19 апреля 2019  21:37 Добро пожаловать к нам на сайт!
Поиск по сайту

 Религия


 

Алан Элфорд 


КОГДА БОГИ СПУСТИЛИСЬ С НЕБЕС

(Продолжение, начало в № 32)

 

Глава 5

Тайна богов


О, всё видавшем до края мира, О познавшем моря, перешедшем все горы, Врагов покорившем вместе с другом, О постигшем премудрость, о всё проницавшем" Сокровенное видел он, тайное ведал, Принёс нам весть о днях до Потопа, В дальний путь ходил, но устал и смирился, Рассказ о трудах на камне высек.

Эпос о Гильгамеше. Табличка 1

Примерно в XXVII веке до н. э. шумерский город Урук готовился к коронации юного царя, который стал величайшим героем Месопотамии. Звали царя Гильгамеш, а его историю будут пересказывать в течение двух тысяч лет. И даже когда его историю, казалось, все забыли, она была вновь открыта археологами в конце XIX века и названа «Эпос о Гильгамеше».

«Эпос о Гигльгамеше» — это история об удивительном путешествии: во-первых, в подземный мир (Апсу), а затем на Небеса, где Гильгамеш намеревался встретиться с Утнапиштимом, героем месопотамского Потопа и предшественником библейского Ноя.

Следует отметить, что, согласно месопотамским легендам, Утнапиштим (известный в Шумере как Зиусудра) был единственным человеком, которого взяли на Небеса, и единственным человеком, кому было даровано бессмертие, как богу. Месопотамские Небеса (в отличие от египетских) были закрыты для смертных людей.

Цель экспедиции Гильгамеша была ясна. Он собрался подняться на Небеса (через подземный мир), найти Утнапиштима и расспросить его о секретах вечной жизни. Затем Гильгамеш надеялся, что эти секреты помогут ему преодолеть все нормы и правила и соединиться с Утнапиштимом в счастливом посмертии в стране бессмертных.

Как мы увидим, не все пошло так, как он планировал. Но в конечном итоге это было к лучшему. Увидев, какие усилия затратил Гильгамеш, чтобы добраться до далекой страны богов, Утнапиштим решил выдать ему «сокровенное слово — тайну богов».

Что это была за «тайна богов»? Удивительно, но это был рассказ о Великом Потопе, кульминацией которого явились спасение Утнапиштима богами и перенос его в страну бессмертных.

Но почему рассказ о Потопе был такой тайной? Наверняка Гильгамеш уже знал об этой истории, иначе не стал бы затевать поход на поиски Утнапиштима.

Может быть, учёные что-то упустили? Может быть, рассказ Утнапиштима о Потопе продолжает скрывать какую-то тайну — тайну, зашифрованную авторами эпоса таким образом, что понять её может только тот, кто посвящён в таинства?

Пришло время бросить свежий взгляд на «Эпос о Гильгамеше». До сего момента туманными оставались множество моментов этой истории — ничего удивительного, ведь учёные плохо знакомы с месопотамскими метафорами. Но теперь, в первый раз после находки табличек с эпосом в 1872 г. мы способны ухватить истинный смысл этой истории в контексте религиозной веры во взорванную планету.

 

Битва гигантов


Кто такой был Гильгамеш? История начинается в городе Уруке, и в особенности в зиккурате под названием Эанна, «Доме Небес и Земли». Напомним, что Эанна был храмом, «спущенным с Небес», который Ану подарил Инанне на свадьбу. Следовательно, это было место первого священного брака между богами Ану и Инанной, а затем местом другого священного брака, между Инанной и Думузи.

Согласно Шумерскому царскому списку, царство было установлено в Эанна через 24 510 лет после Великого Потопа. Первым царём был Мескиаггашер, «сын Уту», который прославился тем, что «вошёл в море и вышел на гору» (отметьте метафору, ставящую в тупик учёных). Вторым царём был Энмеркар, который построил город Урук и заставил богиню Инанну сойти с Небес на Землю. Третьим царём был Лугалбанда, который попытался подняться на Небеса, но был сражён таинственной болезнью у подножия «космической горы». Четвёртым царём был Думузи, бог подземного мира, известный своей ролью в церемонии священного брака. И пятым царём Урука был Гильгамеш.

Эти цари обладали мифической продолжительностью жизни. Мескиаггашер правил 324 года, Энмеркар — 420 лет, а Лугалбанда — невообразимые 1200 лет. Гильгамеш, наоборот, занимал трон, почти как человек, — всего 126 лет.

Был ли Гильгамеш первым человеческим царем Урука? Были ли его предками мифические боги? Вернёмся к теме храма Эанна и его церемониям священного брака. Здесь следует отметить, что Гильгамеш родился после нисхождения Инанны и сразу после появления Думузи. Поскольку оба божества были партнёрами по церемонии священного брака в Уруке, вполне резонно сделать вывод, что Гильгамеш был действительно первым человеческим царём Урука — архетипическим царём, подобным титану, который был зачат в подземном мире и поднялся на поверхность земли, чтобы по праву занять трон.

Прочитанная нами история — это действительно история о человеке, которого изображают похожим на титана в русле месопотамских легенд.

Установив, таким образом, фундамент для дальнейших рассуждении, мы начнём легенду с рождения Гильгамеша, которую приводим по хеттской версии «Эпоса о Гильгамеше»:

Когда сотворен был Гильгамеш… 
Видом своим он великих богов превосходил, 
Одиннадцать кубитов был рост его, а ширина его груди — 
девять кубитов… 
Теперь он становился все выше и мощнее, 
чтобы осмотреть все свои земли. 
В город Урук он пришёл… 
Велик он более всех человеков, 
На две трети он бог, на одну — человек он, 
Образ его тела на вид несравненен.

Описание царя Гильгамеша наделяет его гигантскими размерами (одиннадцать на девять кубитов), как мы и ожидали. Замечание, что «на две трети он бог, на одну — человек», очень интригует и обретает особый смысл, когда он встречает Утнапиштима.

Ещё одна легенда о рождении Гильгамеша, записанная в эпосе, говорит, что Гильгамеш был создан могущественной богиней Аруру, великой сестрой Энлиля, чьё могущественное «слово» породило человеческий род, но в то же время оно «сотрясало небеса, как ревущая буря» :

Создала ты буйного сына, чья глава, как у тура, подъята, 
Чьё оружье в бою не имеет равных… 
Отцу Гильгамеш не оставит сына! 
Днём и ночью буйствует плотью… 
Матери Гильгамеш не оставит девы …

Такое поведение было попятным, поскольку Гильгамеш был титаном но рождению, тем не менее его народ не мог с ним мириться вечно. Пришло время, и терроризированные горожане послали просителей к небесной богине Аруру с просьбой укротить буйного Гильгамеша.

Воззвали они [люди] к великой Аруру:

«Аруру, ты создала Гильгамеша, 
Теперь создай ему подобье! 
Когда отвагой с Гильгамешем он сравнится, 
Пусть соревнуются, Урук да отдыхает».

Аруру, чьё имя буквально означает «та, что выращивает побеги», сразу «подобье Ану создала в своём сердце». Она «отщипнула глины» и бросила ее в долины Земли. Так она создала дикого «человека» Энкиду.

Энкиду, как явствует из текста, «явился из гор» и «был мужем разрушения». Можно предположить, что глина Аруру проникла в подземный мир, где Энкиду и был зачат Матерью-Землёй перед тем, как явиться в верхний мир (как и Гильгамеш до него).

Энкиду впервые появился в долинах и был заросшим волосами дикарём, который «ни людей, ни мира не ведал… вместе с газелями ест он травы, вместе со зверьми к водопою теснится». Сразу этот дикий «человек» подружился с животными и начал защищать их от ловушек охотников, засыпая ловчие ямы. В отчаянии один из охотников обратился к Гильгамешу за советом.

Гильгамеш придумал гениальный план. Он послал самую красивую блудницу к тому месту, где Энкиду поил животных. Когда Энкиду приблизился, блудница сбросила одежды, и эта ловушка сработала.


Раскрыла Шамхат груди, свой срам обнажила, 
Не смущалась, приняла его дыханье, 
Распахнула одежду, и лег он сверху, 
Наслажденье дала ему, дело женщин, 
И к ней он прильнул желанием страстным 
Шесть дней миновало, семь дней миновало — 
Неустанно Энкиду познавал блудницу.

Когда Энкиду насытился прелестями блудницы, он попытался вернуться к своим старым друзьям — диким зверям, но они в ужасе убежали от него. Таким образом, как говорится в тексте, благодаря блуднице Энкиду обрел «мудрость и понимание», как бог.

Что означает это грубое овладение блудницей? В тексте присутствует интересная аналогия, когда Гильгамеш, увидев во сне рождение своею соперника, решает поведать свой сон матери:


Мать моя, сон я увидел ночью: 
Мне явились в нем небесные звезды, 
Падал на меня будто камень с неба [ki-sirАну]. 
Поднял его — был меня он сильнее, 
Тряхнул его — стряхнуть не могу я, 
Край Урука к нему поднялся, 
Против него весь край собрался, 
Народ к нему толпою теснится, 
Все мужи его окружили, 
Все товарищи мои целовали ему ноги. 
Полюбил я его, как к жене прилепился. 
И к ногам твоим его принёс я, 

Что такое эта падающая звезда, этот «ki-sir Ану»? В эпосе Гильгамеш рассказывает матери, что эта упавшая звезда — «муж» Энкиду, который был создан Аруру как соперник Гильгамешу, а теперь стал его другом и спутником.

Но что означает, что Энкиду — это «ki-sir Ану»? Учёные с большим трудом переводят термин «ki-sir», но часто снабжают его примечаниями, что он буквально означает «концентрированная сущность», в то время как Ану является богом Небес. Таким образом, они признают, что какая-то часть «концентрированной сущности Ану» была послана с Небес на Землю.

Чем могла быть эта концентрированная сущность Ану? В Табличке II эпоса (старой вавилонской версии) мы читаем, что термин «звезда», взаимозаменяем со словом «топор». Следовательно, Гильгамеш видел падение топора «странной формы». В этот момент следует вспомнить о мотыге Энлиля, которой он расколол поверхность Земли (см. главу 2). Топор, я думаю, метафора метеорита.

Вернёмся к приведённому выше отрывку. Мы видим, что звезда или сущность Ану очень тяжелая, «сильнее» Гильгамеша. Более того, «против него весь край собрался».

Какой объект может упасть с неба, как топор, и быть очень тяжелым? Очевидный и единственный ответ — метеорит.

Тут становится непонятно, если не сказать больше, почему ученые традиционно избегают писать слово «метеорит» вместо туманных и расплывчатых переводов, как то: «гость небес», «падающая звезда». Откровенно говоря, я ошеломлён. Неужели учёные не могут прочесть то, что написано в этих текстах? Неужели они ничего не знают о метеоритах? Или отцы академии воспитывались в обществе, где не принято вообще упоминать о метеоритах? Это интригующая загадка, мягко говоря, но что хочется сказать: научная интерпретация «Эпоса о Гильгамеше», особенно его небесного и религиозного контекста, безнадёжно неадекватна. Просто абсурдна.

И всё-таки в «Chicago Assirian Dictionary» «метеорит» приведён как один из возможных переводов слова ki-sir, другим, что очень важно, является «плоть богов». К сожалению, ни вы, дорогой читатель, ни я не привыкли читать «Эпос о Гильгамеше» с таким словарём, как «Chicago Assirian Dictionary».

В любом случае вернёмся к нашей истории и закончим первую часть. Итак, сон Гильгамеша сбылся — Энкиду» очеловеченный и цивилизованный блудницей, пришёл в Урук. Здесь он нашёл Гильгамеша, который собирался воспользоваться самовольно присвоенным себе правом первой ночи, или как предпочитали переводить учёные: «Вначале Гильгамеш, а потом жених».

Вначале Энкиду решил воспрепятствовать этому насилию, поэтому он преградил путь Гильгамсшу и два гиганта «стали биться на улице, на широкой дороге», обрушив часть стены. Как мы с вами уже знаем, «стены» Урука не были обычными, поэтому следует сделать вывод, что Гильгамеш и Энкиду действительно были одарены небывалой силой, силой двух титанов, силой ki-sir Ану, силой метеоритов.

 

Страна кедров


В конечном итоге этого соперничества Гильгамеш и Энкиду обнялись по-товарищески и, как два школьных приятеля, отправились на поиски приключений. В самом старом из сохранившихся фрагментов «Эпоса о Гильгамеше» на шумерском языке история начинается с этого момента В первых строках говорится:


Жрец к «Горе Бессмертного» обратил помыслы, 
Жрец Гильгамеш к «Горе Бессмертного» обратил помыслы. 
Рабу своему Энкиду молвит слою: 
«Энкиду, гаданье на кирпиче не сулит жизни! 
В горы пойду, добуду славы! 
Среди славных имен себя прославлю! 
Где имён не славят, богов прославлю!

Что это за «Страна живых»? В тексте объяснено, что это Страна срубленных кедров, вход в которую находится под надзором Уту, бога, путешествующего между Землёй и Небесами. Желание Гильгамеша «создать себе вечное имя» является идиомой обретения вечной жизни в этой далёкой стране. Затем герой обратился с молитвой к Уту, прося его позволения избежать участи смертного человека.


Уту, слово тебе скажу, к моему слову ухо склони! 
О моих замыслах скажу, к моим надеждам слух обрати! 
В моём городе умирают люди, горюет сердце! 
Люди уходят, сердце сжимается! 
Через стену городскую [в подземный мир] свесился я, 
Трупы в реке [подземного мира] увидел я, 
Разве не так уйду и я? Воистину так, воистину так

В старовавилонской версии эпоса Гильгамеш высказывает подобные мысли, в которых чувствуется месопотамское отношение к человеческой доле:


Кто, мой друг, вознёсся на небо? 
Только боги с Солнцем [Уту] пребудут вечно, 
А человек — сочтены его годы, 
Что б он ни делал — всё ветер!

Затем два героя отправились в Страну срубленных кедров, для чего им потребовалось спуститься в кедровый лес и вступить в битву с чудовищным стражем Хумбабой.


На десять тысяч поприщ простирается лес, 
Кто посмеет войти в него? 
Хумбаба — ураган его голос, 
Уста его — пламя, смерть — дыханье! 
За шестьдесят поприщ он слышит диких быков в своем лесу.

Этот бог нам уже должен быть знаком Хумбаба был богом, рождённым катастрофой, он «пожирает деревья и тростник», его крик подобен урагану, у него зубы дракона и «лицо льва». В одном из фрагментов эпоса мы читаем, что «страна Хуррум» была матерью Хумбабы, а «гора Хуррум» — его отцом. Это позволяет предположить, что Хумбаба был зачат Матерью-Землёй от упавшей планеты-горы. Ничего удивительного, что Хумбаба относится к Уту как к своему приёмному отцу.

Мог ли Хумбаба появиться из-под земли, как бог-титан? Или он решил остаться в подземном мире?

Следует подчеркнуть, что Гильгамеш и Энкиду отправились вниз, в лесное святилище Хумбабы:


Кто же проникнет [сойдёт] в середину леса? 
Чтоб кедровый лес оберегал он, 
Ему вверил Эллиль страхи людские, 
И кто кходит [сходит] в тот лес, того слабость объемлет.

Некоторым читателям покажется странным, как кедровый лес мог существовать в подземном мире, но тут мы должны напомнить фундаментальную идею месопотамской религии — Небеса были созданы по образу и подобию Земли, и Небеса провалились в подземный мир. Таким образом, появились гора в горе и мир в мире.

Эту точку зрения легко доказать, и не только тем фактом, что Гильгамеш был «Тем, кто видел Апсу» (Апсу — подземный мир). Возьмём, к примеру, Нергала, верховного бога месопотамского подземного мира. В легенде «Нергал и Эрешкигаль» мы читаем, как Нергалу рассказывают о спуске в святилище Эрешкигаль, «Владычицы великого места внизу»:


Нергал к Стране-без-Возврата направил мысли, 
К дому мрака к жилищу Иркаллы, 
К дому, откуда не выйдет вошедший, 
К пути, чьи дороги ведут без возврата 
К дому, где жаждут живущие света, 
Где пища их — прах, где еда их — глина.

В том же ключе текст повествует, как Нергал «спускается в лес месу- деревьев» (железных деревьев) и срубает» деревья месу, хасуру (можжевельник) и супалу (кедр). Нет сомнений, что в этом тексте подземный мир предстает в виде густого леса. Это подтверждается тем фактом, что Нергала называли Месламтаэа, «тот, кто живёт в Меслам», а Меслам было местом, где пышно растут месу-деревья.

Если ещё остаются сомнения, то месу-деревья появляются также в «Мифе об Эрре» (Эрра — это Нергал) вместе с загадочным элмесу-камнем . Они существуют в подземном мире и жизненно важны для Нергала, который стремится вырваться из подземного мира в верхний мир. Из текста «Мифа об Эрре» становится ясно, что месу-дерево — это «космическое дерево», корни которого в подземном мире, а вершина в Небесах.


Так, Мардук спрашивает Эрру (Нергала): 
Где же камень-дерево [месу-дерево], плоть богов, 
украшенье царя вселенной, 
Чистое дерево, высокий герой, достойный власти, 
простирает корни до преисподней, 
А вершину вздымает до неба Ану?

Отметьте, что здесь месу-дерево называют «плотью богов». Это очень интересно, поскольку Гильгамеш а также назвали в честь этого таинственного месу, его имя происходит от шумерских слов GIS.BIL.GA.MES, что буквально означает «Мес — проросшее семя нового дерева» . Теперь, если мы заменим Мес «плотью богов», то перевод имени «Гильгамеш» будет таким: «Плоть богов — проросшее семя нового дерева».

Если мы сопоставим эту информацию с другими легендами о титаническом рождении Гильгамеша, а также тем фактом, что верховный бог был взорванной планетой, то станет ясно, что «плоть богов» — это метеоритное истечение богов. Следовательно, имя «Гильгамеш» означает «метеорит — проросшее семя нового дерева» . Ещё его называли «побегом Урука», где название города, без сомнения, символизировало Землю .

Остался всего один короткий шаг до понимания того, что срубленное космическое дерево древних людей во многих случаях идиоматически описывает катастрофу в небесах — падение, конец Небес .

Поэтому нет ничего удивительного в том, что целью своего путешествия Гильгамеш избрал Страну срубленных кедров, т. е. Небеса. Но в то же время вначале Гильгамеш спускается в кедровый лес, т. е. в подземный мир, в котором тоже есть срубленные деревья. Это отступление становится ещё одним подтверждением того, что Гильгамеш вынужден спуститься в подземный мир на пути к Утнапиштиму.

Теперь, когда метафоры стали понятны, большинство старых проблем, с которыми годами сталкивались учёные, пытаясь разобраться в географии «Эпоса о Гильгамеше», просто испаряются. На самом деле в эпосе описаны путешествия не по земле, и для его понимания не нужна география. Скорее нам понадобится анкиотрафия — описание древнего ландшафта «вселенной» Небес и Земли (Ан и Ки).

Вернёмся к шумерской версии эпоса, к тому моменту, когда Гильгамеш просит Уту разрешения войти в Страну живых. В ответ на молитву Уту спускает Гильгамешу «семерых героев, сыновей одной матери», в семь горных пещер . Это самые туманные метафоры эпоса, но по контексту можно предположить, что семь героев — это семь связей между Небесами и Землёй, посредством которых Гильгамеш потенциально мог достичь Небес . Однако вначале Гильгамеш должен найти «кедр своего сердца» — связь со своим собственным сотворением, как титана, — и ничего удивительного в том, что этим кедром, становится седьмая гора-пещера в подземном мире .

Тот этап путешествия, когда Гильгамеш шёл от одной горы к другой, срубая кедры на их склонах, нам следует представить себе как его спуск все ниже и ниже в недра подземного мира, где каждая гора лежала ниже предыдущей или находилась внутри неё. Таково было строение подземного мира, описание которого мы находим и в других месопотамских текстах, например, «Нергал и Эрешкигаль», где Нергал спускается по «длинной лестнице небес» и постепенно проходит через «семь врат», чтобы достичь дворца Эрешкигаль . Точно также в легенде «Нисхождение Инанны в нижний мир» великая богиня Инанна спускается с Небес и проходит через семь закрытых ворот, перед каждыми из которых ей приходится отдавать часть одежды или амулет власти. Это деление подземного мира не так уж отличается от подземных пещер египетскою Дуата, через которые Ра проходит всё глубже и глубже, к месту погребения Осириса в самой нижней камере.

 

Сны Гильгамеша


Итак, Гильгамеш и Энкиду направлялись всё глубже и глубже в подземный мир, к месту решающей битвы с Хумбабой — седьмой и самой нижней лесистой горе, которую охранял последний Но прежде чем мы перейдём к описанию самой битвы давайте остановимся на удивительной последовательности снов, которая была добавлена в аккадскую версию эпоса.

Когда два друга остановились на ночлег, Гильгамеш увидел серию страшных снов. Подробности первого сна мы так никогда и не узнаем, потому что в этом месте табличка сильно повреждена, но во второй сон описан так.


Друг мой, ты не звал? 
Отчего я проснулся? 
Друг мой, сон я нынче увидел, 
Сон, что я видел, — весь он страшен; 
Под обрывом юры стоим мы с тобою, 
Гора упала и нас придавила, Мы 
[…]. 
Кто в степи рождён — ему ведома мудрость!

Земля растрескалась, земля опустела, земля была в смятенье, 
Я схватил было тура степного, 
От рева его земля раскололась, 
От поднятой пыли затмилось небо, 
Перед ним я пал на колено; 
Но схватил […], 
Руку протянул, с земли меня поднял, 
Утолил мой голод, водой напоил из меха.
Энкиду так объясняет сон Гильгамеша; 
Друг мой, таково тому сну толкованье: 
Хумбабу — того, что подобен великану, — 
Пока свет не забрезжит, мы его одолеем, 
Над ним мы с тобою победу добудем, 
На Хумбабу, кого мы ненавидим яро, 
Мы наступим ногою победоносно!

И снова мы сталкиваемся с представлением бога в виде «упавшей горы».

Теперь перейдём к третьему сну Гильгамеша, в котором наиболее ярко описан катастрофический спуск бога в загробный мир:


Друг мой, ты не звал? Отчего я проснулся? 
Ты меня не тронул? Отчего я вздрогнул? 
Не бог ли прошёл? Отчего трепещет мое тело? 
Друг мой, третий сон я увидел, 
Сон, что я видел, — весь он страшен! 
Вопияло небо, земля громыхала, 
День затих, темнота наступила, 
Молния сверкала, полыхало пламя, 
Огонь разгорался, смерть лила ливнем, — 
Померкла зарница, погасло пламя, 
Жар опустился, превратился в пепел .
 

Убийство Хумбабы


После этой драматической интерлюдии два друга отправились дальше рубить кедры на горе Хумбабы, которая каким-то образом скрывала внутри себя «сердце» Гильгамеша Друзья проникли во внутреннее святилище огненного стража Хумбабы, который, по шумерской версии, оказал очень слабое сопротивление и был быстро обезглавлен.

Однако в аккадской версии Гильгамешу и Энкиду потребовалась помощь Уту, который обездвижил Хумбабу своими восемью ветрами. Как и в шумерской версии, Хумбаба был обезглавлен, и от ею падения на две лиги вокруг застонали кедры.

Что случилось дальше, неясно. В одной версии мы читаем, что Гильгамеш поспешил в лес, где «жилище ануннаков тайное открыл он» . Это становится ещё одним подтверждением того, что все описанные события происходят в подземном мире, потому что ануннаки — это боги, живущие в подземном мире.

Из другой версии можно предположить, что герои вошли во врата горы Хумбабы и встретили множество львов. Это очень любопытный момент, потому что месопотамцы верили, что небес можно достичь, пройдя через открытый «рот» Хумбабы. Всё это предполагает, что Хумбаба предстаёт не только как защитник «космической горы», но и как персонификация самой горы. Но, повергнув его, герои смогли взойти на «космическую гору» и, таким образом, подняться на Небеса (хотя рассказ об их совместном восхождении полностью не сохранился).

В этом месте «Эпоса о Гильгамеше» вставлен побочный сюжет, который заслуживает рассмотрения. Богиня любви Иштар (или Инанна) появляется на сцене и пытается соблазнить Гильгамеша (возможно, здесь описан инцест, поскольку Иштар вполне могла быть матерью Гильгамеша). Однако Гильгамеш отвергает авансы богини и ввергает её в смущение, перечисляя длинный список мужей и любовников, которым она уготовила незавидную судьбу. Горя жаждой мщения, Ишар требует от Ану убить Гильгамеша. Ану посылает на землю небесного быка.

Небесный бык был популярным персонажем месопотамских легенд, где мы вновь возвращаемся к теме взорванной планеты. У этого быка были огромные рога из ляпис-лазури — метафора метеоритного материала, как мы уже отмечали в главах 2 и 4. Поэтому ничего удивительного, что от дыхания быка разверзались ямы, в которых могли поместиться двести человек .

Естественно, что Гильгамеш и Энкиду смогли зарубить быка, потому что тоже обладали силой «ki-sir Ану». Убив быка, герои отрезали его правую заднюю ногу и бросили в лицо богини — худшее оскорбление и придумать невозможно. В результате этих проделок боги приговорили Энкиду к смерти. Гильгамеш сильно страдал от потери в первое время, а затем остро осознал свою собственную смертность. Неркели ему тоже предназначено умереть? Или он все же сможет найти Утнапиштима и уговорит героя первого Потопа открыть его секрет бессмертия?

 

Гора Машу


«Эпос о Гильгамеше» продолжают уже, видимо, другой рассказчик и отдельная легенда, рассказывающая о восхождении Гильгамеша на Небеса. Он остался один и по-прежнему собирается на Небеса, но теперь это не гора Хумбабы, а «космическая гора», которую называют Машу.

Несмотря на разбитые таблички, известно, что в начале путешествия герою предстоял спуск в подземный мир. Здесь он также рубил налево и направо, предположительно, кедры:


Боевой топор он поднял рукою, 
Выхватил из-за пояса меч свой, — 
Словно копьё, упал между ними, 
Ударял, повергал, убивал и рубил он.

Следующая часть текста безнадёжно испорчена, и мы встречаем Гильгамеша, только когда он подходит к горе Машу, которая является воплощением, а возможно, более древним прототипом «космической горы»:


Он слыхал о горах, чьё имя — Машу, 
Как только к этим[двуглавым]горам подошёл он, 
Что восход и закат [Уту] стерегут ежедневно, 
Наверху берега Небес достигают, 
Внизу — преисподней их грудь достигает.

Отметим ещё одно упоминание Солнца, или Уту. В предыдущей главе мы уже отмечали, что Уту при рождении расколол двуглавую гору на востоке Небес. Египетский бог Ра также поднимался из-за горы (гора Бакху), которая имела две вершины , В обоих случаях двуглавая гора является символом расколотой планеты, которая затем упала в подземный мир, что явно отражено в приведенном выше отрывке, где двуглавая гора имеет своё зеркальное отражение в подземном мире. Такое яркое описание свидетельствует о «перевернутой» природе космической горы.

Но вернёмся к эпосу. Гильгамеш подошёл к подножию горы Машу, космической горы подземного мира, вход в которую охраняли люди-скорпионы ужасного вида Они стояли у ворот, ведущих в гору, на дороге, которая посредством волшебства может привести искушённого путешественника в далёкую землю — Небеса, — где живет Утнапиштим. Гильгамеш подошёл к людям-скорпионам, которые сразу распознали его божественное происхождение:


Человек-скорпион жене своей крикнул: 
— Тот, кто подходит к нам, — плоть богов — его тело! 
Человеку-скорпиону жена отвечает: 
— На две трети он бог, на одну — человек он!

Люди-скорпионы решили узнать, почему Гильгамеш отправился в такой далёкий путь. Гильгамеш отвечает:


— К Утнапишти, отцу моему, иду я поспешно, 
К тому, кто, выжив, в собранье богов был принят 
и жизнь обрел в нем: 
Я спрошу у него о жизни и смерти!

Человек-скорпион сказал Гильгамешу, что ещё ни один человек не смог одолеть этот путь, но, возможно, под впечатлением того, что Гильгамеш был «на две трети богом и на треть человеком», он открыл перед ним врата Горы и позволил Гильгамешу пройти по «дороге Уту».

Пройдя двенадцать поприщ в полной темноте, наш герой попадает в область яркого света и находит сад из драгоценных камней, где сердолик приносит плоды, а листья деревьев сделаны из ляпис-лазури. Наверное, Гильгамеш достиг Небес.

К сожалению, дальнейший текст полностью разрушен, и мы не знаем, что было дальше. Эпос продолжает, видимо, уже третья параллельная легенда о восхождении Гильгамеша на Небеса.

В двух рассмотренных нами версиях легенды Гильгамеш, во-первых, открыл путь на Небеса через рот Хумбабы, который описан как гора, поросшая кедром; во-вторых, открыл путь через гору Машу и поднялся по дороге Уту в сад драгоценных камней. В третьей легенде мы узнаём, как Гильгамеш переплыл море.

 

Пересечение через море


Мы начнём рассказ о третьей версии путешествия Гильгамеша в тот момент, когда наш герой оказался у входа в подземный мир, где таинственная привратница-богиня по имени Сидури охраняла вход в подземный лес и подземное море. Сидури уговаривает Гильгамеша оставить свои попытки пройти дальше, потому что его цель бесплодна:


Гильгамеш! Куда ты стремишься? 
Жизни, что ищешь, не найдёшь ты! 
Боги, когда создавали человека, — 
Смерть они определили человеку, — 
Жизнь в своих руках удержали. 
Ты же, Гильгамеш, насыщай желудок, 
Днём и ночью да будешь ты весел, 
Праздник справляй ежедневно, 
Днём и ночью играй и пляши ты! 
Светлы да будут твои одежды, 
Волосы чисты, водой омывайся, 
Гляди, как дитя твою руку держит, 
Своими объятьями радуй подругу — 
Только в этом дело человека!

Гильгамеш нисколько не испугался этих речей и потребовал от Сидури, чтобы она указала ему путь к Утнапиштиму, который живёт в земле богов. Из последовавшего затем диалога становится ясно, что к Утнапиштиму можно добраться только через море, но Сидури предупреждает Гильгамеша об опасности:


Никогда, Гильгамеш, не бывало переправы, 
И не мог переправиться морем никто, 
здесь бывавший издревле, — 
Шамаш-герой [Уту] переправится морем, — 
Кроме Шамаша [Уту], кто это может? 
Трудна переправа, тяжела дорога, 
Глубоки воды смерти, что её преграждают. 
А что, Гильгамеш, переправившись морем, — 
Вод смерти достигнув, — ты будешь делать?

Природа этого «моря» становится понятна из того факта, что его пересекает Уту, бог, путешествующий с востока на запад — между «горой» Небес и «горой» подземного мира Земли. Следовательно, море — это небесные воды, т. е. космос.

Постепенно Сидури смягчается и советует Гильгамешу найти Уршанаби, корабельщика Утнапиштима, который живёт в «лесу». Далее в тексте описан спуск Гильгамеша в подземный мир:


Гильгамеш, как услышал эти речи, 
Боевой топор он поднял рукою, 
Выхватил из-за пояса меч свой, 
Меж деревьев углубился в заросль, 
Словно копьё, упал между ними, 
Идолов разбил во внезапном буйстве.

В следующей сцене описана встреча Гильгамеша и божественного корабельщика Уршанаби. Корабельщик выслушивает историю Гильгамеша и соглашается перевезти его через море. Но есть одна проблема. Оказывается, Гильгамеш спускался в подземный мир в такой спешке, что разбил некие артефакты, необходимые для переправы.

Эти загадочные артефакты в тексте называются идолами и представляют большую загадку для учёных. Что это такое может быть? Уршанаби, корабельщик, плавающий по небесному морю, замечает, что «идолы те, Гильгамеш, мне оберегом были, чтобы я не прикоснулся к водам смерти». Другими словами, идолы представляли собой движущую силу, необходимую для перемещения в космосе, похожую скорее на ту силу, которая движет огненным метеоритом, пересекающим небесные воды между горами Небеса и Земля.

В любом случае из-за отсутствия идолов Уршанаби приказывает Гильгамешу срубить деревья и сделать множество очень длинных шестов, которыми придётся толкать лодку по водам смерти. Затем Гильгамеш и корабельщик отправляются в своё баснословное путешествие, в котором «путь шести недель за три дня совершили».

Начало этого путешествия, видимо, протекаю по водам подземного мира, потому что только на третий день пара путешественников достигла вод смерти, где и пошли в дело заготовленные Гильгамешем шесты. Затем началась самая опасная часть i гуте шествия — через бездну внешнего космоса.

 

Встреча с Утнапиштимом


Теперь следует представить, как Уршанаби и Гильгамеш плывут через небесные воды к далекой планетарной обители Утнапиштима, месопотамского Ноя.

В тексте содержится мало сведений об этой части путешествия, а сразу описан Утнапиштим, который вглядывается вдаль, пытаясь увидеть чужака, плывущего на лодке таким необычным способом. Вскоре утомлённый путник Гильгамеш высаживается в Стране живых.

Выслушав длинное повествование Гильгамеша о его удивительных странствиях, Утнапиштим пожалел путника и решил открыть ему тайну богов. Затем он рассказал ему полную историю Потопа и то, как его, Утнапиштима, вознесли в обитель богов. Мы вернёмся к его истории и тайне богов в своё время.

Теперь обратимся к последней части монолога Утнапиштима, когда он обращается к страннику и предлагает ему повторить шесть дней и семь ночей творения:


Кто же ныне для тебя богов собрал бы, 
Чтоб нашёл ты жизнь, которую ищешь? 
Вот шесть дней и семь ночей не поспи-ка!

Это испытание, которое учёные сравнивают с инициацией, является повторением шести дней и семи ночей Потопа (согласно истории Утнапиштима), в конце которого лодка Утнапиштима подошла к горе Нисир. Предполагается, что Утнапиштим не спал в течение этой ордалии и только на седьмой день смог отдохнуть — явная параллель с актом творения из Книги Бытия, где Бог тоже отправился на отдых только на седьмой день. Однако не будем прыгать выше головы.

Не стоит и говорить, что Гильгамеш крайне устал после своего долгого путешествия и поэтому не смог повторить подвиг Утнапиштима. Таким образом, он не прошёл испытания, дающего право на вход на Небеса (как это сделал Утнапиштим), Вместо этого Гильгамешу и корабельщику Уршанаби пришлось возвращаться обратно в Урук.

Однако здесь история совершает поворот. Жена Утнапиштима сжалилась над Гильгамешем и предложила своему мужу сделать ему какой-нибудь подарок. Утнапиштим решил раскрыть один из своих секретов:


Я открою, Гильгамеш, сокровенное слово, 
И тайну цветка тебе расскажу я: 
Этот цветок — как тёрн на дне моря, 
Шипы его, как у розы, твою руку уколют. 
Если этот цветок твоя рука достанет — 
Будешь всегда ты молод.

Теперь Гильгамеш отправляется в совершенно другое путешествие. Поняв, что он не сможет обрести вечную жизнь на Небесах, он решил искать другую награду — вечную жизнь на Земле. Гильгамеш отправился за цветком, который даёт человеку вечную молодость, и «старый от него человек молодеет».

Где же найти этот волшебный цветок? Из контекста легенды можно сказать, что он растёт на Земле, в подземном мире (Апсу), это была следующая остановка Гильгамеша и Уршанаби на их пути с Небес на Землю.

В этом путешествии герои уже не пользовались лодкой, поскольку шесты были истёрты во время плавания по водам смерти. Вместо этого Гильгамеш и Уршанаби вернулись в подземный мир через таинственный колодец:


Открыл он крышку колодца, 
Привязал к ногам тяжелые камни, 
Утянули они его в глубь Океана 
Он схватил цветок, уколов свою руку; 
От ног отрезал тяжелые камни, 
Вынесло море его на берег [подземного мира].

Когда Гильгамеш оказался на берегу подземного мира, он понял, что должен вернуться в Урук. Он решил принести волшебный цветок в свой город и отдать его старейшинам. Однако, пройдя тридцать испытаний, ему захотелось искупаться в озере, поэтому он оставил цветок без присмотра. Но так было предначертано судьбой, чтобы из норы выползла змея и утащила цветок. Последней каплей для Гильгамеша стала сброшенная тут же шкура змеи, которую он называет земляным львом.

Гильгамеш сел и заплакал: «Для кого же… трудились руки? Себе самому не принёс я блага, доставил благо льву земляному!»

Эпос заканчивается тем, что Гильгамеш и Уршанаби поднимаются из подземного мира и входят в город Урук. В последних строках мы читаем, как наш герой не устоял и решил похвастаться перед корабельщиком Уршанаби красотой своего города, который, по преданию, был основан богами в начале времён:


Поднимись, Уршанаби, пройди по стенам Урука 
Обозри основанье, кирпичи ощупай — 
Его кирпичи не обожжены ли 
И заложены стены не семью ль мудрецами?

Таким образом, Гильгамеш вернулся на землю. Он родился на земле как титан, как Мес (метеорит), проросшее семя нового дерева. Но в то же время он был человеком, поэтому его судьба была предрешена. Он должен был умереть и вернуться на землю, как и другие смертные люди.

 

Гильгамеш и Агга


«Эпос о Гильгамеше» только подтвердил всё новое, что мы узнали: значение метеоритов (мотив павшего бога); идею о существовании в подземном мире горы, подобной Земле; представление о том, что Небес можно достичь, только спустившись в подземный мир; и то, что путь на Небеса лежит через «космическую гору» или небесные воды.

В «Эпосе о Гильгамеше» герой не получил права остаться на Небесах, причины этою мы поймём в своё время. Однако, как говорили древние, у каждого правила есть исключение, а в случае с Гильгамешем можно найти легенду, по которой, он всё же смог навсегда поселиться на Небесах. Мы решили закончить эту главу самой необычной легендой, в которой содержится урок, жизненно необходимый для понимания этой книги.

Легенда называется «Гильгамеш и Агга» и является самым загадочным рассказом из саги о Гильгамеше. Она на самом деле является совершенно отдельной легендой, в которой Гильгамешу отводится роль полноценного бога.

Как мы увидим, в легенде «Гильгамеш и Агга» содержится ряд очень трудных для понимания метафор, перед которыми опустили руки выдающиеся учёные. Однако их смысл виден через призму месопотамской религии, идентифицированной нами как культ взорванной планеты, в которой метеориты-боги напали на Землю и спустились в подземный мир. Вся легенда «Гильгамеш и Агга» является аллегорией этой небесной битвы.

История начинается с того, что Агга, царь враждебного города Киша, угрожает нападением родному городу Гильгамеша Уруку, Ищущий войны Гильгамеш собирает старейшин, но противостояние с ними замирает на поэтической мертвой точке:


Гильгамеш говорит: «Перед Кишем главы не склоним, 
Киш оружием сразим!» 
Старейшины говорят. «Перед Кишем главу склоним, 
Киш оружием не сразил!»

Огорчённый Гильгамеш обратился к простым жителям Урука, которые вдохновили его на войну. Они сказали: «Войско Агги мало, редеют его ряды». У Гильгамеша появилась уверенность, что при виде мощных стен Урука у Агги «помутится рассудок» от страха. Однако его оптимизм был совсем не уместен. Вскоре войско Агги осадило Урук, и теперь помутился уже рассудок жителей Уруки.

В отчаянии Гильгамеш обратился к своему советнику Бирхуртурре (Гиришхурттрре), который вызвался выйти из ворот города и «помутить рассудок» врага. Но как только послы вышли, воины Агги схватили их. Они «истязали тело Бирхуртурре (Гиришхуртурре), а затем привели его к Але. Когда Агга собрался дои росить пленного, появился еще один герой — кравчий по имени Забардибунуга, который поднялся на стены, чтобы убедить врага, что среди пленных нет царя Урука. На вопрос Агги, не вождь ли его появился на стенах, Бирхуртурре отрицает и так говорит о своём царе.


Разве он не поверг бы людей, разве он не вознес бы людей? 
С пылью он не вмешал бы людей? 
Страны враждебные не сокрушил бы? 
Прахом «уста земель» [народов] не покрыл бы? 
Ладьи [magurre]груженой нос не отсек бы? 
Аггу, вождя киша, средь войска его в плен бы не взял?» 
Они его бьют, они его рвут, 
Тело Гиришхуртуры они истязают

Что означает этот загадочный текст? Повторение отрицаний — это известный литературный приём, подчеркивающий, что кульминация поэмы наступает, когда сам Гильгамеш появляется перед Аггой. Тем временем враги продолжают пытать советника, который занял место Гильгамеша.

В тексте описан облик самого Гильгамеша, но странными и загадочными словами — на взгляд современного читателя. В тексте говорится, что Гильгамеш «взошел на стены», а затем «свесился со стены».

В этот момент советник признает в Гильгамеше царя, и наступает поворотный момент войны.


Людей он поверг, людей он вознес. 
С пылью он людей смешал. 
Страны враждебные он сокрушил, 
Прахом «уста земель» [народов] покрыл, 
Ладьи [magurre]груженой нос отсек.

Далее описываются очень странные события. Советник Бирхуртурре отпущен, а Гильгамеш и Агга встречаются лицом к лицу, но ожидаемой схватки между ними не происходит. Также не происходит капитуляции Урука. Вместо этого поэма завершается очень странной концовкой, которая сильно смущает учёных. Гильгамеш, верховный жрец Кулаба, обращается к Агге:


Агга — староста у меня, 
Агга — смотритель работ у меня! 
Агга — начальник в войсках у меня! 
Агга, птицу-беглянку ты кормишь зерном! 
Агга, ты беглецов возвращаешь домой! 
Агга, ты вернул мне дыханье, 
Агга, ты вернул мне жизнь!

Что означают эта странные речи? Каков смысл всей легенды в целом?

Ключ к расшифровке текста лежит в дополнительных строках, где говорится, как Гильгамеш «взошёл на стены», а затем «свесился со стены». Это были «стены» в обычном понимании слова или же перед нами идиома чего-то другого?

Ранее, рассматривая «Эпос о Гильгамеше», мы встретили такие слова нашего героя, в которых он сетует на свою судьбу:


В моем городе умирают люди, горюет сердце! 
Люди уходят, сердце сжимается! 
Через стену городскую свесилсяя, 
Трупы в реке увидел я. 
Разве не так уйду и я? Воистину так, воистину так!

В контексте одержимости Гильгамеша смертностью людей этот отрывок, казалось, относится к реке подземного мира, обители смерти, где Гильгамеш прозревает образы плывущих трупов. Если это так, то выражение «свеситься через стену» означает «заглянуть в подземный мир». Отсюда следует, что «степа» является основанием Земли и одновременно сводом подземного мира.

Согласно месопотамской религии река подземного мира (река Хубур или река Стикс у греков) преграждала вход в «город» подземного мира, который был окружен семью стенами, я каждой из которых были свои ворота. В различных текстах описано нисхождение богов (например, Нергала и Ипанны), которым приходится преодолевать эти семь стен по мере того, как они все глубже и глубже спускаются под землю, чтобы достичь дворца Эрешкигаль и сё семи судей ануннаков. Здесь становится абсолютно ясно, что описываемые стены — это не вертикальные стены из камня или кирпича, а горизонтальные стены, лежащие под поверхностью Земли и повторяющие кривизну земной поверхности. Из этого логически вытекает, что самые верхние стены, соответствующие поверхности Земли, действительно являются «сводом подземного мира».

Сможем ли мы найти дополнительные подтверждения этой интерпретации? В предыдущих главах мы узнали, что бог Нинурта принёс груду камней из далёкой горы Азага и положил их поперёк Земли, как стену. Это близко подводит нас к тому, что стена Гильгамеша — это идиома земной поверхности. Существует также легенда, которую мы рассмотрим в следующей главе, в которой царя Урука настойчиво просят никогда не стремиться в обитель богини Небес, а вместо этого жить с её подданными внизу, за стеной. Этот контекст также идеально подходит к тому, что стена — это идиома свода подземного мира.

Следует отметить, что у египтян существовала такая же идиома. В Заклинании 78 Текстов саркофагов мы находим интригующее упоминание «той стены, которая отделяет Небо от тела бога». Поскольку тело бога Осириса покоится в подземном мире, а Небо расположено вверху, то стену, их разделяющую, вполне можно назвать сводом загробного мира.

Конечно, лучшая проверка — вставить предложенную идиому в рассматриваемый текст и посмотреть, придаст ли она ему больше смысла. Рассмотрим такую интерпретацию мифа «Гильгамеш и Агга».

Гильгамеш, по моему предположению, персонифицирует подземный «город Урук». Стена, через которую проходит советник Гильгамеша на битву с Аггой и на которую поднимается кравчий, — это, следовательно, свод подземного мира.

Армия Агги — это спускающийся поток метеоритов, а его город Куш символизирует взорванную планету. Когда многочисленная армия Агги опустила, у стен города, это повлекло за собой катастрофическое столкновение с Уруком в подземном мире, в результате которого армия Агги (враги) и армия Гильгамеша (коренные жители) были повергнуты и обращены в пыль.

Перед этим кравчий Гильгамеша поднялся на стену, чтобы поговорить с Аггой. Отметьте, что нигде в тексте не сказано о спуске со стены, что потребовалось бы упомянуть в истории, если бы она касалась реального города и обычных стен. Подобным образом сам Гильгамеш поднимается на стены и свешивается оттуда. Это, по моему мнению, означает, что он вскарабкался вверх, к поверхности Земли, а оттуда уже посмотрел на Аггу, который спустился сверху.

Эта битва между армиями Небес и Земли также проливает свет за загадочный стих в начале поэмы (не приведённый здесь), в котором есть речи жителей Урука, пытающихся «…колодцы вырыть, все колодцы в стране вырыть, большие и малые в стране вырыть». Это создаёт впечатление грандиозной подготовки подземного мира к вторжению сверху.

Что означает зерно Агги и птица-беглянка? Зерно, которое сыпется с Небес на Землю, является популярным мотивом месопотамских текстов и полностью соответствует представлению о том, что все вещи на Земле были посланы с Небес. Птица-беглянка вызывает в воображении отчаянное бегство с места небесной катастрофы.

Почему так и не было битвы между Гильгамешем и Аггой и почему Урук не сдался Кишу? Именно в этом заключается тот жизненно важный урок, о котором мы говорили ранее. Объяснение мы находим в правилах месопотамской мифологии. Правило номер один — все божества, спускающиеся с Небес, попадают в подземный мир. Далее правило номер два — любое божество, пойманное в подземном мире, может получить свободу только за выкуп, который обычно заменяется временным рабством. Классической иллюстрацией этих правил является легенда «Нисхождение Инанны в нижний мир». Текст начинается так:


Богиня с Великих Небес к Великим Недрам 
Помыслы обратила 
Инанна с Великих Небес к Великим Недрам 
Помыслы обратила.

Когда Инанна достигла тронной залы, Эрешкигаль, «владычица подземного мира», в окружении семи судей-ануннаков «на Инанну взглянула — взгляд её смерть!», а затем труп Инанны подвесила на крюке. Через три дня Энки создал из земли двух сверхъестественных существ, ни мужчин, ни женщин, а затем послал их в подземный мир, чтобы оживить Инанну травой жизни и водой жизни. Но когда ожившая Инанна уже готова была выйти из подземного мира, ануннаки ее хватают:


Кто из спускавшихся в мир подземный 
Выходил невредимо Из мира подземного? 
Если Инанна покинет «Страну без возврата», 
За голову голову пусть оставит!

Инанна никак не может найти того, кто заменил бы ее в подземном мире, но тут она видит своего мужа Думузи, который совсем не грустит о её смерти. В гневе она указывает сопровождающим ее демонам на него.

История заканчивается тем, что Думузи вместо Инанны попадает в подземный мир.

Эта концепция замены одного пленника подземного мира на другого окажется очень важной для дальнейшего изложения, поэтому давайте рассмотрим ещё один пример этого в легенде «Энлиль и Нинлиль». В этом тексте рассказано, как Энлиль, «могучий утёс», соблазнил юную богиню Нинлиль (Землю), которая понесла от него бога Луны Сина. Может показаться, что Сину было предназначено стать заменой Энлиля, чтобы тот избежал подземного мира. Но Энлиль категорически против, поэтому, чтобы дать Луне (Сину) возможность подняться на небо, он совершает беспрецедентные божественные метаморфозы, последовательно превращаясь в трёх подземных богов: стража врат подземного мира, хозяина подземной реки и лодочника. Причём в образе этих богов Энлиль вновь и вновь соблазняет Нинлиль. Таким образом, она производит на свет трёх сыновей, которые становятся выкупом из подземного мира для Энлиля, Нинлиль и Сина.

Нет сомнений, что божественная замена в подземном мире является главной темой месопотамской эпической литературы. Но может ли она быть темой легенды «Гильгамеш и Агга»? Не просто может, а есть. В последних строках поэлщ мы читаем:


Воитель [Гильгамеш], Аном любимый князь! 
Агга освободил тебя ценой Киша, 
Пред Уту прежнюю силу тебе вернул.

«Город» Киш, персонифицированный Аггой, является выкупом за Гильгамеша из подземного мира Таким образом, Агга гарантирует воскресение Гильгамеша на Небесах и возвращение ему «силы прежних дней». Ответ Гильгамеша очень красноречив:

«Агга, ты вернул мне дыханье, Агга, ты вернул мне жизнь».

В этой поэме мечта Гильгамеша всё-таки исполняется — он получает вечную жизнь, как бог. Но почему он добился её в этой легенде и не смог в «Эпосе о Гильгамеше»? Причина заключается в том, что «Гильгамеш и Агга» — полностью отдельная легенда, в которой Гильгамеш приравнен к полноценному богу, который упал с Небес в подземный мир. В этом нет ничего необычного, подобная тенденция прослеживается везде. В некоторых текстах Гильгамеш отождествляется с «главным царём, судьёй ануннаков» и даже с самим Нергалом. В этом была и есть природа вещей, согласно которой, великие исторические личности служили магнитом (посмертно) для всех архетипических религиозных идей своего времени.

В любом случае мы получили важный урок. Являясь стопроцентным богом, Гильгамеш заслужил право на воскрешение. Он родился на Небе, и Небо ему было предначертано.

Однако в «Эпосе о Гильгамеше» наш герой рождается на Земле — из глины, слепленной богиней Аруру. Он только титан, а не полноценный бог — «на две трети бог и на треть человек». Этот факт не ускользнул от героя Потопа Утнапиштима, который говорит Гильгамешу, что он (Гильгамеш) «плоть богов и людей».

Однако любопытно, что внешне практически нет отличий у Гильгамеша и Утнапиштима, что и доказывает их встреча.

Гильгамеш ему вещает, дальнему Утнзпишти: — Гляжу на тебя я, Утнапишти, Не чуден ты ростом — таков, как и я, ты, И сам ты не чуден — таков, как и я, ты. Не страшно мне с тобою сразиться; Отдыхая, и ты на спину ложишься.

Гильгамеш озадачен, почему Утнапиштим получил вечную жизнь, а он (Гильгамеш) нет. Поэтому он задаёт ему вопрос:


Скажи, как ты, выжив, в собранье богов был 
принят и жизнь обрёл в нем? 
На что Утнапиштим отвечает так: 
Я открою, Гильгамеш, сокровенное слово, 
И тайну богов тебе расскажу я. 
Шуриппак, город, который ты знаешь, 
Что лежит на бреге Евфрата, — 
Этот город древен, близки к нему боги. 
Богов великих потоп устроить склонило их сердце.

Затем Утнапиштим рассказывает Гильгамешу подлинную историю Потопа: как он построил гигантское судно, как Потоп сошёл с Небес, как наступил конец всему, а затем великий бог Энлиль явился на землю и даровал вечную жизнь Утнапиштиму и его жене.

В чём заключалась тайна богов, которую открыл Утнапиштим? Как уже было отмечено ранее, это не была история Потопа, потому что её Гильгамеш уже знал, когда отправлялся к Стране срубленных кедров.

Так, может быть, это тайна ассирийского писца, который записал Табличку XI «Эпоса о Гильгамеше»? Может быть, этот писец запечатлел здесь сокровенное знание, как и тот писец, который добавил в историю о сотворении человека тайное иносказание (см. главу 1)?

Как мы уже видели, в «Эпосе о Гильгамеше» действительно зашифрованы тайны, а не только метафорическое описание таинственного древнего города Шуррупака. Именно здесь загадочные и древние боги решили вызвать Великий потоп. Именно на Шуррупак мы теперь обратим своё внимание, чтобы вновь поднять покрывало метафорических иносказаний.

 

Глава 6

Город за рекой


Я вошёл в Город Бога, место, существовавшее с Первых времен, с моей душой, моим двойником и моим прозрачным обличьем, чтобы пребывать в этой земле.

Книга мёртвых. Папирус Хунефера

В ста двадцати километрах к северу от Урука, города Гильгамеша, и примерно в ста шестидесяти километрах южнее Вавилона расположен древний город Шуррупак, который современные учёные считают родиной Утнапиштима, героя месопотамского Потопа.

В 1902–1903 гг. группа немецких археологов под руководством Роберта Колдевея раскопала остатки Шуррупака под современным городом Фара и нашла сотни глиняных табличек, подтверждающих существование шумерских школ ещё в XXV веке до н. э. Учёные удивились: неужели ученики этих школ изучали жизнь героя Потопа Утнапиштима?

Действительно ли он был царём, основавшим этот город? Или Утнапиштим пришёл из совсем другого Шуррупака?

В «Эпосе о Гильгамеше» Утнапиштим обещает рассказать Гильгамешу тайну богов:


Я открою, Гильгамеш, сокровенное слово, 
И тайну богов тебе расскажу я. 
Шуррупак, город, который ты знаешь, 
Что лежит на бреге Евфрата, — 
Этот город древен, близки к нему боги. 
Богов великих потоп устроить склонило их сердце.

Был ли этот древний Шуррупак тем же самым городом, что и шумерский Шуррупак XXV века до н. э.? Учёные Джон Гарднер и Джон Майер так не думают. Они снабдили свой перевод «Эпоса о Гильгамеше» следующим комментарием: «Эти строки предполагают, что древний Шуррупак больше не существовал. Очень красноречивое замечание.

Теперь рассмотрим Шумерский царский список. В нем приведены семь царей божественного происхождения, которые в целом правили городами Эриду, Бадгибира, Лараком и Сиппаром 222 600 лет, каждый в среднем 31 800 лет! Затем там говорится:


Сиппар был оставлен, и престол перенесён в Шуррупак. 
В Шуррупаке Убартуту [отец Утнапиштима] 
правил 18 600 лет в качестве царя… 
Затем Потоп смыл (страну).

После Потопа «царство было ниспослано с небес» в Киш на 24 510 лет, а затем передано в город Урук, где Гильгамеш стал царём через 2400 лет.

Таким образом, согласно этой удивительной хронологии, Шуррупак — действительно очень древний город, который, предположительно, был уничтожен Потопом. Более того, создаётся впечатление, что Шуррупак существовал за 43 000 лет до основания города Гильгамеша Урука. Это, конечно, очень спорное заявление, которое не подтверждено никакими археологическими находками. Оно переносит Шуррупак в ту эру, которую Мирча Элиаде назвал «мифическим временем» или «Первым временем».

Теперь почему бы нам не продемонстрировать, что термин «город» был месопотамской метафорой планеты? И то, что планета Шурру- пак была расположена на мифическом «берегу Евфрата»? Не может ли это стать совершенно другой точкой зрения на историю о герое месопо- тамского Потопа? На самом деле — может.

Более того, не может ли это стать и новой точкой зрения на героя библейского Потопа Ноя? Способна ли эта точка зрения полностью перевернуть и наше понимание всей библейской истории, включая предание об Адаме и Еве, если уж следовать логике?

Мы осторожно продолжим наше исследование, полностью осознавая, что оно способно поставить с ног на голову один из центральных догматов западного религиозного мышления.

 

Города Небес и Земли


Давайте начнём с того, что установим, в каких случаях древние люди использовали термин «город» для обозначения планеты, как в своё время мы пришли к выводу, что такими же метафорами планеты были «горал, «остров», «трон» и «горизонт».

В главе 4 я привел отрывок из легенды «Энки и новый мировой порядок», в которой описано рождение Уту в покрытых лесом Небесах. Этот отрывок вполне уместно привести снова, потому что в нём Небеса описаны как город:


Героя, быка, что выходит из (леса) хашур, что рычит точно лев, 
Отважного Уту, быка, что неуязвим, что гордо являет силу, 
Отца великого города, места, где солнце восходит, 
Великою герольда священного Ана, 
Судью, что выносит решенье богов, 
Что носит бороду цвета ляпис-лазури, 
Что нисходит со священных небес.

Местом восхода Уту (во всех текстах — это гора на востоке), таким образом, является город, согласно месопотамскому образу мышления.

Теперь рассмотрим шумерские тексты, объединённые под названием «Плачи», в которых описано, как с Неба была послана страшная буря, уничтожившая Шумер. Из приведённых ниже двух отрывков ясно, что буря пришла с планеты, расколовшейся в небе, а также из некоего места, которое названо «город» или «дом»:


(В этот) день оружие, посланное сверху, раскололо город, как мотыга. 
В тот день Небо треснуло, Земля раскололась, 
Всё погребла под собою страшная буря. 
Небеса потемнели, покрылись тенью и провалились в подземный мир. 
Уту упал распростертым на горизонт.
(Люди кричали:) — О, жестокая буря, вдохни полной грудью, 
вернись в свой город. 
О, разрушительная буря, вдохни полной грудью, вернись в свой дом?

Эта небесная катастрофа также напоминает нам о легенде «Гильгамеш и Агга» (см. главу 5), в которой Агга персонифицирует город Киш, город, символизирующий планету, упавшую с Небес на Землю.

Кроме этих трёх примеров метафоры «город = планета» в месопотамских текстах, мы собираемся привести отрывок из хеттских текстов. Хетты создали свою цивилизацию к северу от Месопотамии, в землях Анатолии. В одной из центральных хеттских легенд, «Песне об Улликумми», бог Кумарби сочетался с великой Скалой в небесном океане, и Скала родила ребенка, которого назвали Улликумми. Затем Кумарби заставляет своего сына Улликумми напасть на бога грозы, который живёт на небесах в городе Куммия:


Пусть идёт он. Его назову Улликумми 
Пусть на небо идёт он и станет царём. 
Славный город Куммия Улликумми растопчет, 
Улликумми ведь бога Грозы поразит, 
Как. мякину, развеет, наступит пятою 
И раздавит его он, как муравья!

Если перейти к литературе Древнею Египта, то метафору «город — планета» можно найти ещё чаще:

«Я пришёл на землю из своего города. Что он такое? Он — горизонт моего отца Атума».

«О царь, Земля открыла уста для тебя… взойди на великую лестницу, войди в великий город»

«Царь узнал Поле тростника — это город Ра».

«Я был высоко на цветах лотоса, я ел хлеб, я получал всё в изобилии, я двигался к великому городу…»

«Приди и перевези меня, приди и переправь меня на лодке, приди и отвези меня в страну, где великий город стоит перед Ра».

«Я вошёл в Город Бога, место, существовавшее с Первых времён, с моей душой, моим двойником и моим прозрачным обличьём, чтобы пребывать в этой земле».

Почему древние люди в одном ключе называли Небеса городом?

В какой-то степени на этот вопрос мы уже ответили в главе 4, когда рассматривали роль города, а в особенности главного храма, как микрокосма Земли, т. е. микрокосма планеты. Поскольку город, как и храм, был космической горой и Связью между горами Небеса и Земля, отсюда логически вытекает, что Небеса, Земля и подземный мир следует называть городами.

Есть и ещё одна причина, которая хорошо просматривается в Древнем Египте, но отсутствует в странах Месопотамии. В моей предыдущей работе «Путь Феникса» я уже отмечал, что египтяне (или их предшественники в Долине Нила) закладывали свои города вдоль Нила согласно своим представлениям о Небесах и Земле.

Я впервые указал на это в отношении городов Гелиополя и Абидоса, которые символизировали, соответственно, Небеса и Землю, а река Нил символически представляла пространство космоса, разделявшее эти планеты (рис, 4).

Как было отмечено в главе 4, Гелиополь (Анну для египтян) не был городом солнца. Это был город Небес, Когда египтяне заявляли, что Гелиополь был построен в том самом месте, где воссуществовало первое «затвердевшее семя» Атулла, они имели в виду, что это метеоритное семя воссуществовало на Небесах. Подобным образом, когда они говорили, что Атум выплюнул Шу и Тефнут в Гелиополе, они хотели сказать, что бог создал этих близнецов из своего истечения на Небесах. И когда они называли Гелиополь родиной птицы Бену, они имели в виду, что огненное рождение этой птицы происходит на Небесах.

То же самое можно сказать и о соседнем с Гелиополем городе, который египтяне называли Кхери-Ага, «город, где была битва» — легендарная битва между Осирисом и Сетом. Эта битва также произошла на Небесах.

И наконец, в Текстах пирамид, Книге мёртвых и Текстах саркофагов, когда царь выражал своё желание отправиться в Гелиополь/Анну, на самом деле он собирался отправиться на Небеса.

Город Гелиополь воистину символизировал планету Небеса, И это, возможно, и является той причиной, по которой древние люди называли Небеса «городом».

Обратимся ещё раз к карте на рис. 4. Теперь рассмотрим город Абидос (также называемый Недит), символизирующий Землю. Так, мы читаем в Текстах пирамид, что Исида и Нефтида нашли Осириса «лежащим на боку» у берега Абидоса.[559]

 

 

Рис. 4. Древний Египет — города Небес и Земли

1. Средиземное море.  2. Бехдет?  3. Города Небес.  4. Гелиополъ.  5. Кхери-Ага.  6. Гиза.  7. Мемфис

8. Западная пустыня.  9. Восточная пустыня. 10. Города Земли (по схеме Абидоса).  11. р. Нил  12. Абидос.

13. Дендеры. 14. Красное море.  15. Города Земли (по схеме Элефантина).  16. Элефантин.  17. Филае

 

Абидос был самым известным местом погребения Осириса и главным местом проведения ежегодных мистерий, повторяющих его смерть и воскресение. Кроме того, в Абидосе находилось уникальное сооружение, известное как Осирион, которое символизировало изначальный холм подземного мира. Этот перечень можно продолжить и дальше. Таково было значение Абидоса, что он стал известен как Та-Бер — «великая земля». Также следует отметить, что само название Абидос — по-египетски Ab-djw — буквально означает «изначальная гора».

Как я уже говорил в книге «Путь Феникса», египтяне называли Нил «извилистым каналом», символически протянувшимся от Земли к Небесам, поэтому Абидос был городом Земли, а Гелиополь — городом Небес.

Именно по этой причине раз в год египтяне отмечали главный праздник в честь Осириса, Wag. И хотя мы знаем об этом празднике очень мало, но известно, что в начале разлива Нила большая флотилия судов поднималась по Нилу к Абидосу, где люди принимали участие в сакральной церемонии — пили вино допьяна. Затем в день праздника люди садились на лодки и спускались по реке на север, в направлении Гелиополя, священного города Небес. Символизм этих путешествий вполне очевиден. Первое путешествие на юг на «ночной барке» символизировало падение Осириса и тьму смерти. Второе северное путешествие на «дневной барке» символизировало воскресение Осириса и свет жизни. Таким образом, бог Осирис воскресал в начале каждого нового года.

После написания книги «Путь Феникса» я понял, что этот небесно- земной символизм также применим и к паре городов Гелиополь — Элефантин. По какой-то непонятной причине Абидос соперничал с последним Город-остров Элефантин (также известный как Асуан) отмечал самую южную границу страны и по понятным причинам служил подходящим символом Земли. Также он назывался Изначальным городом, а его египетское название — АВ или Abu, что переводится как «Отец начала». Интересно отметить, что детерминативом этого названия был знак: горы, означающий «чужая земля» или «далёкая земля». Так, можно предположить, что Отец начала упал из небесного города Гелиополя в Элефантин, где его предали земле. Это подтверждает и легенда, по которой Осириса похоронили на уединенном острове Абатоне, рядом с Филае и Элефантином, на уровне 24° северной широты.

Теперь мы снова можем представить Нил, который протянулся между Небесами и Землёй и одновременно между Гелиополем и Элефантином (см. рис. 4). На этот раз небесный капал вмещает воды Нила, текущие между двумя главными границами Древнего Египта. Более того, эта картина предполагает, что пороги Нила к югу от Элефантина символизируют хаотичные воды подземного мира.

На карте мы видим, что Нил по извилистому руслу несёт свои воды на север, к Гелиополю, следовательно, эту реку с полным правом можно назвать извилистым каналом. Теперь мы понимаем использование этого термина в Текстах пирамид;

«О Ра, вручи меня перевозчику извилистого канала, чтобы он отвёз меня на своей барке, на которой переправлял богов на ту сторону извилистого канала, на восточную сторону неба».

Восток — это то место, где небесные тела восходят над горизонтом. Однако следует отметить, что в различных египетских текстах можно встретить представление о том, что царь пересекает извилистый канал в северной части неба.

«Сет по-братски обнял тебя [Осириса], как великого в Гелиополе, потому что ты пересёк извилистый канал на севере неба, как звезда пересекает небо, поднимаясь над горизонтом».

Представление об извилистом канале, восходящем в северную часть неба, родилось, видимо, благодаря ориентации Нила с юга на север. Здесь следует отметить, что вдохновленная Нилом схема «Небес на севере» долгое время была загадкой, относящейся к северному сиянию на небесах — мифологической теме, которую тщательно исследовали Сантильяна и фон Дехенд в своей книге «Мельница Гамлета» (1969). Но это совсем другая история, из других времён.

Нас же интересует то, что Нил был извилистым каналом, который символизировал путешествие царей с Земли на Небеса, из города Элефантина или Абидоса на юге в город Гелиополь на севере.

Таким образом, древние люди перенесли небесную вселенную на землю, где города стали символизировать планеты. Когда мы усвоим этот причудливый образ мысли древних, то нетрудно будет понять, почему в их представлении Небеса были городом.

 

Небесные реки


Мог ли древний Шуррупак быть небесным городом или планетой? Перед тем как сделать далеко идущие выводы, давайте рассмотрим представление о береге, на котором, по словам древних, стоял Шуррупак.

В главе 2 мы уже рассмотрели легенду «Энлиль и Нинлиль», в которой Ниплиль стояла на берегу Потока Княжьего в ожидании Энлиля, могучего утёса Здесь он и овладел ею, наполнив её утробу сверкающим семенем Тогда я предположил, что Нинлиль персонифицирует Землю, а именно — Мать-Землю, бывшую тем берегом, па котором стояла Нинлиль, т. е. планетарным берегом.

Также в главе 2 мы прочитали, что Нинту родила дочь Нинму па берегу реки, после того как забеременела от семени вод Энки. И снова я предположил, что Нинту персонифицирует Мать-Землю, и опять местом рождения дочери был планетарный берег.

В главе 3 мы узнали, что убитый бог Осирис упал с Небес на Землю и был найден Исидой и Нефтидой лежащим на берегу возле Абидоса. Я предположил, что юрод Абидос был символом Земли и ещё одним планетарным берегом.

Более того, сейчас я могу указать заклинания из Текстов саркофагов «для соединения речных берегов», из которых ясно, что два берега символизировали Небеса и Землю (Две земли), что ясно из следующей цитаты:

«Две земли соединяются под моими ногами, речные берега соединяются, бог целует своего брата..»

Заклинание для соединения речных берегов: я свёл вместе два берега реки, запад с востоком, и наоборот.

Как было отмечено выше, берега реки должны быть ориентированы с севера на юг, а также с востока на запад. Так, в Заклинании 1129 Текстов саркофагов мы читаем о северном береге извилистого канала, который должен соответствовать небесному городу Гелиополю. Как нам говорят, на этом берегу стоят бесчисленные города, а сам берег погружён в огонь миллион кубитов шириной (т. е. бесконечной ширины). Это превосходное описание воображаемого катаклизма во время взрыва планеты.

Вернёмся в Месопотамию. В «Эпосе о Гильгамеше» мы читаем, что гора Машу — космическая гора подземного мира — своей вершиной достигала берега в Небесах:


Он слыхал о горах, чьё имя — Машу, 
Как только к этим горам подошёл он, 
Что восход и закат стерегут ежедневно, 
Наверху металла [берега] небес достигают, 
Внизу — преисподней их грудь достигает.

Если свести воедино все приведенные цитаты, становится ясно, что древние люди представляли Небеса и Землю как два берега реки. Но почему?

Объяснение, достаточно большое, уже было дано в том месте, где мы рассматривали извилистый канал, который протянулся, как великая река, через всю бездну космоса между Небесами и Землёй.

Здесь следует добавить представления египтян о небесном источнике Нила Его воды пролились на землю во время Великого потопа. Так, в Заклинании 353 Текстов саркофагов к богу Нилу обращаются так: «О, великий на небе», в Заклинании 317 бог Нил заявляет: «Моя форма на небе». В тексте, озаглавленном «Гимн всем богам как единому богу» описано, как «Нил упал с небес., даже на горы», а в «Гимне Атону» сказано, что бог «поместил Нил на Небесах, чтобы он мог спуститься и нести свои волны над горами». Подобно этому в Заклинании 318 Текстов саркофагов бог Нил хвалится: «Это я заполнил око Гора водами Нила».

Беря начало в Нуне — бездне космоса, — бог Нил (Хани) спускается с Небес и становится любовником бога земли Геба, что повлекло за собой вхождение в недра Земли и в подземный мир. Так, в «Гимне Нилу» славится изначальный Нил такими загадочными словами:

«Войдя в подземный мир и выйдя наверх, полюбив выходить наверх, как мистерию».

Подобная легенда о Ниле была записана римским поэтом Овидием, который, рассматривая греческую легенду о падении Фаэтона, написал, что «Нил в ужасе бежал на край земли, и спрятал там свою голову, которой никто не видит по сей день». В этом контексте «край земли» — это подземный мир, а павший бог Нил спрятался здесь, как и павший бог Осирис.

Месопотамцы тоже верили, что две их великие реки, Тигр и Евфрат, начинаются на Небесах и несут могучие потоки вод на Землю. В главе 4 я ссылался на фотографию 9, на которой изображено рождение Уту из небесной горы. Рядом с ним стоит бог Энки и держит две небесные реки.

Рассмотрим теперь легенду «Гильгамеш, Энкиду и нижний мир», в которой можно прочитать о дереве хулуппу. Это дерево было вырвано с корнем свирепым ветром и унесено водами Евфрата, а затем посажено богиней в саду Инанны, Легенда выглядит вполне обычной, пока мы не понимаем, что сад Инанны — это Земля, а дерево хулуппу — космическое дерево. Таким образом, падение дерева хулуппу символизирует катастрофу на Небесах. Это означает, что Евфрат в этой легенде — вовсе не земная река, а скорее, её небесный двойник. Ниже приведен полный текст отрывка с моими пояснениями, чтобы читатель мог представить весь символизм:


Тогда, в те дни, одно древо, 
Единственное древо, хулуппу-древо, 
На берегу Евфрата чистого [на Небесах] посажено, 
Воды Евфрата [Небес] пьёт оно, — 
Ветер южный с силою налетает, 
Корни его вырывает, ветви его ломает, 
Евфрат волною его сбивает. 
Жена, Ана словам покорная [Инанна], идёт, 
Энлиля, словам покорная, идёт, 
Древо рукою своею берёт, в Урук [микрокосм Земли] приносит. 
В сад цветущий Инанны его вносит.

Небесный Евфрат символизирует великие потоки воды, пролившиеся из взорванной планеты. И это связано с легендами, приведёнными ранее, в которых могучая река Энлиля вышла из Небес и вошла в утробу Нинлиль (Матери-Земли). Следовательно, нужно представить, что небесный Евфрат пересёк, пусть один раз, расстояние между двумя планетами — Небесами и Землёй.

Именно благодаря этому у древних людей возникло представление о Небесах и Земле как о двух берегах реки.

Но вернёмся к тайне Шуррунака Теперь давайте вновь представим себе, как лукавый шумерский мудрец с горящими глазами говорит нам, что древний Шуррупак был городом, расположенным на берегу Евфрата.

Во-первых, мы не можем с уверенностью сказать, был ли этот Шуррупак обычным земным городом или все же небесным городом, т. е. планетой.

Во-вторых, мы также с уверенностью не можем сказать, стоял ли этот город на берегу земного Евфрата или это был небесный город, т. е. планета на берегу небесного Евфрата. А если верно последнее, то — на каком берегу стоял этот город, восточном (северном) или на западном (южном)? Другими словами, лукавый шумерский мудрец мог считать древний Шуррупак и планетой Небес, и городом на планете Земля.

Надеюсь, моя точка зрения окажется верной. Теперь нам предстоит решить, действительно ли ассириец, написавший Табличку XI «Эпоса о Гильгамеше», решил поиграть метафорами со своими читателями. И если это так, то, может быть, он дал нам дополнительные намёки на то, который из Шуррупаков был родиной Утнапиштима?

Может быть, герои месопотамского Потопа приплыл на своей лодке с Небес?

 

Устья рек


Одним из способов разрешить этот трудный вопрос является ответ на другой вопрос куда попал Утнапиштим после того, как пережил Потоп? Если мы найдём доказательства, что Утнапиштим (или в шумерском варианте — Зиусудра) был взят обратно на Небеса, то вполне допустимо предположить, что и пришёл он также с Небес, потому что основным правилом древней мифологии является взятие на небо того, кто и пришёл с неба.

Может быть, мы сейчас сможем доказать это после тщательного исследования «Эпоса о Гильгамеше»? Помимо прочего, мы проследили весь путь Гильгамеша на Небеса через космическую гору подземного мира и через небесное море. В конце своего путешествия он нашёл Утнапиштима, спокойно лежащего на спине. Разве это произошло не на Небесах?

Возможно, там, но только согласно моей интерпретации эпоса. Следует сказать, что другие учёные сразу помещали жилище Утнапиштима на Землю, Следовательно, согласно строгой научности наших исследований, нам придётся вернуться к основам и вновь оценить, куда попал Утнапиштим (Зиусудра).

Давайте начнём с «Эпоса о Гильгамеше» и того места, где описано, как Утнапиштим выжил во время Потопа, и появление Энлиля. Именно в этой части текста мы получаем крошечный кусочек информации о месте, куда был перенесён Утнапиштим:


(Энлиль сказал) «Доселе Утнапишти был человеком, 
Отныне ж Утнапишти нам, богам, подобен, 
Пусть живёт Утнапишти при устье рек, в отдаленье!» 
Увели меня вдаль, при устье [истоке] рек поселили.

Где находилось это «устье рек»? Если верить учёным, то где-то на Земле, здесь много мест, подходящих под это описание. Но это всего лишь предположение.

На самом деле, согласно образу мышления древних людей, устье (или исток) реки могло быть в двух совершенно разных местах, и я сейчас собираюсь продемонстрировать, что ни одно из них не могло быть на Земле.

Два альтернативных истока реки лучше всего представлены верой древних египтян. Как мы уже видели, бог Нил (Хапи) спустился с Небес, и, как всякое сошедшее вниз божество, он вторгся в подземный мир. После вхождения а подземный мир он вышел наружу.

Египтяне считали, что Нил вышел из подземного мира около города-острова Элефантина (символа Зелии). Именно здесь, на южной границе Египта водами Нила управлял бог Хнум, который жил а двух подземных пещерах, называвшихся Qerti. Саму воду называли «два Qerti», а район Элефантина возле Первого порога — Qebbet, что означало «место холодной воды». В древнеегипетском тексте жрец Имхотеп рассказывает царю Джосеру:

«Есть город посреди вод Нила. Вначале его называли Элефантин. Это Изначальный город, это Изначальный ном. Он достигает Уауа Он — куча земли, изначальный холм земли, трок Ра..»

И хотя Нил вытекает из подземного мира Земли, изначально его истоком является место на Небесах. Так, бог Нил заявляет: «Моя волшебная сила воссуществовала в пределах Неба и Земли…»

Египтяне верили, что небесным истоком Нила было место около города Кхери-Ага, «города, где произошла битва» (между Осирисом и Сетом). Этот город находится возле Гелиополя, города Небес. В некоторых текстах этот исток Нила назван «танаисским устьем», именно здесь было потеряно загадочное Око Гора, именно сюда Сет со своими заговорщиками принес гроб с телом Осириса. Следует сказать, что теперь, когда мы разобрались в небесном символизме Гелиополя и Кхери-Ага, все вышесказанное приобретает особое значение, тем более что Осирис родился на Небесах.

Древние египтяне верили, что у Нила два истока — Нил юга начинался в Элефантине, а Нил севера — около Гелиополя. Все это абсолютно логично, если следовать древнему образу мышления.

Тем не менее современные учёные обвиняют древних египтян в тупости — как можно поместить исток Нила сразу в двух местах, ни одно из которых не является истинным источником воды (им являются озёра Центральной Африки, согласно современному научному образу мышления). Хочу только сказать, что подобная критика показывает глубину понимания современными учёными Древнего Египта, вернее — его отсутствие.

Но вернёмся к истоку рек, у которых боги поселили Утнапиштима после Потопа Если исследовать всю территорию от Египта до Месопотамии, то с уверенностью молено сделать вывод, что мы имеем дело с истоками Тигра и Евфрата, которые были, во-первых, в подземном мире, во- вторых, на Небесах. С какой стороны ни посмотреть на эту проблему, в любом случае можно сказать, что учёные были абсолютно неправы, предположив, что Утнапиштима поселили на Земле.

 

Тайна Дильмун


Теперь давайте исключим одно из возможных мест истока рек, рассмотрев историю Зиусудры, героя шумерского Потопа, который, как и Утнапиштим, построил огромный корабль и спас семя всех живых существ.

Хотя таблички с шумерской легендой о Потопе сильно повреждены и фрагментарны, но сохранился достаточно большой кусок текста, в котором говорится именно о том, что произошло с Зиусудрой после Потопа. После того как он принёс жертву и простёрся ниц перед Уту, Ану и Энлилем, боги сказали ему (как и Утнапиштиму), что теперь он будет, как бог, и его возьмут в небесную обитель. На этот раз мы узнаем и название этой обители — Дильмун. В тексте решение богов описано так:


[Ану-] Энлиль с Зиусудрою ласково заговорили. 
Когда жизнь, словно богу, ему присудили, 
Жизнь долгую, словно богу, ему изрекли, 
Тогда они царя Зиусудру, 
Кто имя жизни сберег, человечества семя спас, 
Поселили его в стране перехода [горе владычества], 
В стране [горе] Дильмун, там, 
Где солнце [Уту] восходит…

Теперь начинается самое интересное. Современные учёные считают, что Дильмун находится на Земле. И действительно, такова уверенность в этой гипотезе, что уже написано множество трудов, отправлены экспедиции, чтобы подтвердить точное местоположение Дильмун. Результатом был конфуз, если не сказать больше, а противоречия в имеющихся доказательствах заставили ведущих исследователей сделать вывод, что существует две Дильмун — обе, естественно, на Земле.

Однако, как мы уже видели, древние люди были склонны ассоциировать планеты Небеса и Земля с земными городами (Гелиополем и Абидосом, Гелиополем и Элефантином). Поэтому мне кажется, что нам следует разобраться как с земными Дильмун, так и с небесными.

Но лично я (в этом отношении) не озабочен археологическими подтверждениями тайны Дильмун. В большей степени мне интересны мифологические подтверждения. Другими словами, я хочу установить, что местоположение Дильмун, указанное в эпических литературных источниках, — на Небесах. На мой взгляд, учёные слишком сильно оторвались от реальности, а в результате не смогли увидеть это различие. Это объясняется полным отсутствием понимания древней анкиографии («географии» Небес и Земли).

Как мы сейчас увидим, действительно существовало две Дильмун, но ни одна из них не находилась на Земле. Скорее одна Дильмун когда-то была на Земле, в то время как другая была и есть на Небесах. И снова мы сталкиваемся с проблемой — невозможно определить, был ли герой Потопа взят на Небеса или нет.

Давайте начнём с шумерской легенды «Энки и Нинхурсаг. Миф о рае». Здесь мы найдём самое подробное описание Дильмун, и, что самое важное, оно дано в контексте эпоса о творении, в котором участвуют хорошо известные боги-творцы — Энки и Нинхурсаг (Повелительница Горы). Если помнить об этом контексте, то вскоре станет ясно, что эта идиллическая земля Дильмун была даже не городом, а целой планетой под названием Земля:


Энки вместе с супругою [Нинхурсаг] там возлёг, 
Та земля непорочная, та земля воссиянная, — 
А он там сам, в Дильмуне он возлёг, 
Энки… возлёг, — 
Та земля непорочная, та земля воссиянная. 
А там, в Дильмуне ворон не каркает. 
Птица смерти не накликает смерти… 
Там лев не бьёт. 
Волк ягненка не рвёт… 
Там старица не говорит — «я старица». 
Там старец не говорит — «я старец».

По ходу легенды становится ясно, что есть причина для чистоты, непорочности и бессмертия Земли-Дильмун — полное отсутствие жизни в эту первобытную эру. В тексте объясняется, что это вызвано отсутствием воды. Именно поэтому Энки призывает Уту, бога солнца, чтобы тот наполнил землю «устами воды прибрежной, бегущей воды». Уту с готовностью соглашается, и вскоре Дильмун превращается в цветущий рай. Затем легенда описывает целую серию удивительных зачатий, совершенных Энки (см. главу 2).

Чем дальше, тем интересней. Но это отождествление Дильмун плохо согласуется с контекстом шумерского «Мифа о Потопе». Помимо прочего, если Зиусудра причалил свой корабль где-то на Земле, Ану и Энлилю было бы трудно вознаградить его, отправив опять на Землю. Ведь он уже на ней находился!


Давайте снова перечитаем решение Анну и Энлиля: 
Поселили ею в стране перехода [горе владычества], в стране Дильмун, там, 
Где солнце-Уту восходит.

И опять мы сталкиваемся с метафорой горы! Теперь становится ясно, почему учёные сбились с пути, — они просто не поняли эту метафору, они предположили, что Дильмун находится на земной горе. А «гора Дильмун», наоборот, была планетой.

Но была ли это планета Землёй или Небесами? Мы уже установили, что Дильмун могла быть Землёй, но, с другой стороны, мы отметили противоречие с историей Зиусудры, который не мог быть вознагражден переносом с Земли на Землю. Груз доказательств, следовательно, предполагает, что Зиусудра был взят на Небеса.

Есть ли другие доказательства того, что Дильмун было названием планеты Небеса, кроме истории самого Зиусудры? Действительно, есть любопытное упоминание Дильмун в надписи царя Саргона II (VIII век до н. э.), в которой говорится, что царь Дильмун «живёт, как рыба., посреди моря, где Уту восходит». Это море — уже давно известная нам метафора космоса. Это было небесное море, если верить древним записям, в котором планета Небеса плавала, как «гора» или «остров».

Упоминание Саргоном бога Уту тоже интересно. Если мы теперь посмотрим на первый эпитет Дильмун в приведенной выше цитате из «Мифа о Потопе», мы обнаружим, что Дильмун, куда был взят Зиусудра, называлась «гора перехода — место, где Уту восходит».

Учёные часто перефразируют последнюю часть в «место, где солнце восходит», следовательно, восток. Этот вывод может пригодиться в наших исследованиях, хотя сама методология порочна, потому что Уту никогда не был богом солнца.

Тем не менее Уту действительно поднимается из горы в восточной части Небес, и это окончательно решает нашу проблему. Однако существует тот факт, что Уту контролировал перемещение в обе стороны между Небесами и Землёй, поэтому теоретически он мог также подниматься из подземного мира, т. е. западной горы Земли.

Так каково истинное значение фразы «место, где Уту восходит»? Это восточная или западная гора? И на какой планете, Небесах или Земле вероятнее всего находится «гора перехода [владычества]»?

Из моего опыта работы с пространными текстами могу сказать, что достаточно трудно найти тексты, в которых говорилось бы, что Уту восходит из западной горы Земли. Это скорее теоретическая возможность, а не распространенный мотив. С другой стороны, восход Уту из восточной горы Небес является фундаментальным архетипом — он восходит на востоке, а затем скрывается из вида на западе.

Например, в легенде «Энки и мировой порядок» есть отрывок (ранее процитированный в главе 4), где описано, что Уту была дана власть пересекать пространство между Небесами и Землёй:


[Уту] Героя,быка, что выходит из (леса) xaшyp, 
Что рычит точно лев, 
Отца великого города, места, где солнце [Уту] восходит, 
Великого герольда священного Ана, 
Судью, что выносит решенье богов, 
Что носит бороду цвета ляпис-лазури. 
Что нисходит со священных небес..

Нет сомнения, что в местах этого отрывка, выделенных курсивом, описано, что Уту восходит на востоке.

Второй пример из той же легенды имеет в равной степени решающее значение. В приведенной ниже речи Энки, видимо, намекает на свой спуск с Небес в земной подземный мир, а затем — на своё воскресение на Небесах. Затем он воцаряется на востоке вместе с Ану и Энлилем, в «месте, где Уту восходит»:


Я принёс ремёсла в Абзу Эриду [подземный мир Земли]. 
Я плодоносное семя великого дикого тура, 
Я первенец Ана, 
Я «великая буря», исходящая из «бездны великой», 
Я повелитель земли, 
Я лугаль всех вождей, я отец всех земель, 
Я «большой брат» богов, тот, кто приносит полный достаток. 
Яхранитель анналов Небес и Земли, 
Я слух и разум всех земель, 
Я тот, кто вершит справедливость 
С повелителем Аном на Ана престоле, 
Я тот, кто судьбу оглашает с Энлилем на «горе мудрости», 
Он [Энлиль] вложил мне в руку оглашение судеб 
Пределов, где солнце [Уту] всходит,

Это место, где Уту всходит, — без сомнения, гора Небес, которой управляет Ану, верховный небесный бог. Про Ану нигде не написано, что он занял трон Земли. Более того, это описание горы, на которой боги вершат судьбы, очень напоминает эпитет Дильмун — «гора владычества».

В целом все эти доказательства говорят в пользу того, что Дильмун Зиусудры — это планета Небеса. Во-первых, Дильмун была горой, т. е. планетой. Во-вторых, она стояла «посреди моря», т. е. была планетой в космосе. В-третьих, это было место, где Уту восходит, т. е. город или двуглавая гора в восточной части неба. И, в-четвёртых, история теряет смысл, если в качестве Дильмун мы примем Землю (как можно было наградить Утнапиштима, взяв его на Землю?).

В дополнение мы должны напомнить, что в «Эпосе о Гильгамеше» обитель Утнапиштима помещена в Страну живых. Это очень напоминает о вечной жизни на Небесах, а не о царствовании на Земле. Кроме того, в эпосе страна, где живёт Утнапиштим, называется Страной срубленных кедров. Это также указывает на планету Небеса, которая была разрушена. И наконец, здесь сделан особый акцент на том, что Утнапиштим был поселен в далеком месте, — так его прозвищем становится «дальний». Это также лучше подходит к Небесам, нежели к подземному миру Земли.

Всё это предполагает, что «устья [истоки] рек», куда был перенесён Утнапиштим, вполне определенно можно назвать небесными истоками небесных рек.

 

Как на Земле, так и на Небесах


Несмотря на все эти доказательства и аргументы, основанные, стоит сказать, на словах, написанных самими древними людьми, до сих пор можно услышать голоса, утверждающие, что древний город Шуррупак не мог быть планетой, которая отстоит от Земли на миллионы километров. Без сомнения, эти возражения вызывает слишком похожий на Землю образ древнего Шуррупака, описанный в эпосе. Он действительно описан как место, где есть животные, минералы, растения, деревья — среди прочего, а также люди — рабочие, которые строили лодку Утнапиштима, городские старейшины, сам герой Потопа со своей семьёй.

Давайте теперь остановимся и подумаем об этом. Первый момент, который стоит отметить, — древние люди верили, что Небеса разрушились и засеяли Землю семенами жизни. Это само по себе свидетельствует о той жизни, что была в древнем Шуррупаке.

Но люди были тоже? Здесь потребуется краткое разъяснение этой темы.

Во-первых, давайте рассмотрим шумерскую легенду «Энмеркар и повелитель Арраты», в которой мы найдём более детальное описание Небес, чем в любом другом месопотамском тексте.

И снова, хоть это и утомительно, мы должны разобраться с ортодоксальным взглядом на Аррату, одной из основных тем этого текста, т. е. представлением Арраты как земного города-государства. И, опять же, следует отметить, что земной город-государство Аррата наверняка существовал, но это никоим образом не отрицает существования небесного города Арраты, потому что древние люди строили свой города согласно небесному архетипу. Как и в случае Дильмун, перед нами образец эпической литературы, а в этой литературе география отдаёт первое место анкиографии.

Теперь мы кратко рассмотрим несколько намёков, которые подтверждают небесную природу Арраты в легенде «Энмеркар и повелитель Арраты». Во-первых, прочтём следующий отрывок:


В основании Арраты, дома, вознесшегося к Небесам, 
поваленное дерево, вершина его — расколотое дерево. 
Внутри него из-под орлиного когтя Имдугуд… 
течёт кровь вниз по склонам горы, вниз к Курмусх,

Здесь мы снова сталкиваемся с мотивом срубленного дерева, который уже встречали в легенде о Дильмун, Стране срубленных кедров и в легенде об Инанне, посадившей вырванное хулуппу-дерево. Также можно процитировать туманную египетскую легенду из Текстов пирамид, в которой описано космическое дерево, простирающееся к Небесам с Земли. Это дерево поджаривают на одном конце, оно горит посредине и наполнено болью смерти. Внутри него заключен павший бог Осирис.

Также следует отметить, что в этом отрывке Аррата имеет основание и вершину. Создаётся впечатление, что они разделены, как будто существуют две Арраты — на Земле и на Небесах.

В поисках второго ключа рассмотрим анкиографию легенды «Энмеркар и повелитель Арраты». История заключается в противостоянии Энмеркара, царя Урука (в Шумере), и таинственного повелителя Арраты, царя неизвестной и далекой страны. Во время этого противостояния из одной страны в другую курсируют различные посланцы. Мы узнаем, что посланец Энмеркара в начале своего пути в Аррату прошел семь горных перевалов. Этот же мотив мы встречаем и в шумерской версии «Эпоса о Гильгамеше», где герой проходит семь гор под-земного мира, чтобы достичь Утнапиштима на Небесах».

Более того, в одной из легенд говорится, что одной из гор на пути в Аррату является гора Хуррулл. Эта гора была «отцом» Хумбабы, который родился от «земли Хуррум», бывшей его матерью. Все это предполагает, что гора Хуррум была упавшей горой Небеса, следовательно, космической горой подземного мира. Именно такова роль горы Хуррум в легенде «Лугальбанда и гора Хуррум».

В дополнение к этим ключам мы читаем, что посланцы Энмеркара днём путешествуют «с Уту на Небесах», а также, что Арата лежит на востоке. Мы уже знаем, что Уту отвечал за путешествия между Небесами и Землёй, а его планетарная гора действительно бьела на востоке Небес.

Чтобы совсем не оставить сомнений, скажем, что все противостояние в легенде «Энмеркар и повелитель Арраты» возникло из-за строительства храма богини Инанны. Как уже было отмечено в главе 5, Энмеркар прославился тем, что вынудил богиню Инанну спуститься с Небес на Землю (в храм Урука). В этой же легенде Инанна только собирается переехать в Урук, но в данный момент пребывает в Аррате. Намёк ясен — Аррата была Небесами или по крайней мере городом-государством, расположенным на Небесах.

Таким образом, в первой части легенды повелитель Арраты насмехается над Энмеркаром, говоря, что если Инанна спустится к последнему, то попадет в подземный мир и будет отделена от него стеной, а если останется на Небесах, она будет жить с повелителем Арраты в дворце из ляпис-лазури.

И все же Инанна покинула Аррату и пришла жить в свой новый храм в Уруке — Эанна, или Дом Небес и Земли. Любая неопределенность исчезает после прочтения следующею шумерского текста, в котором говорится:

О … — уггалиме, апкаллу [корабельщике] Энмеркара, который оггустил Инанну с Небес в Эанна.

Из этого вполне однозначно следует, что путешествие Инанны из Арраты было небесным, а не земным (как считают учёные).

Итак, собрав весь этот груз доказательств, которые демонстрируют, что Аррата была Небесами, давайте посмотрим, как описан этот небесный город-государство. В легенде «Энмеркар и повелитель Арраты» мы узнаем, что Аррата была местом, богатым золотом, серебром, ляпис-лазурью и драгоценными «горными камнями» . Также мы узнаем, что эта страна долго страдала от страшной засухи, но внезапно налетела сильная буря и страна возродилась — вновь поля стали приносить большие урожаи зерна (земля тряслась и дрожала — эта история вполне может быть метафизической реконструкцией событий, последовавших после падения Небес на Землю).

Помимо богатства и изобилия, небесный го род-государство был густо населен. Как мы уже знаем, повелителем Арраты был царь. Но, помимо царя, существовали также совет старейшин, «жрецы машмаш», воины, искусные ремесленники и, видимо, другое население города.

Эта картина небесной Арраты явно идентична описанию Шуррупака, которое дал Утнапиштим Что и требовалось доказать. У нас не осталось никаких возражений против того, что древний «город» Шуррупак был планетой Небеса.

Тем не менее давайте убедимся в этом до конца, для чего вернёмся к религии древних египтян.

В отличие от месопотамцев, которые считали, что совершают только Временное путешествие на Небеса, египтяне верили, что они обладают полным правом на вечную жизнь на тех лее Небесах, Египетские тексты полны описаний Небес — описаний, которые по большей части отсутствуют в месопотамских легендах.

Как уже было отмечено в главах 4 и 5, древние люди представляли себе Небеса подобными своей родной Земле. Для египтян это означало, что Небеса похожи на большое поле, которое называлось по-разному — Поле тростника, Поле Хетеп («Хетеп» означает «покой» или «приношения»). В Книге мёртвых умерший выражает надежду стать духом на Поле Хетеп, «есть и пить здесь, пахать и сеять здесь, сражаться и любить здесь». В Заклинании 467 Текстов саркофагов Поле Хетеп описано, как копия египетской земли:

«Я пашу и собираю урожай, ибо я — Хетеп в обители бога. Я знаю имена городов, номов и каналов в Поле Хетеп, в котором я нахожусь. Я сильный духом здесь, я ем здесь и хожу везде, я пашу и собираю урожай, я поднимаюсь рано и ухожу на покой здесь… я плыву по его каналам к городам».

Это благословенное место, показанное на фотографии 36, иногда называли «Землёй справедливых» или «великим плато», которое иногда связывали со сверкающим камнем. Это место также послужило прототипом Елисейских Полей в Древней Греции.

Поле тростника, или Поле Хетеп, было связано с той частью неба, где пребывала великая звезда или гора — оба термина являются метафорой планеты. В некоторых египетских текстах это место называется Нечер-Херет, что буквально означает «земля-гора бога». Это идиллическая страна, где во власти умершего было всё, чем он пытался управлять на земле:

«Я добился власти над водами, я добился власти над каналом, я добился власти над рекой, я овладел пашней, я добился власти над мужчинами, которые работают на меня, я добился власти над женщинами, которые работают на меня в Нечер-Херет. Я добился власти над всеми вещами в Нечер-Херет, которые были отданы мне ещё на Земле».

Эти слова типичны для многих египетских молитв, в которых загробная жизнь изображена как рай, подобный земле. Следует отметить, что эта гора Небес или город Небес были страной с многочисленным населением — там жили не только цари, но их семьи и подданные.

В заключение скажем только, что присутствие населения не отрицает того утверждения, что Аррата и Шуррупак были небесными городами.

 

Когда города падали с неба


В начале этой главы я привел Шумерский царский список и отметил, что древний город Шуррупак существовал более 43 тысяч лет до появления Урука, родного города Гильгамеша. Затем я предположил, что древний Шуррупак полностью принадлежит к мифическому времени.

Я также предположил, что древний Шуррупак был затоплен Великим потопом, который положил конец правлению его царя Убартуту (отца Зиусудры или Утнапиштима). В подтверждение этого я процитировал слова Утнапиштима, сказанные Гильгамешу:

Этот город [Шуррупак] древен, близки к нему боги. 
Богов великих Потоп устроить склонило их сердце,

Я также привел слова двух современных учёных — Джона Гарднера и Джона Майера, которые заявили: «Эти строки предполагают, что древний Шуррупак больше не существовал». На этот раз я согласился с учёными.

Итак, мы воздвигли фундамент, на котором зиждется наш главный вопрос:может ли в Шумерском царском списке быть описано разрушение планет, а не городов?

Рассмотрим, к примеру, те события, которые Царский список относит ко времени после Потопа (в своё время мы вернёмся к допотопному периоду):

Затем Потоп смыл (страну). После того как Потоп смыл (страну) и царство было ниспослано с небес (во второй раз), Киш стал местом престола.

(Всего) двадцать три царя правили 24 510 лет, 3 месяца и 3,5 дня. Киш был повержен (в сражении), и престол был перенесён в Эанну.

(Всего) двенадцать царей правили 2310 лет. Эрех [Урук] был повержен (в сражении), (и) престол был перенесён в Ур.

(Всего) четыре царя правили 177 лет. Ур был повержен (в сражении), (и) престол перенесён в Аван.

И так далее, с каждым городом происходило то же самое — он был повержен в сражении. Но откуда взялась эта любопытная идиома? Могла ли она произойти от культа небесных катастроф, которые пронизывают все месопотамское религиозное мышление?

Отметим особо, что города Киш и Урук помещены рядом в приведенном списке. В предыдущих главах мы расшифровали легенду «Гильгамеш и Агга» и пришли к выводу, что Агга персонифицировал город Киш, а Киш, в свою очередь, символизировал небесную планету, устремившуюся к столкновению с Землёй, которую, в свою очередь, символизировали Гильгамеш и его город Урук. По словам поэта:


Людей он поверг, людей он вознёс, 
С пылью он людей смешал, 
Страны враждебные он сокрушил, 
Прахом «уста земель» покрыл, 
Ладьи груженой нос отсёк.

С позиций этой легенды можно ли считать, что соседство Киша и Урука в царском списке — простая случайность?

Может быть, некоторые из шумерских городов были планетами, поверженными в небесном сражении?

А чем был Потоп, ранее разрушивший царство в Шуррупаке? В предыдущих главах мы собрали достаточно доказательств, чтобы связать Потоп со взрывом планеты.

Теперь посмотрим первую часть Царского списка, который начинается с начала времён, когда царство было послано с неба:

После того как царствие было ниспослано с небес, 
Эриду стал (местом) престола 
В Эриду… два царя правили 64 800 лет. 
Эриду был оставлен, (и) престол был перенесён в Бадтибиру. 
В Бадтибиру… три царя правили 108 000 лет. 
Город Бадтибира был оставлен, и его престол перенесён в Сиппар. 
В Сиппаре… один царь правил 21 000 лет. Сиппар был оставлен, 
(и) престол перенесён в Шуррупак. 
В Шуррупаке… один царь правил 18 600 лет. 
Затем потоп смыл (страну).

Что означают слова о том, что «город был оставлен»?

Для этого в тексте используется шумерское слово ba-sub, в котором глагол sub означает либо «падать», либо «оставлять»

Во время перевода этих текстов учёные предположили, что шумерские «летописцы» использовали фразу «город был оставлен», чтобы сказать «люди ушли из города». Но так ли это? Как уже было отмечено выше, глагол sub может означать и «упасть», и «оставить», и действительно часто встречается в месопотамских текстах, потому что у шумерских богов была устойчивая привычка падать с неба.

Для иллюстрации нашей точки зрения рассмотрим использование глагола sub в следующем отрывке шумерской легенды об Инанне:

«Инанна покинула Небеса, покинула Землю, в нижний мир она спустилась» .

Gasananna An mu-un-sub Kim u-un-sub Kur-ra bae-a-e.

Здесь глагол sub переведен как «покинула», однако вполне возможно понимать этот глагол как «упала» или «спустилась», учитывая контекст.

Итак, какая интерпретация слова ba-sub, вероятнее всего, использовалась в Шумерском царском списке? Писец действительно считал, что города были оставлены или они все же упали с неба? Другими словами, понимал ли он под этими городами взорванные планеты? (Здесь следует напомнить, что про храм Эанна в Уруке говорили, что «он ниспослан с Небес».)

С позиций второй части Царского списка, в которой говорится о том, что города были повержены в сражении, имеет смысл предположить, что глаголы «повержен» и «оставлен» имели один и тот же идиоматический смысл, который ничего общего не имеет с выражением «люди ушли из города».

Однако при дальнейшем размышлении эти формулировки кажутся еще любопытнее. Рассмотрим опять строку; «Эриду был оставлен, (и) престол был перенесен в Бадтибиру», Если это означает, что планета Эриду упала с неба, значит, на ней было небесное царство, которое затем было перенёсено на другую планету, продолжая оставаться небесным царством.

Это привело меня к выводу о том, что в Шумерском царском списке представлены две традиции, совершенно разные по происхождению. Во второй части, как мне кажется, говорится о разрушении земных городов и царств, а в первой части — об оставлении планетных «городов» и переносе царства на другие планеты (или мифические планеты).

Следовательно, первая часть Царского списка взята из отдельной, возможно, намного более древней традиции, которая была записана с планетарной точки зрения . И если это так, то изначальный текст должен был бы называться примерно так: «Царство на Небесах».

Достаточно странно, но самой известной хеттской легендой является «Поэма о царствовании на Небесах». В тексте рассказывается странная история о богах, поднявшихся с Земли и бросивших вызов богам в небесном «юроде» Кумийе. Однако начинается легенда с краткого рассказа о битве на Небесах между двумя соперничающими богами-царями:

Пусть вечные боги услышат [и те, кто на Тёмной Земле]: 
Прежде, в минувшие годы, 
Был Алалу на небе царём, 
Алалу сидел на престоле, 
И даже бог Ану могучий, 
Что прочих богов превосходит, 
Склоняясь у ног его низко, 
Стоял перед ним, словно кравчий, 
И чашу держал для питья. 
И девять веков миновало, 
Как царствовал на небе Алалу. 
Когда же настал век десятый, 
Стал Ану сражаться с Алалу, 
И он победил его, Ану. 
Алалу бежал от него " 
В далёкую Тёмную Землю (Подземный мир]. 
Он вниз убежал от него — 
В далёкую Тёмную Землю. 
Бог Ану сидел на престоле. 
И девять веков миновало, 
Как царствовал на небе Ану. 
Когда же настал век десятый, 
Стал с Ану сражаться Кумарби …

Затем в тексте говорится, что Ану выпустил бога грозы из чрева Кумарби на девятый век своего правления. Если мы добавим девять веков правления Алалу, то в целом получим 18 веков (или саров). В древние времена cap равнялся 3600 годам, а 18 веков — 64 800 годам. Это удивительно точно совпадает с продолжительностью правления двух первых царей Эриду — самого первого города в первой части Царского списка .

Итак, вполне возможно, что первые шумерские города спустились с неба, как и хеттские боги-цари Алалу и Ану.

Более того, имена Алалу и Ану очень похожи на имена первых шумерских царей в Эриду — Алулима и Алалгара. Совпадение будет ещё большим, если мы примем другой вариант имени Алулима — Аалу (сравните с хеттским Алалу) .

Я понимаю, что перед вами, конечно же, очень спорное предположение, но оно в совершенстве совпадает со всем, что мы с вами уже знаем о культе взорванной планеты на Ближнем Востоке. Тем не менее, я прекрасно осознаю, что представление о городах, падающих с неба, покажется слишком эксцентричной идеей для читателей, которые не могут принять метафору «город» для «планеты». Именно поэтому в качестве подтверждения своей гипотезы я собираюсь завершить эту главу строками из самой знаменитой небесной битвы в санскритской литературе.

Вначале рассмотрим следующий отрывок из древней индийской книги «Махабхарата», где описано как боги сражались друг с другом в небесных городах:

«Шива мчался на прекрасной колеснице, которую несли все силы Небес, готовя себя к разрушению городов… когда все три города выстроились на одной линии в поднебесье, бог Махадева выпустил в них луч ужасного света. Когда три города загорелись, Парвати поспешил, чтобы увидеть это зрелище» .

Второй пример взят из 102-й главы «Вапнапарвы», где небесный город, названный Хираньяпура, «Золотой город», построил Брама, затем его захватили асуры и владели им до разрушения города Арджуной:

«Была страшная битва, во время которой город был буквально выброшен в пространство и затем раскачивался с одного бока на другой. После долгого сражения Арджуна метнул пращу и разрушил город на куски, которые упали на Землю» .

В санскритской литературе существует множество легенд, похожих на эти, что подтверждает нашу точку зрения. Эти небесные города из санскритских легенд очень трудно отличить от уже рассмотренных нами взорванных планет из легенд Древнего Египта и Месопотамии. Эти города очень похожи на орбитальные станции инопланетян!

Все эти рассуждения неизбежно приводят нас к смелому, пусть спорному, но такому твёрдому предположению. Если пять допотопных шумерских городов были частью Царства на Небесах и если оставление этих городов символизировало катастрофические взрывы в небе, то из этого вполне логически следует, что пятый и последний из этих городов представлял взорванную планету, вызвавшую на Земле Всемирный потоп (и, следовательно, навечно спустившееся на Землю царство).

Этим пятым городом был, конечно, Шуррупак. Итак, мы кратко пройдем но всем основным моментам, связанным с этим городом: древний Шуррупак был планетой, расположенной на восточном (или северном) берегу небесной реки Евфрат; герой Потопа Утнапиштим, человек из Шуррупака, сел на свой гигантский корабль именно в небесном городе; благодаря своему небесному происхождению Утнапиштим после Потопа вернулся на Небеса, но уже как бессмертный бог.

Это, по моему мнению, и составляет тайну Богов, упомянутую в Табличке XI «Эпоса о Гильгамеше». Более того, являясь тайной, эта информация была зашифрована ассирийским писцом на этой табличке во II тысячелетии до н. э., чтобы быть доступной только посвященным.

Но теперь метафорический код раскрыт, мы узнали историю о Потопе, которая полностью совпадает с библейским представлением. Действительно ли Ной, как и Утнапиштим, приплыл на Землю с другой планеты? Был ли и Ной, как Утнапиштим, своеобразным богом-метеоритом?

Если это так, то нам остаётся только предположить, что еврейские священники, записавшие историю Потопа, либо не понимали значения Ноева ковчега, либо решили скрыть тайну от народа. В любом случае это скандальное предположение.

Но разве оно не может быть правдой?

Или — может?..

(Продолжение следует) 

Свернуть