20 июня 2019  00:00 Добро пожаловать к нам на сайт!
Поиск по сайту

Русскоязычный Крым



Зинаида Дудченко

 


ЕВРОПЕЙНИЧАНЬЕ

 

 

 

Противостояние Европы и России очень давнее, укоренившееся почти на уровне инстинктов. Европу всегда пугала и раздражала под боком огромная, неповоротливая, с их точки зрения, страна с имперскими амбициями, вызывали зависть её богатства. Праведно или неправедно приобретённые, заслуженно или незаслуженно доставшиеся ей, – это приходилось додумывать. Психология стран-соседей, друзей и недругов похожа на психологию людей, их населяющих. Не раз в своей истории Россия была вовлечена в интриги и наталкивалась на предательства. И на протяжении существования пограничных отношений возникали черные мифы о России, как например:

 

а) Миф «немытая Россия». Это тогда, как именно Россия буквально научила Европу мыться. Анна Ярославна, дочь Ярослава Мудрого и королева Франции, попав в Париж, удивляла двор: мылась почти каждый день. Европейцы мылись тогда очень редко, экономили воду. Россия же не знала ее дефицита. Суждения о том, что Россия малообразованная, Анна же и опровергла: она владела несколькими языками, тогда как король Франции был безграмотным и ставил крестик вместо подписи. Интересовалась науками и Екатерина II – императрица российская. Она вела переписку с образованнейшими людьми Европы: Вольтером и Дидро, жившими в бедности. Она решила им помочь, но деликатно: предложила выкупить у Дидро библиотеку, но вступить в права владения ею только после смерти Дидро.

 

б) Миф «Иван IV, царь-кровопийца, по прозванию Грозный». Он за 30 лет правления казнил 4 тыс. чел., а потом до конца жизни мучился и отмаливал грех, называл себя «душегубцем». В Европе же за одну Варфоломеевскую ночь без сожаления положили 20 тыс. чел. В правление Елизаветы, английской королевы, убито 80 тыс. чел. А Иван Грозный присоединил к России Поволжье и Сибирь, не отняв, не пролив крови, – и не отдал эти земли боярам.

 

Определение «тиран» присвоено всем русским царям. Наблюдается цикличность в рождении мифов. То предатель-перебежчик князь Курбский в Ливонской войне (война против Ливонского ордена, Швеции, Польши и Вел. кн-ва Литовского за выход к Балтийскому морю) за предательство получил 25 сёл и земли от врагов. То Штаден, служивший в России опричником, по возвращении в Германию разрабатывал планы немецко-шведской интервенции в Россию. Его план «Ост» вошёл в записки «О Москве Ивана Грозного»: «Когда Русская Земля будет взята, тогда границы империи протянутся до Персидских границ».

 

в) Миф «Император Павел I. Он считался сумасшедшим самодуром. Но Павел I – командор мальтийского ордена. Британцы опасались сближения Павла с Наполеоном, и он даже принял предложение Бонапарта совершить поход на Индию. Он писал в армию: «Цель – разорить Британскую империю и освободить порабощенные народы». Если бы состоялся этот поход, то Англия лишилась бы колоний, пришла бы в упадок. Павел притеснял дворян, ввёл австрийский порядок в армии, облегчил крестьянам барщину. До сих пор достижения Павла I погребены в мифологии, но в простом народе об обоих царях говорили хорошо. В день его убийства княгиня Ольга Жеребцова везла в Лондон деньги и заверения Англии возвести Александра на престол. Известие об убийстве Павла догнало ее. А Европа до сих пор имеет обыкновение запутывать своей мифологией представление о сильных правителях России и идеализировать слабых, доводящих Россию до кризиса: таких, как Николай I-й Горбачёв или Ельцин. Это понятно: кому нужна страна сильная, богатая и свободолюбивая, из которой не сделать сырьевого придатка?

 

Давайте рассмотрим, есть ли среди народов, населяющих близлежащий континент, сверхнация, которой стоит делегировать свои права на самоопределение.

 

Европа в духовном отношении дошла до непримиримых противоречий и передела собственности. Русская жизнь не страдала неизлечимой болезнью, из которой нет другого исхода, как этническое разложение, как «собачья старость», придающая вид дряхлости. У народностей, как у растений и живых существ, тоже бывают молодость, зрелость и старость. И полная замена племенной воли. Невежественный, земледельческий Рим вступил в борьбу с Карфагеном. Рим мог себе позволить сразиться и на море, т. к. средства были простыми. В начале XVII века науки, промышленность не могли заменить патриотизма. С начала XVIII века и по второй половине XIX века Россия завершила борьбу со шведским королем и польской шляхтой. Предстояла борьба с желающими расшириться за счёт соседей.

 

Петр I увлечённо учился у Европы строить корабли – и влюбился в Европу. Не оценивая: положительное и отрицательное, приемлемое и неприемлемое, – увидел превосходство Европы. К Руси он относился двояко: любил мощь, идеалы, а ненавидел – саму жизнь на Руси. Его государственная деятельность получила благословение именем Великого, реформаторская деятельность принесла вред, она затрудняла само его дело. К чему было головы брить, надевать немецкие кафтаны, учреждать попойки, ассамблеи, иностранный этикет – накладывать печать всего иностранного? Нужно было развивать просвещение, а не насаждать. Это искажало народную русскую жизнь – и положило начало распространению мнения, что все русское – «низкое» и «подлое». После этого общество 1,5 столетия болеет «европейничаньем», выработав комплекс собственной – русской – неполноценности. Но то, что хорошо в одном месте, не значит, что будет хорошо и в другом.

 

Искажение на европейский лад одежды лишило нас естественного развития искусства национальногокостюма. Но давайте сравним и по достоинству оценим хотя бы одежды, которые замерли в старых скульптурах. Одеяние греческое, туника – совершенство. И в противовес – подражательные скульптуры в вычурных европейских одеждах: Наполеон в сюртучке и треуголке, весь в рюшах; то же – адмирал Лазарев в Севастополе – по европейскому образцу: сюртук, панталончики, – смешно. Русские народные одеяния просты и величественны. Минин и Пожарский в Русской одежде на Красной площади смотрятся внушительно и не вызывают никаких насмешек.

 

Идеал живописи (то же, что эпос в поэзии) – иконопись. Греческие трагедии – тоже «иконоваяние». Техника заимствована у финикийцев, но идеалы остались народные. Мода светская меняется часто потому, что она пуста. Управляет светской модой Франция. Образ жизни нашего восточного народа имеет многолетнюю связь с красочными коврами. С уходом ковров из современной моды исчезнет искусство их изготовления.

 

Можно говорить о судопроизводстве, о периодической печати – во всём найдем следы отречения от своего, русского, как и в перестройке. Мы, как всегда, увлеклись яркой упаковкой, и только, когда наломали дров, многие, ещё не все, разглядели под упаковкой ГМО и проч. фальшивые наполнители.

 

Наш нигилизм – это тоже суть «европейничанье». Но были времена и до влияния на славян Европы, и Православия, принесшего, как уверяют, нам письменность, – уже тогда были написаны такие шедевры письменности, как «Повесть временных лет», «Слово о пълку Игореве». Ещё раньше, глубже, во времена язычества, были нанесены надписи на изваяния богов. Этот пытливый и самобытный народ путешествовал и наносил на карту пустующие земли, присоединял народности, не имеющие цивилизации, тогда как завистливая Европа убивала в войнах своих и чужих сынов с целью всё себе присвоить.

 

По поводу толкований о войнах и, якобы, захватах российских: Финляндия не была завоёвана, как принято судить, так как финское племя не жило государственной жизнью. Россия вела войну со Швецией за присоединение ранее принадлежавших ей, России, земель (Карелии и Финляндии), путём отсоединения их от Швеции. В семье славянских народов у финов стало возрождаться самосознание, было написано эпическое произведение «Калевала», Россия не отняла у Финляндии право на самоопределение. Польско-шведская интервенция в ХVII веке в Российское государство окончилась провалом, и территория Речи Посполитой была разделена на три части между Пруссией, Австрией и Россией Петербургскими конвенциями. Раздел Польши – нарушение народного права. Так и в уничтожении Польши не было необходимости, но это не захват, что приписывается России. Решение о разделе Польши было несправедливо, но оно на совести Пруссии, а не России.

 

Сегодня безоглядная часть населения наших славянских государств дошла до крайней степени европейничанья, не замечая, что европейские государства не заинтересованы и никогда не были заинтересованы сохранять словянские государства в целосности. Их интерес всегда находился и находится в плоскости извлечения выгоды для себя: это ресурсы и влияние на более сильного соседа. Иначе говоря, грабёж и война. Более того, сегодня они посягают на то, чем исконно гордились славяне: на понятия о строгой нравственности – вводя в обиход ювенальную юстицию, гендерную политику, – задумав однополярный мир, где править, конечно же, будем не мы, а они. А нам останется только жить под диктовку. Это если мы, забыв о достоинстве и национальной самодостаточности, слепо увлечёмся видимостью европейских ценностей.

 

Да, в российской природе – мыслить шире и глобальней, опуская кажущееся мелочью. Но и мы можем собрать волю в кулак и одолеть, наконец, эти «дороги», навести порядок в собственном государстве, сделать его более сильным, как не раз уже бывало. Западные земли Украины, находясь в приграничных зонах, в периоды войн приобрели негативный опыт перехода из рук в руки. Может, их политики считают, что им терять нечего, и они пытаются увлечь за собой всю: и восточную, и центральную – части Украины, сохраняя целостность. А промышленным районам уже есть, что терять: да хотя бы ту же самую общерусскую ментальность. На протяжении истории у триединой России находились предатели, провокаторы и заблуждавшиеся, но это всегда были единицы, потерявшие свои корни.

 

Так что у европейничанья многолетняя история. Как черта психо-человеческая, оно неприглядно, а его суть – завистничество.


Свернуть