24 марта 2019  03:43 Добро пожаловать к нам на сайт!
Поиск по сайту

ЧТО ЕСТЬ ИСТИНА? № 53 июнь 2018 г.


 Поэты и прозаики Санкт-Петербурга 


 

 

Наталья Перевезенцева

 

Наталия Перевезенцева родилась в Ленинграде, живет в Петербурге. Состоит в Союзе писателей Санкт-Петербурга и в Союзе российских писателей. Автор пяти книг стихов и трех книг по истории Петербурга и Ленинградской области. Стихи печатались в журналах Санкт-Петербурга, Москвы, Кисловодска, Таллинна, Израиля, Германии и т.д. Автор многих эссе и статей по истории Санкт-Петербурга, публиковавшихся в журналах и газетах. Постоянно участвует в передачах Радио России, посвященных истории и архитектуре Петербурга, а также в телевизионных проектах ТВ Санкт-Петербург, «Культура», «Россия 24» и т. д. Дипломант конкурса «Золотое перо»-2006.

Материал подготовлен редактором раздела «Поэты и прозаики Санкт-Петербурга» Феликсом Лукницким

 

* * *

Осенним яблокам,

гниющим в мокрой траве,

предпочла бы весенние,

но таких не бывает.

Впрочем, и весны давно уже не было.

 

ПЕТЕРБУРГСКАЯ ЛЮБОВЬ


У петербургской любви не бывает жилья,

угол какой-нибудь, ситцевые занавески.

Пьяные слезы, чахотка, большая семья,

ну и так далее… Все описал Достоевский.

 

Так, совершенно измучив себя и его,

требуя правды, но правде не веря при этом,

слезы со смехом мешать, у Пяти пресловутых углов

кликнуть извозчика, мелкую сунуть монету.

 

И фонари в дождевом ореоле стоят,

вечно забрызганы грязью чулки с башмаками…

«Что ты, извозчик?..» — «Ах, барышня, едем назад.

Что вы там прячете в муфте?.. Наплачешься с вами…»

 

Бедный извозчик, от ужаса спавший с лица,

самоубийцу везет к монастырской больнице…

У петербургской любви — только оттиск свинца,

только свинца типографского оттиск

на белой странице.

 

* * *

Злость, ненависть, отчаяние,

выплеснутые на бумагу,

уходят в нее, как вода в песок.

Остаются только слова.

 

МЕМУАРЫ


Чужую жизнь пройдя до половины,

не обольщайся, из нее не выйдешь.

Все эти свадьбы, роды и крестины,

весь этот инглиш, эспаньолос, идиш

тебя как черновик переиначат,

а может быть, сомнут или отбросят.

Чужим восходом будет день твой начат,

чужим закатом обернется осень.

 

* * *

Как хорошо душе, она высоко

в каких-то горних плачет одиноко.

А по земле еще влачится тело

кряхтит и ставит ноги неумело.

 

ИЗ СЕРИИ «ЖЗЛ»


Мальчик подрастает в маленьком городке

среди деревянных одноэтажных (пятиэтажных блочных).

На окраине городка, в сущности — невдалеке

запущенный парк и дворец, но мальчик не хочет

там гулять (вариант: просит всегда

маму, бонну, сестру, воспитательницу детского сада,

отворить покосившуюся чугунную калитку, разрешить у пруда

постоять, пошуршать листвой, встретиться взглядом

с беломраморной, безрукой, беззащитно нагой).

Руку отбили солдаты (туристы? дети?).

Наверно, страшно так — одной, над черной водой...

Мальчик учится одиночеству:

(Вариант: ни за что на свете

больше не ходит в парк, предпочитая... хотя бы лес).

Далее — отец разоряется на бегах (получает наследство?).

Переезд, похожий на бегство (бегство, похожее на переезд).

Кончается детство.

... Он возвращается в родные места,

увенчанный всеми лаврами (никому неизвестен).

Дворец сгорел, пруд затянуло тиной, но та

беломраморная — на прежнем месте.

Он был расстрелян в юности, дожил до седин,

мирно скончался в кругу семьи, подох на краю света...

...Черный пруд, белая статуя — мальчик один на один

с будущим одиночеством... Судьба поэта.

(Вариант: непоэта).

 

* * *

На чистые листы, взглянув едва,

я закрываю новую тетрадь.

Ведь я уже пережила слова,

которые могла бы написать.

 


Свернуть