22 марта 2019  01:14 Добро пожаловать к нам на сайт!
Поиск по сайту

 

 

Поэзия


 

Л.Григорьева

Венецианские миражи

 

Как обреченно я жила
в пылу страстей, во мгле желаний,
когда к ногам моим легда
Венеция – венец мечтаний...




 

Венецианский карнавал словно бы создан для сокрытия тайной жизни души и тела. Иногда весьма неприглядной, иногда исполненной чарующей жизненой силы, скрываемой от людей за семью печатями в силу робости или нерешительности натуры.

Каждый костюм, если он исполнен для его обладателя в согласии с внутренним замыслом, это некое послание человечеству, иногда продуманное и осознанное, иногда на подсознательном уровне. И суть его не только в том, чтобы скрыть от окружающих свой возраст или пол, облик или лик, но и в том, чтобы инкогнито предстать пред обществом в сущностной своей ипостаси...

Созданный ли карнавальным костюмом образ диктует владельцу свою психогенику или сам владелец и носитель костюма, часто ни на что земное не похожего, закодировал в причудливых деталях и даже в цветовой гамме костюма – некие тайные смыслы, сокровенные тайны истомившейся страстной души...
Бог весть...

 

 

 

Я бы эту речь не затевала
на подмостках лжи и карнавала,
намеренья странные итожа
простака, аристократа, дожа...


Словно бы альбом перелистала
венецийской роскоши усталой.
И сокроет голубой туман,
облик, облачение, обман..


 

                                

 

Линза лагуны отражает и увеличивает небесный свет во много раз. Поэтому живописать и фотографировать Венецию можно в любое время года и в любое время суток. Можно, но трудно. Уплывает из рук, скользит, не дается земноводная тварь - Божье творение в парчевом убранстве, с короной на голове. Царевна-лягушка. «И всплыл Петрополь, как тритон...» - русский жених заморской лягушки, живущей в драгоценном ларце.

Венеция – существо земноводное. Она временами норовит уйти под воду, чтобы отдышаться. В соборе Сан-Марко, в одном из подлинных чудес света, мозаичный пол волнообразно дыбится и ходит под ногами. Пол дышит, словно жабры. И это не поэтический образ, а грустная реальность. Человеку же свойственно смотреть вверх, в золотые мозаичные небеса, где восседает грозный Пантократор. На возбужденных и радостных лицах туристов, на спокойных ликах молящихся в одном из соборных притворов прихожан, не видно ни беспокойства, ни озабоченности.
Пока Ной не войдет в ковчег...

 

 

 

 ЗИМА В ВЕНЕЦИИ

Солнце плывет по лагуне, как рыба
в пору удачного лова...
Зыбка земная колеблется, либо
тонет Венеция снова.

 

Блестки своей чешуи посевая,
солнце ныряет под воду.
Зримо смещается крепь осевая.
Крепко же крючит природу...

 

Облако в небе, похоже, из пакли -
как карнавальные букли...
Вены Венеции тяжко набрякли,
влагой дурною набухли.

 

По над водой, воссиявши неярко,
палевый и златолистый,
как невесомый, всплывает Сан-Марко,
пол прогибая волнистый.

 

Словно бы вправду ни грамма не весит,
выплыв из зыби и ряби,
ровным сиянием уравновесит
темные зимние хляби.

 

2 января 2005 года

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 



 

Свернуть