19 апреля 2019  21:31 Добро пожаловать к нам на сайт!
Поиск по сайту

Крымские узоры



Марина Матвеева


Крым и Луганск из первых уст

 

 

 Видеомост Симферополь, Луганск и Франкфурт-на-Майне (Германия).

 

1 февраля в Центральной городской библиотеке им. А.С. Пушкина прошел Первый общественно-политический видеомост, в котором встретились, чтобы побеседовать на актуальные темы, представители таких городов как Симферополь, Луганск и Франкфурт-на-Майне (Германия).

 

Новый «Дискуссионный Клуб vsdeomost.org» является ответвлением уже известного в Крыму и за его пределамитворческого проекта «Web-притяжение крымской поэзии и Бардовский видеомост». Организаторами нынешнего мероприятия выступили всё те же координаторы проекта Михаил Митько и Марина Матвеева, при инициативной поддержке германской стороны – Клуба «Литературная гостиная» при известном франкфуртской издательстве и обществе немецко-русского взаимопонимания «Посев». Председатель клуба, ведущий литературных программ и нынешней встречи во Франкфурте – Юрий Берг. Инициатива проведения видеомоста именно в таком формате: общественно-политической, актуальной дискуссии, обмена мнениями, вопросами и ответами, – принадлежала ему. Клуб уже проводил мост такого плана с Луганском полгода назад. Их интерес к Крыму и Луганску связан с недостатков в местных СМИ достоверной и объективной информации о политической и социальной ситуации в Республике Крым и Новороссии.

 

В Симферополе идея социальных мостов давно витала в воздухе. О многом говорит серьезный интерес публики к этому новому начинанию, особенно в сети: в первый же день – около тысячи просмотров видеомоста в YouTube. Видеовстреча была животрепещущей, ее основной концепт – «Крым и Луганск из первых уст». Организаторы ожидали провокационных вопросов, поэтому пригласили стать участниками моста людей, закаленных в спорах, в написании острых публицистических материалов в СМИ, в отстаивании собственного мнения и доказывании объективной истины в происходящих ныне процессах. Это Наталья Гаврилева – политический обозреватель, главный редактор информационно-аналитического интернет-портала «Крымское эхо», и Платон Беседин – широко известный в Крыму и за его пределами писатель, автор бестселлеров, публицист ведущих российских и украинских изданий. От Луганска в беседе участвовал Сергей Зарвовский – писатель, журналист, общественный деятель.

 

Однако никаких провокационных вопросов со стороны Германии не было. Да и не могло быть, поскольку они попросту ничего о нас не знают. Если есть сведения, то отрывочные, а зачастую – недостоверные, а то и вовсе лживые, поданные откровенно не в нашу пользу. «Мы хорошо информированы, – поделился Юрий Берг, – но информированы однозначно». Остро чувствовалась с франкфуртской стороны неуемная жажда правдивой информации. Вопросы задавали как присутствующие на встрече русские (русскоязычные) жители города, так и (через переводчика) немцы.

 

Представим вниманию читателей наиболее острые моменты Первого общественно-политического видеомоста.

 

  1. Луганск – город оптимистов.

 

Ю. Берг: – Что происходило в Луганске в течение последних шести месяцев? Какова у вас обстановка в коммунальной и социальной сфере?

 

С. Зарвовский: – В предыдущем телемосте мне задали тот же вопрос, и тогда я ответил, что все нормально: зарплаты платят, вода течет, все работает. Через неделю все изменилось: отключили свет, разбили подстанции и линии высоковольтных передач. Света не было 3 месяца, соответственно, никакой связи. Есть районы, где света не было почти полгода. Не было воды. Закрылись банки, почтовые отделения, пенсии и зарплаты кончились. Так мы жили 3 месяца в условиях военной блокады, затем город разблокировали и постепенно начала налаживаться инфраструктура. Ничего не изменилось с зарплатами и пенсиями, потому что банки от нас вывели со всеми их активами. Значительная часть промышленных объектов не работает: либо разбиты, либо они энергоемкие, а электричества на них еще не хватает.

 

Н. Гаврилева: – Самое страшное, что подстерегает людей в такой ситуации, это психологическое состояние. Мы видим по сюжетам российского телевидения, что люди на грани срыва от бомбежек и бытовых трудностей. Скажите, насколько это влияет на настроение жителей? Если у них твердое убеждение в том, что Новороссии – быть?

 

С.З. – Сведения, которые вы получаете, в основном, идут из Донецка. Нас обстреливают гораздо меньше. Недавно было… на моей улице… Но это за последние месяцы единичный случай. Но даже когда были обстрелы, панических разговоров я не слышал. Может быть, те, кого охватила паника, уехали. А оставшиеся – остались, будучи оптимистами. И продолжают ими быть. Много людей вернулось после лета. Это тоже говорит о том, что народ с оптимизмом смотрит в будущее.

 

Ю.Б. – Как работают в городе пекарни, школы, больницы и т.п.?

 

С.З. – В отличие от Украины, наши школы начали работать 1 сентября. И работают нормально. Университеты – тоже, и, кстати, в этом году у нас студенты обучаются – все! – бесплатно. В пищевой промышленности сегодня проблем нет. Если раньше, во время блокады, были проблемы даже с хлебом, то сейчас ассортимент полный И, как видите, есть и свет, и связь. Электротранспорт сейчас не работает – электроэнергии хватает пока лишь на нужды населения и предприятий пищевой промышленности.

 

Ю.Б. – В обществе не все однозначно. Процессы, происходящие в нем, достаточно агрессивны. Уверен, что мнение вашего населения разделилось: одни поддерживают ЛНР, другие – украинское правительство…

 

С.З. – На нашей территории эта проблема не стоит вообще. Да, я знаю, есть те, кто поддерживает украинское правительство. Но их настолько мало! И с каждым днем, с каждым обстрелом становится всё меньше.

 

Н.Г. – На остальной, сейчас ее называют «оккупированной», территории Луганской области что происходит? Доносятся ли до вас сведения с той стороны границы? Ждут ли там прихода войск ЛНР?

 

С.З. – Там разделение несколько больше, наверно, больше людей – за Украину. Но многие ждут, когда все закончится, причем – победой Новороссии. Они побывали под оккупацией украинский войск, почувствовали, что это такое. И не хотят продолжения. Мне звонили из Счастья, оно сейчас на передовой, им хуже, чем нам. Они ждут. А те, кто в тылу, кому тихо и спокойно, те понимают, что если Новороссия начнет наступать, то и в их огород где-то что-то упадет.

 

Ю.Б. – Сейчас сообщают, что бои идут в районе станицы Луганской. Причем украинские СМИ подают, что обстреливают ее войска ЛНР. Как вы можете это прокомментировать?

 

С.З. – Бои идут в районе Счастья. Вчера я получил подтверждение сведений о том, что батальон «Айдар», который захватил Счастье, обстреливается вооруженными силами Украины. Они хотят уничтожить этот батальон Коломойского. Из Счастья подтверждают: да, стреляют постоянно, с той стороны, где находятся украинские силовики. Что касается обстрела станицы и самого Луганска, то эти смешные заявления уже ничего, кроме кривой усмешки, не вызывают. Дебильные фейковые журналисты рассказывали нам, что нас обстреливают наши же ополченцы. Смешно об этом говорить. Мы хорошо чувствовали направление, откуда это все летит. Многие стали грамотными: по расположению воронки можно понять, откуда это прилетело. Кто обстреливает, в этом сомнений уже никаких нет. А украинская сторона… она много о чем говорит, что совершенно не соответствует действительности.

 

Ю.Б. – Насколько серьезна гуманитарная помощь вам из России?

 

С.З. – Первые два конвоя пришли с продуктами, их распределяли среди жителей, в основном, по школам и больницам для бесплатного питания. Остальные конвои были с техническими средствами: проводами для электролиний, кровельными материалами для ремонта крыш к зиме. Тысячи квадратных метров стекла… Повреждения были огромными. По поводу последнего конвоя была очень интересная фотография, подтверждающая мое мнение об этих журналистах. Из фуры выгружают автомобильные шины. Попись: «Вот они, запчасти к «Градам», вот они откуда пришли!» Смешно и грустно. Да, «Грады» ездят на колесах, вопросов нет. Но наши обычные грузовики, которые занимаются ремонтом и развозом продуктов – откуда они возьмут запчасти и запасные шины, если это не приедет из России?

 

Н.Г. – А каких журналистов в Луганске больше: украинских или российских? Как ведут себя местные луганские журналисты? Почему они не выходят на другие издания? Я с удовольствием опубликую в «Крымском эхе» луганские материалы.

 

С.З. – Со стороны Украины с момента начала военных действий был один-единственный журналист: из Ивано-Франковска, канал «112». И из России очень мало, основное происходит в Донецке, и они там. В основном, у нас новостные телеканалы. А что касается газетчиков, то у нас на сегодняшний день всего одна газета – и та официальная.

 

Франкфурт, вопрос из зала: – Дайте свою оценку тому, насколько сильно влияние на этот конфликт России, и насколько – западных технологий?

 

С.З. – У США, безусловно, прямые интересы на Донбассе. Договор на добычу сланцевого газа. В Америке он тоже добывается, но в тех местах, где люди не живут. А Донбасс – самый густонаселенный регион Европы. Поэтому здесь этого делать нельзя. Другая причина – попытка придвинуть НАТО ближе к границам России. Понятно, что на Россию это тоже влияет. Сейчас санкции влияют на всех, и на Германию в том числе, которая лишилась 6 млрд. долларов из-за запрета на торговлю с Россией. Все стороны конфликта сейчас в проигрыше. Понятно, что со стороны России есть желание этот конфликт погасить. Но и терпеть НАТО у своих границ она не намерена. Поэтому и помогает нам, чем может. Конечно разговоры о том, что у нас тут российские войска – так этих войск уже столько здесь «видели», что три раза хватит им пробежать по Украине туда и обратно. Войск нет. Есть гуманитарная помощь. Украина просит Россию вмешаться в конфликт, они боятся договариваться с нами, хотят через Россию повлиять. Но та отвечает: «Договаривайтесь с теми, на кого вы напали». А теперь у меня вопрос к Крыму: Платон, вы приезжали к нам со своей книгой?

 

П. Беседин: – Да, я был в Луганске. Приезжал год назад, полгода назад, а последний раз – две недели назад. Был и в других населенных пунктах. То, что я увидел, меня потрясло, поэтому я слушал вас со смешанными чувствами. Жуткие вещи там происходят, особенно страдают больницы. Мы поддерживаем плотную связь с луганским онкоцентром, у них сейчас серьезные проблемы. Я желаю вам крепости духа, и чтобы это все побыстрее закончилось. У меня нет ни патриотических, ни радужных мыслей, единственный компросисс – замораживать это, останавливать, прекращать любой ценой. Жители городков и сел хотят уже не чьей-либо победы, а просто мира. То, что сейчас происходит, уносит тысячи жизней, и нет никакого продвижения ни в ту, ни в другую сторону. Зона конфликта примерно одна и та же. Украинская армия не займет территории Народных Республик, а их войска тоже не пересекут определенную черту, им важно отстоять свое. Поэтому в этой войне никто никаких дивидендов иметь не будет. Единственный выход для народных республик – не самостоятельность, а тесный контакт с Россией.

 

С.З. – Считаю, что конфликт заморозить нельзя. Уже просто невозможно. Он перешел ту грань, когда его можно было остановить. Киев просит перемирия, как только начинается наступление войск Новороссии. Это не попытка остановить конфликт, а желание подсобраться с силами. Цену их обещаний мы уже знаем. Наши руководители говорят, что мы должны идти до прежних границ областей.

 

Франкфурт, вопрос из зала, задаёт немка: – Может ли внутренний конфликт в Украине перерасти в Третью Мировую войну?

 

С.З. – Я себе представить такого не могу. Для начала Третьей Мировой войны никаких предпосылок нет. Это говорится чисто с пропагандистской точки зрения.

 

Н.Г. – Нам бы очень этого не хотелось.

 

  1. Крым стенать не будет.

 

С.З. – Как в Крыму обстоят дела с оппозиционными СМИ, есть ли они у вас?

 

П.Б. – Проблема украинског медиапространства в том, что оно зашлаковано, тоталитарно и структурировано под одну цель. Это очень глупо. Нынешняя мобилизация это подтверждает. Достаточно долго шла пропаганда того, что Россия – враг. Сначала это работало, люди патриотически хотели ехать оборонять родную землю. А сейчас против сильного врага уже биться никто не хочет. Украина перегнула в этом палку и пошла в минус, это ее ошибка. Должны быть оппозиционные источники. Люди должны думать и выбрать. Иначе это порождает обратный эффект противодействия. И хорошо, что есть крымские СМИ.

 

Н.Г. – В Крыму нельзя говорить о том, что есть оппозиционные СМИ. У нас этот термин больше приложим к нашим политическим противникам. У нас сложилась уникальная ситуация, и выборы в сентябре 2014 г. показали, что в Крыму на данный момент политических оппонентов практически нет. Тех, кто не входит в «Единую Россию», слишком мало, и они хотят того же. Я была в роли оппозиционного журналиста все эти 23 года. Я всегда стояла на пророссийских позициях, поэтому меня регулярно таскали на допросы в СБУ, в прокуратуру. Сейчас в Крыму есть, условно говоря, государственные СМИ, а есть независимые. «Крымское эхо» – независимое издание. Позволяем ли мы себе критиковать правительство? Да, позволяем. Есть, и даже очень, за что критиковать. Получаем ли за это шишки? Да, получаем. Но это – рабочие моменты. А цель у нас одна: мы строим Крым, мы очень хотим, чтобы население, которое так оглушительно единодушно проголосовало в марте прошлого года за возвращение Крыма в Россию, не разочаровалось в этом.

 

С.З. – Это конструктивная позиция. В Украине всех инакомыслящих считают врагами и если не уничтожают, то притесняют. А в Крыму – нормальная оппозиция, какой она и должна быть, без которой не обойтись: она должна помогать, участвовать, подсказывать, критиковать…

 

Ю.Б. – Я хочу поздравить крымчан с праздником, ожидаемым в марте: годовщиной Республики Крым. Что изменилось за этот год? Стала ли жизнь лучше или хуже? Какие проблемы есть на сегодняшний день? И насколько консолидировано у вас общество в плане взаимодействия с крымскотатарским народом?

 

Н.Г. – На сайте «Крымского эха» висит голосовалка, в которой задаются как раз эти вопросы. Более 70% выбрали пункт «Стало намного легче, но есть некоторые трудности, которые мы преодолеем». Я не устаю радоваться хотя бы тому, что в учреждениях мне выдают бланки на русском языке… Я абсолютно уверена, что если вдруг наши власти пойдут на поводу у Европы, которая требует повторного референдума (хотя это незаконно!), то результаты его будут если не один в один, то с очень небольшими изменениями. Напомню, что «за» проголосовало 97% крымчан. О крымских татарах… Это несчастный народ, который его политические вожди слишком часто и много используют в своих интересах. Среди крымских татар я все больше встречаю тех, которые приняли Россию, абсолютное большинство получило российские паспорта. Если нормально решится проблема с выделением земли, с крымскотатарскими самозахватами, которые вокруг крымских городов зияют сплошь и рядом (их называли «туалетами Джемилева» по имени бывшего председателя Меджлиса), политически крымские татары успокоятся. Тем более, что лидеров незаконного Меджлиса (они отказались регистрироваться в правовом поле Украины) с территории Крыма удалили. Джемилев и Чубаров находятся на территории Украины. Они занимаются формированием батальона «Крым», планируют диверсии на территории Республики. Я надеюсь, что это все-таки единицы и сотни, а не сотни тысяч. Думаю, у нас все будет хорошо.

 

С.З. – Что за проблема с закрытием крымскотатарского канала? Это действительно рупор Джемилева и Чубарова?

 

Н.Г. – Телеканал АТР – это крымскотатарский канал, все годы своего существования обслуживал интересы Меджлиса, которые заключались в том, чтобы с помощью дисциплины своего народа влиять на ситуацию в Крыму: чтобы он не стал российским. Это прикрывалось другими задачами, вроде как обустройством крымских татар. Но за эти годы они как были необустроены, так такими и остались. В апреле В. Путин издал указ о политической реабилитации крымских татар, армян, немцев, болгар, греков – тех, кого насильно выселяли в 40-е годы с территории Крыма. На программу обустройства крымских татар Россия уже выделила 10 млрд. рублей. Канал АТР «Крымскую весну» отработал как самый настоящий враг. Но никто его никогда не закрывал. На прошлой неделе в редакции этого канала прошли обыски. Следственный комитет РФ расследует дело, произошедшее 26 февраля прошлого года возле стен Верховного Совета Крыма. Я лично сама делала один из роликов об этом. Я была там, находилась в фойе здания Верховного Совета, когда несколько крымскотатарских активистов ворвались, разбив окно, в здание с криками «Аллах Акбар». Там их остановили руководители, был довольно нервный разговор. Следственный комитет на этом канале искал все записи и документы, которые имеют к этому отношение. Никто по политическим и, тем более, национальным мотивам его не закрывал. Наше руководство хорошо понимает, что такое национальная вражда, и всеми силами пытается е не допустить. Однако этот канал известен тем, что в каждом факте и событии видит то, что им выгодно видеть. Они говорили: Россия придет и выселит крымских татар опять куда-нибудь в Узбекистан. Но это же абсолютная ложь! Даже намеков таких не было. Откуда они это берут? А им нужно опять мобилизовать свой электорат, снова оболванить свой же народ.

 

П.Б. – Хочу вернуться к теме Луганска. Мы все понимаем, что армия Новороссии продвигается ровно настолько, насколько ей это позволяет делать Россия. И дальше определенной черты они не пройдут. Вопрос в том, сколько людей: и Россия, и Украина, и Новороссия – положат в этой войне. Поэтому мы можем сэкономить человеческие жэизни, а можем дальше кричать о победной войне. Это не победная война, а просто абсолютно братоубийственная война славян со славянами, а за всем этим радостно наблюдают с Запада. Теперь касательно Крыма. В Крыму кощунственно говорить, что нам тут плохо, зная, что происходит сейчас на Донбассе. Во всем виноват Евромайдан, спровоцированный Западом, бездействием и гупостью прежнего украинского президента и людьми, которые были руководимы благими идеями. Но мы знаем, куда благие идеи ведут. Я все это предсказывал еще 2 декабря 2013 года в своей статье: что будет Крым российским, что будет война в Новороссии. Крыму сейчас стенать нельзя. Да, проблемы есть. Но это чепуха: думать, что из-за этих проблем мы захотим назад в Украину. Большая часть назад не хочет. Да, есть проблемы с ростом цен, с транспортом, с логистикой, в том числе от действий украинского правительства, которое блокирует Крым. Я езжу в Украину и все это вижу. Одна из самых больших проблем Крыма: те «господа», которые были, они и остались. Все эти персонажи раньше ходили со значками Партии Регионов, сейчас – со знаками российских партий. Они все сидят еще с кравчуковских времен и хорошо себя чувствуют. Раньше у них был лозунг: «Возродим Крым, поднимем Украину» на фоне украинского флага, а сейчас у них российский триколор. Когда их начнут чистить, а это очень нужно, тогда станет легче. Консолидация общества – сложный вопрос. Я не верю в 97%. Но факт очевиден: Крым имел с Украиной мало общего. Когда к нам приезжают люди из Львова, они не понимают, почему у нас стоят памятники Нахимову, Лазареву. Для них это «не те люди». Крым всегда ментально, культурно был русским. И действительно, это не был референдум «под дулами автоматов». Это была некая идея возвращения домой. Для многих людей – причащение чем-то большим, серьезным, великим. Это было сделано не только для себя, но и для потомков. Сейчас все вспомнили о крымских тарарах. Нам решили, с подачи Запада, рассказать, как они хотя в Украину. Это чепуха. Они хотели своей автономии и нормальной жизни. Татары – разные. Многие из них – практичные люди. Они возрождали Крым, сельское хозяйство. Не все занимались самозахватами. Это люди с колоссальным культурным пластом и потенциалом. Но да, есть радикалы. Они есть везде. Не надо манипулировать крымскотатарским фактором! В Крыму 179 национальностей. Но все вспомнили именно о татарах, их легче всего разжигать. И сейчас можно заниматься революциями, а можно искать компромисс. Но назад пути нет. И это сделал не Крым, как это пытаются представить в Европе, а Евромайдан. Подчеркиваю: нам всем сейчас нужно искать компромиссы: в Крыму и в Киеве, и в Новороссии, и в Москве. У нас общая земля, одна история и гораздо больше общего между собой, чем со звездно-полосатыми ребятами.

 

Ю.Б. – Нет никакого «тлетворного влияния Запада» в наших вопросах о крымских татарах. Все же не следует забывать, что они – коренная нация Крыма… И они жили в Крыму задолго до русских. Я еще хочу задать вопрос о том человеке из крымских татар, который сейчас под следствием. Уже знаю, что здесь не политической подоплеки.

 

П.Б. – Странно думать, что Запад никак не влияет на крымскотатарский вопрос. Мы знаем, откуда финансируются все радикальные структуры. Да, татары были в Крыму еще до Ушакова. Но это опасная риторика – мериться тем, кто и когда где был. Сейчас придут греки, скажут: это наша территория, мы были здесь до вас всех. Никто крымских татар отсюда не гонит. Это не политика, направленная против определенного народа. Здесь нужно быть очень осторожными. Лучше всего получать информацию обо всем происходящем не из СМИ, а непосредственно от людей. Через социальные сети и в личном общении. Я общаюсь с разными людьми: как с либеральными, так и с патриотическими, как с проукраинсукими, так и с пророссийскими. Мы долджны делать выводы сами.

 

Н.Г. – О человеке, который под следствием. Речь идет об Ахтеме Чийгозе, одном из лидеров бахичсарайского незаконного Меджлиса. Он несколько лет назад сбил в Бахчисарае беременную женщину, и украинская власть не привлекла его к уголовной ответственности. Потому что это крамскотатарский политик, это международный конфликт и т.д. Он «не виноват», хотя все доказательства есть.

 

Что такое «коренной народ»? Почему о крымских татарах говорят, а о караимах и крымчаках забывают? Потому что эти народы имеют малую численность и на политическую обстановку вилять совершенно не могут. Еще раз утверждаю: крымских татар недобросовестные национальные политики используют в своих политических играх. Отсюда все их проблемы. У крымчан нет никакой идиосинкразии к этому народу.

 

Ю.Б. – А как прошел в Крыму курортный сезон?

 

П.Б. – Он был сложный, как и весь год. Крым посетило как никогда много россиян. И приезжали не просто в море покупаться, а причаститься тем, что здесь произошло. Много было и туристов из Европы. Приезжайте, мы вас встретим, проведем нашими маршрутами, вы пообщаетесь с крымскими татарами. Мы вас приглашаем, ждем и очень любим.

 

Н.Г. – Можно будет всерьез говорить о курортном сезоне только тогда, когда будет построен Керченский мост. Сейчас идет сложный процесс перехода предприятий (санаториев и т.п. ) из одной юрисдикции в другую, меняется руководство, сам план привлечения отдыхающих… Справимся!

 

П.Б. – Хорошо, если граждане Украины будут приезжать в Крым, а мы – в Украину. Мы будем видеть, что везде одинаковые люди, которые могут общаться, живут одним целым, и нет смысла в ненависти друг к другу. А расхождения мы обязательно преодолеем. Знаменитый мем «Крым наш» – он для всех, кто приезжает в Крым. Мы не должны закрываться друг от друга. Видеомосты – очень полезная в этом плане вещь.

 

С.З. – Согласен. У меня, например, сейчас нет другой возможности общаться со всеми вами, кроме видеомоста. Приехать в Крым пока не могу.

 

Ю.Б. – И мы надеемся, что это не последний наш совместный видеомост.

 

Фото автора:



 Видеомост в Симферополе. Наталья Гаврилева, Платон Беседин (у микрофона), координатор Михаил Митько.



На связи – Луганск. Сергей Зарвовский 



Симферополь..У микрофона Наталья Гаврилева.



На связи – Франкфурт-на-Майне.


Свернуть