9 августа 2022  19:45 Добро пожаловать к нам на сайт!
Проза

Георгий Малиев

Патриотка, или Лондон глазами Алены

Прдолжение, начало в № 17

Западные страны манят многих российских парней и девушек. Слово «заграница» будоражит воображение высокими заработками, ассоциируется с благополучием и беззаботной жизнью. Бытует мнение, что хорошо там, где нас нет. Так ли это на самом деле?
По официальным данным в Великобритании проживает свыше четырёх миллионов людей-призраков. Так называют людей без определенного статуса, или нелегалов. Бесконечный поиск работы, жилья с нормальными условиями и по приемлемой цене – это далеко не полный перечень трудностей, с которыми сталкивается нелегал. Но в действительности нелегалов здесь намного больше.
Летом 2008 года на центральной площади Лондона состоялся организованный митинг людей-призраков. Собралось свыше пятьсот тысяч человек из многих стран мира. Всех их объединяло одно желание – нежелание возвращаться на родину. Кто-то находился в Великобритании уже более года с просроченной визой, кто-то семь, кто-то десять лет. У этой категории людей нет никаких прав, кроме двух: бояться, что их выдворят из страны и скрываться от преследования соответствующих органов.
Представим человека, просуществовавшего на чужбине десять, двенадцать лет. У него нет своего крова, постоянной работы, нет уже сил и желания возвращаться на родину. Время разрушает все, даже чувство любви к семье. Она давно распалась, и дети, скорее всего, не узнают его. Он адаптировался здесь, он почти британец. Но «почти» не считается. Его страх велик. Как дотянуть до 14 лет проживания и получить, наконец, заветный паспорт? По английскому законодательству, человек, проживший нелегально на территории Великобритании 14 лет, становится полноправным гражданином этой страны. 14 лет – это плата за страх, душевные муки, лишения, отказ от близких людей ради достижения цели. Многие ломаются и возвращаются в никуда, в пустоту, не дотянув до «светлого будущего». Они знают, что уже никогда и ни за что не возвратятся сюда опять.
Поводом к митингу послужил пример Италии и Испании; правительства этих стран амнистировали «своих» нелегалов. Им предоставили некоторые гражданские права, главное из которых – право трудиться.
Английское правительство устами мэра Лондона заявило, что на подобные действия никогда не согласится, так как это увеличит количество нелегалов и приток беженцев в их страну. Напротив, было распространено заявление, в котором говорилось, что человек, выдавший нелегала полиции, получит вознаграждение в размере 1000 фунтов. Это усугубило и без того плачевное положение нелегалов. Было время, когда граждане прибалтийских республик, находящиеся в Англии, в стремлении улучшить свое материальное положение, звонили в полицию и сообщали о местонахождении россиянина, украинца или белоруса. Они не любят тех, кто находится в Великобритании по фальшивым паспортам, хотя сами же продают их. Девушек они не сдавали, но вот с парнями не хотели жить мирно, по-соседски. На памяти случай, когда прибалты шантажировали россиянина, угрожая сдать полиции, если он не будет «отстегивать» им от своей зарплаты.
Этот бум закончился, когда прояснилось, что деньги будут выплачиваться только британцам. Беднягу в любом случае депортируют, литовцу или латышу скажут: «Thank you», но денежки не выдадут. Сами англичане не так рьяно взялись за такого рода доход, как граждане бывших братских социалистических республик. Терпимы англичане в отношении людей других национальностей, но и их терпению приходит конец.
Поясню, в чем тут дело.
После отмены визового режима для граждан постсоветского многократно увеличилась преступность в Англии, стране стабильной и богатой. Привычным делом стало воровство в магазинах, матерная брань на улицах, дебоши в снимаемых квартирах. Невероятного размаха достиг бизнес по подделке паспортов, незаконному открытию и использованию банковского счетов.
После вступления в ЕЭС Румынии на улицах, в метрополитене появились толпы цыган, попрошайничающих и продающих подделки под золотые украшения. К примеру, правоохранительные органы Италии приняли решение взять отпечатки пальцев у тысяч цыган, обосновавшихся в трущобах городских окраин. Такие меры были предприняты в связи с участившимися случаями нападения цыган на мирных граждан и даже убийствами.
Конкурировать с ними могут разве что беженцы из африканских стран, дерзость и наглость которых обескураживает, не знает предела.
Только за один год я несколько раз становился случайным свидетелем разбойных нападений чернокожих парней. Последний раз это произошло в Интернет-кафе, куда я изредка наведывался. Шестеро преступников с ножами в руках ворвались в кафе и закрыли дверь. Двое из них перескочили через барную стойку, к кассиру, требуя выручку. «Money, money, where is fucking money?» – кричали они. Другие стали требовать у посетителей наличность и ценные вещи. Люди бросились к выходу, но налетчики перегородили путь. Началась паника. С собой у меня были важные документы одного человека, и я не имел права с ними расставаться. Моя первая попытка выйти наружу не увенчалась успехом, я оказался на полу. Когда поднялся, то решил снова со всех сил наброситься на них. Мне удалось растолкать их и очутиться на свободе.
Есть в Лондоне кварталы, где преобладает чернокожее население. Ходить ночью там, а тем более жить, небезопасно. Только им самим понятна их манера разговаривать, мыслить, одеваться, жестикулировать. А если кто-то, случайно, по неведению выпалил слово «нигер» в их присутствии – жди неприятности.
Один украинец рассказал, как однажды ночью возвращался домой, но заблудился. Из темноты вынырнули несколько чернокожих тинэйджеров, окружили его и, угрожая ножами, потребовали отдать все содержимое карманов. При себе у него имелись два паспорта – один настоящий, другой литовский, купленный не так давно. Отобрали даже куртку. В полицию он не обратился, понятно дело, почему. Поехал на следующий день в украинское консульство восстанавливать документы.
Стонет Западная Европа от нашествия незваных гостей. Захлебнулась в демократии. Люди устали здесь друг от друга. Общество пропитано ненавистью. Одни расы ненавидят другие: черные белых, белые – и черных, и красных, и желтых. Это скрыто от неопытных глаз, но это дух витает повсюду. К чести простых англичан, они держатся в стороне от этого духовного хаоса.
Тем не менее, по английскому телевидению часто транслируют передачи антироссийского характера. Как всегда, во всех своих бедах запад обвиняет Россию. Телеведущие и журналисты СМИ освещают только негативные явления и стороны российского государства: преступность, бедность, безработица. Откровенно высмеивают поведение жриц любви исключительно славянской национальности и желание части российских женщин выйти замуж за британца или американца.
Британским политикам следовало бы заглянуть на свой задний двор. То, что творится в их стране, не укладывается ни в какие рамки. По статистике, в Англии девочки начинают заниматься сексом с 12 лет, самый ранний возраст в Европе. Ночные клубы больше напоминают огромные неуправляемые бордели, нежели места, где можно потанцевать и расслабиться. Есть и коррупция, и огромное количество преступлений на межнациональной почве с применением холодного оружия. Гибнут в потасовках подростки в возрасте от 15 до 20 лет. Печально, но неудивительно, если учесть, что наркотики, включая тяжелые, продают во многих клубах и лондонских кварталах.
Эти минусы не останавливают людей. Они приезжают в эту страну и стараются использовать любую возможность, чтобы легализоваться. Только потому, что здесь зарплата выше, человек начинает ненавидеть свою родину.
В ход идут всевозможные уловки, хитросплетенные схемы: начиная от заключения фиктивного брака и заканчивая прошением о предоставлении политического убежища. Бывали прецеденты, когда человеку очень быстро выдавали новый паспорт, если он «косил» под чеченца или белоруса. По мнению западных правозащитников, в этих республиках нарушаются права человека.
Один из способов получить гражданство – нанять хорошего адвоката. «Белорусский» вариант оценивается в 7-10 тыс. фунтов. Могут признать политическим беженцем, а может и нет, стопроцентную гарантию никто на дает. «Чеченский» вариант более надежен. Но за эту доказательную базу придется заплатить в два раза дороже. Я знал несколько россиян, они не были родом из Чечни, но с помощью адвоката им на суде удалось доказать обратное. Одному из парней просто повезло. Он затратил всего лишь три с половиной тысячи фунтов.
После того, как дело выиграно, государство обеспечивает новоиспеченного гражданина жилплощадью и всеми причитающимися льготами. Ему предоставляют для поселения квартиру или дом, в зависимости от того, один он будет жить или с семьей (жена, дети). Доходило до смешного. Когда одному псевдочеченцу предложили двухкомнатную квартиру, он неожиданно отказался от нее, потребовав квартиру большей площади и в более престижном районе.
Удивительно, но он добился своего.
По словам женщин из Северного Кавказа, нужно как можно больше говорить нелицеприятных слов в адрес России, убеждать судей, что люди там – звери, которые мешают спокойно жить и зарабатывать. Чем больше эмоций и клеветы, тем сильнее речь оказывает воздействие, увеличивает шансы услышать вердикт: «Вы стали подданным Великобритании».
Не знаю, лукавила или говорила искренне одна моя знакомая, вспоминая о судебном процессе. Кануло несколько лет, но до сих пор ее терзают муки совести. Она отказалась от своей страны и своего народа ради денег. У нее есть квартира в Лондоне, работа, любовник. Вроде, все благополучно. Но отчего-то на душе неспокойно, сердце стало пошаливать.
Заключение фиктивного брака – дело технически несложное. Цена – от 3 до 5 тыс. фунтов. Достаточно внимательно почитать объявления в русских газетах.
Азербайджанец Гасан уже три года прожил с литовкой. Осталось протянуть еще два, чтобы стать гражданином Литвы. Он обеспечивал липовую супругу, ее дочь и тещу, к тому же оплачивал их проживание в доме. Работал по 16 часов в день. Лишний раз боялся слово сказать своей стодвадцатикилограммовой «возлюбленной», не то, чтобы возразить или защититься от ее бесконечных нападок и придирок. В этом случае, наверное, уместна поговорка: любишь кататься, люби и саночки возить.
Они использовали друг друга и каждый думал о своем. Она о том, что неплохо устроилась, он – придет время, когда он получит паспорт, перевезет из Баку свою семью и тогда выскажет своей жене-деспоту все, что накопилось в его душе за эти годы.
Славянки пользуются невероятной популярностью у пакистанцев, албанцев, иранцев, афганцев, индийцев. Услышав русскую речь, они считают своим долгом подойти и начать навязывать знакомство. Многие состоятельные выходцы с востока – рьяные обожатели дамских сердец. При встрече с нашими девушками они демонстрируют «верх» джентльменства: предлагают покурить гашиш, прокатить на навороченной тачке или сразу переехать в просторную квартиру и жить не платя. Откуда появляются столь бескорыстные и щедрые люди? Почему выказывают такое почтение, стремятся «помочь» именно русскоговорящим, а не девушкам своей национальности? Ответ у них простой. Чтобы якобы бедняжке было легче адаптироваться в чуждой стране под их «опекунством». «Благородные» сердца этих мужчин неустанно призывают их к добродетели, напоминая: помоги ближнему хлебом и кровом.
Надо заметить, что девушки охотно идут на контакт с восточными мужчинами, главное достоинство которых – британский паспорт. Для них любой иностранец чуть ли не миллионер, с которым нужно поддерживать близкие отношения. Они не ведают, что большая часть из них – иммигранты, беженцы, и ничего, кроме обещаний, дать не могут, так как сами живут на пособии и ведут паразитический образ жизни.
Редкие пары объединяло взаимное чувство. Большинство же оставалось у разбитого корыта, став жертвой своего легкомыслия, корысти и недальновидности. Им не приходило в голову, что эти парни могут точно так же вести свою игру, вынашивая только им известные планы, играть как кошка с мышкой. На этом тернистом пути вечного поиска лучшего их ждало разочарование, и осознание впустую потраченного времени. Не каждой Золушке доставался принц, да и не золушки они.
Девушки обычно не стесняются своих неудачных любовных историй, делая акцент на непорядочность мужчин. Приведу один пример, типичный, потому что в этих бесконечных историях меняются разве что имена, а конец почти всегда одинаков.
Украинка жила со своим земляком, но оставила его, встретив албанца, к которому переехала жить на третий день знакомства. Он говорил ей «I love you», водил по красивым лондонским местам. Тем для разговоров не было. Он знал только английский и албанский, она владела только украинским. Албанец снимал неплохое жилье, стоившее ровно столько, сколько она зарабатывала в месяц. Через две недели совместного проживания, он собрал вещи и ушел, не заплатив хозяину. Наскучило.
Остается загадкой суть подобных взаимоотношений. Что общего может быть между русской и, к примеру, пакистанцем, или литовкой и африканцем? Другая культура, традиции, язык.
Менталитет – вещь трудноизменяемая.
Например, французам или испанцам нет никакого дела до славянок, так же, как и их женщинам – до арабов или африканцев. Почему слабый русскоязычный пол так падок на сомнительные и непрочные связи?
Но, как говорится, «а ларчик просто открывался» и не хранил в себе ни тайн, ни женских секретов. Существует схема, по которой действуют почти все, приезжающие по студенческой или туристической визе. Первое, что необходимо сделать – найти работу. Этот старт, по моим наблюдениям, служит для отвода глаз. Только 10 процентов из числа слабого пола ставят перед собой цель зарабатывать деньги трудом, чтобы помочь семье. Второе – действительно важное. Постараться «закадрить» мужчину, который будет содержать. Желательно англичанина, но на первых порах сгодится любой, имеющий гражданство и стабильный доход. Главное, зацепиться – за курда, араба, афганца... национальность не имеет значения. Потом, не спеша, можно оглядеться в поисках второго мужа, если не повезет – третьего.
Брак и рождение ребенка – самый верный способ получить статус. Есть немало историй об украинках, россиянках, белорусках, которые после бракосочетания сразу подавали иск в суд на раздел имущества.
Английские парни уже давно пришли к выводу, что строить отношения с девушками из восточной Европы – значит, подвергать будущую семью угрозе скорого распада. И это распространенное мнение нельзя считать безосновательным.
Есть и другая сторона медали. Это отношение британцев к русскоговорящим.
В английские компании русскоговорящих на работу не принимают. Для этого требуется специальность, безукоризненное владение английским и уйма документов: справка о несудимости, об оплате налогов, рекомендации с предыдущих мест работы, подтверждение адреса, наличие банковского счета и т.д.
А в сфере торгово-промышленного сектора и общепита подавляющее большинство руководителей и сотрудников – не англичане. В процентном соотношении на одного чистокровного англичанина приходится шесть-семь представителей другой национальности.
Можно с уверенностью сказать, что Лондон перенаселен, а англичане растворились в нахлынувшем гигантском потоке приезжих из других государств.
Мои соотечественники вынуждены работать за деньги, за какие никогда не согласится работать ни один уважающий себя европеец. Мизерная зарплата – это только полбеды.
В основной массе у русскоговорящих не бывает денег на то, чтобы хорошо осмотреться, разузнать обстановку и принять правильное решение. Только на первое время. Время поджимает, и они соглашаются выполнять любую работу, за любые деньги. Этим пользуются многие работодатели – выходцы из беднейших, третьих стран. Российских парней они не принимают на работу. Говорят, «язык» не достаточно хороший. Зато с превеликим удовольствием зазывают в свои заведения девушек. Предпочтение молоденьким, по крайней мере, не старше 25 лет.
Работу, как правило, ищут в ресторанах, магазинах, кафе, пабах. Вот как это выглядит.
Заходит россиянка, или украинка, в заведение и спрашивает о работе. Лицо выдает волнение, робость, растерянность, готовность согласиться на любые условия, лишь бы взяли. Даже чувство вины, ведь если она студентка, то не имеет права работать больше, чем 20 часов в неделю. В общем, весь спектр чувств, присущий нам и нашему мышлению: мы здесь никто, а иностранцы – благодетели.
Если она осведомлена, то знает, что если с боссом или менеджером «наладить» контакт, можно трудиться все 40, а то и 50 часов.
Ее заводят на собеседование к менеджеру. Первый встречный вопрос: откуда она приехала и по какой визе? Когда менеджер слышит слово «Россия», деловой разговор неожиданно превращается в дружескую беседу по душам. Он сулит высокую зарплату и помощь по всем другим вопросам. Девушке кажется, что жизнь только начинается, а этот темнокожий мужчина – подарок судьбы. Если она молода и неопытна, то не видит подтекста, спрятанного между слов, и с радостью принимает обещания от незнакомца. Ей пока не известен неписанный закон большого города: никто не станет давать что-нибудь просто так, за бесплатно.
Дальше события всегда разворачиваются по одному и тому же сценарию. Начинается «испытательный» срок. Вначале менеджер предлагает подвезти до дома, погулять по Лондону или пойти на зажигательную бразильскую дискотеку, а дня через три стать любовницей, сожительницей. Не исключено, что у него уже есть несколько любовниц.
Многие девушки охотно вступают в интимную связь с иностранцами, лелея в душе надежду, что биологическая связь со временем перерастет в нечто большее. Ошибаются.
Кто-то, читая эти строки, может рассмеяться или поддержать слабый пол в стремлении к финансовому благополучию. Близкие отношения с работодателем – неплохое начало для карьеры. Есть одно «но». Перспектива таких отношений невелика. Они быстро закончатся, когда в это же заведение, с тем же вопросом зайдет другая девушка, более стройная и красивая.
Не сомневайтесь, менеджер сделает все, чтобы уволить «старую» и принять на работу новенькую.
Если девушка отказывается от интимной связи, она теряет и работу, и зарплату. Босс говорит ей, что она не соответствует занимаемой должности. Заплатит он ей фунтов 20-30, чтобы хоть как-то реабилитировать себя и не выглядеть законченным подонком. Невероятная текучесть кадров.
Студентка из России проработала на ферме в окрестностях Кембриджа шесть месяцев. За каторжный труд получала ежемесячно 300 фунтов. Только потому, что отказалась от интимной связи с пятидесятилетним хозяином клубничной плантации. На ферме трудились студенты из Белоруссии, России и Польши. Тем, кто не отказывался от «тесных» контактов, он платил 1000 фунтов. Труд без секса стоил в три раза дешевле.
Таким работодателям и в голову не придет мысль делать намеки на интим испанке или португалке, тем более англичанке. Можно сразу же очутиться за решеткой.
По рассказам россиян, их дурачат и в Англии, и в других европейских странах. Хуже всего то, что соотечественники обманывают и «кидают» своих же, вместо того, чтобы поддержать. Нет в их среде сплоченности, патриотизма. Девушки избегают дружбы с российскими парнями и не желают строить отношения с ними. Считают их неудачниками, приехавшими подзаработать. Иностранец лучше, и все тут. Но это до тех пор, пока хорошенько не обожгутся и не поймут, что свой ближе и надежнее, что среди них немало достойных и порядочных парней.
Таня прилетела в Лондон из России по студенческой визе. Долгое время она не могла найти работу, пока не встретила Олега, земляка. Он помог ей встать на ноги и вскоре они поженились. Олег являлся гражданином Великобритании, имел свой дом и высокооплачиваемую работу. Таня не хотела иметь детей, мотивируя это тем, что пока молода и хочет «отгулять» свое. Олег не настаивал, но через пять лет его жизнь превратилась в сущий ад. К тому времени его супруга получила британский паспорт и хорошо зарабатывала. У нее появились любовники: и люди состоятельные, и проходимцы. Олег видел все это и не понимал одной вещи: ведь он по-настоящему любит свою жену, почему она так поступает с ним? Он плакал, не знал, как угодить ей, умолял не оставлять его. Татьяна была непреклонна. Из-за семейных проблем Олег потерял работу, а после развода ему пришлось отдать половину нажитого имущества и часть дома, в котором он когда-то был одинок, но по-своему счастлив.
Русская бизнес-леди позвонила по объявлению девушке из Алтайского края Диане. Предложила убраться в своем доме за 40 фунтов. Диана согласилась и добросовестно выполнила порученную работу. Хозяева не заплатили ей. Они обвинили ее в краже денег и, угрожая полицией, выгнали из дома.
Похожие истории повторились с Дианой еще несколько раз. Она не могла устроиться на постоянную работу, волонтерская виза не позволяла. В кафе и рестораны тоже не принимали. Возраст уже не тот, 28 лет. «Старенькая», по мнению работодателей.
Это распространенные методы экономии денежных средств в русскоязычной среде. Нанять на работу, а потом не заплатить. Начинаешь всерьез задумываться и задаваться вопросом: почему мысль подло обмануть простую уборщицу, тем более соотечественницу, не посещает голову англичанина или, скажем, немца? Видимо, мышление и воспитание у них иное.
Алена Гаинетдинова прилетела в Лондон из Уфы по студенческой визе. Желание на мир посмотреть, себя показать – ничего особенного. Одно огорчало – ее парню не открыли визу. В Лондоне ее никто не встретил, хотя она заплатила 300 фунтов «агентству по трудоустройству за границей» за встречу в лондонском аэропорту, предоставление жилья и работы.
Новичок в Англии подобен слепому котенку, оторванному от материнской груди и заброшенному в иную среду обитания. Он не знает, куда пойти, что кушать, где жить. В этой ситуации желательно обойтись без помощи таких агентств. Достаточно добраться до Англии и зайти в первый попавшийся на пути русский магазин. Они есть почти в каждом районе, а в них газеты на русском языке с объявлениями по всем интересующим вопросам, включая предложения о трудоустройстве и сдаче жилья.
Не следует, надеясь, что вас встретят, платить за это дополнительно 50 фунтов. Как правило, никто никого не встречает, а если встречает, то в лучшем случае опаздывает. Это никому не нужно, встречать вас, розовых и пушистых. Нужны лишь ваши деньги, а вам говорят приехать на какую-нибудь станцию, чтобы им удобно было добираться. Поселить вас могут в такое место, из которого вам в скором времени захочется сбежать. Причины могут быть разные: дом грязный, без ремонта, или перенаселенный, или расположен далеко от метрополитена, соседи не нравятся. Ведь агенту безразлично, в каких условиях вы будете пребывать. И если вы не привыкли жить и спать в комнате с незнакомым человеком, а то и с двумя, ждать очередь в туалет или в ванную, дежурить раз в неделю и убирать весь дом, придется туго.
В домах, населенных русскоязычными, всегда заморочки. Из холодильника пропадают продукты, из комнаты, если она не закрывается на ключ – личные вещи, деньги.
Алена не знала этого. Не дозвонившись до агента, она сняла номер в отеле, заплатив за ночлег 80 фунтов. Назавтра она решила отправиться в центр города. Ее первым знакомым и гидом по Лондону стал бразилец Незо.
Так он представился, сказал, что ему 28 лет. Он соврал. Ему уже стукнуло 34, как выяснится позже, хотя рослый, темнокожий мужчина с грустным взглядом действительно выглядел моложе своих лет. Алена не очень хорошо владела английским, но объяснила бразильцу свою непростую ситуацию. Их совместные поиски жилья и работы в тот день не увенчались успехом.
Стемнело. Незо предложил переночевать ей в его комнате, а утром продолжить поиск. Девушка пребывала в замешательстве, решая дилемму: спать в комнате с незнакомым мужчиной или идти снова в отель и платить немалые деньги. Незо убеждал Алену в том, что она ему, как сестра, и волноваться ей не стоит, она будет спать на отдельной кровати. Алена поверила и согласилась пойти с ним.
Борьба между ними началась далеко за полночь, уже в комнате, где жил бразилец. Девушка проснулась, почувствовав, как по ее ноге скользит чья-то рука.
– Ты мне, как сестра,– вкрадчиво и с вожделением шептал Незо. Его рука блуждала по сонному телу девушки, а губы вплотную приблизились к лицу.
– Нет,– вскрикнула Алена и ногами оттолкнула мужчину.
– Стань моей девушкой. Не будешь платить за жилье, проезд, еду. Подумай, – уговаривал Незо.
Его попытки соблазнить ее продолжались всю ночь.
Алена выдержала эту психическую атаку, а рано утром собрала свои вещи и покинула дом.
Бурно развивающиеся события в ее жизни набирали обороты. По воле случая, в этот же день она познакомилась с девушкой из Литвы, Симоной. Новая знакомая предложила Алене жить вместе с ней, в большой комнате. Алена согласилась и через пару часов уже находилась в просторной и уютной комнате. Симона удивилась, когда узнала, что произошло с россиянкой ночью.
– И ты не согласилась с ним жить? – спросила она.
– Конечно, нет. Я его не знаю. К тому же у меня есть любимый человек в России.
– Эх ты, дурочка, – рассмеялась Симона. – Неопытная еще. Девчонки только и мечтают об этом. Он бы обеспечивал тебя. Здесь почти все так живут. Находят парней, а свои заработанные откладывают, не тратят. Пользоваться случаем не умеешь. У каждой есть на родине boyfriend. Это совершенно не означает, что нельзя ни с кем встречаться здесь, вдали от родины, другом мире. Ты еще многого не знаешь.
– Чего, например?
– Тебя не примут на работу ни в одно заведение, если не согласишься стать любовницей босса.
– Я не затем сюда летела, чтобы становиться чьей-нибудь любовницей, – мягко возразила Алена.
– К твоему сведению, в соседней комнате живет девушка из Екатеринбурга, тоже студентка. С испанцем. Она в первый же день согласилась жить с ним, хотя вышла замуж всего год назад. Ничего... живет, радуется, наслаждается жизнью.
– Это ее дело.
– А вдруг тебе повезет? – не унималась Симона. – Найдется человек, который по-настоящему полюбит тебя. Получишь паспорт, станешь гражданкой Великобритании. Разве плохо? Ни для кого не секрет ведь, что все девчонки из ваших краев только и мечтают об этом? Ты скоро все увидишь своими глазами!
– Я Россию люблю. Она моя родина. Все самое лучше в моей жизни связано с этой страной.
– Да, – протянула Симона, исчерпав все свои доводы. – Трудно тебе придется. Нет здесь другого способа заработать хотя бы что-то без мужской поддержки. Особенно для туристок и студенток из России, Белоруссии, Украины. Ну и что из того, что спать с мужиками надо? Не умрешь, а фунтов триста экономить будешь ежемесячно. Ладно, подруга, тебе решать. У каждого на жизнь свой взгляд.
Последние слова Алена слышала уже в полудреме, лежа на своей большой кровати.
Проснулась она в полдень следующего дня. Симоны не было. «Видимо, на работе», – подумала Алена.
Состоявшийся накануне вечером разговор оставил неприятный осадок. Медлить было нельзя. Вчера она отдала Симоне 200 фунтов за месячное проживание. Осталось около ста, даже на билет домой не хватит в случае неудачи.
Девушка тронулась в путь, искать работу. Много раз лондонские парни останавливали ее, искали повод для знакомства.
– Вы случайно не француженка? – спрашивал красавец мулат на французском.
Услышав «no», он предложил помощь, но уже на английском. В этот день карманы Алены были заполнены бумажками с именами и номерами телефонов поклонников. Один из них итальянец Джакомо на самом деле предложил ей работу на ярмарке: жарить креветки, расфасовывать их в бумажные пакетики и продавать. Нехитрая работа и оплата приличная для студентки без опыта и разрешения на работу – 50 фунтов в день наличными. Проработала Алена только один день. Не удалось итальянцу наладить с ней деловые отношения. Ему хотелось большего. Он уговаривал ее после работы поехать с ним в ночной клуб, а затем к нему домой. Алена ответила отказом. К его чести он заплатил обещанные 50 фунтов, что случается здесь крайне редко.
Два дня спустя Алена нашла другую работу. И снова на ярмарке - продавать одежду. Пятидесятилетний владелец торговой палатки Джон был родом из Ирака, но неплохо изъяснялся по-русски. Он платил 20 фунтов за рабочий день и все свое свободное время проводил рядом с Аленой. Делился с ней грандиозными перспективами развития своего бизнеса, намеревался открыть еще несколько точек, обещал назначить ее директором. Заманчивое предложение. Все устраивало девушку, за исключением одного крохотного нюансика. Ей нужно было переехать к нему домой и разделять с ним его скучную и одинокую жизнь в этом холодном и чуждом мире. Не добившись согласия, Джон потерялся и больше ей не звонил.
Алена продолжала искать работу. На ее пути подвернулся небольшой ресторанчик, куда она решила заглянуть. Хозяину заведения, мужчине из Албании, она приглянулась: стройная, красивая. Он предложил ей вакансию кассира, несмотря на то, что она представления о работе кассового аппарата не имела.
– Не беда, – сказал он. – Главное – твое желание и вера в успех. Я тебя всему научу.
Во время работы албанец поведал Алене о своей «плачевной» ситуации. Живет у него дома девушка из Белоруссии. Она тоже студентка, но на днях покидает его, срок визы истек. Предложил Алене жить с ним, когда уедет белоруска. Дал на размышление три дня. Пока она «думала», он платил ей ни много, ни мало – 15 фунтов в час. Деньги даже для англичан хорошие.
Алена сохранила свою честь, но потеряла работу, отказавшись от сожительства с незнакомцем.
Обломайтесь, достопочтенный директор ресторана. Теперь вы знаете, что ваши денежки действуют магически на многих, да только не на всех, как вы считали раньше, пока не встретили россиянку, уважающую и себя, и свою родину. Те, кто прошел через огонь, воду и медные трубы отлично знают, что такие деньги выплачивают девчонкам только первые дни в качестве приманки. Потом лафа заканчивается.
К тому времени Алена разместила в русские газеты объявления о поиске работы. Стали поступать предложения. Работу предлагали и англо-, и русскоговорящие. Ничего стоящего: или работать в сфере интимных услуг, или за 2-2,5 фунта в час. Алена не понимала, почему звонят иностранцы, и что они ищут в русских газетах. Симона просветила ее.
– Чему ты удивляешься? «Бабаи» всегда заглядывают в наши газеты.
– А кто такие «бабаи»?
– Русскоязычные называют так выходцев из азиатских стран. Так проще, чем запоминать национальность каждого. Они тоже всех, кто говорит на русском, называют русские.
– Почему они не хотят брать на работу девушек из своих стран?
– Догадайся сама, – Симона с лукавым видом посмотрела на Алену. – Вы – самая дешевая рабочая сила здесь. Они желают «сотрудничать» с девушками из России, и желательно молоденькими. Ваши девчонки согласны пахать и за 2 фунта в час. И даже при такой оплате не обходится без домогательств. Многие вынуждены мириться с действительностью, ломаются. Ваша молодежь в бесправном и унизительном положении. Им можно недоплачивать, уволить, когда вздумается, накричать. Жаловаться ведь некому. У парней дела обстоят не лучше. Они выполняют самую тяжелую и низкооплачиваемую работу. Более того, на каждом шагу они сталкиваются с недоброжелательным отношением со стороны поляков.
– Что плохого им сделала Россия?
– Не знаю, – задумчиво произнесла Симона. – Поляков в Великобритании миллионы, и они не любят россиян. Считают, что вы здесь – никто и отнимаете у них кусок хлеба. Честно говоря, я и сама не слышала, чтобы кто-то из моих знакомых хорошо о них отзывался. Надо признать, что многие из них ведут себя в этой стране по-хамски.
Сотовый Алены не переставал трезвонить. Одно за другим поступали предложения работать в стриптиз-клубе, массажисткой на дому или просто познакомиться. Если «бабай» заводил разговор о якобы серьезной работе, то наотрез отказывался давать информацию об оплате или графике работы. И это не случайно. Местных работодателей раздражало и возмущало то, что девушка пытается получить ответы на элементарные вопросы. Они желали видеть строение ее тела. Только на этих условиях можно было продолжать дальнейший разговор. При встрече. На подобные приглашения Алена не реагировала.
Некий любвеобильный марокканец откровенно заявил, что примет на работу Алену только в том случае, если она красива и привлекательна. Другой предприниматель из Алжира однажды организовал прямо-таки «конкурс красоты», пригласив на собеседование сразу восемнадцать представительниц прекрасного пола. Все русскоговорящие. Почасовая оплата в его пабе не превышала три фунта в час. Девушки соглашались приходить на смотрины и участвовать в столь унизительном мероприятии. Деваться некуда, везде одно и то же. Или голодать, или лететь обратно на родину.
Один пожилой киприот принимал на работу в свой бар исключительно русских девушек. За оплату, унижающую человеческое достоинство. В его заведении не было столько клиентов, сколько молодых, стройных девиц в мини-юбках: рабочая форма одежды. Одевать подчиненных в соблазнительные вещи было одной из его прихотей. Он с важным видом павлина расхаживал в своем баре, проверяя, все ли на своих местах. А их работа заключалась в том, чтобы прислуживать ему: время от времени спрашивать, не желает ли он чашечку кофе или чего-нибудь еще. Когда он находился в своей интим-комнате для отдыха, все девушки поочередно должны были навещать его. Чтобы сделать ему массаж, станцевать перед ним или развеселить. В баре нужно было разговаривать тихо, между собой не сплетничать и самое важное – забыть о чувстве собственного достоинства: молча, безропотно исполнять волю барина. Иначе выгонит, если не угодишь. Часто наведывались его дружки и тогда всем становилось жарко от выпивки и танцев.
Такой закваски работа, может, была кому-то по душе, но не Алене. Не получился у них разговор. Когда она увидела это «мертвое царство» и поняла, что от нее требуется, то вышла из его кабинета. Напоследок она бросила ему в лицо:
– Fuck you!
Добродетель никогда не слышал таких слов ни от одной своей прислужницы. Остался на месте как вкопанный, не в состоянии что-либо ответить. Одна из девушек позже позвонила Алене и сказала, что после ее ухода босс долго не мог войти в свое обычное состояние. И что это первый случай в его практике, когда молодая девушка повела себя таким образом.
Распространять лифлеты на улице – не так уж сложно, как показалось Алене. Но в последнюю минуту она вдруг решила отказаться от этого занятия. И правильно сделала. Раздать 500 визиток за два часа и заработать 12 фунтов?
«А кому их раздавать? – размышляла Алена. – Здесь прохожих на пальцах можно пересчитать. В моем распоряжении всего два часа. Выкинуть их нельзя, я на виду у работодателя. Даже если бы пятьсот человек прошли мимо меня, то половина из них точно не взяли бы лифлеты. Работа легкая, но справиться с ней невозможно. Нет, не хочу. Это ловушка для дураков».
Небольшие сбережения заканчивались. Необходимо было начинать зарабатывать хотя бы немного на свое содержание, или же просить деньги у родителей. В лондонские отели ее не принимали без документов. Если бы она и устроилась через какое-нибудь «левое» агентство, то получала бы около полутора фунтов за уборку одного номера. А зарплату в отелях выдают раз в месяц. Если человек решил уволиться по каким-либо причинам (работа не устраивает, малооплачиваемая, нашел другую), то шансов получить деньги за отработанные две-три недели у него практически нет. Одна предприимчивая испанка выдавала зарплату даже не через месяц, а неделю-две спустя после его окончания. Если работник решил уволиться, то получай зарплату только за месяц, а эти недели не учитывались. На все возражения она отвечала примерно так:
– Вы студенты, и в России никогда не заработаете даже половины того, что я вам плачу.
Через две недели мытарств и бессонных ночей Алена вышла на работу в качестве официантки. Повезло. Прошла суровый кастинг. Среди остальных претенденток на высокую должность официантки и продавщицы в одном лице выбрали ее. Небольшой ресторанчик «держали» братья албанцы.
Постоянно улыбаться, выслушивать бред пьяных клиентов, не злиться, даже если посетитель просит номер телефона или показать стриптиз, или хватает руку, вместо сдачи наливать спиртное, пылесосить в редкие свободные минуты, протирать пыль, убирать со столов грязную посуду, принимать заказы, выносить мусор – это был перечень обязанностей, которые на нее возложили. Работа как минимум для двоих, но албанцы считали иначе. Ну а зарплата, как и везде – 3 фунта 50 в час.
Директор Гони, младший из братьев, строго предупредил Алену, чтобы она в присутствии клиентов не говорила о том, что у нее есть boyfriend. Объяснив это тем, что посетителю может это не понравиться и в следующий раз он не придет.
Первый рабочий день Алены закончился без происшествий, никто не домогался, не делал замечаний. На второй день начались приставания директора и его земляков – завсегдатаев кабака. Недолго Гони носил маску делового и беспристрастного наблюдателя за своей подчиненной и ее работой. Он хвастался перед Аленой, что в его заведении работали двадцать русскоязычных девушек и со всеми у него был секс. Предложил Алене стать его любовницей и пообещал повысить зарплату, если она согласится не раздумывая.
Девушка попала в затруднительное положение. Терять снова работу, даже такую, не хотелось. Она перебирала в уме всевозможные варианты своего поведения, хотя осознавала, что он не отстанет. С каждым часом его психологическое давление усиливалось. С упорным постоянством Гони внушал Алене мысль, что она должна вступить с ним в половую связь, шантажировал увольнением.
Разговор на эту тему между ними состоялся на третий день.
– Как ты не можешь понять, что у меня есть парень, и я люблю его? – спросила Алена.
– Ты наивная, – ухмыльнулся Гони. – Парень там, а ты здесь. Или ты лучше девушек, которые работали до тебя....
– Почему ты не познакомишься с девушкой своей национальности, не пригласишь ее на работу?
– Долго объяснять, – отрезал Гони.
– Я пришла сюда работать, а не спать с тобой. Я не секс-рабыня.
Гони обиделся и несколько часов не выходил из своего кабинета. Когда появился, то злобно произнес:
– Иди на кухню мыть полы и посуду, если ты пришла работать.
На следующий день ухажер сменил гнев на милость. Алена опять встала за барную стойку.
Гони не упускал случая тронуть Алену за ягодицу, или прижаться к ней, совершая недвусмысленные телодвижения, постараться поцеловать в губы.
– Ну что, ты надумала? – спрашивал он.
В пятницу вечером по завершении работы Алена зашла в его кабинет.
– Я согласна, Гони, быть твоей девушкой.
– Рад, Алена, что ты приняла такое решение, – привставая со своего кресла, сказал обрадованный албанец. – Девушка у меня есть, ты станешь моей любовницей, и это будет нашим маленьким секретом. Я не разочарую тебя.
– Я тебя хочу кое о чем попросить, Гони.
– Все, что в моих силах.
– Мне нужны деньги, чтобы заплатить за жилье и проезд. Оплати, пожалуйста, мои отработанные дни, а недельный депозит ты возьмешь в конце следующей недели.
На радостях Гони достал из кармана 150 фунтов и торжественно вручил очередной избраннице.
– Увидимся завтра, – попрощалась Алена.
– До завтра, дорогая. Не опаздывай, – игриво произнес парень.
Не суждено было ему снова увидеть Алену. Она не вышла на работу.
Дорогой Гони! Вы хоть и кичитесь своим британским паспортом, но вы не англичанин. Вам просто выдали документ, как беженцу, чтобы вы могли жить в этой стране и работать. Именно работать, а не издеваться над русскоязычными девушками.
Алена заметила одну характерную черту, которая объединяла всех коммерсантов неанглийского происхождения. Чем менее цивилизованна страна, из которой выбрался счастливчик, тем больше в его натуре надменности, наглости, бахвальства, мнимого превосходства. В частности, над россиянами. Он бог и царь, потому что получил британский паспорт, а вы никто, попрошайки, которые пришли с поклоном за подаянием или вымаливать работу. Эти новоявленные «бизнесмены» – владельцы всяких забегаловок и магазинчиков приехали из стран, где царит нищета, разруха, антисанитария, где в месяц можно заработать не больше 20 долларов. Зная, что в Англии минимальная оплата за труд пять с половиной фунтов в час они предлагают нашим работать за 3,2 фунта в час. Они приезжают в Великобританию, навязывают свои порядки, правила, при этом не считаясь с традициями и культурой народа, который приютил их. Они чувствуют здесь себя уверенно и вольготно, ведь Великобритания – демократическое государство. Оно блюдет права своих граждан.
Очередной поиск работы привел Алену на мойку машину в центре Лондона. Супервайзер Мэйди, иранец, принял ее на работу без колебаний. Повышенное внимание с его стороны настораживало и в то же время не удивляло ее.
Мэйди никому из своих сотрудников мужского пола не позволял с ней общаться. Грозил увольнением, если кто-нибудь попытается ухаживать. Алена находилась в изоляции. Мэйди помогал ей осваивать новое дело, а в обеденные перерывы приглашал в ресторан.
Через две недели у нее появились постоянные клиенты. Это был деловой район, приезжали в основном богатые англичане на дорогих авто. Обслуживание одного автомобиля стоило от 8 до 20 фунтов, но часто их владельцы давали больше. Алена влюбилась в свою работу, выполняла ее безукоризненно. Ее руки мягко и быстро полировали поверхность «Ламбарджини», «Феррари», «Порше».
Ничто не предвещало грозовых туч. Мэйди вел себя достойно, не делал непристойных предложений и намеков, помогал во всем. Алена стала доверять ему, меньше думала о плохом. Но она не подозревала, что происходило в душе иранца, о чем он думал. На сей раз женская интуиция подвела.
Оставшись с ней наедине, Мэйди подошел и дрожащим от волнения голосом заговорил:
– Алена, когда я увидел тебя, то потерял покой. Ночами не сплю, думаю только о тебе. Нет сил больше держать это чувство в себе.
Алена спокойно выслушала неожиданное признание и, подумав, ответила:
– Мэйди, как человек, ты очень хороший. Я уважаю тебя. Но я не ищу здесь парня и отношений, мое сердце принадлежит другому.
– Я люблю тебя, Алена, поверь. Уже рассказал маме о тебе. Прошу, стань моей женой.
– Я не могу, Мэйди.
– Не отказывайся, подумай. Я переведу тебя в самый престижный колледж, получишь британское гражданство. Я назначу тебя супервайзером на другой мойке, ты будешь хорошо зарабатывать. Я этих слов никому не говорил, только тебе.
– Мне жаль, но я не могу ответить взаимностью.
– Ну почему ты так холодна со мной? – произнеся эти слова, Мэйди присел на корточки и заплакал.
Несколько дней он не появлялся на работе и Алена решилась позвонить ему и узнать, в чем дело.
– Мне тяжело видеть тебя и находиться рядом. Прости, – прозвучал ответ.
В сложившейся ситуации дальнейшее сотрудничество было невозможно, и Алена сказала.
– Приходи, Мэйди, завтра меня не будет здесь.
Так и закончился этот роман российской девушки Алены и иранца Мэйди, даже не начавшись.
Симона была в курсе событий, происходивших с подругой. Она решила поговорить со своим боссом, узнать, не требуется ли в его ресторан еще одна девушка. Желание Симоны помочь обернулось для нее самой катастрофой. Увидев Алену, венецианец сразу предложил ей работу на полную ставку, к тому же без тренинга. Когда Алена вышла на работу, у Симоны начались неприятности. Он цеплялся к ее работе по всяким пустякам, по поводу и без. Изменился до неузнаваемости. Всяческие знаки внимания он оказывал Алене, забыв о существовании Симоны. Литовка догадывалась, что дни ее как работницы сочтены, и она решила высказать боссу все, что думает о нем. Его задели нелицеприятные слова, выпаленные в присутствии Алены. Он взбесился и ударил Симону по голове, назвав при этом полной дурой.
– Верни депозит за две недели, – зарыдала Симона.
– Я тебе ничего не должен, ты не оформлена в моем ресторане.
В этот день он освободил ее от обязанностей официантки, не заплатив за две недели.
Алена видела, как Симона выбежала из ресторана в слезах, но почему-то не последовала за ней.
Отдышавшись и успокоившись, венецианец заговорил ласковым тоном:
– Не обращай внимания, тебя я не обижу.
– Тогда заплати мне за три рабочих дня, – растерянно проговорила Алена.
– Конечно, заплачу, не переживай. Но в конце рабочего дня.
В 10 часов вечера ресторан закрылся. Алена не смогла выйти из него, потому что босс закрыл двери на ключ. Он произносил те же самые слова и признания, которые она слышала уже много раз. Через какое-то время ей удалось уговорить его отпустить ее домой. Он с неохотой дал ей 50 фунтов вместо обещанных 150 и сказал, что остальные деньги она получит в конце недели.
Алена не собиралась приходить в его ресторан снова и работать дальше. Было мало аргументов в пользу того, чтобы сказать самой себе: иди и доработай до конца недели. После сцены с Симоной уже не было к нему ни доверия, ни уважения.
Алена выдержала очередной экзамен на непоколебимость жизненных принципов и воли. Ее любовь выдержала все испытания, она оказалась сильнее страхов, власти денег и многочисленных соблазнов. Она победила. И, конечно же, видя сердце Алены, Бог не остался безучастным свидетелем ее жизненных передряг. Он помог ей найти высокооплачиваемую работу, на которой Алена зарабатывала от 100 до 200 фунтов в день. Работа, которая позволяла посещать колледж в вечернее время, где не было тревог и никто больше не домогался и не кричал.
В жизни так и бывает: если человек очень сильно чего-то хочет, если он не изменяет своим жизненным идеалам и верит в осуществление своей мечты – она непременно сбудется.
Rado Laukar OÜ Solutions