25 августа 2019  23:41 Добро пожаловать к нам на сайт!
Поиск по сайту
  ЧТО ЕСТЬ ИСТИНА? № 53 июнь 2018 г.


Литературная критика

 
 
Алексей Курганов
 
Поэзия становится всё более «альбомной»
 
или И опять же про «дам» (актуальный разговор о некоторых аспектах современной российской  поэзии)


В одном из февральских номеров газеты «Литературная Россия» была опубликована критическая статья Валерия Румянцева «Жива ли поэзия в России?». Название, что и говорить, прямо в лоб, без сантиментов, расшаркиваний и прочих  «марлезонских балетов». Поэтому и начинаю сегодняшний разговор с моим давним знакомым и традиционным собеседником на литературные и литературоведческие темы, выпускником Ленинградской Академии культуры, культурологом С.В. Коноваловым этим самым вопросом.

Курганов: Итак, Сергей Владимирович, жива ли поэзия в России?
Коновалов: Конечно, жива. Но есть современные особенности. Первая (и главная): поэтический язык утилизируется, упрощается, становится небрежным и орфографически, и стилистически. Тут уже не оправдаешься известными словами Ахматовой насчёт сора, из которого растут стихи. Скорее уместен Толстой, который Лев: « Какой же  умственный яд эта современная литература!».
Курганов: Элегантно вы проблему на Льва Николаевича перевели. Тогда извечный российский вопрос: кто виноват?
Коновалов: Интернет однозначно. «Такая «вольность языка» - целиком его «заслуга». И как следствие этого интернтетовсеого – вторая особенность: в лидеры выходит так называемая «альбомная» поэзия.
Курганов: … и как тут не вспомнить классическое, из «ЕвгенияОнегина»:
 
Конечно, вы не раз видали
Уездной барышни альбом,
Что все подружки измарали
С конца, с начала и кругом.
Сюда, назло правописанью,
Стихи без меры, по преданью
В знак дружбы верной внесены,
Уменьшены, продолжены.
На первом листике встречаешь
Qu' écrirez-vous sur ces tablettes;<>
И подпись: t. à v. Annette;<>
А на последнем прочитаешь:
"Кто любит более тебя,
Пусть пишет далее меня".

Коновалов: И далее – так же великолепно:

Тут непременно вы найдете
Два сердца, факел и цветки;
Тут верно клятвы вы прочтете
В любви до гробовой доски;
Какой-нибудь пиит армейской
Тут подмахнул стишок злодейской.
В такой альбом, мои друзья,
Признаться, рад писать и я,
Уверен будучи душою,
Что всякий мой усердный вздор
Заслужит благосклонный взор,
И что потом с улыбкой злою
Не станут важно разбирать,
Остро иль нет я мог соврать.
 
Курганов: И судя по процитированному тексту, Пушкин не видел в альбомной поэзии ничего дурного. Этакое совершено невинное, миленькое баловство. Но тогда поневоле возникает следующий вопрос: при чём тут поэзия?
Коновалов: Конечно, ничего дурного. А что такое по большому счёту поэзия? Баловство и есть.
Курганов: А как же творчество?
Коновалов: Никаких противоречий. Поэзия – творческое занятие.
Курганов: То есть, творчество тоже баловство?
Коновалов: Баловство, шалость, игра воображения. Вопрос терминологии, не более. А вас, Алексей Николаевич, такие определения напрягают?
Курганов: Не сказать чтобы… Скорее, непривычно.
Коновалов: И это естественно. Потому что вы привыкли находиться в плену иллюзий. Желаемое приятнее действительного. Вам в оправдание (или утешение?) могу сказать, что вы не один такой. Можно сказать больше: такое желаемое (сиречь, высокопарное) восприятие существа творчества вообще, и поэзии в частности - общепринятая НОРМА. А между тем, тот же Корней Чуковский признавался, что вообще не понимает, что такое ТВОРЧЕСТВО.
Курганов: Ему можно было не понимать. Он – ГЕНИЙ.
Коновалов: Великолепно ответили. На это мне возразить нечего. Поэтому вот вам, так сказать, в утешение очень миленькое, именно что из «альбомного» творчества:
 
Если хочешь наслаждаться
И стихи мои читать,
То прошу не насмехаться
И ошибок не считать.
 
Если проще: чё те нада? Не нравится – не читай!

Курганов: Логично. И к характеристике «альбомной» темы. Личное впечатление: для меня удивительно, что нынешние барышни (или как их точнее назвать? Школьницы? Гимназистки?), как и во времена татьян лариных и пьеров безуховых, ведут альбомы. Веера ещё в моду не возвратились? И страусиные перья на шляпках?
Коновалов: Насчёт пЁрьев и вееров ничего сказать не могу, а насчёт альбомов… Да, ведут – и я не нахожу в этом ничего неожиданного. Только сейчас эти альбомы называются по-другому: персональные странички на литературных сайтах. Название сменилось – суть прежняя. Кстати, почему именно барышни? «Альбомных» юношей тоже полным-полно. Причём совершенно разных возрастов, от именно что подросткового до пенсионерского. И совсем не обязательно, что это те, кого принято ( хотя опять вопросы: кем принято? Почему? За что?) считать дилетантами. Полно таких «альбомников» и среди тех, кто называет себя так называемыми «профессиональными писателями», прозаиками и поэтами. Вот, например, из стихотворения одного из таких «профессионалов»:
 
Медленно пью твоих губ нектар,
Вдруг оторвусь ненадолго:
Ведь под рукою - волшебный дар:
Груди твои - два яблока.
Луч золотой в шалаш к нам проник -
Звёзды ль его обидели?
Месяц за облако спрятал лик,
Мол, ничего я не видел.
 
Как вам, Алексей Николаевич?
Курганов: Нормально. В смысле, альбомно. Из всё той же серии «Если хочешь наслаждаться и стихи мои читать…». «Ты меня обнимал в тот полуденный зной. Непонятно зачем. Неизвестно на кой». Знаем. Плавали. Сиречь, читали. Хотя уж очень вы, Сергей Владимирович, привередливы. Автор же совершенно конкретно написал: живёт в шалаше, титьки – волшебный дар, каждое – размером с яблоко (правда, яблоки по размерам разные бывают. В любом случае, не больше кулака). А то, что звёзды кого-то там обидели и «ничего я не видел» (хотя почему «не видел»? По ритму-то «не виделИ»!), так это можно отнести к «процессу роста». Учится человек рифмовать слова и строчки – что в этом дурного?
Коновалов: Согласен: ничего дурного нет. Ну, не умеет человек писать стихи, не дано ему – и что? Застрелиться из-за этого, что ли? По сути, не в нём и его совершенно беспомощном сочинении дело. Есть примеры и похлеще. Вот некий поэт (или он так себя называет) В. Пуханов:
 
...А говно иной еды полезней,
Что понять не каждому дано.

(Кстати, этот самый Вэ Пуханов - выпускник Литинститута и ответственный секретарь молодежной литературной премии "Дебют") Или поэтесса Наталья Черных. Строки из стихотворения «Певчая».
 
Как оказалось: дала приятелю.
Против аборта были все отцы и все матери.
Оказалось: приятель постился – молился,
Но с головой у него – хуже, чем у принцессы.
Сварил яйцо, хотел сам съесть. И с певчей той поделился.
Потом они оказались, так сказать, вместе.
Человек появился в их мятом тесте.
 
Как вам эти два «шедевра»?
Курганов: А чему удивляться (или паче того – возмущаться)? Что касается гражданина Пуханова – так он же, вы сами сказали, выпускник Литинститута и к тому же какой-то в чём-то ответственный секретарь. То есть, почти литературная номенклатура, а номенклатура у нас, как в советские времена, так и сейчас, не критикуема и вообще неприкосновенна. Он к тому же и знаток экзотических яств… А касаемо барышни… Что такого противоестественного в том, что она «дала»? Дала и дала… Приятель попросил – вот и дала… Не снасильничал же… Всё как в анекдоте: «Три категории дам: Дам. Не дам. Дам, но не вам». Но я так и не понял: к чему вы привели здесь эту… не могу подобрать точного определения… рифмованную, извините за резкость, хандоньщину? В серьёзных литературных изданиях их всё равно не опубликуют, а на сайтах и не такое встречается.

Коновалов: Вот! Почему я остановился именно на этих двух «гениях пера» и этих их кулинарно-эротических «шедеврах»! Потому что они опубликованы не на одном из бесчисленных литературных сайтов (это было бы тоже не комильфо, но, по крайней мере, понятно) а именно что в «толстом» БУМАЖНОМ (!) литературном журнале. И не таком, который возник в последнее время, а в одном из журнальных патриархов, пришедших из

времён Советской власти.

 
- «Имя, сестра, имя!».
 
Коновалов: Название журнала не привожу намеренно, потому что журнал действительно со славной историей, был действительно флагманом советской литературы и возглавлялся одно время действительно великим поэтом, автором «Василия Тёркина». С большой осторожностью отношусь ко всяким гротескам, аллегориям и метафорам, но Александр Трифонович наверняка в гробу бы перевернулся, если бы узнал каких «гениев» сегодня публикует выпестованное им литературное издание! Поэтому я совершенно не удивляюсь словам вышеупомянутого автора опубликованной в «ЛитРосси» статьи, что (цитирую) «Вот так почитаешь стихотворные подборки в современных литературных журналах, – и действительно поверишь, что поэзия в России умерла.».
Курганов: И, тем не менее, не хочется завершать наш сегодняшний разговор на тоскливой ноте. Да, словесной шелухи в нашей сегодняшней поэзии полно – а когда её не было и куда ж без неё? Но есть и действительно стихи, действительно ПОЭЗИЯ. Поэтому совет традиционный: нужно читать. Много читать. И тогда «свой поэт» обязательно найдётся. Пусть не гений, но СВОЙ! Во всяком случае, хочется в это верить. Спасибо, Сергей Владимирович за интересный разговор. До следующих встреч.
Свернуть