14 августа 2022  13:17 Добро пожаловать к нам на сайт!

ЧТО ЕСТЬ ИСТИНА? № 65 июнь 2021 г.

Поэты и прозаики Санкт-Петербурга

 

Ирина Толдова

 

Ирина Толдова Родилась в Ленинграде в 1973 году. В школе посещала клуб "Дерзание" во Дворце пионеров (секция поэзии). Закончила филологический факультет (русский язык и литература) педагогического университета имени Герцена. Десять лет отработала в школе, затем ушла в строительную журналистику, затем вернулась в педагогику (уже в высшую школу) и опять ушла в строительную сферу.

Стихи пишу всю жизнь. С 2016 года посещаю мероприятия Санкт-Петербургского отделения Союза писателей России. Автор книги стихов "Мухи мироздания" (2017).

Материал подготовлен редактором раздела «Поэты и прозаики Санкт-Петербурга»  

                                                                                                                                    Феликсом Лукницки

СТИХИ

 

Признание в любви

 

Над твоей Невой вечно хмурою

Небо тычется в фонари.

Увязаю в тебя всей шкурою,

Я твоя навеки – бери.

Выдыхая себя в отчаянье,

Мне по праву рожденья дано

Проклинать тебя – от начальников

До юродивых твоих снов.

Затуманься машинным выхлопом,

Папиросами труб затянись,

Так – случайно открытым прикупом –

Не колеблясь меня прими.

Отрекаясь – сжигают пристани.

Мне манкуртов твоих не жаль.

Их шаги неразменной истиной

Сохранит твой сырой асфальт.

Не по ним ли ты плачешь дождиком?

Над твоей Невой ветер – стих.

Подвизаюсь в тебе острожником –

Ты болото. Я твой кулик.

 

Новогоднее

 

Мне не надобно ни зрелищ, ни хлеба.

Погребён усталый город зимой.

Сознаю себя лишённой ночлега,

Хоть, конечно, направляюсь домой.

От тепла и света лишь в полушаге

Не замечу путеводной звезды,

На земле, принявшей статус бумаги,

Оставляю своих мыслей следы.

Но позёмка, заприметив изъяны,

Разметает эти вирши легко.

Щедро падает небесная манна,

Попадая, как всегда, в молоко.

Сбит прицел у исполненья желаний

Или вышел утверждённый бюджет...

Завершу своё земное скитанье –

Вот мой дом. И дверь открыта уже.

 

Бессонница

 

Все атомы собрались и галдят,

Толкаются и требуют ответа.

Им несть числа. И смысла тоже нету

В их толкотне. Встаю, беру халат,

Мечту о спячке вытолкав взашей,

Иду на кухню выпить чашку чаю,

Которая привычно заключает

В себе весь космос. Только потеплей,

Чем тот, над домом, что на фонари

Натянут кем-то – видно, на просушку...

Проснулся кот, чешу его за ушком.

Часы зевнут лениво: раз, два, три...

Бесформеннейший сгусток чепухи

В моём мозгу вальсирует до света,

Не признавая сна авторитета,

Размалывая мысли на стихи.

 

Четверговое лирическое

 

В лоскуточке времени

Посреди недели

Я ли не расстреляна

В собственной постели?

Я ль не четвертована

Разными делами?

Я ль не четвергована

Утренними снами?

В них соблазны разные

Для души и тела,

В них безделье праздную

Жадно, оголтело.

Но звенят будильники

Буднично и нервно –

Ты до кухни, миленький,

Добредаешь первым,

Местной катастрофою

Вместо поцелуя

Ароматом кофия

Будишь. Алилуйя –

Сонные и сытые

Мы в работу канем,

Четвергом прибитые

К пятничному камню.

Ну и пусть тяжеленько,

Суетно и больно –

И до понедельников

Доживём с тобою.

 

***

 

Что все, влюблённые в Россию,

Больны слегка,

Вещают Запада мессии

Уже века.

Да, знаю я – совсем неладно

Идут дела,

И жизнь здесь в общем-то накладна,

Невесела.

Я вижу городов тщеславность,

Их гомон, чад,

Но также – спасшего недавно

Меня врача,

Следы минувшей славы древней

Среди полей

И разорённые деревни

Земли моей...

Но если в доме неуютно

И мать больна,

В других краях искать приюта –

Горька цена.

Не стану побираться где-то

В чужом углу,

Пока в меня Россия вдета,

Как нить в иглу.

 

Эра милосердия

 

Милосердия эру не выковали,

А в детстве убили, маленькой.

Она не была выкормлена –

Голодная, на завалинке

Сидела, глазами чистыми

Смотрела на мир огромнейший

И умерла от выстрелов

Людишек, родства не помнящих, –

Людей, позабывших прошлое,

Мечту посвятивших вещности,

В чьей жизни с избытком – пошлого

И чуточку лишь – человечности.

Мы как-то, наверно, выживем

И грех свой замолим истово,

Но в каждом прохожем вижу я

Убийцу с глазами чистыми.

 

***

 

Я плачу над придуманною жизнью,

Ещё не отсмеявшись над своей,

И сонных дней слежавшиеся слизни

Давно слились в мелькание огней.

Мотор ревёт, старательно вращая

Колёса, землю, мысли и дела...

А у дороги вырос сочный щавель,

И трёх щенков собака родила.

Куда уходит прожитое время,

Забытое и скомканное зря?..

Блестит в пыли планеты стёртый реверс.

Горит над ним зелёная заря.

 

Circulation

 

Время стало дискретным: случайно включает экран,

Тыча кнопками пульта, бредет по каналам сознанья.

Кадры фильмов – чеканкою выбитых в памяти ран,

И строкой кардиографа – ниточка воспоминаний.

А короткие встречи обыденных праздничных дат

Сохраняют нечётко друзей торопящихся лица.

Что-то важное надо запомнить. Но мимо летят

Снимки дней, чтоб исчезнуть и больше здесь не повториться.

Вот потухнет экран – в этом мире закончится свет.

Заскучавшее время почешет устало макушку,

Не дождавшись развязки, надавит на кнопку Reset

И отправится спать, бросив пульт на диванной подушке.

 

Буколический этюд

 

Пастораль. На поблекшем панно

Пастушок да ухоженный сад.

Только где они, знать не дано.

Проступают уже голоса

Оконечных нездешних эпох...

На столе – кофе и круассан.

Этот мир тоже, в общем, неплох,

Но ленив и не очень здоров –

Только в этом как раз и подвох.

Сколько пройдено адских кругов,

Сколько копий разломано в прах

И незначимых сказано слов!

По ком колокол на небесах

Всё тревожней звонит в этот раз?

И цветы у пастушки в руках...

На земле - время новых проказ.

Rado Laukar OÜ Solutions