23 ноября 2017  14:51 Добро пожаловать к нам на сайт!
Поиск по сайту

  



Русскоязычная Вселенная

 

выпуск № 2 от 15 октября 2014 г

Приложение к литературно-историческому журналу "Что есть Истина?"

 

Дорогие друзья! 10 лет прошло с появления в Интернете первого номера литературно-исторического журнала «Что есть Истина?». Пользующийся платформой Яндекса, журнал быстро завоевал признание читателей, его посещаемость в отдельные месяцы доходила да 100 000 человек, а иногда и выше. Весной 2013 года Яндекс продал сайты на «Народе» другой фирме, которая стала использовать доставшееся ей интернет пространство для  размещения рекламы, иногда весьма фривольного содержания, да и, кроме того, занимающей значительное пространство на страницах сайта, что делало затруднительным прочтение текста, размещенного на страницах сайта.

Это вынудило нас перейти на платное пространство Интернета, что добавило головной боли в финансовом отношении, но избавило от назойливой рекламы.

 

Прошел год. Мы постепенно отвоевываем прежние позиции в Интернете. Из месяца в месяц увеличивается количество наших читателей. Что характерно, нас читают не только в России и русскоязычных странах, но и в Америке, Канаде, Бразилии. Из восточных государств нередки читатели из Китая, Индии, Шри-Ланка, на днях много посетителей было из Арабских эмиратов. Все это говорит о том, что русский язык следует за нашими соотечественниками, где бы они не были. И в то же время радует нас – нас читают.

 

Поэтому у редакции возникла мысль: раз нас так знают, не организовать ли рубрику, отражающую нашу пишущую братию в странах и континентах.

Тема оказалась значительной, и рубрику пришлось реорганизовать в Приложение под названием «Русскоязычная Вселенная». Первый номер этого приложения-альманаха, как мы его называем дайджест или собрание сочинений русскоговорящей «диаспоры», живущей по всему миру,  выложеннон в Интернет 15 апреля 2014 года, вы сможете прочитать, если пройдете по ссылкеРусскоязычная Вселенная № 1 от 15 апреля 2014 г. 


 Сегодня вашему вниманю предлагается второй номер приложения «Русскоязычная Вселенная», продолжающий знакомить читателей с творчеством русскоязычных авторов как в России, так и по всему миру.


Первый, как и второй номер публиковал и публикует ныне здравствующих поэтов и писателей. Но было бы непростительно забывать столпов русскоязычной словестности, долгие годы трудившихся в эмиграции и оставивших, нам, потомкам, незабываемые произведения, не потерявшие и на сегодняшний день актуальности, значимости и притягательности для читателей. С этого номера мы открываем рубрику "Взгляд на основные события жизни русской литературной эмиграции", в которой будем знакомить вас, наших дорогих читателей, с биографиями и произведениями наших соотечественников, волею судьбы творивших в эмиграции, без возможности вернуться в Россию, мечтавших о России и умерших, так её и не увидав.


Желаем вам приятного чтения и ждем новых произведений, отражающих ваше мировоззрение и окружающую вас действительность в прозе, стихах, картинах, фотографиях и других видах творческого переосмысливания. Кроме того нас интересует, насколько интересена и необходима такая форма подачи материала. 

                                                                                                                                                          Редакция журнала «Что есть Истина?»

 

Татьяна Скрябина 

Взгляд на основные события жизни русской литературной эмиграции 

 

 Flag of Georgia.svg

Теона Элизбарашвили

Русскоязычная Грузия

Эльфа Голубятникова 


Flag of Germany.svg

Flag of Israel.svg
Марина-Ариэла Меламед
 
Flag of Australia (converted).svg

Владимир Кузьмин

 

 

По начавшей создаваться хорошей традиции наш очередной номер "Русскоязычной Вселенной" открывают философские раздумья хорошего друга нашего журнала  Игоря Ливанта, сегодня в стихах

.

 

НЕКОТОРЫЕ МЫСЛИ В РИТМЕ ТОГО. ЧТО ПРОИСХОДИТ


Кажется трупом любая коряга,

   Если плывёт по реке в Никарагуа.

 Трупов стихов никогда не бывает

Трупы поэтов штыком добивают.

                                                      Евгений Евтушенко


Дай силы выдержать

Не поперхнуться злобой

Не захотеть их изничтожить, извести…

Невинность высшая в отсутствии рассудка…

 

Так их природа захотела изваять.

Бездарная, бессильная природа.

По форме люди, нечисти не счесть.

А может быть отвлёкся наш создатель,

Устал, забыл  извилину загнуть.

Или вдохнуть то чистое начало,

Что пересохнув, в глину превратясь,

И ядовитой ложью орошённой

Пустило корни, благо чернозём…

Но неужели так Земля устала

От поиска великого добра,

Любви, свободы, истинного братства,

Что жажда власти, похоти, богатства

Затмило в наш технологичный век

Всё то, в чём в бытность Аполлона

Себе в гармонии признался Человек.

Да, были войны, потрошители, мерзавцы,

Насильники, убийцы и подлецы,

Работорговцы, мародёры, кровопийцы,

Разбойники, садисты, извращенцы…

Но никогда ещё за честь не признавалось,

Всё то что нечесть делает с людьми…

 

Когда

Лишь особь высшей пробы

Не королевской царской гениальной

А представители народа на три буквы

Имеют право на защиту-благодать,

На остальных же благородно наплевать.

А остальным построиться у кассы,

И терпеливо ждать пока из общей массы

Зелённых знаков выплюнет станок.

И всем молчать, иначе под замок,

На нары санкционного порядка,

А пикнет кто, то каждому своё.

И все народы, страны по ранжиру,

По приближённости к особой касте знати,

Чем безобразней особь, тем знатней,

На первый-второй рассчитайсь,

Свобода, брат, свобода!

Настал он, братья, этот самый час,

А не согласен кто, то пулю сразу в глаз,

И вместо глаза пустота…

И машет, машет статуя Огюста,

Приветствуя себя

И три сестры в Париже,

Конечно, сёстры меньше, легче, ниже.

Так это же в каком-то там Париже,

В колонии, вассальской стороне,

Стоящем в  гордости с протянутой рукой,

И на коленях, но какой покой

Под зонтиком, под ядерным  раскрытым

Над славною Европой недобитой,

Под каблуком, не то чтоб очень сытой,

Прикормленной хозяином сердитым,

(Всегда хозяин пёкся о рабах)

Зато мультикультурной, без границ.

Опять похищенной,

На этот раз не Зевсом,

А плохо пахнущим злотым тельцом.

И это ПРО предусмотрел Огюст,

И разместил на голове оправой

Прообраз баллистических ракет.

Конечно, был период левых правых

И в чём-то независимых газет,

И где-то независимых каналов,

Де голлевский демаршный резистанс,

И корабли зелёненьких монет

Отправленных в обмен на слитки

Но независимой позиции попытки

Сменил заокеанский ренессанс.

И снова пылью занесло

Свободу Равенство и Братство,

И потребления богатство,

Как чумный пир.

 «Свобода, озаряющая мир»,

Вот полное название Огюста

«Свобода, озаряющая мир»,

Бомбёжками, сжигающим напалмом.

Не тот эффект,

Не Хиросима-Нагасаки,

Но всё-таки какой-то аргумент

В обойме КерриНуландПсаки.

Технологично. Свысока.

И так весь мир,

Расставленный по кассам,

Как в Древней Греции писатели по классам,

И ждёт, как милости, заморской колбасы.

И ждущий от обкомовских макейнов

от Потомака, Пис-ривера и до Рейна,

Приказов жить им как, и как не жить.

Такая классика, и правосудия весы

Чуть-чуть скосило до отметки бесы.

Так ждать, или не ждать?

Вот тайны в чём завесы…

А если ноги затекли от ожидания

То дроном вам помогут их расслабить,

Размять, массируя, отнять.

Не отвлекаясь от стакана кока-колы,

И гамбургера с жирною свининой,

(Взращённой генной

Селиконовой долиной

На Юго-Западе

В противовес Юго-Востоку,
(взращённому российсим терроризмом)

И разговора с пассией своей,

(А может быть и пассием своим),

Молитвы вездесущному творцу

(Как видно Жоржу Вашингтону)…

Технологично.

Высоконравственно.

Гуманно.

 

Когда,

Чтоб воспитать любовь к животным,

Достойным к продолжению потомства,

А также к гигиене состраданья,

Жирафа расчленяют на кусочки

На чистой простыне кровавого оттенка,

И позволяют детям благосклонно

Кормить зверей, себе подобным, хищных

Жирàфиной свежайшего нареза.

(У львов нижайше я прошу  прощения

За оскорбление безнравственным сравнением).

Когда-то Гамлет благородный

Так крыс за шторой изводил,

Как видно чтобы Крыс Полоний

Офелий больше не плодил.

 

Когда

Соседи принца датского

Детей насилуют своих

Детей насилуют чужих

Ах, да… Простите не насилье,

А удовольствие, забота,

Цивилизация, прогресс.

И для чиновника работа,

Его семья и пьёт и ест.

Не извращенье, а инцест.

И частный детский дом для сына

Как пересыльная тюрьма

И тюрем много, что дерьма,

Простите, слово я запачкал,

Ведь слово это только знак,

А здесь зловонье, мерзость, мрак…

Зато технологично-прогрессивно,

Так ювенально, высоко.

Не дай вам бог.

А если вдруг,

А если вы славянской крови и морали,

То вас тут ждут, не задарма.

Тут ждут здорового потомства

Ведь им самим давно слабо

Рожать, воспитывать, любить,

Всё это сексом заменить

Не получается, как быть?

И если ваш родной ребёнок,

Но от норвержского отца,

Не от отца, вернее,

От самца,

Что числится отцом,

По сути подлецом,

По форме с человеческим лицом…

(и он не жадный был самец,

И поделился частью спермы,

Прозванье получив отец,

Хозяин детородной фермы).

И если ваш родной ребёнок

Расскажет вам о безделушке,

О том, что в странные игрушки

Ему пришлось играть с самцом,

С семьёй самца, с соседями, друзьями,

С соседями друзей,

С соседскими детьми

И внуками той страшно нравственной старушки,

(Сама старушка тоже в деле).

Прогресс цивилизации.

Технологично.

От начала до конца.

Лишь только он расскажет вам,

И обратитесь вы в высокий,

Демократично-ювинальный суд

Чтоб рассудил, и отделил зерно от плевел,

Помогут моментально отделить

Вас от ребёнка, от плевел как зерно,

Чтоб не повадно было варварам славянам

Доносы на самцов писать.

Ведь ваше дело только лишь рожать

А сына отдадут самцу,

Ведь правильных кровей самец,

И вообще он молодец,

Горой стоит за ценности, прогресс.

Технологично.

Западно достойно.

Антивосточно и патриатично.

 

Чему же удивляться

Если вдруг народ одесский заживо сожгут,

Затопчут, палками забьют,

Дорежут и шнуром задушат,

И женщин и детей,

И стариков и неродивщееся чудо,

Святое,

Как только может быть святым дитя…

Постой, постой. Какой же в этом может быть прогресс?

Прогресс, когда всё развивается цивильно,

Цивильно лишь тогда, когда прогресс…

И не остановить процесс,

Запущенный с известного Холма.

Но что же нового в одесской катастрофе,

Трагедии дичайшего полёта?

Всё это было словно бы вчера.

Мой дядя был сожжён с семьёю,

Жена и дети, и родители жены

И все соседи: русские, евреи,

И украинцы, и румыны, и поляки,

Под руку кто попался палачам…

И до сих пор ещё  надгробным воем

Под Винницей в местечке по ночам,

Где мама родилась, в Монастырище

Собаки плачут и убийцы рыщут строем,

И факелы горят творением Огюста.

Технологично.

Прогрессивно.

Очень.

Горячо.

Так неужели гаджеты, смартфоны,

Планшеты, вирусы и дроны

И есть прогресс?

Нет, нет, не весь.

В Одессе, те, кто были сожжёны,

Себя же сами и сожгли,

И палками себя добили,

Затем себя же и похоронили

Под смех и улюлюканье толпы

Как будто бы людей,

Как будто власти,

И первой и четвёртой и другой,

Причёсанной,  прилизанной напасти.

Вот в чём прогресс,

Хотя,

Всё было, было, было…

Технологично.

Умопомрачительно логично.

Как всякий бред в бредовом сне,

(Ах, если б только сон),

Как всё, что выверено и цинично,

Как всё, что для спасения практично

Способствует системы мировой

Лжи, ненависти, фобии, коварства,

Но смазанной кремами благовоний

На время лишь уродство можно скрыть

Порою выдавать за благородство

Агонию миропорядка.

Не дай нам бог…

Но где же он творец всесильный,

И как же можно в него верить?

Лишь в совесть

Честь

Свободу

И любовь.

И вечную борьбу,

И поиск счастья…

Не знатности,
Не славы,

Не богатства,

Не золота,

Не даже серебра,

А поиск счастья, мира и добра…

Всё то, что в русских сказках ищут люди,

Всегда искали

Ищут

И находят,

Находят счастье в поисках добра.

 

Я снова пытаю счастье

Пытаю попыткой новой

Ему говорю я :Здрасте,

Откуда идёте, Счастье,

Кому Вас ведёт Судьба?

И что за лохмотья на теле?

И тело какое-то детское,

Всё в язвах и шрамах больных.

-            Так все же пытают пыткой,

Без счастья не могут никак…

И много таких попыток,

Жестоких, как память сама.

- Послушайте, Счастье, какой Вы

Дорогой бредёте неспешно?

И может быть нам по пути?

-            Поёте всегда вы сладко,

Потом забываете тут же,

Вырвав себе кусок…

-Но это судьба Ваше, Счастье.

Не стоит со мной пререкаться…

Я буду, всё буду пытаться…

Пытать буду счастье своё.

Свернуть