1 июля 2022  16:58 Добро пожаловать к нам на сайт!

ЧТО ЕСТЬ ИСТИНА? № 63 декабрь 2020 г.

Свой вариант



Владимир Спектор


Владимир Спектор на нашем сайте


Модно быть против, не модно быть за.



Стихи не убеждают.

Побеждает автомат.

И правда стремительно

теряет силы.

Ты, кажется, верил в победу,

загадочный брат,

Не зная, что память

расстреляна с тыла.

Прицелы не сбиты,

и тлеет огонь баррикад,

Не мёртвые души

идут на погосты.

Живые уходят туда,

и пути нет назад.

И даже в стихах всё

смертельно не просто.

* * *


Кто – за солнце, а кто – за луну.

Кто – за звёзды конвойных погон…

В новый день невзначай загляну,

Как в транзитный соседний вагон.

Там, во тьме, продолжается спор,

И конца разногласиям нет -

Кем обещан просторней простор,

Свет светлей, и счастливей билет.

* * *

На повороте визжат тормоза.

Модно быть «Против». Не модно быть «За».

Модно награды давать палачу…

Модно быть гадом.

Но я — не хочу.

Дом у завода


Кузнечно-прессового цеха тревожащие ахи-охи –
В звучащей памяти, как эхо полуразрушенной эпохи.

Казалось время неизменным. Куда ни глянь, - везде начало.
Дыханье пресса в третью смену баюкало и означало,

Что после гимна и курантов ночные страхи не тревожат
Жильцов, поэтов, музыкантов. А гул окрестный – он надёжен

Тяжелой мерностью и ритмом. Но ты не жди привет оттуда.
Дороги нет, хоть дверь открыта туда, где «был» сменило «буду».

* * *


Подобно рыбкам на сковороде,

Танцуют в шоу телеперсонажи.

Маршрут проложен от «везде» к «нигде»

Сквозь жизнь, похожую на распродажу,

Где тень креста затмила тень Христа,

Где, что ни день, – то пляски всё дороже…

Сквозь жизнь, где обжигает доброта.

И где от зависти – мороз по коже.

* * *


Сбой в системе координат.

Видишь – нормою стало предательство.

И не климат в том виноват,

И не личные обстоятельства.

Просто пала горизонталь,

Заменив содержание формою,

Где, устав от закалки, сталь

Утвердила предательство нормою.

* * *


Облака плывут с востока,

И державен их поток.

Безразлична им морока –

Запад прав или Восток.

Им, наполненным дождями,

Важен только свой маршрут

Над полями, над вождями,

Что пришли и вновь уйдут.

* * *


Жизнь продолжается, даже когда очень плохо.

Кажется — вот оно, время последнего вздоха.

Кажется, кажется, кажется… Но вдруг, нежданно

Ёжик судьбы выползает из злого тумана,

И открываются новые, светлые двери…

Так не бывает? Не знаю. Но хочется верить.

* * *


Манон Леско… Как триста лет назад
Любить легко. И предавать легко.
Аббаты пишут, черти говорят…
Как было, так и есть. Манон Леско
В ток-шоу проверяет ДНК,
Рассказывая, где и с кем, когда…
Длинна строка, а память коротка,
Где ангелы сгорают от стыда.

* * *


Под лежачий камень просочилась вода.
Это дождь проливной целый день напролёт.
Это - камень лежачий… Но не навсегда.
Это память пустынь и молчанье болот.

Это капля за каплей в упор, наугад,
Это страх забыванья, что больно вдвойне.
И любовь, что зовёт: «Возвращайся назад»,
И страна, где водой стала кровь на войне.

* * *


Обмену не подлежит

Дорога в один конец.

Меняются миражи,

Меняется ритм сердец.

Но этот незримый свет -

Он твой лишь. И в этом суть.

Нет смысла менять билет,

Когда не дано свернуть.

* * *


Долгожданный, как в прошлые годы трамвай,

Проявляет себя интернет.

Он кипит, словно круто настоянный чай,

Даже если заварки в нем нет.

На друзей и врагов поделил монитор

Всех, врастающих в злую игру.

Приговором вдруг брезжит экранный простор

На безлюдно-трамвайном ветру…

* * *


Всё бывает нежданно-негаданно,

Непредвиденно и опрометчиво.

Даже если дорога накатана,

Даже если доказывать нечего.

Лишь признанья в любви своевременны,

Даже если войной обесточены.

Даже если мигает растерянно

В такт разрывам звезда полуночная.

* * *


Незаконченность мира, любви, перемен,

Неизбывность, но не обреченность.

Забываю, прощаю встающих с колен,

Злобу их обратив во влюблённость.

Облака из души воспаряют туда,

Где им плыть, небеса укрывая,

Где, рождаясь, надеждою манит звезда,

Обретая законченность рая…

* * *


Надо учиться забывать,

по небу памяти летать

свободно и легко.

Примерно так, как в листопад

парит, взмывая наугад,

как гений над строкой,

Какой-нибудь кленовый лист,

или шальной парашютист

над миром и войной.

И я парю в твоих глазах,

забыв, что есть война и страх.

А в небесах – весь мир со мной…

* * *


Где-то на окраине тревог,

Где живут бегущие по кругу,

Вечность перепутала порог,

И в глаза взглянули мы друг другу.

Черствые сухарики мечты

Подарила, обернувшись ветром

В мареве тревожной маеты,

Где окраина так схожа с центром.

* * *


Хрупкое равенство дня и меня,

И времени горький осадок.

А за спиною – всё та же возня,

Где вкус равнодушия – сладок.

Дней оголтелость упрячу в карман,

Тёплой ладонью согрею…

Тают обиды, и гаснет обман.

И даже враги – добрее.

* * *


Не радикулит мешает подняться с колен -

Просто леность завистливой злобы.

Кто-то плакал, а кто-то хотел перемен -

На коленях ползут нынче оба.

Запивая враждой каждый жизни глоток,

Не любя, не скорбя, забывая…

Взгляд с колен никогда не бывает высок,

Даже в сторону ада и рая.

* * *


Не выкорчевываю корни — извлекаю.

Любовь и дружбу не делю, не вычитаю.

Читаю мысли, что считают — повезло.

И умножаю, умножаю, умножаю

Печаль и слёзы на удачи. И не знаю,

Как вывести за скобки боль и зло.

И алгебру с гармонией не разделяя,

Я цену правды познаю — не вычисляю,

И степень милосердия ценю сильней.

Есть план решения, но нет пока ответа,

И доказательств теоремы тоже нету.

И длится, длится извлечение корней.

* * *


Суровый Бог деталей подсказывает: «Поздно».

Уже чужое эхо вибрирует во снах,

Где взрывы — это грозы, а слёзы — это звёзды,

И где подбитый страхом, чужой трепещет флаг.

Суровый Бог деталей оценит перемены,

Чтобы воздать детально за правду и враньё,

Чтобы сердца любовью наполнить внутривенно,

Чтоб излечить от злобы Отечество моё.

* * *


Всех ненавидящих — прощаю.

Смотрю в упор — не замечаю.

А вижу, как трава растёт.

Её ведь тоже — топчут, топчут,

Она в ответ растёт, не ропщет,

Растёт, как будто бы поёт.

Поёт под злыми каблуками,

Под равнодушными плевками.

Над нею — неба блеск живой.

И, ненавидеть не умея,

Она, беспечно зеленея,

Растёт — то песней, то травой.

* * *


И музыка играла, и сердце трепетало…
Но выход был всё там же, не далее, чем вход.
Не далее, не ближе. Кто был никем – обижен.
Я помню, как всё было. А не наоборот.

Я помню, помню, помню и ягоды, и корни,
И даты, как солдаты, стоят в одном ряду.
А врущим я не верю, Находки и потери
Приходят и уходят. И врущие уйдут.

Rado Laukar OÜ Solutions