся живые человечки

В космической сжигаемые печке.

 

Ползёт земля. Отравлена вода.

Страдающим не деться никуда

В плену у наводненья и пожара

Стоящим на конце земного шара.

04.04.2011

 

ЗИМА

 

Я из простых, но сложных по природе

И неизменных при любой погоде.

От соприкосновения со мной

Она сама меняет облик свой.

 

Здесь лето редко – все зима да осень,

Лишь несколько запечатленных весен

Придут ко мне и вновь уходят вон…

Одна зима мой неизменный фон.

февраль 2012

 

* * *

На улице туман морозный

На дым походит папиросный.

В окошко холодом сквозит.

Заклейка отстает от рамы.

Забор туманной панорамы

Над подоконником висит…

Но скоро я покой нарушу

Собака просится наружу

И выводить себя велит.

февраль 2012

 

* * *

Странный год. Не пью я и не ем,

Склонная к душевному туману…

Лет мне, может, пять… а, может семь

И всё время вспоминаю маму

В путевом каком-то тупике

То ли детский сад, не то – больница…

Все гляжу в узор на потолке

То ли это явь, а то ли снится

февраль 2012

 

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ

 

Томит меня город доныне,

Не может он установиться:

С одной стороны он – пустыня

С другой стороны он – столица,

Порою – страница романа,

Порою – сюжет детектива,

Виновник большого обмана,

Которого ловят ретиво.

Я в городе этом – жилица,

А также его невидимка,

Носящая все его лица,

А также его нелюдимка

Порою уходит он в нети

Порою своих убивает,

Но лучше и краше на свете

Других городов не бывает

 

* * *

Мне уже не жаль любимый город,

У меня в нём больше – ни следа.

Как и все, чьему он сердцу дорог,

Я ушла оттуда навсегда.

 

Вот уже во тьме его верхушки.

Не царить мне в этом терему!

Он теперь, как милые игрушки,

Снова отдан в руки кой-кому.

 

Я уже сжилась со старой раной,

К ней привыкла, как к своей родне,

Со своею грамоткой охранной

Обрела приют на стороне

 

Но и здесь меня находят вести:

Что пропало, что снесли долой

Ну, а что стоит на старом месте.

Ну, и ладно… ну, и Бог с тобой…

01 января 2012

 

ДВА ПАРАДА

 

Победе – шестьдесят.

А как была юна!

Я помню тот парад,

Когда прошла война:

Несли победный стяг,

Огнём опалены,

Чеканя звонкий шаг,

Солдаты той войны.

Во всю гремел эфир,

Царила доброта.

Был отвоёван мир

Теперь и навсегда.

А год тому назад

Его последний раз

Я вспомнила, парад,

Что душу мне потряс.

Недугам вопреки

Наградами звеня,

Шагали старики,

Молчание храня,

Седые, словно дым,

Белы как облака,

Навстречу молодым

Чья память коротка.

20 апреля 2006

 

* * *

В ночи мое одно

Горит окно

И всю окрестность

Освещает скупо…

Какая скука!

2011

 

* * *

Как живется, так и пишется.

Как зовется, так и слышится.

Как глагольно, так и письменно.

А где больно, там и истина.

 

* * *

В январе на газонах – трава…

Снег пойдет, а под утро растает.

Всё вокруг нарушает права

И тревогой в душе нарастает.

 

Так замешано зло и добро

В эту тяжкую, грешную пору

И держусь, что есть сил, за перо,

За последнюю в жизни опору.

06 января 2012

 

 

 

 

Свернуть