29 октября 2020  11:21 Добро пожаловать к нам на сайт!
Поиск по сайту

Русскоязычная Вселенная. Выпуск № 11


Авторы сайта ИЗБА-ЧИТАЛЬНЯ о войне



Рустам Карим


Свидание на Троекуровском...

Главное качество разведчика – любовь к Родине…

(Геворк Андреевич Вартанян)

Ей показалось, что Георгий... Не из бронзы, а живой.
Радушный взгляд, улыбка – словно не прощались.
А ветер шепчет на фарси, как эхо памяти: Геворк...
В душе он рядом, лишь на сердце – тень печали.

Как раньше, руки за спиной – готов на добрый диалог,
Умны глаза – спокойной мудростью Востока.
Безукоризненная стать, по этикету – даже строг,
Молчит и смотрит… Без малейшего упрёка.

Ей показалось… Кто бы знал, как одиноко без тепла,
О чём грустит она? Судьба – как дань Отчизне…
Вербовка, шифры, имена – азы и тайны ремесла,
Табу на всём, что прикасалось к этой жизни.

Война и первый поцелуй, а в сорок третьем – Тегеран,
И пульс надежды – под прицелом у Скорцени.
Капкан на зверя и кураж – всё это было, как вчера…
Незримый бой – во благо многих поколений.

И только нежная тоска… Конечно, Родина ждала,
Так мать волнуется – за дочь или за сына…
Расчёт разлуки по годам – ещё хватало в мире зла,
А им хотелось… Лишь домой, без псевдонима.

Конспиративные мечты и чувство локтя на двоих,
Святая скорбь и вера в близкую Победу.
Аккорды гимна (лишь во сне), рукопожатия связных,
Но так хотелось… Почитать свою газету.

И просто хлеба от друзей – вдохнуть пшеничный аромат,
До рези в лёгких, до приятного озноба.
Обожествляя даже мысль – о возвращении назад,
Рассудок грезил – хрустом белого сугроба.

Янтарной россыпью рябин, водой лесного родника,
Сухой соломой на чердачном сеновале…
Так всё и было, а сейчас… Среди Бессмертного полка,
Единым строем – их портреты и медали.

Архивный подвиг на руках и в сердце каждого из нас,
На пядь земли – по капле крови за Россию.
Им благодарен тёплый Крым и снежно-солнечный Кавказ,
Четыре года – смерть безжалостно косила.

А у него – опять цветы, и дымкой стелется туман,
На Троекуровском – свидание с любимой.
Они опять наедине и друг от друга без ума…
Господь хранит любовь и не проходит мимо.

Ей только кажется порой… Он не из бронзы, а живой,
Что ветер шепчет на фарси, шурша оранжевой листвой…
Солёный привкус от слезы… Дождался, милый?..


Я не вернулся... (авторская мелодекламация)

Я не вернулся...

Нас разбудил могучий голос Левитана –
В прохладной свежести сверкающего дня.
Среди лохмотьев уходящего тумана
Трещало радио: товарищи... Война.

Оборвалось, и запульсировало сердце;
Шок миновал, зато наружу рвался гнев.
Ядрёной горечью на наглых иноземцев,
И на кулак струной наматывался нерв.

Да как посмели! И – волнующие сводки:
Враги у Киева, под Минском, у Невы...?
Скрипели зубы, и тошнило (не от водки) –
От черной свастики и мертвой головы.

Жена и сын... Мы обнимались на перроне,
В толпе таких же расстающихся людей.
Под вздохи-выдохи рыдающей гармони,
Под воркование вокзальных голубей.

Но поезд тронулся, и в дымке стала таять
Моя семья, – хотя я не был одинок.
Махорка, соль, и фотография на память,
Как оберег любви... Нехитрый узелок.

Я сохранил его... В затишьи перед боем,
Когда на сердце наворачивалась грусть,
Перед глазами было кровное, родное,
И фотоснимку я божился, что вернусь.

Но не вернулся: только знаю, что Победа
В начале мая сорок пятого взошла.
Победным знаменем малинового цвета –
На черном куполе коричневого зла.

Успел я только расписаться на рейхстаге,
Упал... И взглядом устремился в небеса.
Оставшись верным и Отчизне, и присяге;
Шальная пуля – как чихнувшая гроза.

Я не вернулся, как и многие в то время;
Четыре года шла жестокая война.
И на колени встало вражеское племя...
Жаль, не дождётся победителя жена.

Сынок… Подрос уже, наверное...? Весна…


Никто не забыт, ничто не забыто... (авторская мелодекламация)

Никто не забыт, ничто не забыто...


На запад шли вагоны – эшелон за эшелоном,
Дивизии пехоты, бронетанковых машин.
Отчизна провожала батальон за батальоном –
За Родину, за Сталина, за наши рубежи.

За Могилёв, за Винницу – вперёд, назад ни шагу...
Немало сыновей в кровавой сечи полегло.
Но от границ Отечества к зловещему рейхстагу,
Со знаменем отваги наше воинство дошло.

Взлетали ввысь пилотки, офицерские фуражки,
Салют из всех орудий над Берлином грохотал.
Опустошались мятые оплавленные фляжки,
И каждый победитель свой автограф оставлял.

На стенах цитадели ненавистного фашизма
Остались все названия советских городов –
Одесса, Павлодар, и Ленинград – любовь Отчизны,
Ташкент и Ереван – родные вотчины бойцов.

Союза наших братьев много лет не существует,
Историю кроят на Украине и в Литве...
Бандеровцы, нацисты на парадах маршируют,
Но им не улыбаться – ни в Ростове, ни в Москве.

Ольшанский и Панфилов, Маринеско, Девятаев –
Их подвиги для нашей молодёжи, как наказ.
Наследники достойны яркой летописи славы –
Ангола и Вьетнам, Афган и тлеющий Донбасс.

Пусть греет май Россию благодатными лучами,
Пусть травы зеленеют – без коричневых стигмат.
Но долг пред седовласыми гвардейцами-орлами,
Мы не оплатим с помощью подарков и наград.

Внимание, забота, просто тёплое «спасибо»,
Сочувствие, участие – дороже орденов.
И не забыт никто, ничто народом не забыто...
Да будет мир! С Победой наших славных стариков!


Аушвиц (авторская мелодекламация)

Аушвиц

Оставь надежду – здесь чистилище для тварей и блудниц,
Святых забудь, ведь только труд освобождает.
Вдохни особый аромат: так пахнет только Аушвиц,
Еретиков он ждёт всегда – для сбора дани.
На форме молнии «SS», как монограмма палача,
Циничный взгляд из-под надвинутой фуражки.
И под истерику собак, всех прибывающих встречал
Мерзавец в чёрном – каждый ждал его отмашки.
Тавро Давида? Торопись – тебе в одну из "душевых";
Работа после, – как очистишься от скверны.
У иудеев и цыган, у коммунистов и больных,
Душа отмоется – вещал он лицемерно.
Одежду, обувь; догола – раздевшись, очередь ждала,
Седая пыль от неба падала на плечи.
В дыму трубы кружила чернь – горела, видимо, смола,
Огонь шипел и трепетал от дикой встречи.
Бессрочна память…Аушвиц – жаровня беса во плоти,
Освенцим в трауре, и мир в глухой печали.
Жрецы давно уже в аду – чума, казалось, взаперти,
Дверь на замках была – недавно лишь взломали...
А на земле опять пожар, и снова очередь на смерть,
Ещё коричневая мразь не закружила круговерть,
Так встанем в строй – с ней наши предки воевали!


Свернуть