7 декабря 2022  02:12 Добро пожаловать к нам на сайт!

Круглый стол

Пыхалов И. В.

И́горь Васильевич Пыхалов (род. 30 октября 1965, Ленинград, СССР) —российский публицист, автор книг, посвященных сталинской эпохе и деятельности НКВД СССР, создатель интернет-проекта «За Сталина!» и автор книги «Великая оболганная война» (2005).


За что сажали при Сталине. Невинны ли «жертвы репрессий»?


40 миллионов погибших. Нет, 80! Нет, 100! Нет, 150 миллионов! Следуя завету Гитлера: «чем чудовищнее соврешь, тем скорее тебе поверят», либерасты завышают реальные цифры сталинских репрессий даже не в десятки — в сотни раз. Новая книга ведущего историка-сталиниста, автора бестселлеров «Великая оболганная война» и «За что Сталин выселял народы», опровергает эту подлую ложь, с цифрами, фактами и ссылками на архивные источники доказывая: на самом деле к «высшей мере социальной защиты» при Сталине были приговорены 815 тысяч человек, а репрессированы по политическим статьям — не более 3 миллионов.

Да и так ли уж невинны были эти «жертвы репрессий»? Можно ли считать «невинно осужденными» террористов и заговорщиков, готовивших насильственное свержение существующего строя (что вполне подпадает под нынешнюю статью об «экстремизме»)? Разве невинны были украинские и прибалтийские нацисты, кавказские разбойники и предатели Родины? А палачи Ягоды и Ежова, кровавая «ленинская гвардия» и «выродки Арбата», развалившие страну после смерти Сталина, - разве они не заслуживали «высшей меры»? Разоблачая самые лживые и клеветнические мифы, отвечая на главный вопрос советской истории: за что сажали при Сталине? — эта книга неопровержимо доказывает: ЗА ДЕЛО!

ПРЕДИСЛОВИЕ

За что сажали при Сталине? Странный вопрос. Конечно же, ни за что. «Кремлёвский тиран», в силу своей маниакальной кровожадности, так и норовил уничтожить побольше соотечественников — вот уже много лет назойливо уверяет нас официозная пропаганда. Все жертвы репрессий были невиновны — без устали талдычит самозваная «совесть нации» в лице творческой интеллигенции. Об этом любят рассказывать и потомки «безвинных страдальцев»:

«Приехала в гости из Ташкента мамина двоюродная сестра к дочери в Коломну. В воскресенье были у нас в гостях. АЛама, естественно, окунулась в воспоминания. Оказалось, что отец тёти Любы дед Василий — жертва режима. Для меня это стало откровением. Интересуюсь у мамы; естественно, за что — простой дядька, работал мастером на шахте в Туле, помню в детстве только такого здоровенного деда шутника-балагура. Мамуля мнётся и говорит, ну за что сажали тогда — где-то что-то не то сказал. Меня распирает любопытство. Лезу в "Мемориал" — нету. Ну ладно, дождусь тётю Любу.

И вот, когда сестрички уже перетёрли всё о своей жизни и детях-внуках, влезаю в разговор и спрашиваю. Мамуля на меня шикает и совестит. Тетя Люба мнётся и говорит, что, деточка, деталей не знаю и не помню уже, но вроде были какие-то приписки на участке и толкали уголёк на сторону. Они тогда строили дом, денег не хватало, и дед Василий решил ускорить процесс. Не знаю уж, сколько дали, но тётя Люба сказала, что был в лагерях, вроде как в Норильске, примерно год-полтора и вышел. Взяли на старое место, а тут вскоре война началась, и он на фронт ушёл. Говорит, что и он, и баба Таня страшно стеснялись этого перед роднёй, поэтому и говорили, что посадили по политической. Вроде не так стыдно было».

Что ж, остаётся лишь отдать должное рассказчику. Немногие найдут в себе мужество публично признаться, что их родственник сидел заслуженно. Стыдно быть внуком вора, куда приятней считаться потомком «невинной жертвы незаконных репрессий». Вот и гуляют легенды о пострадавших «за анекдоты» или за «5-минутное опоздание на работу».

И вроде как-то неприлично спорить с рассказчиками подобных душещипательных историй, выясняя истину. Внук за деда не отвечает, стоит ли ворошить былое, вытаскивая на свет божий нелицеприятные факты? Только вот беда, обеляя и выгораживая своих предков, эти люди одновременно оплёвывают прошлое нашей страны.

Ведь если некритично принять на веру их рассказы, сталинский СССР и вправду предстаёт «царством тьмы», «Империей зла». Даже странно, как при этом советский народ умудрился догнать промышленно развитые западные державы, выиграть Великую Отечественную войну, поднять страну из послевоенной разрухи.

Давайте всё же разберёмся, за что сажали при Сталине. И сделаем это, опираясь не на байки заинтересованных лиц, а на основании доступных нам сегодня архивных документов.

ЧАСТЬ 1 КАКОВЫ МАСШТАБЫ СТАЛИНСКИХ РЕПРЕССИЙ?

Эти господа исходили из того правильного расчёта, что чем чудовищнее солжёшь, тем скорей тебе поверят. Рядовые люди скорее верят большой лжи, нежели маленькой. Это соответствует их примитивной душе. Они знают, что в малом они и сами способны солгать, ну а уж очень сильно солгать они, пожалуй, постесняются. Большая ложь даже просто не придёт им в голову. Вот почему масса не может себе представить, чтобы и другие были способны на слишком уж чудовищную ложь, на слишком уж бессовестное извращение фактов. И даже когда им разъяснят, что дело идёт о лжи чудовищных размеров, они всё ещё будут продолжать сомневаться, и склонны будут считать, что, вероятно, всё-таки здесь есть доля истины. Вот почему виртуозы лжи и целые партии, построенные исключительно на лжи, всегда прибегают именно к этому методу. Лжецы эти прекрасно знают это свойство массы. Солги только посильней — что- нибудь от твоей лжи да останется.

Адольф Гитлер. Моя борьба

ГЛАВА 1 ПРИГОВОРЁННЫЕ К ВЫСШЕЙ МЕРЕ

Результаты правления Сталина говорят сами за себя. Чтобы их обесценить, сформировать в общественном сознании негативную оценку сталинской эпохи, борцам с тоталитаризмом волей-неволей приходится нагнетать ужасы, приписывая Сталину чудовищные злодеяния.

НА СОСТЯЗАНИИ ЛЖЕЦОВ

В обличительном раже сочинители антисталинских страшилок словно соревнуются, кто соврёт сильней, наперебой называя астрономические цифры погибших от рук «кровавого тирана». На их фоне диссидент Рой Медведев, ограничившийся «скромной» цифрой в 40 миллионов, смотрится какой-то белой вороной, образцом умеренности и добросовестности:

«Таким образом, общее число жертв сталинизма достигает, по моим подсчётам, цифры примерно в 40 млн чело- век»[1].

И в самом деле, несолидно. Другой диссидент, сын репрессированного революционера-троцкиста А.В. Антонов-Овсеенко, без тени смущения называет вдвое большую цифру:

«Подсчёты эти весьма и весьма приблизительны, но в одном я уверен: сталинский режим обескровил народ, уничтожив более 80 миллионов лучших его сыновей»[2].

Профессиональные «реабилитаторы» во главе с бывшим членом Политбюро ЦК КПСС А.Н. Яковлевым ведут речь уже про 100 миллионов:

«По самым скромным подсчётам специалистов комиссии по реабилитации, наша страна за годы сталинского правления потеряла около 100 миллионов человек. В это число включены не только сами репрессированные, но и обречённые на гибель члены их семей и даже дети, которые могли быть рождены, но так и не появились на свет»[3].

Впрочем, по версии Яковлева пресловутые 100 миллионов включают в себя не только прямые «жертвы режима», но и неродившихся детей. Зато писатель Игорь Бунич без стеснения утверждает, будто все эти «100 миллионов человек были безжалостно истреблены»[4].

Однако и это ещё не предел. Абсолютный рекорд поставил Борис Немцов, возвестивший 7 ноября 2003 года в программе «Свобода слова» на телеканале НТВ про 150 миллионов человек, якобы потерянных российским государством после 1917 года.

На кого рассчитаны эти фантастически-нелепые цифры, охотно тиражируемые российскими и зарубежными средствами массовой информации? На тех, кто разучился думать самостоятельно, кто привык некритически принимать на веру любую чушь, несущуюся с экранов телевизоров.

В абсурдности многомиллионных цифр «жертв репрессий» легко убедиться. Достаточно открыть любой демографический справочник и, взяв в руки калькулятор, произвести несложные расчёты. Для тех же, кому лень это сделать, приведу небольшой наглядный пример.

По данным переписи населения, проведённой в январе

1959 года, численность населения СССР составила 208 827 тысяч человек. К концу 1913 года в тех же границах проживало 159 153 тысячи человек[5]. Нетрудно подсчитать, что средний ежегодный прирост населения нашей страны в период с 1914 по 1959 год составлял 0,60%.

Теперь посмотрим, как росло в те же годы население Англии, Франции и Германии — стран, также принявших активное участие в обеих мировых войнах[6].

1920, тыс.

1960, тыс.

Ежегодный прирост, %

Англия

43 718

52 559

0,46

Франция

38 750

45 684

0,41

Германия

61 794

72 664*

0,41

* В том числе ГДР — 17 241 тыс., Западный Берлин — 2199 тыс., ФРГ — 53 224 тыс.

Итак, темпы прироста населения в сталинском СССР оказались почти в полтора раза выше, чем в западных «демократиях», хотя для этих государств мы исключили крайне неблагоприятные в демографическом отношении годы 1 -й мировой войны. Могло ли быть такое, если бы «кровавый сталинский режим» уничтожил 150 миллионов или хотя бы

40 миллионов жителей нашей страны? Разумеется, нет!

СТО ДЕСЯТЬ МИЛЛИОНОВ ПОТЕРЯНЫ И НАЙДЕНЫ

Однако профессиональных борцов с тоталитаризмом так просто не возьмёшь. В ответ на сравнение с Англией и Францией очередной обличитель с пеной у рта заявляет, что «по подсчётам Менделеева» в России к такому то году должно было жить 400... 500... 600 миллионов человек. Соответственно, все недостающие граждане — жертвы большевистских палачей.

Впрочем, при ближайшем рассмотрении выясняется, что работу Д.И. Менделеева «К познанию России» (1906), где великий русский химик имел неосторожность сделать свой прогноз, доморощенные «демографы», за редчайшим исключением, не читали. Источником их вдохновения, как правило, служит статья сбежавшего на

Запад во время Великой Отечественной войны профессора И.А. Курганова. Этот опус беглого «экономиста, политолога, историка и публициста» (как рекомендуют Ивана Алексеевича эмигрантские справочники), скромно названный «Три цифры», неоднократно перепечатывался в различных заграничных изданиях, в том числе и в главном органе НТС журнале «Посев» (1977, №12).

После углубления «перестройки» с данным трудом смогли ознакомиться и отечественные читатели — в 1990 году он был опубликован в еженедельнике «Аргументы и факты». Как явствует из аннотации, текст статьи был предоставлен «АиФ» некоей Е.А. Белоконь, преподавательницей Историко-архивного института, возглавляемого видным деятелем тогдашнего «демократического движения», почётным доктором Еврейской теологической семинарии Ю.Н. Афанасьевым. При этом Елена Аркадьевна пытается представить себя знатоком вопроса, для чего упоминает о личном знакомстве с внуком Курганова. Между тем, учёная дама даже не знает дату смерти профессора, уверяя читателей «АиФ», будто тот умер «в конце 60-х гг.», в то время как на самом деле Иван Алексеевич дожил до 1980 года.

Какие же доводы приводит И.А. Курганов, отстаивая версию о массовом уничтожении населения России большевиками?

«Ф. Достоевский ещё в 1871 г. высказал предположение, что социальное переустройство общества может обойтись народу в сто миллионов голов.

Революция в России началась восстанием 1917 г., затем развернулась в гражданской войне, индустриализации, коллективизации и в полном переустройстве общества. Народ за это время понёс действительно крупные потери, особенно в начальный период революции и в период диктатуры Сталина. Вот некоторые цифры:

численность населения России в 1917 г. в границах до 17 сентября 1939 г. была 143,5 млн;

естественный прирост населения за 1918-1939 гг. нормально должен быть 64,4 млн (по коэффициенту 1,7, принятому за основу демографических расчётов Госплана СССР);

механический прирост населения в 1940 г. — 20,1 млн чел. Сюда включено население территорий, присоединённых в 1940 г., а также последующие присоединения (900 тыс. — Карпатская Русь, 100 тыс. — Тува и население уточнённых в 1945 г. границ с Польшей);

естественный прирост населения за 1940-1959 гг. в современных границах нормально должен быть 91,5 млн;

следовательно, общая численность населения в 1959 г. должна была составлять 319,5 млн;

в действительности по переписи 1959 г. оказалось 208,8 млн.

Общие потери населения — 110,7 млн.

Таким образом, население СССР потеряло в связи с событиями 1917-1959 гг. сто десять миллионов человеческих жизней»[7].

Как мы видим, количество «жертв тоталитарного режима» Курганов определяет косвенным способом. По его мнению, естественный прирост населения СССР «нормально должен быть» 1,7% в год. А поскольку он оказался меньше, разница между расчётной и реальной цифрами и есть умученные большевиками.

Однако откуда же взялись эти таинственные 1,7% прироста, и почему именно такой ежегодный прирост следует рассматривать как «нормальный»? Если мы посмотрим на другие страны, то там этот показатель был гораздо меньшим. Даже без учёта мировых войн. Например, в 1920- 1940 гг. население Англии в среднем ежегодно увеличивалось на 0,49%, Германии — на 0,61 %, Италии — на 0,85%, Франции — на 0,13%[8].

Ссылка на «демографические расчёты Госплана СССР» тоже не проходит. Мало ли что там могли запланировать. Спрогнозировали бы советские плановики ежегодный прирост в 10%, решив, что в условиях социализма бабы будут рожать ежегодно — и что, считать такой темп роста населения «нормальным»? А весь недобор заносить в графу «погибших от рук коммунистических палачей»?

Впрочем, не буду интриговать читателя. 1,7% в год — это естественный прирост населения царской России накануне 1-й мировой войны. Точнее говоря, в 1909- 1913 гг. он составил 1,67%[9].

Таким образом, Курганов фактически утверждает: не случись революции, население России продолжало бы ежегодно возрастать на 1,7%. Если же реальный темп роста оказался не столь высок, то виновны в этом исключительно большевики с их «социальным переустройством общества».

Чтобы проверить обоснованность подобных обвинений, у нас есть простой и наглядный способ. Как известно, одной из составных частей Российской Империи, а именно Финляндии, посчастливилось избежать «ужасов большевизма». Возьмём методику Курганова, применим её к этой стране и посмотрим, что получится. В 1909 году там проживало 3015,7 тыс. человек, в 1913-м — 3196,7 тыс.[10] Нетрудно подсчитать, что накануне 1 -й мировой войны население Великого Княжества в среднем ежегодно увеличивалось на 1,47%.

Итак, согласно логике Курганова, 1,47% — это и есть тот самый «нормальный» естественный прирост финляндского населения, который должен сохраняться все последующие годы, невзирая на любые катаклизмы.

Несложно убедиться, что при таком темпе роста к 1960 году численность населения Финляндии должна была составить 6340,6 тыс. человек. В действительности же в это время там проживало лишь 4430 тыс.[11] Таким образом, по логике Курганова выходит, что Финляндия «потеряла в связи с событиями 1917-1959 гг. 1,91 млн человеческих жизней».

Сопоставим эту внушительную цифру с реальными потерями наших соседей за указанный период. Гражданская война обошлась Финляндии примерно в 30 тыс. жизней, из которых большую часть составляют жертвы «белого террора»: 8,3 тыс. казнённых, 12 тыс. умерших в концлагерях[12]. Советско-финская война 1939-1940 гг. по официальным финским данным стоила чуть больше 25 тыс. человек[13], хотя есть и более высокие оценки. Участие в Великой Отечественной войне на стороне Гитлера — 82 тыс. человек[14]. Вот, пожалуй, и всё. В сумме эти цифры не покрывают и десятой доли от «недостачи». И как назло, нет большевиков, на чьи «массовые репрессии» можно было бы списать всё остальное.

Полученный на примере Финляндии заведомо абсурдный результат[15] наглядно демонстрирует, мягко говоря, ошибочность методики Курганова. Остаётся лишь выяснить, где же именно кроется ошибка. Или, вернее сказать, сознательный подлог.

Сегодня даже профессиональные антисоветчики-НТСов- цы, говоря о расчётах Курганова, вынуждены признавать:

«Разница —110 млн — представляет собой "демографический дефицит", куда входят и не родившиеся, и фактически погибшие»[16].

Что такое «естественный прирост населения»? Это разница между количеством родившихся и количеством умерших. Следовательно, уменьшение прироста может проистекать как из повышения смертности, так и из недобора рождений. Снижение же рождаемости в развитых странах наблюдается повсеместно, вне зависимости от социального строя.

В науке о воспроизводстве населения уже давно известно явление так называемого демографического перехода. Суть его в том, что любая страна по мере своего социально- экономического развития проходит три демографические стадии.

На первой из них население растёт медленно, поскольку высокая рождаемость компенсируется столь же высокой смертностью.

Затем благодаря развитию медицины происходит значительное снижение смертности, в то время как рождаемость по-прежнему остаётся на высоком уровне. Вследствие этого прирост населения резко возрастает. Это вторая стадия.

Наконец, начинается снижение рождаемости и, как результат, снижение прироста населения. Это третья стадия. Причины снижения рождаемости кроются в переходе основной массы населения к городскому образу жизни, эмансипации женщин и т.п.

Процессы демографического перехода наблюдаются во всём мире, начиная с конца XVIII века, однако идут они крайне неравномерно. Если развитые страны Запада уже давно находятся на третьей стадии, то в современных развивающихся странах демографическая ситуация соответствует второй стадии. На этой же стадии находилась и Россия начала XX века. Таким образом, объявлять естественный процесс снижения рождаемости по мере развития общества результатом «геноцида собственного народа» не только антинаучно, но и попросту лживо.

Все это прекрасно осознавал и сам Курганов. Однако, желая во что бы то ни стало напакостить своей бывшей Родине, занялся прямой манипуляцией, пытаясь выдать недобор рождений за «людские потери».

Впрочем, рассуждая о «потерянных человеческих жизнях», Курганов всего лишь недоговаривает, что в их число он включил не только «умученных большевиками», но и неродившихся. Зато те, кто на него ссылается, начиная от Солженицына с его «Архипелагом Гулагом» и кончая издающимся на Дальнем Востоке журналом «Океанские Вести», уже безо всяких сомнений зачисляют эти 110 миллионов в разряд «погибших» или «уничтоженных»:

«На Западе двенадцать лет тому назад опубликовано статистическое исследование русского профессора Курганова. Конечно> никто никогда не опубликует официальной статистики, сколько погибло у нас в стране от внутренней войны режима против народа. Но профессор Курганов косвенным путём подсчитал, что с 1917 года по 1959 только от внутренней войны советского режима против своего народа, то есть от уничтожения его голодом, коллективизацией, ссылкой крестьян на уничтожение, тюрьмами, лагерями, простыми расстрелами — только от этого у нас погибло, вместе с нашей гражданской войной, 66 миллионов человек. Этой цифры почти невозможно себе представить. В неё нельзя поверить. Профессор Курганов приводит другую цифру; сколько мы потеряли во Второй мировой войне. Этой цифры тоже нельзя представить. Эта война велась, не считаясь с дивизиями, с корпусами, с миллионами людей. По его подсчётам, мы потеряли во Второй мировой войне от пренебрежительного и неряшливого её ведения 44 миллиона человек! Итак, всего мы потеряли от социалистического строя —110 миллионов человек!»[17]

«Людские потери СССР с 1917 по 1959 год (войны, голод, репрессии), по словам американского профессора И.Курганова, составили 110 миллионов человек»[18].

Кстати, имеется ещё один источник недостачи населения — механическая убыль за счёт эмиграции. Бежавшие от революции «бывшие», спасающиеся от возмездия гитлеровские прихвостни, ищущие колбасы и свободы всевозможные невозвращенцы — по отношению к этой публике говорить о «потерянных жизнях» можно лишь в переносном, образном смысле. Понятно, что для предавшего Родину Курганова дальнейшая жизнь превратилась в животное существование, однако не стоит принимать эту метафору слишком прямолинейно.

Интересно отметить, что вздорность кургановской «методики» признаёт и один из наиболее квалифицированных эмигрантских демографов Сергей Максудов[19]:

«И. Курганов является характерным представителем эмигрантской демографической науки. Скорее, следовало бы сказать, псевдонауки. Так как подлинно научное направление не замыкается на собственный результат; а рассматривает все имеющиеся по данному вопросу сведения; не исходит из априори известных предпосылок, а стремится к установлению истины, какой бы неожиданной она не была; пересматривает свою методику под воздействием критических замечаний. Эти признаки почти полностью отсутствуют у рассматриваемой школы. Они печатаются в нескольких популярных изданиях ...не пытаются проанализировать почему у западных демографов иные результаты, а обычно просто замалчивают их исследования или выхватывают из них отдельные угодные для концепции сведения, очень враждебно относятся к любым критическим замечаниям, и, декларируя на словах заинтересованность в установлении истины, отказываются обсуждать вопросы по существу»[20].

Умиляет также трогательное стремление «демографов»- антисоветчиков свалить вину за все потери российского населения исключительно на большевиков. Тут и отказ от учёта жертв 1-й мировой войны, и демонстративное игнорирование «белого террора», который якобы не шёл ни в какое сравнение с «красным»:

«Что касается "белого террора", то согласно данным по Крыму, число его жертв примерно в 260 раз меньше красного и на итог не влияет»[21].

А как же быть с прогнозом Менделеева? Дело в том, что Дмитрий Иванович просто взял и экстраполировал данные, полученные в результате первой общероссийской переписи 1897 года:

«Для всей же России, взятой как целое, на основании данных, собираемых Центральным статистическим комитетом Мин-ва В.Д. о числе рождающихся и умирающих, должно принять прирост никак не менее 15 чел. в год на 10ОО жителей. Это допущение даёт следующее вероятное количество всего населения России по годам:

1950 -282,7 млн 2000 — 594,3 млн»[22].

О том, что в дальнейшем рождаемость будет снижаться, великий русский ученый не подозревал. Да и как ему было об этом догадаться, если в те времена даже в Германии ежегодный прирост населения составлял 1,5%[23].

Между тем такой подход оказался в корне неверным:

«Демографы уже давно отказались от математической экстраполяции в будущее данных о естественном приросте населения за какой-то отрезок времени в прошлом. Подобный примитивный расчёт по сложным процентам на сколько-нибудь длительный срок выявил свою полную несостоятельность, ибо не принимает во внимание предстоящие изменения в половозрастной структуре населения, в соотношении городского и сельского населения и многие другие факторы, определяющие рождаемость»[24].

В отличие от умершего в 1907 году Менделеева, Курганов прекрасно знал, что снижение рождаемости и, соответственно, темпов прироста населения типично для всех современных развитых стран. Таким образом, разница между Менделеевым и Кургановым — это разница между добросовестно ошибающимся ученым и подонком, сознательно подтасовывающим факты, чтобы побольнее пнуть свою страну.

ГОВОРЯТ АРХИВНЫЕ ДОКУМЕНТЫ

Чтобы узнать истинное число казнённых при Сталине, совершенно не обязательно заниматься гаданиями на кофейной гуще. Достаточно ознакомиться с рассекреченными документами. Наиболее известным из них является докладная записка на имя Н.С. Хрущёва от 1 февраля 1954 года:

Секретарю ЦК КПСС товарищу Хрущёву Н.С.

В связи с поступающими в ЦК КПСС сигналами от ряда лиц о незаконном осуждении за контрреволюционные преступления в прошлые годы Коллегией ОГПУ, тройками НКВД, Особым совещанием, Военной Коллегией, судами и военными трибуналами и в соответствии с Вашим указанием о необходимости пересмотреть дела на лиц, осуждённых за контрреволюционные преступления и ныне содержащихся в лагерях и тюрьмах, докладываем:

По имеющимся в МВД СССР данным, за период с 1921 года по настоящее время за контрреволюционные преступления было осуждено Коллегией ОГПУ, тройками НКВД, Особым совещанием, Военной Коллегией, судами и военными трибуналами 3 777 380 человек, в том числе: к ВМН — 642 980 человек,

к содержанию в лагерях и тюрьмах на срок от 25 лет и ниже — 2 369 220 человек,

в ссылку и высылку — 765 180 человек.

Из общего количества арестованных, ориентировочно, осуждено: 2 900 000 человек — Коллегией ОГПУ, тройками НКВД и Особым совещанием и 877 000 человек — судами, военными трибуналами, Спецколлегией и Военной Коллегией.

Генеральный прокурор Р. Руденко Министр внутренних дел С. Круглов Министр юстиции К. Горшенин[25]

Как явствует из документа, всего с 1921 по начало ] 954 года по политическим обвинениям было приговорено к смертной казни 642 980 человек, к лишению свободы — 2 369 220, к ссылке - 765 180.

Однако существуют и более подробные данные о числе осуждённых к высшей мере за контрреволюционные и другие особо опасные государственные преступления[26]:

Год

Осуждено

Год

Осуждено

Год

Осуждено

1921

9 701

1932

2 728

1943

12 589

1922

1 962

1933

1 824

1944

3 110

1923

414

1934

2 056

1945

2 308

1924

2 550

1935

1 229

1946

2 273

1925

2 433

1936

1 118

1947

898

1926

990

1937

353 074

1948

1927

2 363

1938

328618

1949

1928

869

1939

2 601

1950

468

1929

2 109

1940

1 863

1951

1 602

1930

20 201

1941

23 786

1952

1 611

1931

1 481

1942

26510

1953

300

Таким образом, за 1921-1953 годы были приговорены к смертной казни 815 639 человек. Всего же в 1918-1953 годы по делам органов госбезопасности были привлечены к уголовной ответственности 4 308 487 человек, из которых 835 194 осуждены к высшей мере[27].

Итак, «репрессированных» оказалось несколько больше, чем указано в докладной от 1 февраля 1954 года.

Впрочем, разница не слишком велика — цифры одного порядка.

Кроме того, вполне возможно, что среди получивших приговоры по политическим статьям затесалось изрядное количество уголовников. На одной из хранящихся в архиве справок, на основании которых составлена приведённая выше таблица, имеется карандашная помета: «Всего осуждённых за 1921-1938 гг. — 2 944 879 чел., из них 30% (1062 тыс.) — уголовники»[28]. В таком случае общее количество «жертв репрессий» не превышает трёх миллионов. Однако чтобы окончательно прояснить этот вопрос, необходима дополнительная работа с источниками.

Также следует иметь в виду, что не все приговоры приводились в исполнение. Например, из 76 смертных приговоров, вынесенных Тюменским окружным судом в первой половине 1929 года, к январю 1930 года 46 были изменены или отменены вышестоящими инстанциями, а из оставшихся приведено в исполнение только девять[29].

С 15 июля 1939-го по 20 апреля 1940 года за дезорганизацию лагерной жизни и производства был приговорён к высшей мере наказания 201 заключённый. Однако затем части из них смертная казнь была заменена заключением на сроки от 10 до 15 лет[30].

В 1934 году в лагерях НКВД содержалось 3849 заключённых, осуждённых к высшей мере с заменой лишением свободы. В 1935 году таких заключённых было 5671, в 1936-м- 7303, в 1937-м- 6239, в 1938-м - 5926, в 1939- м - 3425, в 1940-м - 4037 человек[31].

ГЛАВА 2. ЗАКЛЮЧЁННЫЕ

Как мы наглядно убедились, многомиллионные цифры «умученных большевиками» имеют мало общего с действительностью. Разберёмся теперь с количеством заключённых, находившихся при Сталине в местах лишения свободы.

ПОЛТОРА МИЛЛИАРДА АРЕСТОВАННЫХ

Именно такая фантастическая цифра прозвучала 8 мая 2010 года в эфире радиостанции «Эхо Москвы» в ходе беседы ведущей Нателлы Болтянской с заместителем председателя совета общества «Мемориал» Никитой Петровым:

«Н.Петров: Нет-нет. Это, действительно, произошло, но причина-то здесь вовсе не в том, что Лаврентий Павлович оказался добрый или Сталин вдруг внезапно подобрел. Надо же просто учитывать то, что при Ежове в годы большого террора, тех самых массовых операций НКВД было арестовано свыше полутора тысяч милли~ онов человек.

Н.Болтянская: "Тысяч миллионов"?

Н.Петров: Полторы тысячи миллионов было арестовано с июля 1937 года по ноябрь 1938-г о.

Н. Болтянская: Так это же бешеные цифры.

Н. Петров: Да. По 100 тысяч человек в месяц примерно.

Н.Болтянская: Это тоже подтверждено?

Н. Петров: Конечно. Это подтверждено, опубликована статистика.

Н.Болтянская: Просто после каждой передачи нам же пишут, что "вы всё врёте".

Н. Петров: Ну, я понимаю, люди могут врать. Но пусть они тогда читают те документы, которые были изданы хотя бы в Международном фонде демократии.

Н. Болтянская: Полторы тысячи миллионов арестованных?

Н.Петров: Да, полторы тысячи миллионов арестованных.

Н.Болтянская: Фантастика».

Разумеется, в данном случае мы имеем дело с оговоркой. Однако несмотря на неоднократные намёки ведущей, историк-«мемориалец» даже не пытается задуматься, оценить звучащие цифры с точки зрения здравого смысла. Вместо этого он с упорством токующего тетерева вновь и вновь повторяет фразу насчёт «полутора тысяч миллионов».

Впрочем, в конце концов, ошибка была исправлена:

«Н.Болтянская: Я, всё-таки, хочу вернуться чуть назад. Все-таки, цифра 1,5 миллиона или 1,5 тысячи миллионов? Я смотрю на вашу статью - там приводится цифра арестованных за период Большого террора 1,5 миллиона.

Н.Петров: 1,5 миллиона, конечно.

Н.Болтянская: Потому что мы с вами как-то немножечко увеличили эту цифру несколько минут назад.

Н.Петров: Нет, 1,5 миллиона, конечно».

Совсем «немножечко» — всего лишь в тысячу раз. Цифра вышла совершенно несуразная, неудивительно, что ведущая спохватилась. А вот если бы господин Петров ошибся не в тысячу, а, скажем, в десять раз, то его «откровения» вполне могли принять всерьёз. Как это случилось с небезызвестной О.Г. Шатуновской.

Отсидев при Сталине по обвинению в троцкистской контрреволюционной деятельности, в 1955 году Ольга Григорьевна была включена в состав Комитета партийного контроля (КПК) при ЦК КПСС. Следующие несколько лет Шатуновская активно занималась разоблачением «культа личности». В частности, она входила в состав комиссии, созданной Президиумом ЦК КПСС в 1960 году для расследования убийства С.М. Кирова.

После начала «перестройки» Шатуновская приняла посильное участие в инициированной Горбачёвым истерической антисталинской кампании. Её воспоминания активнейшим образом использовались тогдашней прессой для обличения «преступлений сталинского режима»:

«Комитет госбезопасности СССР прислал в комиссию по расследованию документ с цифрами репрессий. С 1 января 1935 г. по 22 июня 1941 г. было арестовано 19 млн 840 тыс. "врагов народа". Из них 7 млн было расстреляно. Большинство остальных погибло в лагерях»\

Эта мифическая «справка КГБ» получила широчайшее хождение в перестроечной литературе. В частности, на неё ссылается всё тот же А.В. Антонов-Овсеенко[32].

Увы, начавшееся в скором времени открытие советских архивов нанесло антисталинской мифологии сокрушительный удар. Оказалось, что Ольга Григорьевна либо страдает потерей памяти по причине преклонного возраста[33], либо сознательно врёт. О чём бы ни шла речь, будь то обстоятельства, связанные с убийством Кирова, или вопрос о масштабах репрессий, её рассказы вступали в вопиющее противоречие с документально установленными фактами.

Будучи уличённой во лжи, Шатуновская попыталась неуклюже оправдаться:

«После того, как 64 тома материалов были сданы в архив, а я была вынуждена уйти из КПК (1962 г.), сотрудники КПК совершили подлог — часть основных документов они уничтожили, а часть — подделали...

Как сообщил Н. Катков, им не обнаружен важнейший документ — сводка КГБ о количестве репрессированных с 1935 по 1941 г.»[34].

Однако как сказано в записке Центральной контрольной комиссии (ЦКК) Компартии РСФСР в ЦК КПСС «О результатах проверки заявлений О.Г. Шатуновской об обстоятельствах убийства С.М. Кирова» от 22 августа 1991 года, подписанной заместителем председателя ЦКК Н.Ф. Катковым:

«Сообщение Шатуновской о подмене и исчезновении ряда "важных" документов не нашло подтверждения.

Приведённые Шатуновской сведения о том, что КГБ СССР представлял в комиссию по расследованию данные о репрессировании в 1935-1941 гг. 19 миллионов 840 тысяч человек, противоречат её же сообщению в ЦК КПСС за 1960 год, в котором названа цифра — 2 млн человек»[35].

Нетрудно заметить, что Шатуновская фактически приписала лишний нуль к реальным цифрам.

Аналогичным образом поступил и А.В. Антонов-Овсеенко:

«По данным Управления общего снабжения ГУЛАГа, на довольствии в местах заключения состояло без малого 16 миллионов — по числу пайкодач в первые послевоенные годы. То был пик, но не первый, такой же крутой высится над годом тридцать девятым»[36].

Увы, вскоре выяснилось, что мы имеем дело с вульгарной подтасовкой:

«Статистика заключённых ГУЛАГа, приводимая А.В. Антоновым-Овсеенко, построена на свидетельствах, как правило, далёких от истины. Так, он, в частности, пишет в упомянутой статье: "По данным Управления общего снабжения ГУЛАГа, на довольствии в местах заключения состояло без малого 16 миллионов — по числу пайкодач в первые послевоенные годы". В списке лиц, пользовавшихся этим документом, фамилия Антонова-Овсеенко отсутствует. Следовательно, он не видел этого документа и приводит его с чьих-то слов, причём с грубейшим искажением смысла. Если бы А.В. Антонов-Овсеенко видел этот документ, то наверняка бы обратил внимание на запятую между цифрами 1 и 6, так как в действительности осенью 1945 г. в лагерях и колониях ГУЛАГа содержалось не 16 млн, а 1,6 млн заключённых.

Тот факт; что предположительная статистика А.В. Антонова-Овсеенко, равно как и сведения О. Г. Шатуновской, опровергаются данными первичных гулаговских материалов, делает дальнейшее ведение полемики на эту тему совершенно бессмысленной. Добавим только, что в материалах всесоюзных переписей населения 1937 и 1939 гг. численность спецконтингента НКВД группы "В" (заключённые и трудпоселенцы) совпадает с нашими данными, взятыми из статистической отчётности ГУЛАГа НКВД СССР, тюремного управления НКВД СССР и Отдела трудовых поселений ГУЛАГа НКВД СССР»[37].

В подтверждение своих выдумок обличители сталинизма часто ссылаются на некие «свидетельства очевидцев»:

«Копию документа Кузнецов показал помощнику Хрущёва И.П. Алексахину. Иван Павлович пробыл на Колыме 10 лет, Ольга Шатуновская — намного дольше. Им доподлинно известно, что на земле Дальстроя и Приморья единовременно работало около миллиона заключённых. Эту цифру в откровенной беседе с Кузнецовым, разумеется, уже после XX съезда, назвал бывший начальник Дальстроя Иван Никишов, Гер ой Социалистического Труда»[38].

«Незадолго до войны один из ближайших подручных Берии Богдан Кобулов, сидя за ужином в тесном товарищеском кругу, обронил: сейчас в наших лагерях имеется более 11 миллионов заключённых. Это лишь в ИТ Л (свидетельство В. Лордкипанидзе)»[39].

Что характерно, сами авторы при этих «откровенных беседах» не присутствовали и «в тесном товарищеском кругу» не сидели. Сообщаемые ими сведения фактически представляют собой пересказ слухов и сплетен — то, что в просторечии именуется «сарафанным радио».

«К сожалению, мы не располагаем данными за последующие годы. Зато нам известна численность населения тюрем и истребительных лагерей в год большой волны, в год тридцать восьмой, — ШЕСТНАДЦАТЬ МИЛЛИОНОВ»'0.

Нетрудно догадаться, откуда именно «известна» эта численность. Первоисточником является всё то же «сарафанное радио» в диссидентско-шестидесятническом исполнении: «Свидетельство начальника управления Печорского железнодорожного строительства В.А. Барабанова (в передаче В.В. Благовещенского)»[40].

Другим не менее «достоверным» источником служат взятые с потолка или высосанные из пальца умозрительные рассуждения и расчёты:

«Историк Михаил Геллер приводит данные, полученные известным австрийским физиком Александром Вайсбергом, арестованным в 1937 году в Харькове. Он сидел на Холодной Го ре, в центральной тюрьме области, где формировались лагерные этапы. Вайсберг с товарищами вели счёт арестованным и сопоставляли с численностью населения. Когда Вайсберг 20 февраля 1939 года ушёл на этап, в его камере определили, что в Харькове и в области арестовано за два года примерно 5,5 процента населения. К таким же результатам пришли в других местах: 5,5-6 процентов. Приняв первую цифру, получили 9 миллионов по стране. Ознакомившись с этой публикацией в "Русской мысли" (15 июня, 1990), О. Шатуновская вспомнила, как на Колыме тем же методом получили по 38-му году более 10 миллионов репрессированных»[41].

Забавно, что низкую достоверность подобных «подсчётов» отмечал даже такой матёрый антисоветчик, как А.И. Солженицын:

«В тюрьмах вообще склонны преувеличивать число заключённых, и когда на самом деле сидело всего лишь двенадцать-пятнадцать миллионов человек, зэки были уверены, что их — двадцать и даже тридцать миллионов. Зэки были уверены, что на воле почти не осталось муж- чин, кроме власти и МВД»[42].

При этом будущий Нобелевский лауреат сам себя высек, поскольку, как мы вскоре увидим, «на самом деле» в сталинских лагерях и тюрьмах сидело не 12-15 миллионов, а в несколько раз меньше.

Весомый вклад в мифотворчество внёс и незабвенный Никита Сергеевич Хрущёв: «Но, когда Сталин умер, в лагерях находилось до 10 млн человек»[43].

Все эти фантастические цифры были с энтузиазмом подхвачены перестроечными публицистами:

«По существующим оценкам, в лагерях в разное время находилось от 10 до 15 млн заключённых, в частности, на момент смерти Сталина — 12 млн человек, т.е. 1/5 — 1/4 часть (!) всех занятых в то время в отраслях материального производства»[44].

Несмотря на открытие советских архивов и неоднократную публикацию документально установленных сведений

о количестве заключённых, сказочники-антисталинисты продолжали самозабвенно нести ахинею. Так, в 1998 году вышло сразу два учебника по экономике, авторы которых, не утруждая себя ссылками на какие-либо источники, практически слово в слово повторяют одну и ту же выдумку:

«В СССР (после войны. — И.П.) трудились 1,5 млн немецких и 0,5 японских военнопленных. Кроме того, в системе ГУЛАГа в этот период содержалось примерно 8-9 млн заключённых, чей труд практически не оплачивался»[45].

«Численность заключённых в лагерях составляла от 8 до

9 млн чел., плюс использовался труд 1,5 млн пленных немцев и 500 тыс. — японцев»[46].

Ещё бы! Будущие прислужники разворовывающих страну олигархов должны твёрдо знать «преступления» «кровавого сталинского режима».

Впрочем, всех обличителей переплюнули авторы вышедшей в 1995 году в Варшаве книги «История Польши с древнейших времён до наших дней» Алиция Дыбковская, Малгожата Жарын и Ян Жарын:

«К 1940 г. суммарное число заключённых достигало в них (советских лагерях. — И.П.) около 22 млн человек»[47].

Что же касается архивных данных, в том числе и опубликованных, то такие материалы правдоискатели демонстративно «не замечают», старательно притворяясь, будто подобных документов не существует в природе, либо объявляя их заведомо сфальсифицированными.

Напротив, любой добросовестный исследователь, занявшийся изучением статистики «сталинских репрессий», быстро обнаруживает, что помимо душещипательных рассказов безвинных сидельцев существует масса документальных источников: «В фондах Центрального государственного архива Октябрьской революции, высших органов государственной власти и органов государственного управления СССР (ЦГАОР СССР][48] выявлено несколько тысяч единиц хранения документов, относящихся к деятельности ГУЛАГа»[49].

Изучив архивные документы, такой исследователь с удивлением убеждается, что масштабы репрессий, о которых мы «знаем» благодаря средствам массовой информации, не просто расходятся с действительностью, а завышены в десятки раз. После этого он оказывается перед мучительной дилеммой: профессиональная этика требует опубликовать обнаруженные данные, с другой стороны — как бы не прослыть в глазах «общественности» защитником Сталина.

Результатом обычно становится некая компромиссная публикация, содержащая как стандартный набор антисталинских штампов и реверансов в адрес Солженицына и К°, так и подтверждённые документами из архивов сведения о количестве репрессированных. Наиболее ярким примером такого рода публикаций могут служить работы кандидата исторических наук Виктора Николаевича Земскова, который одним из первых ввёл в широкий оборот достоверную статистику «сталинских репрессий».

РОЖДЕНИЕ ГУЛАГА

Вызванный революционными событиями 1917 года развал государственной машины Российской Империи не обошёл стороной и систему мест заключения. Бывшие царские тюрьмы практически не охранялись. Как вспоминал тринадцать лет спустя П.И. Стучка, занимавший в марте- августе 1918 года должность наркома юстиции РСФСР: «Режим тогда был так плох, что из тюрем не бежал только тот; кому было лень»[50]. Одну из действующих петроградских тюрем бездомные использовали как ночлежный дом, заходя туда вечером и покидая утром. Караул не замечал или не хотел замечать этих посещений[51].

Впрочем, подобное прекраснодушие и мягкость большевики проявляли не только к уголовникам. К своим политическим противникам они поначалу также относились с поразительной снисходительностью. Так, в декабре 1917 года в Петроградском революционном трибунале слушалось дело бывшей графини С.В. Паниной, которая, будучи министром просвещения Временного правительства, передала каким-то лицам 92 802 руб. казённых денег. Трибунал постановил содержать Панину под стражей до возвращения денег и, принимая во внимание её прежнюю просветительную деятельность, ограничиться общественным порицанием[52].

В январе 1918 года в том же трибунале было рассмотрено дело бывшего депутата Государственной думы, одного из лидеров черносотенцев В.М. Пуришкевича и других членов созданной им контрреволюционной монархической организации. Трибунал ограничился тем, что приговорил Пуришкевича к принудительным работам на четыре года условно. Остальные члены его организации были осуждены к ещё более мягким мерам наказания[53]. Получив свободу, благодарный Пуришкевич немедленно бежал к белым на Юг. Так же поступила и графиня Панина.

Однако у всякого милосердия есть пределы. Понятно, что сажать своих политических противников в неохраняемые тюрьмы большевики не могли. Вскоре после Октябрьской революции параллельно старой тюремной системе были созданы тюрьмы ВЧК[54]. После начала полномасштабной гражданской войны для размещения пленных стали исполь- зоваться освобождающиеся лагеря военнопленных 1 -й мировой войны[55]. Осенью 1918 года начинают создаваться трудовые концентрационные лагеря, подведомственные губернским ЧК[56].

Тем, кто сегодня бьётся в истерике по поводу большевистских концлагерей, не мешает вспомнить, что в ходе гражданской войны первыми создали концлагеря не большевики, а их противники. После того, как в бывшем Великом княжестве Финляндском к началу мая 1918 года победили

белые, победители развязали массовый террор. 8,3 тыс. человек были казнены, около 12 тыс. умерли в концентрационных лагерях летом 1918 года[57]. Следует подчеркнуть, что это официальные данные, озвученные официозным финским историком. Действительное число жертв белого террора в Финляндии, по-видимому, было больше. Общее количество брошенных в тюрьмы и концлагеря достигало 90 тысяч[58]. Для сравнения: в ходе боевых действий белые потеряли 3178 человек, красные — 3463[59].

На 1 января 1921 года в лагерях Главного управления принудительных работ находилось 51 158 человек (в том числе 24 400 военнопленных гражданской войны), в учреждениях Центрального карательного отдела наркомата юстиции — 55 422. В местах заключения системы ВЧК к концу 1921 года содержалось около 50 тысяч человек[60]. Таким образом, к окончанию гражданской войны во всех местах заключения находилось порядка 150 тысяч заключённых, включая уголовников.

В течение 1923 года лагеря принудительных работ и концентрационные лагеря были ликвидированы в соответствии с требованиями принятых в 1922 году уголовного и уголовно-процессуального кодексов[61]. Что же касается «невинных жертв незаконных репрессий», то для их содержания в системе ОГПУ в этот период имелись несколько тюрем, именовавшихся политизоляторами, а также Управление Соловецкого лагеря принудительных работ особого назначения[62].

Численность заключённых в Соловецком лагере, в среднем за квартал34:

1923

1924

1925

1926

1927

1928

1 квартал

3531

5872

8289

10943

12909

II квартал

3741

6369

8741

11831

III квартал

4145

7093

9578

13326

IV квартал

2557

5044

7727

10682

14810

С 1 октября 1926 года по 1 октября 1927 года в Соловецком лагере умерло 728 человек[63]. Таким образом, смертность заключённых за этот год составила 6,22%.

Обличители тоталитаризма любят выдвигать тезис, будто злокозненный Сталин создал лагеря ГУЛАГа для использования рабской силы заключённых или просто, чтобы истребить побольше народу, а затем начал специально сажать невинных людей, чтобы их заполнить. Между тем документы свидетельствуют прямо противоположное: исправительно-трудовые лагеря были созданы, потому что было некуда девать заключённых.

Пришедшие к власти большевики питали множество необоснованных и вредных иллюзий. От некоторых из них они впоследствии избавились, некоторые так и остались до самого конца СССР. В частности, «кремлёвские мечтатели» полагали, будто при новом справедливом строе преступность существенно сократится, а затем и полностью исчезнет.

Увы, грубая проза жизни состояла в том, что по сравнению с царским временем преступность неизбежно должна была резко возрасти. Разрушение привычного уклада жизни не прошло даром. На руках у населения скопилось огромное количество оружия. Да и сами люди стали другими. Вот характерные цитаты из бесед солдат-фронтовиков в 1915-1916 гг.:

«Я не только человека, курицу не мог зарезать. А теперь насмотрелся»[64].

«Я такой глупый был, что спать ложился, а руки на груди крестом складывал... На случай, что во сне преставлюсь... А теперь ни бога, ни чёрта не боюсь... Как всадил с рукою штык в брюхо, словно сняло с меня что-то»[65].

«Жёнка пишет, купец наш до того обижает, просто жить невозможно. Я так решил: мы за себя не заступники были, с нами, бывало, что хошь, то и делай. А теперь повыучились. Я каждый день под смертью хожу, да чтобы моей бабе крупы не дали, да на грех... Нет, я так решил, вернусь и нож Онуфрию в брюхо... Выучены, не страшно»36.

А ведь это были ещё «цветочки». Вскоре созрели и «ягодки», когда наша страна прошла через горнило братоубийственной гражданской войны.

Между тем оказавшиеся у кормила власти идеалисты были всерьёз убеждены, будто преступников надо не карать, а непременно «перевоспитывать». Как справедливо отмечалось в одной из тогдашних публикаций:

«Необходимо, прежде всего, разобраться в теоретической установке некоторых товарищей пенитенциарных работников (работников системы мест заключения. — И.П.) в том, что наши законы всегда держат курс на исправление любого осуждённого, посмотрим, так ли оно на самом деле. Статья 9 Уголовного Кодекса говорит о трёх целях мер социальной защиты, которые применяются для: а) предупреждения новых преступлений со стороны лиц, совершивших их, б) воздействия на других неустойчивых членов общества ив) приспособления совершивших преступные действия к условиям общежития государства трудящихся.

Исправительно-Трудовой Кодекс говорит о тех же трёх целях нашей карательной политики, так что теория исправления всех и вся в нашей, советской расшифровке этого понятия, т.е. "приспособления совершивших преступные действия к условиям общежития государства трудящихся" является либеральной дребеденью, чуждой нашему законодательству»[66].

Между тем число уголовников росло, тюрьмы были переполнены. В результате уголовным преступникам выносились необоснованно мягкие приговоры. Фактически, судей заставляли применять наказания, не связанные с лишением свободы:

«надо решить в корне проблему "нагрузки" тюрем, надо прибегать к безусловному лишению свободы только тогда, когда всякая иная мера соц. защиты абсолютно неприменима, и тогда ни о каких "разгрузках" не будет и речи, вопрос сам собой отпадает»[67].

«Корни широкого применения безусловного лишения свободы должны быть подрезаны по-иному: нужно сделать реальными принудительные работы без лишения свободы, надо ввести в обиход судьи целую систему мер, заменяющих лишение свободы, как-то: штрафы, частичную конфискацию имущества, запрещение занимать определённые должности, лишение некоторых прав, ограничение свободы передвижения и т.д.»[68].

В постановлении ВЦИК и Совнаркома РСФСР от 26 марта 1928 года «О карательной политике и состоянии мест заключения» среди «отрицательных явлений и крупных недочётов в деятельности судов и в постановке карательной и исправительно-трудовой системы» первым пунктом был указан «чрезвычайный рост числа осуждённых, в особенности, значительное увеличение за последние годы числа осуждённых к лишению свободы на короткие сроки; недостаточное, в связи с этим применение судами иных мер социальной защиты вместо лишения свободы»[69].

Фактически это постановление требовало от народных судов осуждать преступников к принудительным работам без содержания под стражей:

«Перед правительством стоял вопрос: либо идти по линии расширения и строительства новых мест лишения свободы, либо вместо краткосрочного лишения свободы, применяемого в отношении менее опасных преступников, совершающих преступления случайно (впервые или вследствие тяжёлых стечений обстоятельств) применять другие меры социальной защиты, но меры всё же достаточно серьёзные и реальные.

Естественно, что правительство не могло пойти по пер- вому пути. Это было бы политически неверно. Вот почему было признано необходимым взять другой путь — путь замены краткосрочного лишения свободы другими мерами социальной защиты»[70].

В результате всю первую половину 1930-х годов доля осуждённых народными судами к принудительным работам превышала 50%. Так, в 1930 году 20% всех убийц, 31% насильников, 46,2% грабителей и 69,7% воров были осуждены к принудительным работам без содержания под стражей[71].

Однако, невзирая на все усилия, тюрьмы по-прежнему оставались переполненными. Терпеть и дальше такое положение, когда уголовные преступники фактически остаются безнаказанными из-за того, что их некуда сажать, было нельзя. С 1929 года начинает создаваться система исправительно-трудовых лагерей. Для руководства ею 25 апреля 1930 года было организовано Управление лагерей ОГПУ, менее чем через год получившее статус главного управления (ГУЛАГ ОГПУ)[72]

ЧИСЛЕННОСТЬ ЗАКЛЮЧЁННЫХ

Поначалу численность заключённых в исправительно-трудовых лагерях (ИТЛ) была относительно невелика. Так, на 1 января 1930 года она составила 179 000 человек, на 1 января 1931 года — 212 000, на 1 января 1932-го — 268 700, на 1 января 1933-го — 334 300, на 1 января 1934-го — 510 307 человек46.

Помимо ИТЛ существовали исправительно-трудовые колонии (ИТК), куда направлялись осуждённые на небольшие сроки. До осени 1938 года ИТК вместе с тюрьмами находились в подчинении Отдела мест заключений (ОМЗ) НКВД СССР. Поэтому за 1935-1938 годы пока что удалось найти лишь совместную статистику. С 1939 года ИТК находились в ведении ГУЛАГа, а тюрьмы в ведении Главного тюремного управления (ГТУ) НКВД СССР.

Численность заключённых на 1 января:

ИТЛ

ИТК

Тюрьмы

Всего

1935

725 483

307101

1 032 584

1936

839 406

465 297

1 304 703

1937

820 881

375 376

1 196 257

1938

996 367

887 635

1 884 002

1939

1 317195

355 243

342 131

2014569

1940

1 344 408

315584

186 278

1 846 270

1941

1 500 524

429 205

470 693

2 400 422

1942

1 415596

361 447

268 532

2 045 575

1943

983 974

500 208

237 534

1 721 716

1944

663 594

516225

151 296

1 331 115

1945

715 506

745 171

275 510

1 736 187

1946

600 897

509 696

245 146

1 355 739

1947

808 839

894 667

293 135

1 996 641

1948

1 108 057

1 061 195

280 374

2 449 626

1949

1 216361

1 140 324

231 047

2 587 732

1950

1 416 300

1 145 051

198 744

2 760 095

1951

1 543 382

997 378

164 679

2 705 439

1952

1 713614

796 174

152614

2 662 402

1953

1 729 092

743 155

152 290

2 624 537

Численность заключённых в ИТЛ: 1935-1948 — ГАРФ. Ф.Р-9414. Оп.1. Д. 1155. Л.2; 1949 - Там же. Д.1319. Л.2;

1950 — Там же. Л.5; 1951 — Там же. Л.8; 1952 — Там же. Л. 11; 1953 — Там же. Л.17.

В ИТК и тюрьмах (среднее за январь месяц): 1935 — ГАРФ. Ф.Р-9414. Оп.1. Д.2740. Л.17; 1936 - Там же. Л.30; 1937 - Там же. Л.41; 1938—Там же. Л.47.

В ИТК: 1939 - ГАРФ. Ф.Р-9414. On. 1. Д. 1145. Л.2об; 1940 - Там же. Д.1155. Л.30; 1941 - Там же. Л.34; 1942 - Там же. Л.38; 1943 - Там же. Л.42; 1944 - Там же. Л.76; 1945 - Там же. Л.77; 1946 - Там же. Л.78; 1947 - Там же. Л.79; 1948 - Там же. Л.80; 1949 - Там же. Д.1319. Л.З; 1950 - Там же. Л.6; 1951 — Там же. Л.9; 1952 — Там же. Л. 14; 1953 — Там же. Л.19.

В тюрьмах: 1939 — ГАРФ. Ф.Р-9414. Оп.1. Д.1145. Л.1об;

1940- ГАРФ. Ф.Р-9413. Оп.1. Д.6. Л.67; 1941 - Там же. Л. 126; 1942 - Там же. Л. 197; 1943-Там же. Д.48. Л.1; 1944- Тамже. Л.133; 1945-Тамже. Д.62. Л.1; 1946 - Там же. Л.107; 1947 - Там же. Л.216; 1948 - Там же. Д.91. Л. 1; 1949 - Там же. Л.64; 1950-Там же. Л. 123; 1951 - Там же. Л.175; 1952- Там же. Л.224; 1953 - Там же. Д.162. Л.2об.

Насколько можно доверять этим цифрам? Все они взяты из внутренней отчётности НКВД — секретных документов, не предназначенных к публикации. Кроме того, эти сводные цифры вполне согласуются с первичными донесениями, их можно разложить помесячно, а также по отдельным лагерям:

Сов. секретно

Справка о численности заключённых в лагерях НКВД (за время с 1/1-34 г. по 1/1-39 г.)

Название

лагеря

Содержалось на 1 января

1934

1935

1936

1937

1938

1939

Бамлаг

(ЖДСУ)

62130

153547

180067

127483

200907

262194

Дмитлаг

88534

192229

192034

146920

16068

Волголаг

19420

43566

73100

74576

Белбалтлаг

70375

66418

90290

58965

79882

86567

Ухтпечлаг

23840

20730

21780

31035

54792

27006

Свирлаг

43770

40676

34856

22774

Темлаг

25541

30912

20974

25544

17921

22821

Дальлаг

47767

59515

72763

112490

100875

64249

Сиблаг

45422

58609

65447

51473

78838

46382

Сазлаг

22170

25831

26308

26865

33936

34240

Карлаг

24148

25110

38194

27504

31548

35972

Вишлаг

11160

Прорвлаг

7780

10342

10345

7717

6953

4877

Балавлаг

4655

Сарлаг

1936

4127

2533

Вайгач.экспед.

1422

1211

1092

Севвостлаг

29659

36313

48740

70414

90741

138170

Охунлаг

Ветла г

13535

13888

Норильлаг

1251

9139

7927

11560

Вяземлаг

31305

24100

2/470

Калуглаг

13107

5624

Подольский

Аэропорт

-

-

-

-

4352

-

Южная гавань

4303

4376

Сталинская

станция

-

-

-

-

7001

2727

Сама рл а г

15894

36761

Ушосдорлаг

42853

36948

Лужский

лагерь

-

-

-

-

6645

6174

Кулайлаг

10581

10642

Каргопольлаг

15217

30069

Усть-Вымлаг

5222

11974

Локчимлаг

18973

26242

Ивдельлаг

16230

20162

Томасинлаг

11912

11890

Тайшетлаг

13333

14365

Унуслаг

16469

Вятлаг

16854

Онеглаг

16733

Усольлаг

32714

Севураллаг

26963

Краслаг

15233

Ягринлаг

27680

Райчихлаг

8711

Горная Шория

11670

Букачачлаг

5945

Севжелдорлаг

29405

Сороклаг

17458

Воркутлаг

17923

Усть-Вымлаг

11974

Дмитровский

мехзавод

-

-

-

-

-

2273

Ликовский

лагерь

-

-

-

-

-

4556

Усть-Борлаг

Архбумлаг

7900

Стр-во 211

1911

Итого

510307

725483

839406

820189

995728

1319886

нач. II отдела Гулага НКВД

лейтенант Государственной Безопасности

(Грановский)

нач. II отд-ия II отдела

мл. лейтенант Государственной Безопасности (Яцевич)47

Итак, за всё время правления Сталина количество заключённых, одновременно находящихся в местах лишения свободы, никогда не превышало 2 миллионов 760 тысяч (естественно, не считая германских, японских и прочих военнопленных). Таким образом, ни о каких «десятках миллионов узников ГУЛАГа» не может быть и речи.

Подсчитаем теперь количество заключённых на душу населения. На 1 января 1941 года, как видно из приведённой выше таблицы, общее число заключённых в СССР составило 2 400 422 человека. Точная численность населения СССР на этот момент неизвестна, но обычно оценивается в 190-195 миллионов. Таким образом, получаем от 1230 до 1260 заключённых на каждые 100 тысяч населения. На 1 января 1950 года численность заключённых в СССР составляла 2 760 095 человек — максимальный показатель за всё время правления Сталина. Население СССР на этот момент насчитывало 178 миллионов 547 тысяч[73]. Получаем 1546 заключенных на 100 тысяч населения.

Рассчитаем аналогичный показатель для современных США. В настоящее время там существуют два вида мест лишения свободы: jail — приблизительный аналог наших изоляторов временного содержания, в jail содержатся подследственные, а также отбывают наказание осужденные на небольшие сроки, и prison — собственно тюрьма. На конец 1999 года в prisons содержалось 1 366 721 человек, в jails — 687 973 (см. интернет-сайт Бюро юридической статистики Департамента юстиции США), что в сумме даёт 2 054 694. Население Соединенных Штатов на конец 1999 года — примерно 275 млн, следовательно, получаем 747 заключённых на 100 тысяч населения.

Да, вдвое меньше, чем у Сталина, но ведь не вдесятеро. Как-то несолидно для державы, взявшей на себя защиту «прав человека» в мировом масштабе.

Каково общее количество побывавших при Сталине в местах заключения? Разумеется, если взять таблицу с ежегодной численностью заключённых и просуммировать строки, результат получится неверным, так как большинство из них было осуждено на срок больше года. В известной степени оценить цифру прошедших через ГУЛАГ позволяет следующий факт: «централизованная картотека ГУЛАГа отражает необходимые данные почти по 8 миллионам человек, как по лицам, прошедшим через изоляцию за прошлые годы, так и по содержащимся ныне в местах изоляции»[74] (данные на 1940 год).

То есть, перед войной через ГУЛАГ успело пройти около 8 миллионов человек.

СКОЛЬКО ИЗ ЗАКЛЮЧЁННЫХ БЫЛИ «ПОЛИТИЧЕСКИМИ»?

В корне неверно полагать, будто большинство из сидевших при Сталине были «жертвами политических репрессий».

Количество осуждённых за контрреволюционные преступления, содержащихся в ИТЛ на 1 января соответствующего года, а также их доля в лагерном населении[75]:

Год

Заключён

ных

%

Год

Заключён

ных

%

1934

135 190

26,5

1942

407 988

29,6

1935

118 256

16,3

1943

345 397

35,6

1936

105 849

12,6

1944

268 861

40,7

1937

104 826

12,8

1945

289 351

41,2

1938

185 324

18,6

1946

333 883

59,5

1939

454 432

34,5

1947

427 653

54,3

1940

444 999

33,1

1948

416 156

38,0

1941

420 293

28,7

Распределение заключённых, содержащихся в ИТЛ на 1 апреля 1940 года, по характеру преступления:

з/к

%

1. Контрреволюционные преступления

417381

32,87

В том числе:

Троцкисты, зиновьевцы, правые (независимо от характера преступления)

17621

1,39

Измена родине

1473

0,12

Террор

12710

1,00

Диверсия

5737

0,45

Шпионаж

16440

1,29

Вредительство

25941

2,04

Руководители контрреволюционных организаций

4493

0,35

Антисоветская агитация

178979

14,10

За прочие контрреволюционные преступления

133423

10,51

Члены семей изменников родине

13241

1,04

2. Особо опасные преступления против управления

46374

3,65

В том числе:

Бандитизм и разбой

29514

2,32

Перебежчики

13924

1,10

3. Иные преступления против порядка управления

182421

14,37

В том числе:

Хулиганство

90291

7,11

Спекуляция

31652

2,49

Нарушение закона паспортизации

19747

1,56

4. Расхищение социалистической собственности (закон от 7/VIII-32 г.)

23549

1,85

5. Должностные и хозяйственные преступления

96193

7,58

6. Преступления против личности

66708

5,25

7. Имущественные преступления

152096

11,98

8. Социально вредный и социально опасный элемент

220835

17,39

9. Воинские преступления (ст. 193)

11067

0,87

10. Прочие преступления

41706

3,28

11. Без указаний

11455

0,90

Итого

1269785

100,00

Справка о численности осуждённых за контрреволюционные преступления и бандитизм, содержащихся в лагерях и колониях МВД по состоянию на 1 июля 1946 г.[76]

По характеру преступления

В лагерях

%

В

коло

ниях

%

Всего

%

Общее наличие осуждённых

616731

100

755255

100

1371986

100

Из них за к/р преступления, в том числе:

354568

57,5

162024

21,4

516592

37,6

Измена Родине (ст. 58-1)

137463

22,3

66144

8,7

203607

14,8

Шпионаж (58-6)

12405

2,0

3094

0,4

15499

1,1

Терроризм

7391

1,2

2038

0,3

9429

0,7

Вредительство (58-7)

3781

0,6

770

0,1

4551

0,3

Диверсии (58-9)

2509

0,4

610

0,1

3119

0,2

К-p саботаж (58-14)

26411

4,3

4533

0,6

30944

2,3

Участие в а/с заговоре (58-2,3,4,5,11)

26099

4,2

10833

1,4

36932

2,7

Антисоветская агитация (58-10)

85652

13,9

56396

7,5

142048

10,4

Полит, бандит. (58-2,5,9)

5937

1,0

2835

0,4

8772

0,6

Нелегальный переход границы

2655

0,4

1080

0,1

3735

0,3

Контрабанда

3722

- 0,6

259

-

4031

0,3

Члены семей изменников Родине

1012

0,1

457

0,1

1469

0,1

Социально-опасные

элементы

6382

1,9

1323

0,2

7705

0,6

Начальник ОУРЗ ГУЛАГа МВД СССР Алешинский. Пом. начальника ОУРЗ ГУЛАГа МВД СССР Яцевич

19 августа 1946 г.

Состав заключенных ГУЛАГа по характеру преступлений (по состоянию на 1 января 1951 г.)[77]:

Преступления

Всего

ИТЛ

ИТК

Контрреволюционные

преступления

Измена Родине (ст.58-1а, б)

334538

285288

49250

Шпионаж (ст.58-1 а, б, 6; ст. 193-24)

18337

17786

591

Террор (ст.58—8)

7515

7099

416

Террористические намерения

2329

2135

194

Диверсия (ст.58-9)

3250

3185

65

Вредительство (ст.58—7)

1165

1074

91

Контрреволюционный саботаж (кроме осуждённых за отказ от работы в лагерях и побеги) (ст. 58-14)

4494

3523

971

Контрреволюционный саботаж (за отказ от работы в лагере) (ст.58-14)

10160

8724

1436

Контрреволюционный саботаж (за побеги из мест заключения) (ст.58-14)

22687

19708

2979

Участие в антисоветских заговорах, антисоветских организациях и группах (ст.58, пп. 2, 3, 4,5, 11)

46582

39266

7316

Антисоветская агитация (ст.58—10, 59-7)

99401

61670

37731

Повстанчество и политбандитизм (ст.58, п.2; 59, пп.2, 3, 36)

12947

12515

432

Члены семей изменников Родины (ст.58—1 в)

3256

2824

432

Социально опасный элемент

2846

2756

90

Прочие контрреволюционные преступления

10371

8423

1948

Всего осуждённых за контрреволюционные преступления

579918

475976

103942

Уголовные преступления

Расхищение соцсобственности (Указ от 7 августа 1932 г.)

72293

42342

29951

По Указу от 4 июня 1947 г. «Об усилении охраны личной собственности граждан»

394241

242688

151553

По Указу от 4 июня 1947 г. «Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества»

637055

371390

265665

Спекуляция

73205

31916

41289

Бандитизм и вооружённые ограбления (ст.59-3, 167), совершённые не в местах заключения

65816

53522

12294

Бандитизм и вооружённые ограбления (ст.59-3, 167], совершённые в период отбывания наказания

12047

11026

1021

Умышленные убийства (ст.136, 137, 138), совершённые не в местах заключения

37808

22950

14858

Умышленные убийства (ст. 136, 137, 138), совершённые в местах заключения

3635

3041

594

Нелегальный переход границы (ст.59-10, 84)

1920

1089

901

Контрабандная деятельность (ст.59-9, 83)

368

207

161

Скотокрадство (ст. 166)

15112

8438

6674

Воры-рецидивисты (ст. 162-в)

6911

3883

3028

Имущественные преступления (ст. 162-178)

61194

35464

25730

Хулиганство (ст.74 и Указ от 10 августа 1940 г.)

93477

32718

60759

Нарушение закона о паспортизации (ст. 192-а)

40599

7484

33115

За побеги из мест заключения, ссылки и высылки (ст.82)

22074

12969

9105

За самовольный выезд (побег) из мест обязательного поселения (Указ от 26 ноября 1948 г.)

3328

1504

1824

За укрывательство выселенных, бежавших из мест обязательного поселения, или пособничество

1021

989

32

Социально вредный элемент

416

343

73

Дезертирство (ст. 193-7)

39129

29457

9672

Членовредительство (ст. 193-12)

2131

1527

604

Мародёрство (ст. 193-27)

512

429

83

Остальные воинские преступления (ст. 193, кроме пп.7, 12, 17, 24,27)

19648

13033

6615

Незаконное хранение оружия (ст. 182)

12932

6221

6711

Должностные и хозяйственные преступления (ст. 59-Зв, 109-121, 193 пп. 17, 18)

128618

47630

80988

По Указу от 26 июня 1940 г. (самовольный уход с предприятий и из учреждений и прогулы)

26485

881

25604

По Указам Президиума Верховного Совета СССР (кроме перечисленных выше)

35518

11921

23597

Прочие уголовные преступления

140665

62729

77936

Всего осуждённых за уголовные преступления

1948228

1057791

890437

Итого:

2528146

1533767

994379

Как мы видим, вплоть до 1942 года, «репрессированные» составляли не более трети заключённых, содержащихся в лагерях ГУЛАГа. И лишь затем их доля возросла, получив достойное «пополнение» в лице власовцев, полицаев, старост и других «борцов с коммунистической тиранией». Ещё меньшим был процент «политических» в исправительно-трудовых колониях.

СМЕРТНОСТЬ ЗАКЛЮЧЁННЫХ

Имеющиеся архивные документы позволяют осветить и этот вопрос.

В 1931 году в ИТЛ умерло 7283 человек54 (3,03% к сред- неговодой численности), в 1932-м — 13 197[78] (4,38%), в

1933-м - 67 297[79] (15,94%), в 1934-м - 26 295 заключённых57 (4,26%).

Ежегодная смертность заключённых:

ИТЛ

ИТК + тюрьмы

Всего

чело

век

%

человек

%

чело

век

%

1935

28 328

3,62

4331

1,12

32 659

2,79

1936

20 595

2,48

5 884

1,40

26 479

2,12

1937

25 376

2,79

8 123

1,29

33 499

2,18

1938

90 546

7,83

35 228*

5,67

125 774

6,45

ИТК

Тюрьмы

чело

век

%

чело

век

%

1939

50 502

3,79

7 723

2,30

7 076

2,68

65 301

3,38

1940

46 665

3,28

6 348

1/70

3 277

1,00

56 290

2,65

1941

100 997

6,93

41 181

10,42

7 468

2,02

149 646

6,73

1942

248 877

20,74

126 773

29,43

29 788

11,77

405 438

21,52

1943

166 967

20,27

118 108

23,24

20 792

10,69

305 867

20,04

1944

60 948

8,84

55515

8,80

8 252

3,87

124715

8,13

1945

43 848

6,66

37 221

5,93

6 834

2,63

87 903

5,69

1946

18 154

2,58

12 641

1,80

2 271

0,84

33 066

1,97

1947

35 668

3,72

32 496

3,32

4142

1,44

72 306

3,25

1948

27 605

2,38

24 055

2,19

1 442

0,56

53 102

2,11

1949

15 739

1,20

13 966

1,22

982

0,46

30 687

U5

1950

14 703

0,99

9 983

0,93

668

0,37

25 354

0,93

1951

15 587

0,96

8 079

0,90

424

0,27

24 090

0,90

[1] ГАРФ. Ф.Р-9414. On. 1. Д.2740. Л.1.

1952

13 806

0,80

7 045

0,92

413

0,27

21 264

0,80

1953

3 023

0,70

1 990

1,07

73

0,19

5 086

0,77

Смертность в ИТЛ: 1935-1947 - ГАРФ. Ф.Р-9414. Оп.1. Д. 1155. Л.2; 1948 - Там же. Д. 1190. Л.36, Збоб.; 1949 - Там же. Д. 1319. Л.2, 2об.; 1950 — Там же. Л.5, 5об.; 1951 — Там же. Л.8, 8об.; 1952 — Там же. Л. 11,11 об.; 1953 - Там же. Л. 17.

ИТК и тюрьмы: 1935-1036 - ГАРФ. Ф.Р-9414. Оп.1. Д.2740. Л.52; 1937 - Там же. Л.44; 1938 - Там же. Л.50.

ИТК: 1939 - ГАРФ. Ф.Р-9414. Оп.1. Д.2740. Л.60; 1940- Там же. Л.70; 1941 — Там же. Д.2784. Л.4об, 6; 1942 — Там же. Л.21; 1943 - Там же. Д.2796. Л.99; 1944 - Там же. Д1155. Л.76, 76об.; 1945 - Там же. Л.77, 77об.; 1946 - Там же. Л.78, 78об.; 1947 - Там же. Л.79, 79об.; 1948 - Там же. Л.80, 80об.; 1949 - Там же. Д1319. Л.З, Зоб.; 1950 - Там же. Л.6, боб.;

1951 - Там же. Л.9, 9об.; 1952 - Там же. Л. 14, 14об.; 1953 - Там же. Л. 19, 19об.

Тюрьмы: 1939 - ГАРФ. Ф.Р-9413. On. 1. Д. 11. Л. 1 об.; 1940 - Там же. Л.2об.; 1941 — Там же. Л.Зоб.; 1942 — Там же. Л.4об.; 1943 — Там же. Л.5об.; 1944 — Там же. Л.боб.; 1945 — Там же. Д.10. Л.118, 120, 122, 124, 126, 127, 128, 129, 130, 131, 132, 133; 1946 - Там же. Д. 11. Л.8об.; 1947 - Там же. Л.9об.;

1 948 — Там же. Л. 10об.; 1949 — Там же. Л. 11 об.; 1950 — Там же. Л. 12об.; 1951 — Там же. Л. 1 Зоб.; 1952 — Там же. Д. 118. Л.238, 248, 258, 268, 278, 288, 298, 308, 318, 326об., 328об.; Д. 162. Л.2об.; 1953 - Там же. Д. 162. Л.4об., боб., 8об.

* В оригинале ошибочно указано 36 039 (ошибка суммирования). — И.Л.

За 1953 год приведены данные за первые три месяца.

В качестве среднегодовой численности заключённых (по отношению к которой подсчитан процент смертности) взято среднее арифметическое между цифрами на 1 января и 31 декабря. Процент смертности за начало 1 953 года дан в пересчёте на год.

Как мы видим, смертность в местах заключения (особенно в тюрьмах) вовсе не достигала тех фантастических величин, о которых любят говорить обличители. Но всё-таки её уровень довольно высок. Особенно сильно он возрастает в первые годы войны. Как было сказано в справке о смертности по ОИТК НКВД за 1941 год, составленной и.о. начальника Санотдела ГУЛАГа НКВД И.К. Зицерманом:

«В основном смертность начала резко увеличиваться с сентября месяца 41 года главным образом за счёт этапирования з/к из подразделений, расположенных в прифронтовых районах: из ББК и Вытегорлага в ОИТК Вологодской и Омской областей, из ОИТК Молдавской ССР, Украинской ССР и Ленинградской обл. в ОИТК Кировской, Молотовской и Свердловской областей. Как правило, этапы значительную часть пути по несколько сот км до погрузки в вагоны проходили пешим порядком. В пути следования совершенно не обеспечивались минимально необходимыми продуктами питания (получали не полностью хлеб и даже воду), в результате такого этапирования з/к давали резкое истощение, весьма большой %% авитаминозных заболеваний, в частности пеллагра, давших значительную смертность в пути следования и по прибытии в соответствующие ОИТК, которые не были подготовлены к приёму значительного количества пополнений. Одновременно введение сниженных норм довольствия на 25-30% (приказ №648 и 0437) при увеличенном рабочем дне до 12 час., зачастую отсутствии основных продуктов питания даже по сниженным нормам не могли не сказаться на увеличении заболеваемости и смертности»58.

Однако начиная с 1944 года смертность существенно снижается. К началу же 1950-х в лагерях и колониях она упала ниже 1 %, а в тюрьмах — ниже 0,5% в год.

ОСОБЫЕ ЛАГЕРЯ

Скажем пару слов и о пресловутых Особых лагерях (особлагах), созданных согласно постановлению Совета Министров СССР №416-159сс от 21 февраля 1948 года. Эти лагеря (так же, как и уже существовавшие к тому времени Особые тюрьмы) должны были сконцентрировать всех осуждённых к лишению свободы за шпионаж, диверсии, террор, а также троцкистов, правых, меньшевиков, эсеров, анархистов, националистов,

15 февраля 1952 г.

Справка о наличии особого контингента, содержащихся в особых лагерях на 1 января 1952 г.

№№

Название особого лагеря

Шпионы

Дивер-санты

Террор

Троцкисты

Правые

Меньше-вики

Эсеры

Анар-хисты

Национа-листы

Бело-эмигранты

Участн. анти- сов. орг.

Опасн. элем.

Итого

1

Минеральный

4012

284

1020

347

7

36

63

23

11688

46

4398

8367

30292

2

Горный

1884

237

606

84

6

5

4

1

9546

24

2542

5279

20218

3

Дубравный

1088

397

699

278

5

51

70

16

7068

223

4708

9632

24235

4

Степной

1460

229

714

62

16

4

3

10682

42

3067

6209

22488

5

Береговой

2954

559

1266

109

6

5

13574

11

3142

10363

31989

6

Речной

2539

480

1429

164

2

2

8

14683

43

2292

13617

35459

7

Озерный

2350

671

1527

198

12

6

2

8

7625

379

5105

14441

32342

8

Песчаный

2008

688

1203

211

4

23

20

9

13987

116

8014

12571

38854

9

Камышевый

174

118

471

57

1

1

2

1

3973

5

558

2890

8251

Всего

18475

3663

8935

1510

41

140

190

69

93026

884

33826

83369

244128

Заместитель начальника 2-го отдела 2-го Управления ГУЛАГа майор Маслов

Дугин А.Н. Неизвестный ГУЛАГ: Документы и факты. М.: Наука, 1999. С.47.

белоэмигрантов, участников антисоветских организаций и групп и «лиц, представляющих опасность по своим антисоветским связям». Заключённых особлагов следовало использовать на тяжёлых физических работах[80].

Смертность заключённых особлагов60

Списочный состав заключённых на начало месяца

Умерло

% в пересчёте на год

1952

Январь

258 324

266

1,21

Февраль

259 652

253

1,23

Март

258 671

330

1,51

Апрель

256 279

287

1,38

Май

251 573

285

1,35

Июнь

248 260

309

1,55

Июль

238 609

227

1,13

Август

236 276

301

1,50

Сентябрь

236 775

232

1,19

Октябрь

237 085

270

1,35

Ноябрь

236 425

221

1,14

Декабрь

235 246

221

1,11

1953

Январь

234 286

239

1,20

Февраль

233 084

255

1,43

Март

232 650

252

1,27

Процент смертности указан в пересчёте на год. Например, на 1 марта 1953 года в особых лагерях находилось 232 650 заключённых, на 31 марта — 232 785. Получаем среднюю численность за март — 232 717 человек. В марте в особлагах умерло 252 заключённых — 0,11 % от средней численности. Соответственно, смертность в пересчёте на год:

0,11 % * 365 (дней в году) / 31 (дней в марте) = 1,27%

Как мы видим, смертность заключённых в особлагах лишь немногим превышала смертность в обычных ИТЛ. Вопреки расхожему мнению, особлаги не были «лагерями смерти», в которых якобы уничтожался цвет инакомыслящей интеллигенции, к тому же наиболее многочисленный контингент их обитателей составляли «националисты» — лесные братья и их пособники.

ГЛАВА 3. КУЛАЦКАЯ ССЫЛКА

В традиционном перечне сталинских злодеяний, о которых так любят разглагольствовать профессиональные обличители ужасов тоталитарного режима, видное место занимают коллективизация и раскулачивание. Как водится, «преступления» эти предстают масштабными, бессмысленными и беспощадными.

КОРМИЛА ЛИ РОССИЯ ПОЛ-ЕВРОПЫ?

Прежде чем начать разговор о подлинных размерах раскулачивания, давайте выясним, а зачем вообще советскому руководству в конце 1920-х годов вдруг понадобилось «загонять крестьян в колхозы»? Вопрос этот далеко не праздный. Если верить нынешним борцам с коммунизмом, никаких разумных причин для подобных действий не существовало в принципе, и объяснялись они исключительно злокозненностью Сталина и его ближайших подручных. Другими словами, большевистское руководство состояло сплошь из патологических злодеев и маньяков, поставивших себе целью извести как можно больше народу, в особенности крестьян. В результате коллективизация «разорила сельское хозяйство», а колхозники «были низведены до рабского состояния».

В подкрепление своей «концепции» сторонники подобных взглядов любят ссылаться на благословенное царское время, когда никаких колхозов не было и в помине, а при этом «Россия к 1913 году собирала пшеницы больше, чем США, Канада, Аргентина вместе взятые, и кормила хлебом чуть ли не полмира...»[81]. Или как пишет другой автор: «К 1909 г. Россия выходит на первое место в мире по производству зерна и выращивает более половины мирового сбора ржи, более четверти — пшеницы, овса, ячменя. В 1913 г. урожай зерновых был на треть выше, чем в США, Канаде и Аргентине вместе взятых»[82].

Что ж, перенесёмся из сталинской эпохи на несколько десятилетий назад и посмотрим, как же в действительности обстояло дело с сельским хозяйством в Российской Империи.

Итак, первый тезис — «Россия, которую мы потеряли» собирала очень богатые урожаи. В доказательство чему приводится сравнение с «США, Канадой и Аргентиной вместе взятыми», которых мы опережали то ли по суммарному сбору зерновых, то ли по одной пшенице.

Сразу отметим вот какой момент. Если поклонники самодержавия вдруг начнут хвастаться, что Россия собирала хлеба больше, чем, скажем, Бельгия, Голландия и Люксембург, должного впечатления это не произведёт. «Нашли с кем сравнивать, — резонно возразят их оппоненты, — эти три государства в совокупности тянут на одну российскую губернию». Другое дело США, Канада, Аргентина — страны крупные, солидные. Однако не мешает уточнить, сколько населения проживало там в 1913 году. Оказывается, в США тогда насчитывалось 98,8 млн жителей, в Канаде — 7,2 млн, в Аргентине — 8,0 мпн[83]. Таким образом, суммарное население этих трёх стран составляло 114 млн человек, в то время как население России (без Финляндии) — 170,9 мпн[84], то есть в полтора раза больше. Получается, что бахвалиться особо нечем: даже если предположить, что Россия в те времена и выращивала чего-то на треть больше, чем США, Канада и Аргентина вместе взятые, на душу населения это всё равно выходит меньше.

Теперь посмотрим, каков был на самом деле урожай зерновых в перечисленных странах. В 1913 году там было собрано (в тыс. пудов)[85]:

Пше

ница

Рожь

Яч

мень

Овёс

Куку

руза

Пять зерновых культур в сумме

Россия

1707429

1568245

797810

1108163

129575

5311222

США

1267342

64117

236450

993233

3791510

6352652

Канада

384690

3562

64172

392889

25992

871305

Арген

тина

218559

-

10684

62271

408058

699572

США, Канада и Аргентина

1870591

67679

311306

1448393

4225560

7923529

Как мы видим, процитированные выше утверждения не соответствуют действительности. Если брать урожай пшеницы, то хотя наша страна и опережала в 1913 году по этому показателю Соединённые Штаты, однако США, Канаде и Аргентине в совокупности она уступала. Если же рассматривать не только пшеницу, а суммарный урожай пяти основных зерновых культур, то здесь она уступала даже одним США. Ну а если ещё и разделить эти цифры на количество жителей в каждой из стран, результат будет и вовсе безрадостным: получается, что если в России в 1913 году было собрано 30,3 пуда зерна на душу населения, то в США — 64,3 пуда, в Аргентине — 87,4 пуда, в Канаде — 121 пуд. Таким образом, по сбору зерна на душу населения Соединённые Штаты опережали царскую Россию в два, Аргентина — в три, а Канада — в четыре раза.

Следующий тезис — что дореволюционная Россия якобы кормила своим хлебом если не полмира, то уж точно пол- Европы.

Давайте разберёмся и с этим вопросом. Вот сводные данные об экспорте пяти основных зерновых культур (пшеница, рожь, ячмень, овёс, кукуруза) в 1913 году[86]:

экспорт, тыс. пудов

% от мирового экспорта

Россия

554549,0

22,10%

Аргентина

535280,0

21,34%

США

304885,0

12,15%

Канада

240296,0

9,58%

Голландия

219382,0

8,74%

Румыния

165990,0

6,62%

Ост-Индия

141074,0

5,62%

Германия

130984,0

5,22%

Австралия

73125,0

2,9 Г/о

Болгария

38273,0

1,53%

Бельгия

36480,0

1,45%

Алжир

16330,0

0,65%

Сербия

14455,0

0,58%

Австро-Венгрия

11362,7

0,45%

Китай

8074,0

0,32%

Чили

7100,0

0,28%

прочие страны

0,46%

всего

100,00%

Впрочем, приведённая таблица не совсем верно отражает картину мирового хлебного рынка, поскольку в неё затесались страны (Голландия, Германия, Бельгия, Австро-Вен- грия), которые на самом деле являлись импортёрами, ввозя хлеба больше, чем вывозя. Например, активно занимавшаяся транзитной хлеботорговлей Голландия в 1913 году при собственном урожае 57 430,0 тыс. пудов умудрилась вывезти 219 382,0 тыс. пудов, поскольку ввезла ещё больше — 325 130,0 тыс. пудов[87]. Поэтому чтобы разобраться/ кто кого кормил, следует рассматривать не общий объём хлебного экспорта, а разницу между вывозом и ввозом. При этом список стран-доноров выглядит следующим образом[88]:

разница между вывозом и ввозом, тыс. пудов

% от мирового экспорта

Аргентина

535280,0

26,01%

Россия

529742,0

25,74%

США

304885,0

14,81%

Канада

225830,0

10,97%

Румыния

165653,0

8,05%

Ост-Индия

141074,0

6,85%

Австралия

73125,0

3,55%

Болгария

38210,0

1,86%

Сербия

14452,6

0,70%

Алжир

14249,0

0,69%

Китай

8074,0

0,39%

Чили

7049,8

0,34%

прочие страны

0,04%

всего

100,00%

Итак, на радость поклонников Столыпина, «Россия, которую мы потеряли» действительно являлась крупнейшим экспортёром хлеба. Триумф несколько омрачает то обстоятельство, что это звание она делила с насчитывавшей в 21,4 раза меньше населения Аргентиной. Разумеется, о том, чтобы кормить «полмира», не могло быть и речи — хотя бы потому, что свыше 98% экспортируемого Россией хлеба шло в Европу[89]. Однако и «пол-Европы» накормить тоже не получалось: в 1913 году зарубежная Европа потребила 8336,8 млн пудов пяти основных зерновых культур, из которых собственный сбор составил 6755,2 млн пудов (81 %), а чистый ввоз зерна —1581,6 млн пудов (19%), в том числе 6,3% — доля России[90]. Другими словами, российский экспорт удовлетворял всего лишь примерно 1/16 потребностей зарубежной Европы в хлебе.

Если же учесть, что «не хлебом единым жив человек» и вспомнить хотя бы о картофеле, объёмы международной торговли которым были незначительны и которого одна Германия вырастила в 1913 году в полтора раза больше чем Россия (в России в тот год было собрано 2 191 291 тыс. пудов картофеля, в Германии — 3 301 381 тыс. пудов[91]), образ «кормилицы Европы» ещё больше потускнеет. Неудивительно, что когда после начала 1-й мировой войны вывоз русского хлеба практически полностью прекратился (в 1915 году было экспортировано 17 452 тыс. пудов пяти основных зерновых культур — в 32 раза меньше, чем в 1913-м, когда, как мы помним, этот показатель составил 554 549 тыс. пудов[92]), выяснилось, что Европа вполне может без него обойтись.

ЦАРЬ-ГОЛОД

Но может, сам факт вывоза хлеба из России свидетельствует о том, что в стране было изобилие продовольствия? Откроем такой авторитетный дореволюционный источник, как «Новый энциклопедический словарь» Брокгауза и Ефрона. Что же мы там обнаруживаем? Статью «Голод», а в ней — обширный раздел «Голод в России»:

«В 1872 г. разразился первый самарский голод, поразивший именно ту губернию, которая до того времени считалась богатейшей житницей России. И после голода 1891 г., охватывающего громадный район в 29 губерний, нижнее Поволжье постоянно страдает от голода: в течение XX в. Самарская губерния голодала 8 раз, Саратовская 9. За последние тридцать лет наиболее крупные голодовки относятся к 1880 г. (Нижнее Поволжье, часть приозёрных[93] и новороссийских губерний) и к 1885 г. (Новороссия и часть нечернозёмных губерний от Калуги до Пскова); затем вслед за голодом 1891 г. наступил голод 1892 г. в центральных и юго-восточных губерниях, голодовки 1897 и 98 гг. приблизительно в том же районе; в XX в. голод 1901 г. в 17 губерниях центра, юга и востока, голодовка 1905 г. (22 губернии, в том числе четыре нечернозёмных, Псковская, Новгородская, Витебская, Костромская), открывающая собой целый ряд голодовок: 1906, 1907, 1908 и 1911 гг. (по преимуществу восточные, центральные губернии, Новороссия)»[94].

Как мы видим, в дореволюционной русской деревне голод был отнюдь не редким гостем. Чем же объяснялось подобное состояние сельского хозяйства?

«Причины современных голодовок не в сфере обмена, а в сфере производства хлеба, и вызываются прежде всего чрезвычайными колебаниями русских урожаев в связи с их низкой абсолютной величиной и недостаточным земельным обеспечением населения, что, в свою очередь, не даёт ему возможности накопить в урожайные годы денежные или хлебные запасы. Несмотря даже на некоторый подъём абсолютных величин русских урожаев (за последние пятнадцать лет на 30%), они всё ещё остаются очень низкими по сравнению с западноевропейскими, а самый подъём урожайности происходит очень неравномерно: он значителен в Малороссии (на 42%) и на юго-западе (47%) и почти не сказывается в Поволжье, где крестьянские ржаные посевы дают для последнего десятилетия даже понижение урожаев. Наряду с низкой урожайностью, одной из экономических предпосылок наших голодовок является недостаточная обеспеченность крестьян землёй. По известным расчётам Мареса в чернозёмной России 68% населения не получают с надельных земель достаточно хлеба для продовольствия даже в урожайные годы и вынуждены добывать продовольственные средства арендой земель и посторонними заработками. По расчётам комиссии по оскудению центра, на 17% не хватает хлеба для продовольствия крестьянского населения. Какими бы другими источниками заработков ни располагало крестьянство, даже в среднеурожайные годы мы имеем в чернозёмных губерниях целые группы крестьянских дворов, которые находятся на границе продовольственной нужды, а опыт последней голодовки 1911 г. показал, что и в сравнительно многоземельных юго-восточных губерниях после двух обильных урожаев 1909 и 1910 гг. менее 1/3 хозяйств сумела сберечь хлебные запасы»[95].

О том, чем оборачивался вывоз хлеба для российского крестьянства, писал в 1880 году известный агроном и публицист Александр Николаевич Энгельгардт:

«Когда в прошедшем году все ликовали, радовались, что за границей неурожай, что требование на хлеб большое, что цены растут; что вывоз увеличивается, одни мужики не радовались, косо смотрели и на отправку хлеба к немцам, и на то, что массы лучшего хлеба пережигаются на вино. Мужики всё надеялись, что запретят вывоз хлеба к немцам, запретят пережигать хлеб на вино. "Что ж это за порядки, — толковали в народе, — всё крестьянство покупает хлеб, а хлеб везут мимо нас к немцу. Цена хлебу дорогая, не подступиться, что ни на есть лучший хлеб пережигается на вино, а от вина-то всякое зло идёт". Ну, конечно, мужик никакого понятия ни о кредитном рубле не имеет, ни о косвенных налогах. Мужик не понимает, что хлеб нужно продавать немцу для того, чтобы получить деньги, а деньги нужны для того, чтобы платить проценты по долгам. Мужик не понимает, что чем больше пьют вина, тем казне больше доходу, мужик думает, что денег можно наделать сколько угодно. Не понимает мужик ничего в финансах, но все-таки, должно быть, чует, что ему, пожалуй, и не было бы убытков, если б хлебушка не позволяли к немцу увозить да на вино пережигать. Мужик сер, да не чёрт у него ум съел.

Еще в октябрьской книжке "Отеч. записок" за прошлый год помещена статья, автор которой, на основании статистических данных, доказывал, что мы продаём хлеб не от избытка, что мы продаём за границу наш насущный хлеб, хлеб, необходимый для собственного нашего пропитания. Автор означенной статьи вычислил, что за вычетом из общей массы собираемого хлеба того количества, которое идёт на семена, отпускается за границу, пережигается на вино, у нас не остаётся достаточно хлеба для собственного продовольствия. Многих поразил этот вывод, многие не хотели верить, заподозревали верность цифр, верность сведений об урожаях, собираемых волостными правлениями и земскими управами. Но, во-первых, известно, что наш народ часто голодает, да и вообще питается очень плохо и ест далеко не лучший хлеб, а во-вторых, выводы эти подтвердились: сначала несколько усиленный вывоз, потом недород в нынешнем году — и вот мы без хлеба, думаем уже не о вывозе, а о ввозе хлеба из-за границы. В Поволжье голод. Цены на хлеб поднимаются непомерно, теперь, в ноябре, рожь уже 14 рублей за четверть, а что будет к весне, когда весь мужик станет покупать хлеб...

Пшеницу, хорошую чистую рожь мы отправляем за границу, к немцам, которые не станут есть всякую дрянь. Лучшую, чистую рожь мы пережигаем на вино, а самую что ни на есть плохую рожь, с пухом, костерем, сивцом и всяким отбоем, получаемым при очистке ржи для винокурен — вот это ест уж мужик. Но мало того, что мужик ест самый худший хлеб, он ещё недоедает. Если довольно хлеба в деревнях — едят по три раза; стало в хлебе умаление, хлебы коротки — едят по два раза, налегают больше на яровину, картофель, конопляную жмаку в хлеб прибавляют. Конечно, желудок набит, но от плохой пищи народ худеет, болеет, ребята растут туже, совершенно подобно тому, как бывает с дурносодержимым скотом...

Имеют ли дети русского земледельца такую пищу, какая им нужна? Нет, нет и нет. Дети питаются хуже, чем телята у хозяина, имеющего хороший скот. Смертность детей куда больше, чем смертность телят, и если бы у хозяина, имеющего хороший скот, смертность телят была так же велика, как смертность детей у мужика, то хозяйничать было бы невозможно. А мы хотим конкурировать с американцами, когда нашим детям нет белого хлеба даже в соску? Если бы матери питались лучше, если бы наша пшеница, которую ест немец, оставалась дома, то и дети росли бы лучше и не было бы такой смертности, не свирепствовали бы все эти тифы, скарлатины, дифтериты. Продавая немцу нашу пшеницу, мы продаём кровь нашу, то есть мужицких детей»[96],

Энгельгардту вторил другой русский публицист, убеждённый монархист, один из ведущих сотрудников крупнейшей консервативной газеты «Новое время» Михаил Осипович Меньшиков:

«В старинные времена в каждой усадьбе и у каждого зажиточного мужика бывали многолетние запасы хлеба, иногда прямо сгнивавшие за отсутствием сбыта. Эти запасы застраховывали от неурожаев, засух, гесенских мух, саранчи и т.п. Мужик выходил из ряда голодных лет всё ещё сытым, не обессиленным, как теперь, когда каждое лишнее зерно вывозится за границу»[97].

«С каждым годом армия русская становится всё более хворой и физически неспособной. До трёх миллионов рублей ежегодно казна тратит только на то, чтобы очиститься от негодных новобранцев, "опротестовать" их. Из трёх парней трудно выбрать одного, вполне годного для службы. И несмотря на это, срок солдатской службы всё сокращается. Хилая молодёжь угрожает завалить собою военные лазареты. Плохое питание в деревне, бродячая жизнь на заработках, ранние браки, требующие усиленного труда в почти юношеский возраст, — вот причины физического истощения...

Сказать страшно, какие лишения до службы претерпевает иногда новобранец. Около 40 проц. новобранцев почти в первый раз ели мясо по поступлении навоенную службу. На службе солдат ест кроме хорошего хлеба отличные мясные щи и кашу, т.е. то, о чём многие не имеют уже понятия в деревне...»[98].

«Перестанемте, господа, обманывать себя и хитрить с действительностью! Неужели такие чисто зоологические обстоятельства, как недостаток питания, одежды, топлива и элементарной культуры у русского простонародья ничего не значат? Но они отражаются крайне выразительно на захудании человеческого типа в Великороссии, Белоруссии и Малороссии. Именно зоологическая единица — русский человек во множестве мест охвачен измельчанием и вырождением, которое заставило на нашей памяти дважды понижать норму при приёме новобранцев на службу. Еще сто с небольшим лет назад самая высокорослая армия в Европе (суворовские "чудо-богатыри"), — теперешняя русская армия уже самая низкорослая, и ужасающий процент рекрутов приходится браковать для службы. Неужели этот "зоологический" факт ничего не значит? Неужели ничего не значит наша постыдная, нигде в свете не встречаемая детская смертность, при которой огромное большинство живой народной массы не доживает до трети человеческого века?»19

В самом деле, в конце XIX века в России до 5-летнего возраста доживало всего 550 из 1000 родившихся детей, тогда как в большинстве западноевропейских стран — более 700[99]. Как отмечали современники:

«Население, существующее впроголодь, а часто и просто голодающее, не может дать крепких детей, особенно если к этому прибавить те неблагоприятные условия, в каких, помимо недостатка питания, находится женщина в период беременности и вслед за нею»[100].

После подобных свидетельств остаётся лишь повторить слова известного писателя-эмигранта (и, кстати, убеждённого монархиста) Ивана Солоневича:

«Таким образом, староэмигрантские песенки о России, как о стране, в которой реки из шампанского текли в берегах из паюсной икры, являются кустарно обработанной фальшивкой: да, были и шампанское и икра, но — меньше чем для одного процента населения страны. Основная масса этого населения жила на нищенском уровне»[101].

На этом фоне особенно безнравственным выглядит ликование некоторых нынешних «патриотов»:

«На европейском хлебном рынке Россия была со своим дешёвым и качественным зерном неоспоримым монополистом... Цена на зерно в Европе была бы намного выше, если бы русский экспорт дешёвого хлеба не сдерживал аппетиты американских, канадских и аргентинских поставщиков»[102].

Поневоле хочется воскликнуть, наплевав на условности: «Чему радуешься, дурак? Тому, что Россия снабжала Европу задарма своим хлебом?» Ради чего терпели лишения русские крестьяне, ради чего голодали русские дети? Чтобы, не дай бог, западный обыватель не переплатил лишний пенс или пфенинг за буханку? Достойная цель, ничего не скажешь!

Каким же образом удавалось выкачивать продовольствие из недоедающей страны? Основными поставщиками товарного хлеба являлись крупные помещичьи и кулацкие хозяйства, державшиеся за счёт дешёвого наёмного труда малоземельных крестьян, вынужденных за гроши наниматься в работники. Как писал по этому поводу всё тот же

А.Н. Энгельгардт:

«Один немец — настоящий немец из Мекленбурга — управитель соседнего имения, говорил мне как-то: "У вас в России совсем хозяйничать нельзя, потому что у вас нет порядка, у вас каждый мужик сам хозяйничает — как же тут хозяйничать барину. Хозяйничать в России будет возможно только тогда, когда крестьяне выкупят земли и поделят их, потому что тогда богатые скупят земли, а бедные будут безземельными батраками. Тогда у вас будет порядок и можно будет хозяйничать, а до тех пор нет"»[103].

Что же касается основной массы крестьян, то они были вынуждены продавать хлеб, которого им самим не хватало, для уплаты налогов и сборов:

«Увеличение нужды в деньгах для уплаты налогов, аренды и для удовлетворения собственных потребностей заставляет крестьянина выносить на рынок всё большее количество произведений своего хозяйства. В результате на рынок вывозится осенью даже тот хлеб, который затем весною самим же крестьянам приходится выкупать обратно. Вся разница в осенних и весенних ценах ложится на крестьянское хозяйство как следствие такой своеобразной залоговой операции. И поскольку общая совокупность неблагоприятных экономических условий заставляет прибегать к ней всё более широкие и менее обеспеченные собственным хлебом группы крестьянских хозяйств, постольку возрастает возможность возникновения острой продовольственной нужды»[104].

ЗАЧЕМ ПОНАДОБИЛАСЬ КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ?

После прихода к власти большевиков помещичьи и кулацкие хозяйства были экспроприированы, а земля поделена между крестьянами. Однако при этом новая власть быстро столкнулась с проблемой нехватки товарного зерна: отныне жители деревни выращивали хлеб в основном не на продажу, а для себя.

«Хотя сельское хозяйство в целом и перевалило через довоенный уровень, валовая продукция его главной отрасли — зернового хозяйства — составляла лишь 91 процент довоенного уровня, а товарная часть зерновой продукции, продаваемая на сторону для снабжения городов, едва доходила до 37 процентов довоенного уровня, причём все данные говорили о том, что есть опасность дальнейшего падения товарной продукции зерна.

Это означало, что дробление крупных товарных хозяйств в деревне на мелкие хозяйства, а мелких на мельчайшие, начавшееся в 1918 году, всё ещё продолжается, что мелкое и мельчайшее крестьянское хозяйство становится полунатуральным хозяйством, способным дать лишь минимум товарного зерна, что зерновое хозяйство периода 1927 года, производя немногим меньше зерна, чем зерновое хозяйство довоенного времени, может, однако, продать на сторону для городов лишь немногим больше третьей части того количества зерна, которое способно было продать довоенное зерновое хозяйство»[105].

Особенно серьёзно проблема нехватки товарного зерна встала в 1927 году, когда международная обстановка вокруг СССР резко обострилась. В апреле в Китае происходит переворот Чан Кайши. 27 мая Англия разрывает дипломатические отношения с Советским Союзом[106].7 июня в Варшаве состоявшим в польском подданстве русским белоэмигрантом был убит полпред СССР в Польше П.Л. Войков[107]. В воздухе ощутимо запахло войной.

В этой ситуации крестьяне стали придерживать хлеб в расчёте на то, чтобы продать его подороже: «Пришёл момент, когда у нас просят хлеб за мануфактуру. Совдепия начинает плясать под нашу дудочку, ну и пусть — как они ни вымогают — мы воздержимся, пока не будут платить по рублю за пуд ржи и по два рубля за пуд пшеницы»[108].

Если к январю 1927 года было заготовлено 428 млн пудов зерна, то к январю 1928 года — лишь 300 млн[109]. Единственный выход из сложившейся ситуации состоял в том, чтобы вновь создать крупные хозяйства, способные дать стране товарный хлеб.

Другой причиной являлась необходимость форсированной индустриализации. Отставание от развитых стран достигло критического уровня, что наглядно показала 1 -я мировая война. В результате революции и гражданской войны это отставание ещё больше увеличилось. Стало ясно, что если радикально не изменить ситуацию, следующая война станет для России последней, поскольку приведёт её к гибели.

Однако для развития промышленности нужны не только станки, но и те, кто будет на них работать. Другими словами, нужен постоянный приток в город рабочей силы. При царе эта проблема решалась медленно и мучительно. Человек по природе своей консервативен и весьма неохотно идёт на резкое изменение образа жизни. В первую очередь, деревню покидали малоземельные бедняки. Революция, наделив крестьян землёй, лишила их стимула к переселению в город.

Коллективизация высвободила миллионы рабочих рук, направленные в промышленность. В 1927-1938 гг. из деревни в город переселилось 18,7 млн человек[110]. Если в 1926 году в городах проживало 18% населения СССР, то к 1939 году доля городского населения поднялась до 33%[111].

СКОЛЬКО СОСЛАНО КУЛАКОВ?

Разумеется, коллективизация и раскулачивание не остались без внимания обличителей Сталина. Полёт их буйной фантазии не знает границ. Вот что пишет, к примеру, А.И. Солженицын:

«...был поток 29-30-го годов, с добрую Обь, протолкнувший в тундру и тайгу миллионов пятнадцать мужиков (а как-то и не поболе)»[112].

Сколько же раскулаченных было отправлено в ссылку на самом деле? Отложим в сторону страшные сказки Солженицына и К° и обратимся к документам.

30 января 1930 года Политбюро ЦК ВКП(б) приняло постановление «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации»[113]. Согласно этому документу кулаки были разделены на три категории:

первая категория — контрреволюционный актив, организаторы террористических актов и восстаний,

вторая категория — остальная часть контрреволюционного актива из наиболее богатых кулаков и полупо- мещиков,

третья категория — остальные кулаки.

Главы кулацких семей 1-й категории арестовывались, и их дела передавались на рассмотрение спецтроек в составе представителей ПП (полномочных представительств) ОГПУ, обкомов (крайкомов) ВКП(б) и прокуратуры.

Члены семей кулаков 1 -й категории и кулаки 2-й категории подлежали выселению в отдалённые местности СССР или отдалённые районы данной области (края, республики) на спецпоселение.

Кулаки, отнесённые к 3-й категории, расселялись в пределах района на новых, специально отводимых для них за пределами колхозных массивов землях[114].

В постановлении устанавливалось и ориентировочное количество кулаков 1 -й и 2-й категории по регионам36:

Районы

1-я категория

2-я категория

Средняя Волга

3-4 тыс.

8-10 тыс.

Нижняя Волга

4-6 тыс.

10-12 тыс.

Северный Кавказ и Дагестан

6-8 тыс.

20 тыс.

Центрально-Чернозёмная область

3-5 тыс.

10-15 тыс.

Сибирь

5-6 тыс.

25 тыс.

Урал

4-5 тыс.

10-15 тыс.

Казахстан

5-6 тыс.

10-15 тыс.

Украина

15 тыс.

30-35 тыс.

Белоруссия

4-5 тыс.

6-7 тыс.

Второй этап массового раскулачивания и выселения кулаков начался весной 1931 года.

Всего за 1930 и 1931 год, как указано в справке Отдела по спецпереселенцам37 ГУЛАГа ОГПУ «Сведения о выселенном кулачестве в 1930-1931 гг.», было отправлено на спецпоселение 381 026 семей общей численностью

1 803 392 человека. В справке приводится и статистика выселенных семей по регионам:

Сведения о выселенном кулачестве в 1930/31 гг.38

№№

по

пор.

Откуда

высланы

Кол-во

высе

ленных

семей

Куда высланы

1

У.С.С.Р.

63720

Севкрай (19658 с.), Урал (32127 с.), Зап. Сибирь (6556 с.), Вост. Сибирь (5056 с.), Якутия (97), ДВК (323 с.)

2

Сев. Кав. Край

38404

Урал (25995 с.), Сев. Кав. край (12409 с.)

36 Ивницкий Н.А. Коллективизация и раскулачивание. М., 1996. С.69.

37 До 1934 года сосланные кулаки назывались спецпереселен- цами, в 1934-1944 гг. — трудпоселенцами, с марта 1944 года — спецпереселенцами, с 1949 года — спецпоселенцами.

38 ГАРФ. Ф.Р-9479. Оп.1. Д.89. Л.207.

3

Н.Волж. Край

30933

Сев. Край (10963 с.), Урал (1878), Казахстан (18092 с.)

4

Ср.Волж. Край

23006

Сев. Край (5566 с.), Урал (663 с.), Вост. Сиб. Кр. (620 с.), Казахстан (11477 с.), ДВК (2180 с.), СВК (2500 с.)

5

Ц.Ч.О.

26006

Сев. Край (10236 с.), Урал (1408 с.), Вост. Сибирь (2367 с.), Казахстан (10544 с.), ДВК (1097 с.), Якутия (354 с.)

6

Б.С.С.Р.

15724

Сев. Край (4763 с.), Урал (9113 с.), ДВК (1561 с.), Якутия (287 с.)

7

Крым

4325

Сев. Край (1553 с.), Урал (2772 с.)

8

Татария

9424

Урал (7810 с.), ДВК (1614 с.)

9

Ср.Азия

6944

Казахстан (159 с.), Сев. Кав. Край (2213 с.), УССР (3444 с.), Ср. Азия (1128 с.)

10

Нижкрай

9169

Севкрай (2471 с.), Урал (5201 с.), Казахстан (50 с.), Нижкрай (1497 с.)

11

Зап. Область

7308

Урал (7308 с.)

12

Ив. Пр. Область

3655

Урал (3655 с.)

13

Башкирия

12820

Зап. Сиб. Край (5305 с.), Вост. Сиб. кр. (1515 с.), Башкирия (6000 с.)

14

Моск. обл.

10813

Урал (3112 с.), Зап. Сибирь (4729 с.), Казахстан (2972 с.)

15

Севкрай

3061

Севкрай (3061 с.)

16

Л.В.О.

8604

Урал (337 с.), Зап. Сибирь (1269 с.), Вост. Сибирь (929 с.), Якутия (725 с.), ЛВО (5344 с.)

17

Урал

28394

Урал (26854 с.), ЛВО (1540 с.)

18

Зап. Сиб. кр.

52091

Зап. Сиб. Край (52091 с.)

19

Вост. Сиб. Край

16068

Вост. Сиб. Край (16068 с.)

20

Д.в.к.

2922

ДВК (2922 с.)

21

Казахстан

6765

Казахстан (6765 с.)

22

Закавказье

870

Казахстан (870 с.)

ИТОГО:

381026

1803392

человек

При внимательном анализе таблицы можно обнаружить две арифметические ошибки: с Украины было выселено не 63 720, а 63 817 семей (не учтены 97 семей, выселенных в Якутию), а из Нижегородского края — не 9169, а 9219 (не учтены 50 семей, выселенных в Казахстан). Таким образом, всего было выселено 381 173 семьи, из них 136 639 подверглись внутрикраевому переселению, а 244 534 были выселены в другие районы.

Примерно такое же количество высланных в северные и отдалённые районы приводит и Ягода в докладной записке Сталину от 12 октября 1931 года. Он сообщил, что выселение кулачества из районов сплошной коллективизации, производившееся с 20 марта по 25 апреля и с 10 мая по 18 сентября, закончено. За это время было перевезено 162 962 семьи (787 241 человек), в том числе мужчин — 242 776, женщин — 223 834 и детей — 320 731, что вместе с выселенными в 1930 году составит 240 757 семей (1 158 986 человек)39.

Таким образом, солженицынский «поток с добрую Обь» на самом деле включал не «15 миллионов мужиков», а где- то около полумиллиона, то есть «усыхает» в 30 раз.

Однако численность кулаков, зарегистрированных по месту ссылки, существенно уступает количеству отправленных в ссылку. Вот данные, приведенные в докладной записке Ягоды Сталину от 4 января 1932 года.

Расселение спецпереселенцев по состоянию на конец 1931 года40:

Регион

семей

человек

Урал

130 067

540 818

Северный край

н/св.

131 313

Западная Сибирь

66 206

283 890

Восточная Сибирь

20 647

91 331

Дальний Восток

10 497

43 746

Алдан

н/св.

5 600

Северный Казахстан

33 098

149617

39 Ивницкий Н.А. Коллективизация и раскулачивание. М., 1996. С. 194.

40 Там же. С.242.

Южный Казахстан

9 841

42 347

Средняя Азия

2 073

10 472

Украина

3 520

15 057

Северный Кавказ

13811

55 869

Нижегородский край

1 449

5915

Ленинградская обл.

8 140

32 905

Средняя Волга

н/св.

12 500

Как мы видим из таблицы, общее количество кулаков в местах расселения составило на конец 1931 года 1 421 380 человек, а выслано было, как мы помним, 1 803 392. Куда же делась разница в 382 012 человек?

Во-первых, многие из них бежали из мест поселения:

Справка о бегстве кулаков с мест высылки по состоянию на 12-е июня 1930 г.

1. До настоящего времени было ввезено из других областей и переброшено внутри края кулаков 2-й категории в основные места расселения кулаков:

а) в Северном крае — 46562 семьи — 230065 чел.

б) « Уральской обл. — 31543 —«---- 151249 чел.

в) « Сибирском кр. — 17160 —«---- 103098 чел.

2. Бегство кулаков с эшелонов во время пути было совсем незначительное — по 189 эшелонам бежало 11 человек (10 мужчин и 1 ребёнок; среди них 3 одиночек — мужчин «особого назначения», из которых 1 при побеге был убит).

3. Бегство высланных кулаков начинает принимать значительные размеры с начала апреля м-ца, как с пунктов временного размещения, так и с мест работ (с лесоразработок). Большая часть бегущих кулаков с лесоразработок являлись к своим семьям в места временного расселения. Основная причина бегства с мест работ — беспокойство о семье, отсутствие у многих ссыльных кулаков кожаной обуви для работы в лесу, также недостаточная охрана в местах работы.

4. Особенно большие размеры бегство кулаков с мест высылки принимает с наступлением более тёплой погоды — с конца апреля и начала мая месяца. Значительно облегчает побег взрослых кулаков отправка детей кулаков на родину, что подтверждается следующими фактами:

Из лагеря бежала Котельникова Мария 25 лет, с сыном Александром 7 мес. Остальных своих детей Котельникова сдала на воспитание гр. Сухиз, с которыми, по данным, уехала и сама (спец. св. №46 от 18/IV — лагерь №8 Сев- края).

Из лагеря бежала Чебановская Ксения 32 л., из Запорожского окр., которая ходила провожать отправляемых на родину детей и в лагерь не возвратилась.

Из лагеря бежали: Юмахины Мария 20 л. и Ирина 37 л., из Острогожского окр., обе они бежали с отпущенными на родину детьми (спец. св. №47 от 20/IV, Прилукский лагерь и лагерь №2 Севкрая).

За последние два дня из лагеря бежали: Артёменко Лукерья 61 г., Глушкова Мария 24 л. с ребёнком Иваном 10 мес. и Кривцова Анастасия 63 л. Бежали при отпуске детей на родину с родственниками, приехавшими за детьми.

В связи с приездом родственников к выселенным, отмечаются случаи побегов из бараков. Отмечены также случаи отправки вещей багажом (спец. сводка №48 от 24/IV, лагерь №2 и лагеря Няндомского окр. Севкрая).

5. О массовом возвращении бегущих кулаков на родину сообщали ПП ОГПУ УССР, БССР, СКК и ЦЧО.

Бежавшие из ссылки кулаки терроризируют местный актив и бедноту, добиваясь возвращения конфискованного имущества и земельных наделов. Угрожают активистам расправой, распространяют провокационные слухи, организовывают массовые выступления, активно противодействуют расселению кулачества 3-й категории и вообще усиливают тенденции среди части крестьян за возвращение всех высланных кулаков.

Например:

В Одесском окр., в селе Васильевке, Андре-Ивановс- кого р-на, при попытке задержания бежавших из ссылки кулаков, возникло массовое выступление, с участием 150 женщин, которые потребовали не только оставления прибывших из ссылки кулаков, но и возвращения им конфискованного имущества. Толпой женщин кулаки были вселены в свои прежние хаты.

По Артёмовскому округу собралось 35 женщин, требовавших возвращения высланных кулаков, в селе Корсуни, Рыковского р-на. Толпой руководила самовольно возвратившаяся кулачка Радулая.

По Роменскому окр. Возвратившиеся из ссылки жёны кулаков Кривобок Александра, Ильина Анна и др. — терроризируют актив, придираются к бедноте. Дети этих кулаков бросают камни и палки в свои прежние хаты, где поселились бедняки.

В Николаевском окр. ряд кулаков, самовольно возвратившихся из ссылки, предъявили сельским советам требования о возвращении с мест ссылки членов их семей.

В Киевском окр. отмечено ряд фактов, когда активные колхозники не только ходатайствовали о возвращении высланных кулаков, но и укрывают их у себя.

В Гомельском округе самовозвращение кулаков в большинстве районов обставляется весьма торжественно. Предварительно извещённые родственники и знакомые собираются на станции и огромной толпой сопровождают их на место жительства. 6/V в Будо-Кошелевский р-н прибыло 4 семьи, встреча которых произошла крайне торжественно.

В Лоевский р-н, Гомельского окр., возвратилась семья Казакова, осуждённого к 5-ти годам концлагеря Тройкой ПП. Возвратившаяся семья устроила дебош, потребовала возвращения дома и др. имущества, уже находящегося в пользовании колхоза.

По Артёмовскому окр. в целом ряде сёл отмечены факты, когда бедняки оставляют кулацкие дома под влиянием провокационных слухов о возвращении всех кулаков из ссылки, чему особенно способствует возвращение ряда кулацких семей.

Насколько массовые размеры в отдельных местах принимают возвращение бегущих кулаков в места прежнего жительства, показывают следующие факты:

Из села Дергачи (Харьковского окр.) было выслано 16 чел. — возвратились все.

Из села Веськовки, Дергачёвского р-на (Харьковского окр.) было выслано 59 человек — возвратились 52.

По Золочёвскому р-ну (Харьковск. окр.) вернулось 114 чел.

6. Особо отрицательное влияние на политические настроения основных прослоек крестьянства оказывает возвращение ДЕТЕЙ.

К прибывающим из ссылки детям собираются группами крестьяне, расспрашивают их о положении на севере, проникаются сочувствием к высланным и предъявляют различные незаконные требования. В Уманском окр. сведения, сообщённые вернувшимися из ссылки детьми, послужили началом возникновения волынки с участием женщин в Бабанском р-не, потребовавших: немедленного возвращения высланных кулаков, немедленного восстановления раскулаченных и созыва общего собрания; 300 женщин собрались у Сельсовета, препятствуя аресту зачинщиков волынки.

7. Часть бегущих кулаков, возвращаясь к месту прежнего жительства, переходит на нелегальное положение, не имеют постоянного местожительства, частично живут в лесах или скрываются у своих родственников.

Возвращающиеся беглые кулаки становятся базой для развития бандитизма, как например:

Активное участие в банде, оперировавшей недавно в Роменском окр., принимали 22 бежавших из ссылки кулака, которые и влились в банду, руководимую бежавшим из ссылки попом Скоробогатько.

8. Всего бежало:

а) из Севкрая — 14123 чел. — по данным на 1 июня.

б) « Урала — 837 « — по данным на 10 мая.

в) « Сибири — 225 « — лишь по одному району Галки, по данным на 20/IV.

Из общего количества 14123 бежавших из Севкрая — на родину бежало около 6000 чел., остальные — с мест работ и постоянного поселения к своим семьям. Из числа бежавших на родину за всё время задержано 2752 чел.

Из общего количества бежавших из Урала 837 чел. было поймано 419 чел., явилось 16 человек.

Особенно массовые размеры бегство кулаков приняло в последнее время, в период переселения кулацких семей в места постоянного поселения. Из Севкрая за последнюю пятидневку мая (начало перевозок) бежало 2779 человек.

8.[115] По данным Севкрая, основной контингент бегущих составляют те кулацкие семьи, которые отправили своих детей на родину.

Основные ухищрения, применяемые кулаками при бегстве:

а) Шли в обход тем пунктам, где существовал контроль ОГПУ, а в некоторых случаях почти весь путь на территорию Севкрая шли пешком.

б) Выдавали себя за родственников, приезжающих за малолетними детьми и для свидания.

в) Приобретали с родины документы на чужие фамилии, а в некоторых случаях получали документы и от Сельсоветов на своё собственное имя. Эти документы высылались кулакам, как в письмах, так и через приезжающих на свидание односельчан.

В Вологде 4 и 5 июня сняты с поездов приехавшие на свидание с кулаками родственников до 800 чел., у которых при обыске найдено 154 поддельных документов для бегства. К некоторым отобранным документам были приложены наставления, как ими пользоваться. Снятые с поездов возвращены обратно, кроме лиц, у которых найдены подложные документы.

г) Приобретали подложные документы на месте и заявляли в Адмотдел об утере документов и оттуда получали временные виды на жительство на чужие фамилии.

д) Отмечены факты изготовления самими кулаками фиктивных документов.

В лагере Шелекса арестован один кулак, у которого отобраны им изготовленные штамп Макарьевской Сельрады, Киевского окр. и печать коменданта ст. Шелекса.

Арестованный снабжал кулаков «документами» для выезда на родину.

По сообщению Гомельского Окр. отд. большинство возвратившихся из ссылки кулаков 2-й категории располагают «документами» об освобождении из лагерей ст. Лузы, Сев. Двинского окр. По проверке этих фактов, по сообщению ПП Севкрая, предъявленные документы являются подложными.

10. Помимо прямого нежелания оставаться в Северном крае, являющегося основной причиной бегства, массовость побегов из Севкрая, по сравнению с Уралом, увеличивает хозяйственная неустроенность кулаков в местах постоянного поселения. До сих пор в Севкрае ещё не получены стройматериалы, инвентарь, лошади и т.д., в то время, как на Урале многие из вселённых кулаков уже обеспечены сельхозинвентарём, семенами, лошадьми, занялись строительством своих посёлков, обработкой огородов и т.д.

11. Значительно усиливает бегство кулаков их безнаказанность и даже радушный приём, оказываемый самовольно возвратившимся на родину кулакам со стороны населения и подчас даже со стороны местных сельских властей. Эти вести быстро распространялись среди оставшегося кулачества, усиливая у последних тенденции к побегу.

Зафиксировано несколько случаев, когда письма бежавших кулаков о том, что их никто не преследует, являлись стимулом к усилению побегов.

12. В целях решительной борьбы с бегством кулаков из ссылки на местах приняты следующие меры:

а) ППОГПУ Урала:

1. Во всех пунктах кулацкой ссылки среди кулаков введена круговая порука с выделением от каждого десятка ответственного старшего, с обязательством вести наблюдение за вверенным десятком и немедленно сообщать о всех случаях и попытках к бегству. В связи с введением круговой поруки установлено отобрание подписок, как у группы кулаков, так и у старших десятков.

2. В округах с кулацкой ссылкой приняты меры к привлечению населения к заинтересованности поимки бежавших кулаков с выдачей единовременного вознаграждения до

30 рублей. Причём с пойманных кулаков устанавливается штраф за побег в размере 100 рублей.

3. Приняты меры к наблюдению за ссыльными — усилением агентурного обслуживания.

б) ПП ОГПУ Севкрая:

1. Усилено агентурное освещение кулачества, с целью своевременного выявления подготовок к побегам и оперативная работа по случаям подготовки организованных побегов.

2. К борьбе с бегством кулаков привлечена милиция и сельский актив (партийцы, комсомольцы, батрачество, колхозники и т.д.) с обещанием премирования в отдельных случаях.

3. Создаётся до 20 летучих чекистских отрядов, которые оперируют в «узловых пунктах» и наиболее поражённых бегством местах.

4. Прекращён отпуск на родину детей.

5. Воспрещён допуск к высланным кулакам приезжающих к ним родственников и знакомых. Всех приезжающих предложено немедленно возвращать домой. Лиц, везущих документы и иным путём подготовляющих к побегу кулаков, будут судить на Тройке.

6. Введена круговая порука за побеги.

7. Установлен более жёсткий режим во внутреннем распорядке бараков, создавая максимальнейшие трудности побега.

8. Подвергнута конфискации вся входящая и исходящая корреспонденция кулаков в местах временного расселения.

9. Усилена проверка поездов и пароходов.

13. При сём прилагается отдельная справка о принятых со стороны КРО ОГПУ мероприятиях против бегства кулаков с мест высылки.

Начальник опергруппы /Пузицкий/

12-го июня 1930 г.42

Справка
о количестве бежавших с мест высылки кулаков 2-й категории

№№

по

пор.

Наиме-нование края (области)

Количество вселён, кулаков

Количество бе- жавш. кулаков

Колич. пойманных кулаков

Направлен, пойман, кулаков

Коли-чество кулаков числящихся в бегах

Примечание

семей

человек

чело

век

в %% отношен, к общ.

кол.

вселён.

чело

век

в%% отнош. к общ. кол. сбежавших

Водво-рены на места посе-ления

Осужд. и посажены в лагеря

Содерж.

под-

следств.

под

стражей

1.

Севкрай

46562

230065

39743

17,3%

24285

61%

17590

3100

3595

15458

На 1 /XII—30 г.

2.

Урал

30474

145205

9666

6,7%

1942

20%

нет данных

7724

« 18/XII—«

3.

Зап. Сибкрай

9102

35873

21000

58,5%

6860

33%

«

«

«

14140

« 20/XII—«

4.

ДВК

3796

19374

50

0,3%

15

30%

«

«

«

35

« 1/Х1-«

5.

Казахстан

1424

7590

1400

18,4%

8

0,6%

«

«

«

1392

« 1/Х1-«

Всего:

91358

438107

71859

16,4%

33110

46%

17590

3100

3595

38749

Примечание: Вовсе нет данных о количестве бежавших и задержанных кулаков по Вост. Сибкраю, Алдану и ЛВО (Хибинские апатиты).

7-го февраля 1931 г.

Г АРФ. Ф.Р-9414. On. 1. Д. 1943. Л. 103.

Побеги в начальный период ссылки облегчались тем обстоятельством/ что до июля 1931 года расселением/ трудоустройством и другими вопросами/ связанными со спецпереселенцамИ/ ведали краевые и областные исполкомы. И лишь постановлением СНК СССР от 1 июля 1931 года «Об устройстве спецпереселенцев» административное управление бывшими кулаками и их хозяйственное устройство было поручено ОГПУ[116]. Специальные (трудовые) поселения ГУЛАГа для высланного кулачества были организованы согласно постановлениям СНК СССР от 20 апреля 1933 года №775/146с и от 21 августа 1933 года

№1796/393с.

Постановление Совета Народных Комиссаров Союза ССР

Москва, Кремль

№775/146с 20-го апреля 1933 г.

Об организации трудовых поселений ОГПУ

Совет Народных Комиссаров Союза ССР постановляет:

1) Возложить на ОГПУ организацию трудовых поселений по типу существующих спецпосёлков для размещения в них и хозяйственного освоения вновь переселяемых контингентов.

Реорганизовать Главное Управления лагерей ОГПУ в Главное Управление лагерей и трудовых поселений ОГПУ, увеличив штаты в центре и на местах по согласованию с РКИ. Одновременно реорганизовать аппараты по спец- переселенцам в Сибири и Ка за кета не, предложив ОГПУ в

2- декадный срок представить структуру организации трудовых поселений в этих областях и в местах расселения.

Начальником Главного Управления лагерей и трудовых поселений ОГПУ назначить т. Бермана М.[117], а его

заместителями: по лагерям — т. Раппопорта и по трудпо- селениям — т. ..рина[118].

В создаваемые трудпоселения должны быть направлены следующие контингенты:

а) выселяемые из районов сплошной коллективизации кулаки;

б) выселяемые за срыв и саботаж хлебозаготовительных и др. кампаний;

в) городской элемент, отказывающийся в связи с паспортизацией выезжать из Москвы и Ленинграда;

г) бежавшие из деревень кулаки, снимаемые с промышленного производства;

д) выселяемые в порядке очистки государственных границ (Запада и Украины);

е) осуждённые органами ОГПУ и судами на срок от 3-х до 5-ти лет включительно, кроме особо-социально опасных из них.

2) Трудовое использование выселяемых контингентов осуществляется непосредственно Главным Управлением лагерей и Трудовых Поселений ОГПУ путём организации в местах расселения сельского хозяйства, рыболовства, кустарных промыслов и других видов хоз. деятельности.

3) Возложить на ОГПУ организацию жилищного, культурно-бытового и санитарно-медицинского строительства в трудовых поселениях и обеспечения всеми видами снабжения (продовольствие, промтовары, сельхозоборудова- ние, инвентарь и пр.). Посёлки создавать в пределах от 300 до 500 семейств каждый.

4) Обязать наркоматы и хозорганы, обслуживающие спецпереселенцев старого расселения, занимающихся сельским хозяйством и рыболовством (Нарым и Сев. Ка- закстан), не позднее 1 -го мая по балансу передать ОГПУ все денежные и материальные средства, полученные как в бюджетном порядке, так и по банковскому кредиту. Весь аппарат этих наркоматов и хозорганов, занятый обслуживанием спецпереселенцев — также передать ОГПУ.

5) Контингент вновь переселяемых приравнять во всех отношениях к спецпереселенцам, расселённым в 1930- 1931 гг.

Председатель Совета Народных Комиссаров Союза ССР

В. Молотов (Скрябин)

Управделами Совета Народных Комиссаров Союза ССР И. Мирошников46

Постановление Совета Народных Комиссаров Союза ССР

Москва, Кремль №1796/393сс

21 августа 1933 г.

Об организации трудовых поселений

Во изменение и дополнение постановления СНК СССР от 20 апреля 1933 года №775/146с, в соответствии с инструкцией ЦК и СНК от 8.V. с.г. № П6028, Совет Народных Комиссаров Союза ССР постановляет:

1. В течение 1933 года направить в трудпосёлки ОГПУ Западной Сибири и Казакстана, кроме уже выселенных, прибывших на места и находящихся в пути — 124.000 человек, дополнительно 426.000 человек, в том числе:

а) кулаков, выселяемых в индивидуальном порядке — 12.000 семей — 48.000 человек (4.000 семей передаются Кузбассуглю), с разбивкой по краям и областям, указанной в инструкции ЦК и СНК № П6028;

6) из мест лишения свободы, осуждённых на сроки от

3- х до 5-ти лет 133.400 человек с последующей доставкой к ним их семей согласно п.6 разд.Ш Инструкции ЦК и СНК от 8-го мая — всего в количестве триста семьдесят восемь тысяч человек.

2, 3,4, 5, 6, 7, 18, 20, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 29, 30, 31, 33, 34 постановления от 20 апреля остаются в силе без изменений.

Зам. Председателя Совета Народных Комиссаров Союза ССР — Я. Рудзутак

Управляющий Делами Совета Народных Комиссаров Союза ССР — И. Мирошников[119]

Но даже после этого активный розыск беглецов обычно не вёлся.

Из «Справки о состоянии трудовых поселений ГУЛАГ НКВД СССР», составленной в 1938 году помощником начальника отдела трудовых поселений ГУЛАГа НКВД СССР Афанасьевым:

«За время существования трудпосёлков в Архангельской области бежало трудпоселенцев значительно больше, чем осталось в трудпосёлках: состоит на учёте 38 700 чел. числится в бегах 51 ООО «

Борьба с побегами велась совершенно не удовлетворительно.

Местный розыск и розыск по месту родины годами не объявлялся»48.

Из аналогичной справки, датированной февралём 1939 года и подписанной начальником отдела трудовых поселений ГУЛАГа НКВД Тишковым:

«За время с 1932 по 1937 год включительно из трудпосёлков бежало 632 860 чел. Возвращено из бегов за этот же период — 215 445.

Обследование Архангельской области в 1938 году показало, что разбежалось трудпоселенцев значительно больше, чем осталось в трудпосёлках.

Состоит на учёте 38 700 чел.

А числится в бегах — 51 000 чел.

Коменданты трудпосёлков Архангельской области объявляли розыск бежавших только в том случае, когда им случайно удавалось узнать, где проживает бежавший.

Циркуляр НКВД и Прокурора Союза за №94 от 15 октября 1936 года при его практическом применении значительно суживает круг лиц, привлекаемых к уголовной ответственности за побег из трудпосёлков»[120].

«Пользуясь ослаблением режима, многие трудпоселенцы разъехались из трудпосёлков, проникли на заводы оборонного значения, электростанции и другие предприятия в Краевых, Областных центрах и различных городах.

Снятие их оттуда и водворение в трудпосёлок встречает затруднения в связи с тем, что они работают на этих предприятиях ряд лет, приобрели квалификацию, многие сумели получить паспорта, вступили в брак с другими рабочими и служащими и обзавелись в ряде случаев своими домами и хозяйством»[121].

По циркуляру ГУЛАГа ОГПУ от 22 мая 1932 года имущество бежавшего спецпереселенца поступало в полное распоряжение членов его семьи, проживавших в местах высылки. Имущество же бежавших одиночек, т.е. не имевших семьи, сохранялось в течение шести месяцев, после чего подвергалось конфискации[122].

Ещё одна причина расхождения численности высланных и фактически находившихся на учёте состоит в том, что в момент прибытия на спецпоселение сотрудники органов ОГПУ-НКВД нередко производили сортировку выселенных кулаков. Одни из них освобождались, другие направлялись в лагеря ГУЛАГа, большинство оставалось на спецпоселении. Так, в рапорте от 20 мая 1933 года М.Д. Берман докладывал заместителям председателя ОГПУ Агранову и Прокофьеву: «По сообщению СИЬЛАГа ОГПУ, из числа прибывших в Томск контингентов с Северного Кавказа, по состоянию на 20 мая с. г., произведена согласно Ваших указаний проверка 9868 человек. Из этого количества решением Тройки ПП ОГПУ ЗСК вовсе освобождено — 85 человек, освобождено с ограничениями — 2422, осуждено в лагеря — 64, а остальные 7297 человек направляются в трудпосёлки»[123].

Тем не менее, смертность спецпереселенцев во время транспортировки и в первые годы жизни была достаточно высока. Однако причиной этого был не какой-то специально организованный «геноцид», а столь часто встречающиеся в нашей стране разгильдяйство и безответственность, прямое невыполнение на местах отданных сверху приказов. Вот что писал 7 мая 1933 года начальник ГУЛАГа ОГПУ М.Д. Берман в рапорте на имя зам. председателя ОГПУ Г.Г. Ягоды:

«Несмотря на Ваши неоднократные указания ПП ОГПУ СКК о порядке комплектования, организации эшелонов, направляемых в лагеря и трудпосёлки ОГПУ, состояние вновь прибывающих эшелонов совершенно неблагополучно. Во всех прибывающих из Северного Кавказа эшелонах отмечена исключительно высокая смертность и заболеваемость, преимущественно сыпным тифом и остро-желудочными заболеваниями.

По сообщению начальника Сиблага ОГПУ, из состава прибывших из Сев. Кавказа в Новосибирск эшелонов трудпоселенцев №№24, 25, 26, 27, 28 и 29 общей численностью в 10 185 человек умер в пути 341 человек, т.е. 3,3%, в том числе значительное количество от истощения. Такая высокая смертность объясняется:

1) преступно-халатным отношением к отбору контингентов, выселяемых в трудпоселки, результатом чего явилось включение в этапы больных, стариков, явно не могущих по состоянию здоровья выдержать длительную перевозку;

2) невыполнением указаний директивных органов о выделении выселяемым в трудпосёлки 2-х месячного запаса продовольствия; в указанных эшелонах трудпоселенцы никаких собственных запасов продовольствия не имели и во время пути снабжались только хлебом, скверного качества, в количестве от 200 до 400 грамм;

3) горячей пищей эшелоны снабжены не были, кипятком снабжались совершенно неудовлетворительно, с большими перебоями, потребление сырой воды вызвало массовые заболевания...»[124].

20 мая 1931 года Ягода указывал председателю ГПУ Белорусской ССР Реденсу: «Детей выселяемых кулаков до 10-летнего возраста и стариков старше 65-ти лет — разрешается оставлять родственникам и знакомым, изъявившим желание их содержать... Семьи кулаков, не имеющие трудоспособных мужчин, — выселению не подлежат...»[125].

Однако на практике такие указания сплошь и рядом не выполнялись. В рапорте зам. начальника ГУЛАГа Плинера от 26 июля 1933 года на имя Ягоды отмечалось: «Вопреки Вашим категорическим указаниям о ненаправлении в трудпоселки семей, не имеющих в своем составе трудоспособных, по сообщению начальника СИБЛАГа, в эшелонах с высланными кулаками, прибывших в Томск с Северного Кавказа, имеется 930 человек совершенно нетрудоспособных...»[126].

Выселение кулаков, правда, в существенно меньших масштабах, продолжалось и в 1932-1933 гг.

Сводные сведения о движении трудпоселенцев в 1930- 1941 гг. приведены в таблицах на с.90-9356.

Как видно из приведённых данных, после 1933 года смертность среди высланных резко падает, а с 1935 года она практически не отличается от среднего уровня смертности по стране.

Следует отметить, что не все из высланных были кулаками. Как сказано в датированной 28 февраля 1942 года докладной записке «О состоянии трудссылки» на имя заместителя наркома внутренних дел СССР комиссара госбезопасности 3-го ранга С.Н. Круглова, подписанной

Сов. Секретно

Движение трудпоселенцев с 1930 по 1937 г.

1930/31 г.

1932

1933 г.

1934 г.

1935 г.

1936 г.

1937 г. на 1 /IV

Всего

Расселено человек

1809024

-

-

-

-

-

-

Состояло на 1 января:

семейств

-

-

-

318076

285069

289673

261471

человек

-

1317022

1142084

1072546

976516

1017133

916787

Кроме того состоит восстановл. в правах:

4234

4406

1945

-

43228

136350

Всего:

-

1321256

1137678

1074491

1060361

1053137

Прибыло:

а) вновь вселено

-

71236

268091

111459

117270

77182

9988

655226

б) родилось

-

18053

17082

14033

26122

27617

7318

110225

в) возвращено из бегов

-

37978

54211

45443

33238

23075

3626

197571

г) добровольно возвратил, и др. причины прибыт.

-

74235

59023

84062

66741

37028

4460

325549

Всего прибыло за год:

-

201502

398407

254997

243371

164902

25392

1288571

Убыло:

а) умерло

-

89754

151601

40012

22173

19891

4035

327466

б) бежало

-

207010

215856

87617

43070

26193

6082

585828

в) освобождено

-

-

100488

15366

5736

5678

1899

28679

г) перед, на ижд. в дома собеса, детдома, родств.

-

-

9663

9137

8471

2286

130045

д) осуждено

-

-

-

3038

3492

582

7112

е) разн. прич. убыт.

-

79676

201192

118600

201523

23647

625638

Всего убыло:

376440

467945

353850

202754

265248

38531

1704768

Оставалось на 31 дек. кажд. года и на 1 апр. 37 г. с восстан. в правах:

1142084

1072546

976516

1060361

1053137

1034900

Г АРФ. Ф.Р-9479. Оп.1. Д.89. Л.213.

Сов. секретно

Сведения

о движении трудпоселенцев по годам с 1932 года по 1941 год

№№

по

пор.

Состояло на 1 января

Прибыло

Семей

Человек

Родилось

Прибыло из других краёв

Прибыло из других организаций

Возвращено из бегов

Прочие причины прибытия

Всего

прибыло

1

1932 год

1317022

18053

71236

37978

74235

201502

2

1933 год

1142084

17082

268091

54211

59023

398407

3

1934 год

1072546

14033

24196

79241

45443

92084

254997

4

1935 год

285590

973693

26122

66704

40874

33238

79256

246194

5

1936 год

289673

1017133

27617

16645

54342

23075

43223

164902

6

1937 год

261471

916787

29036

10789

49249

17384

21589

128047

7

1938 год

246589

877651

31867

11765

331997

10939

37997

424565

8

1939 год

255425

938552

33716

13467

132627

8290

32599

220699

9

1940 год

262767

997513

32732

6929

78882

4562

14182

137287

10

1317022

230258

489822

767212

235120

454188

2176600

11

1941 год

257635

930221

2561

12

1942 год (1 полугодие)

260965

911716

1637

№№

по

пор.

Убыло

Состоит на 31 декабря

Непра

вильно

высла

но

Бежало

Осуж

дено

Освобождено на учёбу

Освобождено в порядке пост, от 22/Х-38 г.

Пере

дано

на

ижди

вение

Умерло

Передано в другие организации

Прочие

при

чины

убытия

Всего

убыло

Семей

Человек

1

207010

89754

79676

376440

1142084

2

215856

151601

100488

467945

1072546

3

15366

87617

9663

40012

94888

106304

353850

285069

973693

4

5736

43070

3038

9137

22173

39391

80209

202754

289673

1017133

5

5678

26193

3492

8471

19891

63608

137915

265248

261471

916787

6

4119

27809

17385

4805

17037

58412

37616

167183

246589

877651

7

616

9712

23830

1489

15961

266326

45730

363664

255425

938552

8

962

7345

2644

11204

1824

1246

16691

93470

26352

161738

262767

997513

9

578

4430

2823

7247

77661

1475

16401

80300

13664

204579

257635

930221

10

33055

629042

53212

18451

79485

36286

389521

696395

627954

2563401

257635

930221

11

2161

260965

911716

12

733

Примечание: 1. В графу «прочие причины прибытия» в 1932 г. и 1933 г. вошли трудпоселенцы, возвращённые в трудпосёлки по отбытии срока наказания, переброски внутри края из хозорганизации в другую хозорганизацию.

2. В графу «прочие причины убытия» в 1932 г. и 1933 г. вошли осуждённые, неправильно высланные, переданные на иждивение и внутрикраевые переброски, в 1935-1937 гг. освобождённые на учёбу и вышедшие замуж за нетрудпоселенцев.

Конрадов

Знаменский Г АРФ. Ф.Р-9479. Оп.1. Д.89. Л.218.

заместителем начальника ГУЛАГа НКВД СССР майором государственной безопасности Завгородним:

«Основную массу трудпоселенцев (871.851 чел.) составляют бывш. кулаки, выселенные из районов сплошной коллективизации по решениям райисполкомов, и бывш. кулаки, бежавшие из деревень в города и впоследствии снятые с промышленности по постановлениям органов НКВД.

Кроме того в трудпосёлках содержатся следующие категории трудпоселенцев:

а) выселенные по решению народных судов за срыв и саботаж хлебозаготовительной и других кампаний;

б) городской элемент, выселенный по постановлениям бывш. троек ОГПУ за отказ выехать из Москвы, Ленинграда и др. режимных центров в связи с паспортизацией;

в) выселенные по постановлениям органов НКВД в порядке очистки государственных границ (Запада и Украины);

г) осуждённые органами б. ОГПУ и судами на срок от 3 до 5 лет; кроме особо социально опасных»[127].

Спецпереселенцы, расселённые в 1930-1931 гг., были освобождены от всех налогов и сборов до 1 января 1934 года. Некоторым из них эта льгота была продлена до 1 января 1935 года. Основная же их масса с 1934 года стала облагаться всеми налогами и сборами на одинаковых основаниях с остальными гражданами[128].

В оплате труда и других условиях работы спецпересе- ленцы приравнивались к обычным рабочим и служащим, за исключением того, что их не принимали в профсоюз. На покрытие расходов, связанных с административным обслуживанием бывших кулаков, из их зарплаты удерживалось до 1 августа 1931 года — 25%, затем 15%, а начиная с 1938 года-5%59.

Постановление №2663 Совета Народных Комиссаров Союза ССР и Центрального Комитета ВКП(б)

15-го декабря 1935 года

О школах в трудпосёлках

СНК СССР и ЦК ВКП(б) отмечают неудовлетворительное руководство со стороны Наркомпроса РСФСР делом обучения и воспитания детей трудпоселенцев: школы в трудпосёлках не укомплектованы учительскими кадрами, среди учителей очень мало членов партии и комсомольцев, педагогическая подготовка подавляющей части учителей — совершенно недостаточна; школы не обеспечены учебными пособиями и в большинстве краёв и областей (Свердловская область, Дальне-Восточный край, Азо- во-Черноморский край и др.) размещены в непригодных помещениях. Краевые, областные и районные отделы народного образования не уделяют надлежащего внимания этим школам и не оказывают им необходимой конкретной помощи.

Совет Народных Комиссаров Союза ССР и Центральный Комитет ВКП(б) постановляют:

1. Обязать Наркомпрос РСФСР совместно с НКВД в месячный срок разработать и внести на утверждение отдела Школ ЦК ВКП(б) конкретные мероприятия по развёртыванию и укреплению школьной сети в трудпосёлках, обеспечив охват детей трудпоселенцев всеобщим обучением на общих основаниях. В плане школьного строительства на ближайшие 2-3 года предусмотреть постройку новых школьных зданий (от начальных до средних школ) в наиболее крупных трудпосёлках за счёт местного бюджета.

2. Установить, что непосредственное руководство школами трудпосёлков (назначение административного и учительского состава, инспектирование, снабжение учебными пособиями, финансирование и т.д.) осуществляют соответствующие районные отделы народного образования. Краевым и областным отделам народного образования обеспечить систематический контроль и наблюдение за состоянием школ в трудпосёлках.

3. Наркомпросу РСФСР в двухмесячный срок полностью укомплектовать школы в трудпосёлках проверенными кадрами подготовленных учителей, имеющих высшее или среднее педагогическое образование.

4. Поручить ЦК ВЛКСМ в месячный срок наметить и провести в жизнь ряд мероприятий по укреплению пионерских организаций в школах трудпосёлков, учтя особые условия и значение политического воспитания детей трудпоселенцев. ЦК ВЛКСМ командировать в распоряжение НКПроса РСФСР не менее 100 комсомольцев для работы в школах трудпосёлков.

5. Детей трудпоселенцев, окончивших неполную среднюю школу, принимать на общих основаниях как в техникумы, так и в другие специальные средние учебные заведения; окончивших среднюю школу допускать на общих основаниях в высшие учебные заведения.

Председатель народных комиссаров60 СССР (В.Молотов) Секретарь Центрального Комитета ВКП(б) (И.Сталин)61

60 Так в тексте. — И.П.

61 ГАРФ. Ф.Р-9479. On. 1. Д.25. Л. 19-20.

В датированной сентябрём 1938 года «Справке о состоянии трудовых поселений ГУЛАГа НКВД СССР» на имя наркома внутренних дел СССР Н.И. Ежова, подписанной начальником отдела трудпоселений ГУЛАГа НКВД СССР старшим лейтенантом госбезопасности Конрадовым сообщалось:

«В трудовых поселениях имеется 1106 начальных школ, 370 неполных средних и 136 средних школ. Кроме того, 12 техникумов и 230 школ профтехнического образования. Всеми учебными заведениями трудовых поселений охвачено 217.454 учащихся детей трудпоселенцев.

Имеющейся сетью детсадов и детплощадок охвачено 22.029 детей дошкольного возраста.

Дети, не имеющие родителей, размещены в поселковых детских домах, которыми охвачено 5.472 человека.

Для обслуживания школьной сети трудовых поселений имеется 8.280 учителей. Из них 1104 учителя трудпосе- ленцы. В дошкольных учреждениях работает 2.749 человек воспитателей.

Все школьные и дошкольные учреждения, а также детские дома переданы в конце 1936 и в течение 1937 года в соответствии с постановлением СНК СССР в ведение местных органов Наркомпроса.

Для культурно-массовой работы среди трудпоселенцев в трудпосёлках имеется 813 клубов, 1202 изб-читален и красных уголков, 440 кино-передвижек, 1149 библиотек.

Сеть медицинского обслуживания трудпоселенцев передана органам здравоохранения»[129]

На рапорте М.Д. Бермана от 29 октября 1935 года по вопросу о записи в актах гражданского состояния детей трудпоселенцев Г.Г. Ягода поставил резолюцию: «Труд- поселенцы будут восстановлены [в правах], поэтому надо записывать так, как хотят родители. В метриках писать, что это ребенок трудпоселенца — не следует и не к чему. Г.Я. 1 /XI.»[130].

Постановление Президиума Центрального Исполнительного Комитета Союза ССР

О порядке восстановления в избирательных правах детей кулаков

Президиум Центрального Исполнительного Комитета Союза ССР постановляет:

Дополнить п. «р.» ст.6 Инструкции о выборах в советы (Собр. Зак. Союза ССР 1930 г. №50 ст.524) следующим абзацем:

«Дети высланных кулаков как находящиеся в местах ссылки, так и вне её, и достигшие совершеннолетия, восстанавливаются в избирательных правах районными исполкомами по месту их жительства при условии, если они занимаются общественно-полезным трудом и добросовестно работают».

Председатель Центрального Исполнительного Комитета Союза ССР М.Калинин

И.о. Секретаря Центрального Исполнительного Комитета Союза ССР А.Медведев

17 марта 1933 г.64

Что же касается взрослых, то восстановление их в избирательных правах до 1935 года производилось строго в индивидуальном порядке по истечении, как правило, 5-лет- него срока с момента выселения и наличии положительных характеристик о поведении и работе.

Первый опыт освобождения спецпереселенцев — передовиков производства был произведён в 1932 году. В письме Ягоды от 5 мая 1932 года, адресованном начальникам ПП ОГПУ ряда краев и республик, говорилось:

«ЦИК СССР досрочно восстановил в правах спецпереселенцев в Вашем Крае по прилагаемому при сём списку ...На общих собраниях широко объявить во всех без исключения спецпосёлках Вашего Края (Области) о досрочном восстановлении ЦИК СССР по ходатайству ОГПУ и хозорганизаций этой группы спецпереселенцев, доказавших своей честной работой, высокой производительностью труда и поведением лояльное отношение к Советской власти ... Среди восстановленных в правах провести широкую кампанию с тем, чтобы они добровольно остались жить и работать на тех предприятиях, на которых они работают в данный момент... Восстановленные лица имеют право выезда из спецпоселка, пользуются всеми правами граждан СССР и к ним не могут быть применены никакие меры ограничения...»65.

Практика восстановления спецпереселенцев в избирательных правах была законодательно закреплена специальным постановлением ЦИК СССР от 27 мая 1934 года. Поскольку большинство освобождённых спецпереселенцев, несмотря на проводившуюся с ними пропагандистскую работу, выезжало из мест поселений[131], постановлением ЦИК СССР от 25 января 1935 года было внесено существенное уточнение:

«Восстановление в гражданских правах выселенных кулаков не даёт им права выезда из мест поселений»67.

Тем не менее, процесс освобождения бывших кулаков продолжался. Так, как видно из приведённых таблиц, в 1934-1938 гг. 31 515 человек были освобождены как «неправильно высланные», а 33 565 — переданы на иждивение. Тысячи людей были освобождены в связи с направлением на учебу, вступлением в брак с нетрудпоселенцами и по другим причинам.

Секретно

Постановление №1143-280с Совета Народных Комиссаров Союза ССР

22 октября 1938 г.

Москва, Кремль.

О выдаче паспортов детям спецпереселенцев и ссыльных

Совета Народных Комиссаров Союза ССР постановляет:

Детям спецпереселенцев и ссыльных при достижении ими 16-ти летнего возраста, если они лично ничем не опорочены — паспорта выдавать на общих основаниях и не чинить им препятствия к выезду на учёбу или на работу.

В целях ограничения въезда их в режимные местности, в графе 10 в выдаваемых паспортах делать ссылку на пункт

11 постановления СНК СССР №861 от 28 апреля 1933 г., предусмотренную постановлением СНК СССР от 8 августа 1936 г. за №1441.

Председатель СНК Союза ССР В.Молотов

Управляющий Делами СНК Союза ССР Н.Петруничев[132]

В 1939 году по этому постановлению было освобождено 1824 трудпоселенца, в 1940 году — 77 661. Помимо этого, в 1939-1940 гг. был освобождён на учебу 18 451 человек, передан на иждивение — 2721 и освобождены как «неправильно высланные» — 1540 трудпоселенцев.

Как отмечалось в уже цитированной мною справке, датированной февралём 1939 года и подписанной начальником отдела трудовых поселений ГУЛАГа НКВД Тишковым:

«Многочисленны случаи вступления в брак трудпоселенцев (на трудпосёлках) с другими гражданами, которые уезжая к себе на родину или на другую работу, требуют освобождения своих жён.

Существует практика освобождения их по согласованию с УГБ из трудпосёлка, если на них нет компр. данных и нет оснований полагать, что брак является фиктивным с целью побега из трудпосёлка»[133].

Трудпоселенцы не подлежали призыву на военную службу. Как было указано в разъяснении Главного управления Красной Армии от 27 февраля 1940 года №22/181387 «О порядке приписки к призывным участкам трудпереселенческой молодёжи»:

«1. На основании статьи 30 Закона о всеобщей воин- ской обязанности к категории лиц сосланных и высланных относятся также и трудпереселенцы.

Призывников из числа трудпереселенческой молодёжи, состоящей на учёте местных органов ОТП ГУЛАГ НКВД к призывным участкам не приписыватьучёт их не вести и в Красную Армию и флот не призывать.

Лица, указанные в статье 30 Закона о всеобщей воинской обязанности, также не подлежат приписке к призывным участкам.

2. На основании постановления СНК СССР за №1143- 280с от 22 октября 1938 года, дети трудпоселенцев, при достижении 16-ти летнего возраста, если они лично ничем не опорочены, освобождаются из трудовых посёлков с выдачей паспортов, но с ограничением проживания в режимных городах.

Освобождённая из трудовых посёлков призывная молодёжь подлежит приписке к призывным участкам и призыву в Армию с зачислением в кадровые части по особому указанию НКО СССР»70.

В уже цитировавшей докладной записке от 28 февраля 1942 года майор госбезопасности Завгородний отмечал:

«До войны молодёжь эта настойчиво добивалась снятия с учёта. С начала же войны поток заявлений об освобождении сильно сократился. Более того, в комендатуры стали поступать отдельные заявления с просьбой разрешить вернуться в трудпосёлок и встать на учёт трудпоселенцев»[134]. Впрочем, наблюдалось и обратное явление:

«С мест поступает много запросов о порядке рассмотрения заявлений трудпоселенцев, ходатайствующих о направлении их на фронт для борьбы с фашизмом. Такие заявления поступили в У НКВД Читинской, Свердловской, Челябинской областей, Орджоникидзевского края и друг.»72

Согласно рапорту начальника ГУЛАГа НКВД СССР старшего майора госбезопасности Наседкина на имя заместителя наркома внутренних дел СССР комиссара госбезопасности 3-го ранга С.Н. Круглова, таких заявлений было подано 547[135].

На 15 октября 1941 года в Красную Армию было призвано 3218 трудпоселенцев, из них 301 в кадровые части и 2917 в специальные строительные батальоны74.

Зам. председателя Совета Народных Комиссаров Союза ССР товарищу Молотову В.М.

Народный Комиссариат Внутренних Дел и Народный Комиссариат Обороны Союза ССР ставит вопрос о призыве в Красную Армию трудпоселенцев, находящихся в трудпосёлках НКВД, которые к моменту выселения их из районов сплошной коллективизации не были главами кулацких семей, а только её членами.

До сих пор трудпоселенцы в Красную Армию не призываются. Исходя из того, что в трудпосёлках находится свыше 100.000 чел.трудпоселенцев, мужчин призывного возраста, которые на протяжении 10-12 лет занимаются общественно-полезным трудом, а до выселения были только членами кулацких семей, НКВД и НКО полагают, что эту категорию трудпоселенцев следует призывать в Армию на общих основаниях, с тем, чтобы предоставить НКВД право освобождать из трудссылкитрудпоселенцев, призванных в Красную Армию и прослуживших в ней не менее одного года, при наличии положительной характеристики командования.

На непосредственных иждивенцев трудпоселенцев, призванных в Красную Армию, распространить льготы, предоставляемые семьям красноармейцев, а органам НКВД — освобождать их от уплаты 5% отчислений с зарплаты, взимаемые на покрытие расходов по содержанию административно-управленческого аппарата труд- ссылки.

Заместитель народного комиссара внутренних дел Союза ССР

Комиссар Государственной Безопасности 3-го ранга (Круглов)

Заместитель народного комиссара обороны Союза ССР Март 1942 г.[136]

11 апреля 1942 года Государственный Комитет Обороны принял Постановление №1575сс, согласно которому за период с 15 апреля по 15 мая 1942 года надлежало призвать в Красную Армию «35 ООО человек за счёт тщательного отбора детей переселенцев и переселенцев призывного возраста». Вместе с другими категориями призываемых с 15 апреля 1942 года в армию, этих трудпоселенцев надлежало использовать «на укомплектование запасных частей для подготовки маршевых пополнений и на доукомплектование выводимых с фронта стрелковых дивизий, а также на формирование танковых и других специальных частей»76.

Постановлением ГКО СССР №210Осс от 22 июля 1942 года план призыва трудпоселенцев был увеличен на 15 тысяч. Таким образом, всего подлежало мобилизации 50 тысяч человек. Фактически же на 1 ноября 1942 года было призвано 60 747 трудпоселенцев[137].

Согласно приказу наркома внутренних дел СССР №002303 от 22 октября 1942 года «трудпоселенцы, призванные в Красную Армию, а также члены их семей (жена, дети) с учёта трудссылки снимаются; снятым с учёта паспорта выдаются без ограничений; снятые с учёта освобождаются от 5% отчислений с зарплаты»[138]. В соответствии с этим приказом в течение 1943 года было снято с учёта трудссылки 102 520 призванных в Красную Армию трудпоселенцев и членов их семей79.

Продолжалось освобождение трудпоселенцев по Постановлению СНК СССР №1143-280с от 22 октября 1938 года. С 1 июля 1941-го по 1 января 1942 года было освобождено 24 247, за 1942 год — 63 113, за 1-й квартал 1943-го — 10 319 человек[139].

Во время Великой Отечественной войны некоторая часть бывших кулаков, особенно из числа работающих в промышленности, изменила места жительства и выехала из мест поселения, часть женщин вступила в брак с гражданами, не являющимися спецпоселенцами, и в связи с этим также выехала из мест поселения. НКВД и Прокуратурой СССР в 1944 году было принято решение таких лиц, если они в течение последних трёх лет после выезда из мест поселения занимаются общественно-полезным трудом, к ответственности за побег не привлекать и на спецпоселение не водворять81.

25 мая 1944 года вышла директива НКВД СССР №174 о снятии с учёта спецпоселений бывших кулаков, направленных в школы ФЗО и ремесленные училища[140].

С 1 сентября 1944 года со спецпереселенцев контингента «бывшие кулаки» было прекращено удержание 5% от заработной платы на расходы по их административному управлению и надзору. Это было сделано на основании постановления СНК СССР №1147-340с от 24 августа 1944 года «Об отмене процентных отчислений с заработков спецпереселенцев, установленных постановлением Совнаркома СССР от 1 июля 1931 г. №130сс»[141].

После окончания войны началось массовое освобождение бывших кулаков, остававшихся к этому времени на спецпоселении. Хотя предложение МВД СССР осуществить в конце 1947 года полное освобождение этого контингента и не было поддержано руководством страны, фактически численность кулаков-спецпереселенцев стремительно сокращалась. Так, на 1 апреля 1947 года их состояло на учёте 481 186, на 1 января 1948 года — 210 556, на 1 июля 1949 года — 124 585, а на 1 июля 1952 года — 28 009 человек[142].

Последние остававшиеся на поселении кулаки были освобождены Постановлением Совета Министров СССР №1738-789сс от 13 августа 1954 года «О снятии ограничений по спецпоселению с бывших кулаков и других лиц»[143].

Такова истинная, а не вымышленная история «кулацкой ссылки».

ЧАСТЬ 2.

НЕВИННЫ ЛИ ЖЕРТВЫ РЕПРЕССИЙ?

Но так уж повелось в нашем мире, что какой бы добродетельный государь, какой бы мудрый регент или канцлер ни стоял у кормила власти, всегда найдутся никчёмные людишки, обойдённые судьбой неудачники, — в укромном месте, где никто их не слышит, осуждают и бранят они власть предержащую.

Повесть о доме Тайра

Глава 1. УНИЖЕННЫЕ И ОСКОРБЛЁННЫЕ

Сидит начальник молодой,

Стоит в дверях конвой,

И человек стоит чужой —

Мы знаем, кто такой.

Сергей Михалков. Граница

Ну, конечно же, «знаем»! Очередная «невинная жертва незаконных репрессий». Одним из ключевых обвинений, предъявленных Сталину в хрущёвском докладе на XX съезде, стали развязанные им массовые репрессии против «честных коммунистов», «массовый террор против кадров партии». С тех пор официальная пропаганда старательно навязывает нам стереотип, будто любые обвинения, выдвинутые против кого бы то ни было во времена Сталина, являются заведомо абсурдными, выдуманными «палачами из НКВД» с целью посадить и расстрелять как можно больше граждан.

Разумеется, это откладывается в общественном сознании. Например, вот что сообщает писатель Андрей Леонидович Никитин, захотевший в конце 1980-х ознакомиться со следственным делом своих родителей, Леонида Александровича и Веры Робертовны Никитиных, осуждённых 13 января 1931 года Особым совещанием Коллегии ОГПУ по делу контрреволюционной организации «Орден Света» соответственно на 5 и 3 года лагерей:

«Майор госбезопасности, на чью долю выпало меня "опекать" и который сам тщательно изучил перед встречей эти материалы, в заключение нашей беседы, как бы извиняясь за своих предшественников произнёс: "...ну, а на то, что там понаписано, особого внимания не обращайте. Ничего этого конечно же на самом деле не было. Сами знаете, что тогда делалось!.."»[144].

На первый взгляд, перед нами действительно плод безудержной фантазии следователей ОГПУ, не придумавших ничего лучшего, чем обвинить группу московских интеллигентов в принадлежности к Ордену тамплиеров. Однако после этого Никитин на протяжении дюжины с лишним номеров журнала «Наука и религия» рассказывает о том, что московские тамплиеры реально существовали[145]. Причём помимо признаний обвиняемых, в деле имеется множество вещественных доказательств — изъятая при обысках литература, тетрадки с рукописями и т.п., включая журнал с весьма красноречивым названием «Красный террор»[146]. Более того, при обыске на квартире у одного из членов «ордена» А.В. Уйттенховена был изъят целый арсенал — два револьвера «наган» и два пистолета неизвестной системы, а у его жены И.Н. Уйттенховен-Иловайской — написанная ею листовка с призывом к массовым стачкам и восстаниям[147].

Впрочем, что с майора взять? Раз начальство сказало, что ничего быть не могло, значит, ничего и не было. Только стоит ли ему уподобляться? Давайте посмотрим, так ли уж абсурдны обвинения, выдвигавшиеся в сталинские времена.

ОБОСТРЕНИЕ КЛАССОВОЙ БОРЬБЫ

С приснопамятного хрущёвского доклада «О культе личности и его последствиях» официозная советская пропаганда не уставала твердить про «ошибочный сталинский тезис» насчёт обострения классовой борьбы по мере продвижения к социализму:

«В докладе Сталина на февральско-мартовском Пленуме ЦК 1937 года "О недостатках партийной работы и мерах ликвидации троцкистских и иных двурушников" была сделана попытка теоретически обосновать политику массовых репрессий под тем предлогом, что по мере нашего продвижения вперёд к социализму классовая борьба должна якобы всё более и более обостряться. При этом Сталин утверждал, что так учит история, так учит Ленин»[148].

Начнём с того, что Ленин действительно высказывал сходные идеи. Так, 29 марта 1920 года в отчётном докладе ЦК IX съезду РКП (б) он заявил:

«На нашей революции больше, чем на всякой другой подтвердился закон, что сила революции, сила натиска, энергия, решимость и торжество её победы усиливают вместе с тем силу сопротивления со стороны буржуазии. Чем мы больше побеждаем, тем больше капиталистические эксплуататоры учатся объединяться и переходят в более решительные наступления»[149].

Впрочем, не будем уподобляться холуйствующим придворным «марксистам», старательно подыскивавшим выдранные из контекста ленинские цитаты, чтобы обосновать очередной зигзаг генеральной линии партии. Всё-таки 1920 год — это одно, а 1937-й — другое. Да и Ленин отнюдь не Священное писание.

Что же именно сказал Сталин 3 марта 1937 года, и насколько его слова были оправданными?

«Необходимо разбить и отбросить прочь гнилую теорию о том, что с каждым нашим продвижением вперёд классовая борьба у нас должна будто бы всё более и более затухать, что по мере наших успехов классовый враг становится будто бы всё более и более ручным.

Это не только гнилая теория, но и опасная теория, ибо она усыпляет наших людей, заводит их в капкан, а классовому врагу даёт возможность оправиться для борьбы с советской властью.

Наоборот, чем больше будем продвигаться вперёд, чем больше будем иметь успехов, тем больше будут озлобляться остатки разбитых эксплуататорских классов, тем скорее будут они идти на более острые формы борьбы, тем больше они будут пакостить советскому государству, тем больше они будут хвататься за самые отчаянные средства борьбы, как последние средства обречённых.

Надо иметь в виду, что остатки разбитых классов в СССР не одиноки. Они имеют прямую поддержку со стороны наших врагов за пределами СССР. Ошибочно было бы думать, что сфера классовой борьбы ограничена пределами СССР. Если один конец классовой борьбы имеет своё действие в рамках СССР, то другой её конец протягивается в пределы окружающих нас буржуазных государств. Об этом не могут не знать остатки разбитых классов. И именно потому, что они об этом знают, они будут и впредь продолжать свои отчаянные вылазки.

Так учит нас история. Так учит нас ленинизм.

Необходимо помнить всё это и быть начеку»[150].

Сколько раз советские обществоведы пеняли Сталину за этот тезис! Однако что они могли возразить по сути?

«Но ошибочным был выдвинутый И. В. Сталиным на февральско-мартовском Пленуме ЦК в 1937 году, когда в СССР уже победил социализм, тезис, будто по мере упрочения позиций социализма, дальнейшего продвижения Советского государства вперёд классовая борьба в стране будет всё более обостряться. В действительности классовая борьба в Советской стране достигла наибольшей остроты в период, когда решался вопрос "кто — кого", создавались основы социализма. Но после того как социализм победил, эксплуататорские классы были ликвидированы и в советском обществе установилось социалистическое единство, тезис о неизбежности обострения классовой борьбы являлся ошибочным»[151].

В самом деле, чтобы велась классовая борьба необходимо наличие враждебных классов. Имелись ли таковые в СССР 1930-х годов? «Нет! — дружно заверяют нас идеологи КПСС, а также их нынешние наследники из числа сторонников «социализма с человеческим лицом». — К тому времени эксплуататорских классов уже не существовало».

Так ли это? Естественно, на первый взгляд, на двадцатом году правления большевиков никаких эксплуататоров в стране победившего пролетариата не наблюдается. Никто не владеет фабриками и заводами, не спускает нажитые непосильным трудом капиталы в Ницце, не порет на конюшне нерадивых крестьян. Кругом сплошь рабочие, колхозники, а также советские служащие. Такие, как скромный бухгалтер ЖАКТа Н.И. Штерн фон Гвяздовский. Ничего, что он бывший барон и полковник гвардии, что в 1905 году активно участвовал в подавлении декабрьского восстания, что дома хранит групповой снимок, на котором заснят вместе с Николаем II. Николай Иванович и в мыслях ничего не имеет против новой власти[152].

Вот ещё один скромный бухгалтер, на этот раз Плодоовощсбыта, — Маврус д'Эске, бывший граф, полковник генштаба. Его мать живёт в Вильно, у неё крупное имение и особняк. Брат тоже бежал за границу, живёт в Варшаве[153].

Следующему бухгалтеру, П.Г. Сладкову, с титулами не повезло. Всего лишь бывший председатель окружного военного суда у «верховного правителя России» адмирала Колчака[154].

А вот парочка счетоводов — бароны В.В. и В.Н. Таубе[155]. А вот ещё один барон, Александр Станиславович Нолькен. С истинно христианским смирением простив новой власти расстрел своего брата, Могилёвского губернатора, их сиятельство усердно трудится швейцаром буфета на Московском вокзале[156]. Грех жаловаться на жизнь и князю В.Д. Волконскому, ныне приёмщику молокомбината[157].

Бывший чиновник канцелярии финляндского генерал- губернатора О.Л. Оленьев. Дворянин. Дослужился до статского советника, что согласно «Табели о рангах» повыше полковника, но пониже генерал-майора. Тоже доволен жизнью. Ещё бы! Благодаря Советской власти Олег Львович смог, наконец, влиться в ряды пролетариата, работая сторожем на одном из ленинградских предприятий[158].

А вот ещё парочка «пролетариев». К.М. Якубов, дворянин, бывший помощник начальника тюрьмы. Его брат, жандармский офицер, расстрелян в 1918 году. Но Константин Михайлович зла на большевиков не держит, усердно трудится землекопом в Ленпромстрое [159]. Как и граф В.Ф. Моль, который устроился рабочим в архитектурнопланировочный отдел Ленсовета и даже не вспоминает о своём имении в Себежском уезде[160].

Это бывшие дворяне. А сколько неименитых «владельцев заводов, газет, пароходов» лишены новой властью нажитого непосильным трудом имущества? А несколько миллионов раскулаченных?

О каком же «социалистическом единстве» талдычили доморощенные знатоки марксизма? Логика их проста и незатейлива, как грабли. Если, к примеру, бывший владелец фабрики ныне работает на ней сторожем или дворником, то он уже не капиталист, а представитель рабочего класса. И пускай данный субъект, выражаясь словами Михаила Зощенко, «затаил хамство» против Советской власти, лишившей его собственности и привилегий, и при первом же удобном случае постарается с ней расквитаться. Проституток от идеологии подобные «мелочи» не смущают. После смерти Сталина марксизм-ленинизм быстро превратился в сытную кормушку. Советские обществоведы славили «судьбоносные решения» очередных съездов, сочиняли диссертации, в которых с пафосом вещали:

«Опыт руководства партией противопожарными формированиями в годы обороны Ленинграда содержит убедительное доказательство жизненности ленинского учения о руководящей роли партии в защите социалистического Отечества, единстве тыла и фронта в современной войне»[161].

После уничтожения СССР вся эта орава придворных хо- луёв мгновенно перекрасилась в приверженцев рыночной экономики, демократии и общечеловеческих ценностей.

«Восстановите Рабиновича!»

Другой многочисленный контингент потенциальных врагов Советской власти — те, кто был исключён из ВКП(б) в ходе регулярно проводившихся чисток. После победы Октябрьской революции Ленин постоянно высказывал вполне обоснованное беспокойство по поводу проникновения в ряды партии разного рода шушеры:

«... естественно, что к правящей партии примыкают худшие элементы уже потому, что эта партия есть правящая»[162].

«Мы превосходно знаем, что в разлагающемся капиталистическом обществе к партии будет примазываться масса вредного элемента»[163].

(Окончание следует)

«Мы боимся чрезмерного расширения партии, ибо к правительственной партии неминуемо стремятся примазаться карьеристы и проходимцы, которые заслуживают только того, чтобы их расстреливать»[164].

Чтобы нейтрализовать эту опасность, Ленин требовал регулярно очищать партийные организации от тех, кто позорит звание коммуниста. Уже на состоявшемся 18-23 марта 1919 года VIII съезде РКП(б) было принято решение о перерегистрации членов партии, то есть, фактически, о первой чистке её рядов[165].

Два года спустя X съезд РКП(б), проходивший 8-16 марта 1921 года, постановил провести генеральную чистку партии[166]. В результате к XI съезду (27 марта — 2 апреля 1922 года) из РКП(б) было исключено 170 тыс. человек или около 25% её состава[167]. Однако чистка продолжалась и после XI съезда. Всего тогда из партии было исключено или механически выбыло больше 30% её членов[168].

Более того, вырабатывая 21 условие принадлежности к Коммунистическому Интернационалу, Ленин на II конгрессе Коминтерна (19 июля — 7 августа 1920 года) привёл следующие требования: «Коммунистические партии всех стран, где коммунисты ведут свою работу легально, должны производить периодические чистки (перерегистрации) личного состава партийных организаций, дабы систематически очищать партию от неизбежно примазывающихся к ней мелкобуржуазных элементов»[169].

Регулярные чистки продолжались и после смерти Ленина. В 1924-1925 гг. была проведена чистка вузовских и учрежденских партийных ячеек[170]. В апреле 1929 года XVI партийная конференция вновь приняла решение о генеральной чистке партии. К XVI съезду (26 июня — 13 июля 1930 года) из ВКП(б) было исключено 10,2% её состава, ещё 1,3% вышло из партии добровольно[171].

Помимо периодических кампаний, разложившиеся элементы исключались из партии и в обычном порядке. В результате этой кропотливой работы по очистке партийных рядов, проводившейся Лениным, а затем Сталиным, только с 1917 по 1933 год было исключено и добровольно выбыло почти один миллион членов и кандидатов. Примерно десятая часть из них впоследствии была восстановлена[172].

Насколько необходимым было это регулярное самоочищение, наглядно показали позднейшие события. После смерти Сталина, оттесняя честных людей, в партию хлынул мощный поток приспособленцев и карьеристов. В результате, когда настал час испытаний, большинство из 19 миллионов членов КПСС с бараньим равнодушием тупо взирало, как разрушают государство. Другие, почуяв откуда дует ветер, публично сжигали свои партбилеты. Третьи, наиболее ушлые, без особого шума прибирали к рукам лакомые куски государственной собственности.

Но вернёмся в сталинское время. Понятно, что исключённые из партии крайне недовольны, озлобленны и жаждут реванша. Как, например, вычищенный из ВКП(б) в феврале 1936 года в ходе проверки партийных документов по Красно-Зоренскому району Курской области И.Д. Тепляков, откровенно заявивший в частном разговоре: «Теперь я буду недоволен всю жизнь на партию и большевиков»[173].

От досужих разговоров «униженные и оскорблённые» переходили к конкретным действиям. Так, в ноябре 1933 года во время чистки партийной организации треста Авиатоп группа лиц, исключённых из партии, сделала попытку отравить членов комиссии по чистке. В стакан для воды, поставленный на стол, за которым работали последние, был брошен кристалл медного купороса. Произведённым ОГПУ следствием было установлено, что в «Союзнефтеторге» с конца 1932 года существовала контрреволюционная троцкистская группировка во главе с зам. управляющего «Союзнефтеторга», участники которой хотели «отомстить и напакостить» членам комиссии по чистке[174].

11 марта 1934 года старший техник 209-й авиабригады Вахромеев перелетел вместе с техником Дмитриевым в оккупированную японцами Маньчжурию. Как выяснилось в ходе расследования, помощник оперуполномоченного особого отделения 209-й авиабригады разгласил на комиссии по партийной чистке компрометирующие материалы, имевшиеся на Вахромеева в военной контрразведке.

Разобиженный старший техник «в знак протеста» изменил Родине. По данным харбинской резидентуры советской разведки, Вахромеев выдал японцам подробные данные об авиационных частях на Дальнем Востоке[175].

Таким образом, у антисоветского подполья в 1930-е годы действительно имелась массовая социальная база.

(Окончание следует)

Rado Laukar OÜ Solutions