27 мая 2022  00:57 Добро пожаловать к нам на сайт!

ЧТО ЕСТЬ ИСТИНА? № 63 декабрь 2020 г.

 

Прибалтийские ласточки

 

 

Андрей Гвоздиков

 

Андрей Алексеевич Гвоздиков Родился в 1942, 21 ноября, в Москве, в родильном доме им. Грауэрмана. Первые 30 лет жил на улице Грановского в доме З. Учился в школе 92, где некогда, тогда женской гимназии, училась Цветаева. С 16 лет начал работать. Поменял массу занятий и профессий. Был актёром в театре им. Маяковского, медником на авиационном заводе, монтажником верхолазом, строил пятиэтажки "хрущёбы" Большой Москвы, учился на топографа, служил в армии, Работал звукооператором, был корреспондентом самой большой многотиражки СССР, проводником железнодорожных вагонов, учился в Литературном институте им. Горького, работал экскурсоводом Московского экскурсионного бюро, преподавал экскурсоведение. После переворота торговал в палатке на Ленинградском вокзале, торговал газетами в электричках, имел торговую газетную точку в метро. В 2002 году после смерти жены, когда исполнилось 60 лет, нашёл свою судьбу в Нарве (Эстонская республика). Создал и 10 лет руководил литературным объединением имени Адольфа Гана. Имея давнее влечение, занялся живописью, состоял в обществе нарвских художников "Вестервалли".

 

СТИХИ

 

***

 

Ноябрь уходит. Выпал первый снег.
Он обязательно ещё растает.
У нас такое завсегда бывает.
Природа шаловливая играет,
Свой, совершая к декабрю разбег.
Оранжевый рассвет над городом Ивана
Проснётся поздно и уйдёт в туман
И сумерки морочат постоянно
Поскольку ночь таится по углам.
И будет вот такая ерунда
Покуда не проснётся Коляда.
 

***

 

На собственный день рождения
21 ноября 2020 г.
Детей приносит аист по весне.
По осени находят их в капусте.
А где берутся дети в ноябре?
Неведомо. И это мы опустим.
Ноябрь уходил в заснеженной Москве.
Затемнены покрещенные окна.
В ту ночь я появился на земле.
Единственный. Да видимо без проку.
И закрутился шарик подо мной.
События мелькали и эпохи.
Происходило всё, само собой.
Всё, как всегда. Как при царе Горохе.
И в этой круговерти разных сил
Потерь, приобретений и ошибок
Я как-то интересно очень жил
Всегда судьбе предоставляя выбор.
 

***

 

 

Осень в Нарва-Йыэсуу,
Осень в Нарва-Йыэсуу.
Серых туч занавески.
Слышен плач журавлей.
По осеннему блеску,
По последнему блеску,
По прощальному блеску
Убывающих дней.
Солнце! Солнце бабьего лета,
Солнце рвется сквозь облака.
Если ты веришь в приметы,
То непременно вернёшься сюда.
Ярко-рыжие клёны
Среди сосен зелёных,
Гроздья алой рябины,
Желтый трепет берез…
Есть природы законы
И они непреклонны,
С летом надо проститься,
Чтоб вернулось оно.
Вот и кончилось лето!
Вот и кончилось лето…
Нам сегодня про это
Прошептала волна.
Бросим в море монету,
Бросим в море монету,
Чтобы будущим летом
Возвратиться сюда.
 

***

 

Как то бывало,
хотелось сдохнуть
Не доживя до утра.
Боль донимала,
Что даже охнуть
Было не для меня.
Но просыпалося утро рассветом,
Солнцем или дождем.
Я забывал даже думать об этом,
Решая, - ещё подождем.
А, после, имея печальный опыт
На беды свои плюя
Я знал, что всегда исчезает плохо
Покуда я верю в себя.
Хотя, наверно, придёт мгновенье,
Хотелось бы во сне,
И первый шаг в перерожденье
Я позволю себе.
***
Мне кажется меня вы не поймёте.
И спишете на вздорность и каприз.
Что было раньше, всё для вас - экзотика.
А для меня моя шальная жизнь.
Я знаю вы рассказам не поверите,
Моим в стихи уложенным словам.
Но письма в запечатанном конверте
Не попадают часто к адресам.
 
 
ЗАСТОЛЬНАЯ
 
За победивших в битвах за людей
Поднимем кубки, чарки и стаканы
И выпьем по традиции своей
И будем веселы, когда не будем пьяны
Пусть каждому ночлегу по костру
Пусть каждому по солнцу в яркой сини.
Пусть каждой Магдалине по Христу
И каждому Христу по Магдалине
Закончена тяжёлая работа
Закончен измотавший тело путь
А завтра будет новая забота
Так почему бы нам не отдохнуть.
Ну, если вредно, с нами ты не пей
В твоём стакане пресная водица
Не осуждаем мы судьбы твоей
Но мы сторонники веселья и традиций.
Пусть каждому ночлегу по костру
Пусть каждому по солнцу в яркой сини.
Пусть каждой Магдалине по Христу
И каждому Христу по Магдалине
 

***

 

Симптом, диагноз, эпикриз.
Удача, лотерея, приз.
Как в суете поэзия уходит?
Как будто и не существует вроде.
Но лишь мелькнув сквозь сети мелких дел,
Зажжёт огонь, чтоб я офанарел!
 
 
Случайное.
 
Мне говорил один японец
Что высший путь - забыть желанья.
Что потому мои все беды,
Что я, чего ни будь, хочу.
Мне говорил, под пенье звонниц,
Небритый, бомжеватый странник
Что только истинны отведав
Покой по жизни получу.
Мне говорил один философ,
Психолог, доктор всех вопросов.
Что мира крутятся колёса
Всего лишь у меня под носом.
Мне говорили, говорили
И я их не перебивал.
Я только прах дорожной пыли
С разбитых башмаков сметал.
 
***
 
Холодный луч – проклятая зараза,
Холодный одиночества стилет,
Подобный порче, воровскому сглазу.
Казалось, от него спасенья нет.
Поплюй через плечо, Забудь про все надежды
И начинай всё с белого листа
Надежды нет, что будет всё как прежде.
Холодный луч миракль и пустяк.
И что нам до него, нас ожидает завтра.
И будет день и пища для него
Который написал великий автор
А нам прожить доверено его.
 
***
 
Она ловила мужа без любви.
Ища комфорта и благополучия.
В супруге, ожидая лишь попутчика –
Добудь, достань, построй и защити.
Любовь? О, это выдумки поэтов.
Болезнь неумных дур из глупых книг.
Она могла поговорить об этом,
Но и её однажды рок настиг.
Уже, ей было далеко за тридцать.
Не зная правил ветреной игры,
Вдруг в шалопае увидала принца,
Из снов своих несказанной мечты.
Увы, он упорхнул из первой ночи,
Перелетая на другой цветок.
Она страдала. Вероятно очень.
И навсегда усвоила урок.
Так прожила подруг переживая
Красивая и неживая.
 
***
 
Не уходи из юности дружок
Господь не обещает жизни вечной
И в гроб, когда-нибудь, придётся лечь нам
Но главное чтоб был от жизни прок.
Люби её, какой бы ни была.
Люби её легко и беззаботно.
Как в юности, где каждый день суббота.
Как в юности, когда в душе весна.
Всё сбудется, о чем - бы не мечтал.
А что не сбудется, ну, так и, слава богу.
Но главное не покидай дорогу
Ту на которой песни напевал
 
***
 
Во времена Вийона Франсуа
Монарх один, его не помню имя,
Собрал поэтов как-то у себя
И спор шутя, затеял между ними.
«От жажды умираю над ручьем»
Сказал он. – Я даю вам только строчку.
А вы, валяйте, думайте о том,
Как дальше сочинить в теченьи ночи.
С утра стихов пролился водопад.
Все про ручей, про воду и про жажду.
И что нельзя войти в ту воду дважды
И уж тем более сто раз подряд…
Века прошли. В далекой стороне
Вийон ты очень часто снишься мне.
 
***
 
Все мы
в этом мире -
странники…
На дороге жизни
длинной
Лягут
нашими стараньями
Песни, книги и картины.
Нам простится и забудется
Нашей жизни
несерьёзность.
И какую нибудь улицу
Назовут.
Но будет поздно.
Холодный луч – проклятая зараза,
Холодный одиночества
 
***
 
Письмо без адреса
Я не помню лица, места, времени встречи.
Слов не помню, о чём говорили тогда.
Помню только, что, кто- то вдруг начал перечить,
И тогда стало ясно, что это уже навсегда.
Мне давно наплевать
Вспоминаешь ли ты про меня.
Никогда мы не встретимся. И тем не менье.
Мне хотелось бы знать,
Где закралась вина?
За которую, надо просить мне прощенье.

ПЕСНИ О НАРВЕ

Город Нарва – граница миров.
Здесь сошлись – разошлись две дороги.
Это стоило жизни так многим,
Что на всех не хватает крестов.
Обожженные прошлым столетьем
Мы должны не забыть и простить
Потому что вчерашние дети
Завтра будут здесь новых растить.
Город Нарва – руины заросшие
Вновь поднимет из праха веков.
Сколько здесь ещё будет хорошего
На границе двух разных миров.

***

Эпохи след здесь четко обозначен.
Затмив все прочие советские дела,
Здесь небоскрёб скрестили с водокачкой,
Весь здравый смысл, по матушке послав.
О, Нарва – город древний необычный,
Стоишь ты крепостью над Нарвою рекой
И что не говори, но дух столичный
Всегда витал незримо над тобой.
И пусть ты не велик на первый взгляд
Но как роскошны у тебя предместья
Туманный Ревель, пышный Петроград
И Нарва-Йыэсуу с ними вместе.
Пусть время не щадило красоту
Особое имущество столетий
Но никогда святые не уйдут
Из города, который бог отметил.
А это есть порука и залог
Того, что, может быть, мне суждено дождаться
Нельзя сказать о Нарве городок
Хоть он таким и может показаться.
На перекрестье наций и веков
В котле разнообразных интересов
Живем мы здесь у нарвских берегов
По воле божьей выбрав это место.

***

Там, где сошлися кнут и пряник
И замешались на беде,
Родилось племя - нарвитяне
И больше нет таких нигде.
В котле событий негативных:
Чужие где? И где свои?
Ещё не писана картина
О жизни, смерти и любви.
Не зарифмована поэма
И на века не спет романс.
Какая б не была система -
Ей вечно было не до нас.
А здесь, на берегах Наровы,
Так видно было издавна,
Под сенью божьего покрова
Его особая страна.
Страна, где через раз художник,
Поэт, артист, иль музыкант.
Здесь, средь талантов всевозможных,
С трудом отыщешь дурака.
Народ судьбой приговорённый
К порогам Нарвским прикипел.
Послевоенные вагоны
Везли - хотел иль не хотел.
Пересекались молодые
От века грозного хлебнув,
Рожали и детей растили
Все пережившие войну.
И свято веря, что из мрака
Восстанет вечная страна
В многосемейные бараки
Вселялась новая семья.
Легко ломать старье чужое
Не осознав его судьбы
А прошлое закрыть собою
Всегда стремленье молодых.
К тому ж, убрать чужую память
Всегда спешил советский вождь.
С усами, лысый иль с бровями
Теперь уже не разберешь.
Послевоенные руины
Шедевров многовековых,
Чтобы не портили картины
Снесли навеки позабыв.
ятиэтажные бараки,
Как в лагере, поставив в ряд,
Оставили чуть- чуть и замок
Как бы игрушку для себя.
И рядом с памятным ансамблем,
Чтоб указать чего он значит,
Многоэтажную болванку
Скрестили мудро с водокачкой.
А время мчится по спирали -
Переворот и поворот.
Как много мы тогда узнали
И новых огребли забот.
Что там Малевичи с квадратом,
Где спрятан в туне белый свет.
Из флага красного, ребята,
Какой ещё не лезет цвет?
Все триколоры, триколоры…
Из сундуков, из головы.
И в клочья разлетелось скоро
Наследие большой страны.
По берегам притихшей Нарвы
Вновь порубежье там и тут.
Где берег левый, берег правый?
А люди тут и там живут.
И мост с названьем добрым «Дружба»
Граница делит пополам.
Но он как прежде людям служит.
Совсем простым, И тут и там.
А «бесик» или «Синен, мусте, валге»
Жизнь разобралась и без нас.
Пока мы выживали в свалке
И в этот, как и в прошлый раз.
Тогда Наровы побережье
По правым, левым берегам
Залито было, кровью свежей
Врагов с друзьями пополам
Всё обошлось теперь без крови,
Решили просто, на словах.
А закопёрщиком был Боря.
Который был тогда «неправ»
И все двуличье человечье
Что накопил в себе «Союз»
Всё прошлые противоречья
Слились в один козырный туз.
И что тогда случилось с нами
Мы верой светлою полны
Пошли толпой за шулерами
С наперстками другой страны.
Нас растащили и предали
За грош политкомедианты
Мы жили в интернационале
И сразу стали эмигранты.
Да, ладно, было и похуже.
В те изначальные года
Не раз бывал бедой разбужен
Народ на Нарвских берегах.
И право, вспоминать не поздно
Про орден, шведов и датчан
Про блеск и зло Ивана Грозного
Отцов- баронов Саксамаа.
Но нам опять досталось «счастье»
Увидеть из рабов господ
Господь, ты перепутал масти
Жесток твой старый анекдот.
От этих споров не укрыться
На протяжении веков
О, Нарва - вечная столица
Объединения миров.
Над Нарвою нависли облака
И не понять какое время года.
Из-за того, что я валяю дурака
Над Балтикой испортилась погода.

Ты рассердилась. Ты была права!
Я сам такого не стерпел бы сроду.
И потому, наверно навсегда,
Над Балтикой испортилась погода.
Я всё твердил, что я люблю тебя,
А сам тянулся к пьющему народу
Домой пришел почти, что на бровях
Когда подарок твой по пьянке где-то продал.
Я всё твердил, что я душою чист,
Что между нами не бывать измены.
А сам, как распоследний эгоист,
Соседку в баре гладил по колену.
Я простудился. Я не ел три дня.
На кой мне хрен такая вот свобода!
И я прошу, скорей верни меня
И Балтике хорошую погоду.

***

Пусть уносит всё в море река
Пусть вернуться нельзя никогда
Кто-то следом пройдет за тобой по тропе
В этом городе к этой реке.
Зацветёт моя Нарва весною каштанами,
А зимою снега на нее упадут
И какими меня не манили бы странами
Все равно моё сердце останется тут.
Я давно его спрятал в том старом саду
У обрыва над Нарвой рекой
Не маните меня – никуда не уйду
Навсегда я останусь с тобой.
Здесь судьба моя в узел тугой заплелась
Привязала, чтоб ветер пустой не унес
Чтобы не потеряться и чтоб не пропасть
Как бездомный по улицам рыщущий пес
Всё что, было, останется здесь на века
Камнем, вышедшим из обожженной земли
Под обрывом несет свои воды река
Над обрывом вчера мы признались в любви.
Это было всегда, это будет всегда
Как бы мир не пошел в перекос.
Если будет беда – возвращаюсь сюда
Как бездомный по улицам рыщущий пёс

***

Я по Нарве тоскую
Где мороз и снега
Там нашел я такую,
Что меня дождалась
Не погашены свечи
Рождество, Новый год.
На любимые плечи
Белый снег упадет
Зацветут там каштаны
И уйдут холода
Я с тобой не расстанусь
Ни за что никогда.
Я любить не устану
И подарки дарить
Я с тобой не расстанусь
А иначе не жить
Ты меня не расспрашивай
Все потом расскажу
Нарвской крепости башни
Прочертили межу
Я по Нарве скучаю
Где закат и рассвет
И тебя вспоминаю
А тебя рядом нет.

***

Настало время сумрачных дождей
И украшают тротуар деревья
Мы по дороге желтых фонарей
Идём туда, где нам откроют двери.
Над древней Нарвой небо моросит
Там на ветру продрог старинный замок
Но чьих-то окнах жизни свет горит
Как сотни лет назад, горит упрямо.
Дожди не смоют древний Ругодив
Он то ли финский, то ли древнерусский
Господь, его за скалы зацепив,
Теперь уже во веки не отпустит.
Живи же Нарва, как всегда жила
Переживая войны и пожары
А дождик что. Он кончиться с утра.
Пусть на ветру трепещет синен мусте валге.

***

«Ольга регина ругорум».
Ольга княжна, которая
Христианкою доброй была.
Древлян на березах казнила.
Не помню уже за что.
В школе, нудно училка
Рассказывала про неё.
Пусть разбираются прав ли я
Пусть поругают меня
Что раньше селение Нарвия?
А, может бытьРугов земля?
Нарвские эти пороги
Ругов хранили боги?
Дивнее всяких див
Название «Ругодив».
Нарва, души моей плен.
Замок стоит над рекой
С башнею из-за стен.
Часто над этой скалой.
Ветер дул перемен..
.
Только десяток домов
Выглядывают из веков.
В дымке белых ночей
В город войди скорей!
В город, что был и не будет.
Не будет теперь никогда.
Город, где жили люди
Поплевывая на века
.
Он затаился в нас,
Которые прикоснулись
В белых ночей час
К теням его улиц.
В доме, которого нет,
Что мы ещё найдём?
Белых ночей рассвет –
Черных годов разлом.
Как мы потом поделим,
Радуясь месту под солнцем,
Ветры, дожди и метели -
Русские и эстонцы.
Здесь у реки и дороги
В городе древнем и вечном
Память судья наш строгий
Нас от ошибок лечит.

***

В Египте доводилось мне бывать.
Зачем мне пирамиды фараонов?
Я об истории хочу поразмышлять
Гуляя среди нарвских бастионов.
Мне кажется, что здесь из-под земли
Ёще появится восьмое чудо света!
Пока я лишь предполагаю это,
Но как хочу, чтоб вы его нашли.
Там колледжа возводят нынче стены
Жизнь самая прикольная игра.
Звонок звенит. Большая перемена.

***

В Нарве дует ветер с моря.
По помойкам бродят чайки
И цветут каштаны пеной
Бело-розовых цветов.
В этом мире всё случайно
Надо захотеть нечайно.
И тогда получишь столько
Сколько вынести готов.
Будет Нарва, будут чайки
И цветущие каштаны.
И с залива ветер пьяный
Закружит по мостовой.
Я не буду строить планы
Всё равно они обманут.
Просто я хочу отчайно,
Чтобы были мы с тобой.

***

Бабье лето – лето старой женщины
До чего ж красивая пора.
Золотыми кленами увенчаны
Все дороги, и туман с утра.
Всё готово к осени печальной
К снегу первому и первым холодам.
Да, неправы были англичане
Называя это Индиана
Ну да что тут говорить об этом
Нам то ясно всё. Без дураков.
Ведь у них наверно просто нету
Баб красивых, осени, снегов.
А у нас в избытке и достатке.
Нам не объяснить, им не понять
Навсегда останется загадкой
Эта золотая благодать
Ванна найсте суви – бабье лето
Душу греет сладкое тепло.
Мы с эстонцем понимаем это.
То, что англичанам не дано.

***

Уходит лето в камыши
Что за Наровой
Ну, как же тут не согрешишь
С подружкой новой.
Потом зимою вспоминать
Про вечер тёплый
И листья снежные считать
На стёклах.
А дни проходят чередой
Беспечной.
Ведь не клялися мы с тобой
В любови вечной.
Всё, что шептала нам тогда
Волна Наровы,
Я расскажу теперь, бог даст,
Подружке новой.
Пусть про меня не будет толк,
Мол, непутёвый.
Я просто вольный ветерок,
Что над Наровой.
Над Нарвою летал парашютист
И в серых облаках пылал закат клубничный
Июль отбушевал крутой жарищей
И вот уже прохладен он и чист.
Бушуют карусели у «Женевы»
Девчонки прут толпой на дискотеку
За это всё я благодарен небу
Что на земле родился человеком

***

Весь мир затоплен и Китай и Штаты.
Везде дожди, дожди, дожди…
Европу тоже залили осадки.
Они конечно в этом виноваты.
Бог шельму метит строго по порядку
И снисхожденья от него не жди.
Какая скверная пагода
Висит над Нарвой с октября.
Такого не бывало сроду -
Все нарвитяне говорят.
Зима без снега и весна без солнца.
Год поздней осени над Нарвой моросит.
За что так Бог не полюбил эстонцев?
За что тогда эстонцев он простит?
«Дождь» в Нарве это навсегда?
Оставь надежды старый нарвитянин.
Неоднократно Бог шутил над нами -
Мы посмеёмся – Бог шутил не зря!

***

Не мегаполис и не пуп земли
Он вырос на скале у водопада.
Цари и короли пред этим градом
Склоняли головы безумные свои.
Кто поселился первый и когда?
Быть может мы когда нибудь узнаем.
Здесь проходили перелетной стаей
Народы в предрассветные года.
Пускай теперь не вызовет смущенья
Народов многократное смешенье.
Жить интересно, хоть совсем непросто,
На небольшом, но всё же перекрестке.

***

Над рекою седые стоят бастионы
Здесь не одна прокатилась война
На границе миров принимал оборону
Город Нарва - такая судьба.
В белые ночи по улицам старым
Где они по газонам травой заросли
Бродят рыцари, не поднимая забрала
Императоры и короли.
Эта полночь волнует весь город недаром
И трепещет стихов ненаписанный лист
И хлопочут купцы над заморским товаром
И фигуры расставил свои шахматист.
В мельтешении дней проживают свой век горожане
Провожая столетья, несет свои воды река
Белой ночью давайте ушедших помянем
Встретим тех, кто ещё не родился пока.
Дамы и кавалеры танцуем вместе и парами
Самых красивых парней и девчонок
Можно найти только в Нарве.

***

Снег упадёт и в ожиданье праздников
Начнется дней волнующий подсчёт.
А мне присниться снова дом из пряников,
Рождественская ёлка, Новый год.
Уютно светят свечи в нарвских окнах
И огоньки на Таллиннском шоссе.
И белый снег, прохожими утоптанный,
Скользит по тротуара полосе.
Со всех сторон зовут витрины яркие.
Толпиться озабоченный народ.
Как хочется всех одарить подарками.
Счастливый праздник – в Нарве. Новый год.

***

Друзья мои, которых потерял,
Я жду вас в Нарве, месте всех свиданий.
Там призраки живут старинных зданий,
Где бастионов ветхий пьедестал.
Я жду весной, когда каштан цветёт,
Когда черёмуха сменяется сиренью
И над Наровой солнышко встает,
Чтоб поддержать моё стихотворенье.
Я жду всех тех, в ком у меня нужда.
Таких, за жизнь я накопил немного.
Здесь мой последний дом мне отдала судьба.
К его дверям вела меня дорога.
Друзья мои, которых потерял
В беспечности оправданных скитаний,
Забытых дат, «английских» расставаний
Которых никогда не забывал..

***

Место встречи изменить нельзя!
Жизнь, она в полоску или в клеточку.
Обещает что-нибудь, дразня.
Сталактитом, оплывая на подсвечнике.
Тут две крепости стоят бойницы щуря.
Тут река течёт с особенным характером.
Тут граница есть де-факто и де-юре
Под защитой тыщелетней практики.
Выдумав обид взаимных перечень
Мы на шарике – соседи коммунальные.
А слабо, собраться как- то вечером.
Посидеть и накатить по маленькой.
Не пора ли выйти из окопов
Позади оставив дни лихие.
Что ты ждёшь Объединённая Европа
И всегда объединенная Россия.
Мы на шарике соседи коммунальные
Не к чему нам кухонный базар.
Приезжайте в Нарву город правильный.
Место встречи изменить нельзя.
Ты уезжаешь? Оглянись!
Там за тобой осталась Нарва!
Старинный замок, город старый
И полная событий жизнь.
Не забывай волна Наровы
Тебя навеки унесла
В те непростые времена
Раскрыв истории покровы
И не расстанешься ты с ней
Средь рыцарей,купцов, пиратов,
Средь королей и бунтарей,
Средь горожан невиноватых.
Стояла Нарва и стоит.
Жила и будет без сомненья.
Ты оглянись, запомни вид
Старинной башни отраженье.
 

ПЕСНИ О НАРВА-ЙЫЭСУУ

Там где море встречается с лесом
И волною ласкает песок,
У залива стоит Нарва-Йыэсуу,
Из мечты моей городок.
Давай с тобой поедем в Нарва-Йыэсуу,
Там крики чаек будят по утрам.
Поверь, что я не знаю лучше места,
Где хорошо так будет нам.
Это город любви и покоя,
В нём проходят счастливые дни.
На закате здесь солнце большое
Опускается в трепет волны.
В старом парке у пруда, в беседке,
Ты меня непременно найдёшь.
Ив серебренных длинные ветки
Теребит пробегающий дождь.
Мы увидим с тобой на рассвете,
Как из устья Наровы-реки,
Проверять свои снасти и сети
За салакой уйдут рыбаки.
Здесь веками написана пьеса,
И судьба у неё драматург.
Из Усть-Нарвы и Нарва-Йыэсуу,
Мы поедем с тобой в Гунгенбург.
В наше время депрессий и стрессов,
Как бы ни был наш путь одинок,
Пусть нам светит маяк Нарва-Йыэсуу.
Из мечты моей огонек.
В Нарва-Йыэсуу вновь пришла весна.
В голубых подснежниках поляны.
И плывут над морем облака,
Вестники штормов и ураганов.
Над прибоем лебеди летят.
С каждым взмахом ближе к дому птицы.
И с восторгом провожает взгляд,
Тех - кому не ведомы границы.
И с залива нарвского разлива
Налетит весенний ветерок
И закрутит дурень шаловливо
За зиму слежавшийся песок.

***

В Нарва-Йыэсуу сгорают последние старые дачи
Что смотрели пустыми глазами окон.
Лишь природа над ними дождями поплачет
Понимая, что это её же природы закон.
Всё проходит. Но кто-то хранит Колизеи,
Башню в Пизе, и крепость над Нарвой рекой.
Жизнь – война, на которой бывают потери
Старых дач, старых истин, чтоб кто-то явился другой
Гунгербургский модерн с желтых смотрит на нас фотографий.
Удивляются дети, что видели мы это всё.
Строят в Нарва-Йыэсуу. Меняют его географию.
Всё когда-то сгорит. Ведь никто не жалеет старьё.
 
***

Догорают костры от Ивановой ночи
На заветной поляне вся помята трава
Это значит, что дни скоро станут короче
Скоро осень, а после начнется зима.
Белые ночи Нарва-Йыэсуу
Белые ночи нам спать не дают.
Помнишь, по пляжу гуляли мы вместе
Этого я позабыть не смогу.
В Нарва-Йыэсуу на пляже белоснежная чайка
Из крыла подарила мне на память перо
На песке у прибоя – может, ты прочитаешь
Я тебе написал небольшое письмо.
Море ветер и солнце нас покроют загаром.
Это значит, недаром лето мы провели.
От углей почерневших пахнет сладким пожаром.
От Ивановой ночи не погаснут костры.

Небо хмурится. Льется всё с неба вода.
Нам на пляж выходить уже нет интереса...
Жизнь начнется тогда, жизнь начнется тогда,
Когда кончиться дождь в Нарва-Йыэсуу.
Мокрый кот под сиреневый спрятался куст
И прохожие прячут под зонтиком лица.
И вопрос все друг другу один задают -
Ну, когда ж этот дождь прекратится?
Я стою у прибоя гляжу на закат.
Солнце в небе пожаром пылает.
Справа светит, мигая Усть-Нарвский маяк,
Слева светят огни Силламяэ.
Будет синее небо и теплый песок.
Будут чайки лениво лететь над волною.
Когда кончиться дождь будет всё, будет всё!
Будет главная встреча с тобою…

***

Замели Нарва-Йыэсуу снега, замели
И проснувшись с утра, не дождешься рассвета
Льдом и снегом укрыты и пляж и залив
В ожидании жаркого лета
Наступает зимы и земли торжество
И готовится к этому мир и народ
Но сначала встречаем мы все рождество
А потом будем ждать новый год.
В каждом доме пусть свечи зажгут и огни
И подарки друг другу положат под ёлку.
Новый год! В Нарва-Йыэсуу снега замели.
В окнах свечи горят, и весёлые песни не молкнут
Гром отгремел. Давно прошла война.
Вот с моря ветерком слегка подуло.
Зачем пытать на ком лежит вина,
Что не вернулась к жизни Мерекюла.
В ветвях деревьев птицы запоют,
Весной в места родные возвращаясь
И терпеливо камни срока ждут
Травой и лесом пышно зарастая.
Среди стволов забытый монумент.
Достойный господин был этот Гент.
Весна метет черемухи порошей.
Остановись здесь человек хороший.
Быть может, время цепь свою сомкнуло
И возвратиться к жизни Мерекюла.
 
 
 
 
 
Rado Laukar OÜ Solutions