22 ноября 2019  13:09 Добро пожаловать к нам на сайт!
Поиск по сайту

Крымские узоры

 

 

 

 Сергей Савинов


 

Сергей Савинов, коренной симферополец (3.10.1958 г.). Образование средне-техническое. Освоил различные профессии. Художник-оформитель, строитель-отделочник, плотник… Поэт, прозаик-фантаст, эссеист. Стоял у истоков легендарных крымских журналов «Предвестие» и «POLUS-Крым». Участник коллективных выставок живописи и графики. Состоялись две небольшие персональные выставки. Автор четырех поэтических сборников: «Сны на рассвете» (1992 г.), «Запрокинутый в небо» (1997 г.), «Летопись летящих птиц» (2000 г.), «Облачные изречия» (2012 г). Первая публикация в сборнике «Ручьи» (1989 г.), далее – стихи, рассказы, статьи – в вышеуказанных журналах, также в журнале «Брега Тавриды» (г. Симферополь), сборниках «Соты» (г. Киев) и «Крымские напевы» (г. Москва), журнале «Отражение» (г. Донецк), крымской и украинской периодике (газеты «Литературный Крым», «Южана» и др.). В 2009-м увидела свет краеведческая брошюра «Симфония Симферополя» – своеобразная книга рекордов столицы Крыма. В 2013 г. выпущен юбилейный номер «Предвестия», к выходу которого приурочен ряд творческих акций, в т.ч. С. Савиновым организованы уличные поэтические чтения в Симферополе. Член Союза русских, украинских и белорусских писателей Крыма. Участник Творческого Собрания «Поколение Тридцатилетних».

 

ТРЕПЕТНЫЙ ЛИСТОК НАДЕЖДЫ  "ТРЕПЕТНЫЙ ЛИСТОК НАДЕЖДЫ"

 

Сюита

Н.А. Кобзеву

 

1. Полдень

Подобьем серебристой скани

Пичужный свист. Озвучен луг,

И медленной реки сверканье,

И паутинка, и паук.

В такой же час изнеможенья

Дремал, уставший от забот,

От шума миросотворенья,

Бог – фантастичнейший рапсод.

 

2. Монолог косаря

В час, когда до срока

коростель кричит,

я любил осоку,

в речке – звон копыт.

Я не брал с покоса

знаний ни аза.

Нёс закат на босу

ногу и в глазах…

...мимо сада, мимо

кургана-горба,

ввысь неуследимо,

где луны скоба...

Гончая собака

выше каланчи;

и комета – бяка,

и вода горчит.

 

3. Монолог Антихриста

Моё ТЕПЕРЬ стучится в дверь.

Я – на семи холмах теперь,

Я – на семи ветрах теперь!..

Тиберий Страх…

Плутонов зверь

в седле мою невесту, дщерь

Царя, ко мне на трон!..

Теперь –

Весь я – ТЕПЕРЬ!..

 

4. Монолог отшельника

Вы Правителя вначале

Привечали, как могли.

Вы не знали о печали,

Что таил иероглиф

В небесах и на деснице,

И у дуче на челе.

Лишь обугленные птицы

Рассказали правду мне.

Только птицы, только птицы,

Что успели поселиться

В райском праведном селе.

 

5. Странное утро

Ты говоришь устало:

«Планеты, города...

Во сне... Звезда упала –

Такая ерунда!»

На кухне жаришь сало,

Как жарил Б. Бурда.

По мне, твой сон – зерцало

В день Страшного Суда.

Домой – с полуквартала

Тебя вернёт вода...

Ты зонтик сложишь в жало.

«Ужжжасный день – среда!..»

 

6. Вечером

Ускользаешь, как нежные краски

В предзакатном спряжении лиц...

Размотайте тугую повязку

Опалённых зеркальных глазниц!

В золочёных рембрандтовых ризах,

Отраженьем грядущих прикрас,

Мир в витринах – исчадие изо-

ухищрений; назойливый пляс.

 

7. В ночи

В ночи мы смотрим разлучённо

В огранке правильных витрин.

В четверг пречистый здесь копчёно,

Здесь клином вышибают клин.

На этих фресках полустёртых

Не видно чувств – едва лишь вздох

Да гнев с уныньем, а в-четвёртых –

Надежды трепетный листок.

Молись о бриге в бурном море,

Разбитом в щепы меж валов.

Я различу в надмирном хоре

Твой голос – этот тайный зов.

Вели немыслимо прижаться

К деревьям, так, чтоб вышла грязь.

Пришла пора Великой Жатвы.

Мы свиделись в последний раз.

 

В ЦЕРКВИ TC "В ЦЕРКВИ "

 

(вечер, утро)TC "(вечер, утро)"

«...все воды Твои и волны Твои

прошли надо мною...»

Пс. 41.8

 

1.

Спасительный ручей в повторах:

«Помилуй, Господи!...» Крыла

Святого голубя на хорах…

В молитве скорбь сгорит дотла.

Светлей окладов позолота,

А серебро лампад — черней.

Тем зримее Христу работа,

Чем незаметней для людей.

 

2.

Глубокодонный церкви полумрак,

Где свечи припогашены к Псалтири,

И только зрак лампадный — не пустяк –

Для глаз, узнавших холод в этом мире.

Здесь: «Господи, помилуй!» — как сверло,

Влекущее теченьем вглубь киота.

Орнамент древних фресок: ремесло

Кольчужных пузырьков… Кипит работа!

Отверсты тени... Жабры в звукоряд...

Но не Садко, седой священник настежь

Врата распахивает... Дивный Сад!..

Сон золотой, зачем ты взор мой застишь!..

Иконостас, всплывающий со дна

В кадильной мгле... Архангел, соступая,

С карниза, мчится в купол, где звезда

В деснице Божьей – в шесть лучей – сквозная.

 

3.

Витражный обруч вспыхнет алым,

Едва его коснется луч,

А ладан станет снегом талым

И голубем над кромкой туч.

Душа моя, влекись к святыне,

В виссон надмирный облекись!

По Лествице Небесной – выше!

К Сосуду Милости, честней...

С Причастием, дабы расслышать

Молчанье собранных камней.

 

***

 

Ливень. Твой смех у дверей.

Молния в медных литаврах.

В тесной каморке моей

Сырость почиет на лаврах.

Всё, чем вчера дорожил, –

В луже: сонеты и стансы…

Ты покружись, покружи, –

Высвети комнату в танце.

Капель в углу перепляс,

Гром за стеною в падучей…

Если научишься прясть

Нити из нежных созвучий, –

Звёзды, в дожде преломясь,

В радуге дивно воспрянут.

Если научишься прясть,

Пальцы твои не завянут.

Ты покружись, покружи…

Слишком светлы миражи.

 

* * *

 

Есть Апокалипсиса глас,

Где Ангел чашу опрокинул

На воды, на погибель нас…

Гром саранчи в броне кирас…

Враг за врагом в рогах с врагиней…

А если в бездну настежь дверь,

Ночь жжёт созвездьями, как известь…

Антихрист – в нечистотах зверь

И всадница – разврата дщерь,

И в пурпурной тунике слизни…

Но пущен серп и всадник мчит

На землю с именем великим,

Меч Истины из уст блестит,

И прах летит из-под копыт,

И грозна ангелова свита.

На солнце вставший, грозный рёк:

«Сбирайтесь на вечерю Бога!»

Но схвачен зверь и лжепророк

и их приспешники. Швырок

в огонь!

Ну где ты, недотрога –

безумец, гой еси «пророк»?

 

НЕЗАБВЕННЫЙ ПЕРГАМЕНТTC "НЕЗАБВЕННЫЙ ПЕРГАМЕНТ"

 

Целуй вереницу стихов в синем буйстве июля,

и пальцы любимой сквозь мглу занавесок из тюля.

Целуй эту вечную тайну в глазах дождевых неуёмных,

и блики на рельсах трамвайных и всполохи крыл

потаённых.

Полуда в кафешантанном моём тесном граде

полынном...

Сыграй же в шикарность, покуда – увы – за душой –

ни копья, ни полтины!

Сыграй безоглядно в избывность стихов эпатажных,

упавших экстазно на амбразуры цветочков

бумажных...

Какой незабвенный пергамент у страсти украсть ты

решился,

войдя, будто мамонт, в посудную лавку

ошибок?

Июльская вечность, бездонная исповедь лета!..

В орбитах поэта избывная кружит планета.

 

Свернуть