30 июня 2022  22:26 Добро пожаловать к нам на сайт!

ЧТО ЕСТЬ ИСТИНА? № 62 сентябрь 2020 г.


Поэты и прозаики Санкт-Петербурга



Феликс Лукницкий


О ПУБЛИКАЦИИ «БАБЬЕГО ЯРА» Евг. Евтушенко в Лит. Газете (1961 г.)

(по личным впечатлениям и воспоминаниям)

Начну с того, что моя бабушка со стороны мамы – была среди евреев города Киева, уничтоженных фашистами в Бабьем Яре. Этот факт зафиксирован в музее Яд Вашем (Израиль).

С конца 50-х мы с мамой выписывали газету «Известия» и «Литературную газету» (плюс я – газету «Советский спорт»). Литературная жизнь, как и вся остальная, была многослойная, и были чёткие границы – кому и что дозволялось печатать как в центральных газетах так и в «толстых» журналах. И кому на каких сценах и в каких городах выступать перед зрителями.

Публикация в Литературной газете «Бабьего Яра» Евгения Евтушенко была громом среди ясного неба. Слово «евреи» было вне печатных публикаций, радио, театров, кино, ТВ и других источников общенародной информации. А что касается «еврейского народа», то Сталин – в трудах по национальному вопросу – установил водораздел между народами и нациями. И на примере евреев – аргументировал недопущение отнесения их к народам, - не доросли…

Публикация «Бабьего Яра» вызвала оперативную реакцию в ряде официальных кругов. В частности, газета «Советская Россия» поместила стихотворение Алексея Маркова «Мой ответ».

Какой ты настоящий русский,

Когда забыл про свой народ?

Душа, что брючки, стала узкой,

Пустой, как лестничный пролёт

… с окончанием:

Пока топтать погосты будет

Хотя б один космополит,

Я говорю: я – русский, люди!

И пепел в сердце мне стучит.

Стихотворение А. Маркова надо бы разместить полностью, чтобы понятнее была встречная лавина неопубликованных откликов на него. Но отсылаю к Интернету тех, кто его не читал (в том.числе, тех, кто появился на свет или достиг сознательного возраста позже нас).

Я написал «Мой ответ А. Маркову» и отправил в газету «Известия». Тогда под редакций А. Аджубея в «Известиях» собралась группа талантливых журналистов, и «Известия» выступали если не оппозиционно (насколько это было дозволено длиной поводка) к газете «Правде» и к газете «Советская России», но во всяком случае – своим голосом, и имели значительную читательскую аудиторию, прежде всего – среди интеллигенции.

Вскоре я получил ответ, подписанный В. Непомнящим, что редакция «Известий», как и многих других московских газет, завалена потоком писем с протестами против передёргивания фактов в окрике А. Маркова на публикацию стихотворения Евтушенко, в том числе и со стихами. И лучшее, что «Известия» могут сделать - отправлять всё получаемое адресату – А. Маркову, и моё стихотворение – аналогично – тому, кому оно адресовано.

В те дни в Москве готовилась Всесоюзное Совещание молодых писателей, и, как было отмечено во всех центральных газетах: в выступлениях участников было выражено удивление и порицание Евтушенко, который в «Бабьем Яре» затронул тему, давно решённую в нашей стране.

Вскоре в газете «Советская Россия» Д. Стариков в эзоповской манере прошёлся против публикации «Бабьего Яра» и сослался на мнение И. Эренбурга. На это И. Эренбург в «Известиях» лаконично ответил, что Д. Стариков исказил его точку зрения по данному вопросу. «Бабий Яр» не публиковался потом долгие годы, но в конце 80-х, когда популярны стали книгообмены, я выменял что-то на трёхтомник Евтушенко, изданный в 1987 году.

В нём «Бабий Яр», написанный в 1961 году, есть, но, к удивлению, со сноской к первым словам «Над Бабьим Яром* памятников нет». Привожу её полностью: «Бабий Яр – овраг в окрестностях Киева, где гитлеровцы уничтожили несколько десятков тысяч советских людей, и среди них евреев, украинцев, русских и других жителей Киева. В момент написания этого стихотворения в Бабьем Яре ещё не было памятника. Теперь этот памятник жертвам фашистов установлен».

Этот памятник я видел, когда в начале октября 1988 г. был в Киеве на похоронах моего двоюродного брата Миши Местечкина (с 1941 года в 19 лет – в кавалерии, закончил войну в Берлине, медали за взятие Варшавы и Берлина, а в 1946-м участвовал в боях против бандеровцев в Западной Украине).

Лукавство, точнее лицемерное обобщение жертв в едином памятнике было в том, что только именно и ЕВРЕЕВ Киева приказом обязали – под угрозой расстрела – явиться с минимумом вещей для якобы эвакуации в безопасное место. И тысячи семей – с малыми детьми и стариками, с инвалидами и больными – явились по этому приказу. А их повели в Бабий Яр, где и уничтожили. В дальнейшем Бабий Яр фашисты использовали для расстрелов военнопленных и других советских людей.

Только после «перестройки» евреям Киева разрешили поставить в Бабьем Яре отдельный памятник уничтоженным в нём евреям. Чего при советской власти все попытки и ходатайства - пресекали десятки лет,

Возвращаюсь в начало 60-х: наряду с полемикой в печати, более жёсткая реакция власти проявилась в отношении 13-й Симфонии Дмитрия Шостаковича, созданной на основе поэзии Евтушенко. В ней было 5 частей: 1.Бабий Яр, 2. Юмор, 3. В магазине, 4. Страхи и 5. Карьера.

В отношении первого исполнения симфоний Д. Шостаковича была «узаконенная» традиция – в Большом зале Ленинградской Филармонии, в исполнении Оркестра под управлением Евгения Мравинского, Заслуженного коллектива Республики.

Но судьба 13-й была иная. Первое исполнение было в Москве. Оркестром, солистами и хором дирижировал Кирилл Кондрашин. С этого исполнения магнитофонные записи разошлись по Союзу. И вскоре мы с друзьями слушали 13-ю Симфонию на магнитофоне одного из них. Потрясающее было впечатление! Каждая часть Симфонии была создана Шостаковичем кровью его сердца и блестяще исполнена. На деталях не буду останавливаться, теперь 13-я Симфония так же доступна, как и любые музыкальные произведения, в том числе недоступные народу в СССР.

А что же с исполнением её в Ленинграде? В фойе Большого зала Филармонии был стенд со стенгазетой «Голос слушателя», которую издавала администрация несколько раз в год. В «Голосе» - наряду с познавательной информацией – о предстоящих концертах и исполнителях, о других событиях в музыкальной жизни Ленинграда, о мемориальных датах и другой – была рубрика Вопросы и Ответы. И в течение нескольких ЛЕТ – на вопрос: Когда планируется исполнение 13-й Симфонии Шостаковича? или: Намечается ли в этом сезоне исполнение 13-й Симфонии? – были только отрицательные или неопределённые (на вопросы: Когда?) ответы.

Тогда мы были постоянными слушателями Большого зала Филармонии, на покупку абонементов на каждый год выстраивались «хвосты» на площади Искусств и посещали любые интересовавшие нас концерты.

Прошли десятки лет, всё реже удавалось бывать в Большом зале. И я не знаю, но надеюсь, что исполнение 13-й Симфонии Шостаковича всё же состоялось в 80-х годах или позже.

И коснусь ещё одного литературного события того же периода, связанного с Евгением Евтушенко, которое по масштабу влияния на умы и по реакции официальной печати и читающего народа – не идёт в сравнение с «Бабьим Яром», но для понимания КАК ЭТО БЫЛО ТОГДА – уместно упомянуть здесь.

В 1965 партийное руководство СССР разрешило празднование 70-летие Сергея Есенина. Десятки лет до этого его имя было под гнётом официального молчания, его книги не были в свободном доступе в общедоступных библиотеках, и лишь в прежних изданиях, хранившихся у ценителей поэзии Есенина, можно было читать его несравненные стихи. Официальное празднование происходило 3 октября 1965 г. в Колонном зале Дома Союзов. Среди выступавших был и Евгений Евтушенко, который прочёл «Памяти Есенина».

Это программное стихотворение не было опубликовано тогда, равно как и в последующие годы, оно не вошло в упомянутое мной выше издание трёхтомника Евтушенко 1987 года. Насколько я знаю, впервые его опубликовали в 1996 году.- в сборнике стихотворений Евтушенко, изданном в Ростове-на Дону. Это стихотворение было записано на магнитофоны кем-то из участников заседания в Колонном зале и разошлось в рукописных и машинописных копиях. Мама переписала его у кого-то из знакомых, потом я напечатал на машинке.

Процитирую два фрагмента:

«Какие стройки, спутники в стране!

Но потеряли мы в пути неровном

И двадцать миллионов на войне,

И миллионы – на войне с народом.

Забыть об этом, память отрубив?

Но где топор, что память враз отрубит?

Никто, как русские, так не спасал других,

Никто, как русские, так сам себя не губит».


«Когда румяный комсомольский вождь

На нас, поэтов, кулаком грохочет,

И хочет наши души мять, как воск,

И вылепить своё подобье хочет, -

Его слова, Есенин, не страшны,

Но трудно быть от этого веселым.

И мне не хочется, задрав штаны,

Бежать вослед за этим комсомолом».


Имя Сергея Есенина вывели из молчания, его стихи стали доступны, в 1968 году в издательстве «Художественная литература» вышло 5-томное собрание его сочинений и переписка.

Rado Laukar OÜ Solutions