17 июня 2019  09:53 Добро пожаловать к нам на сайт!
Поиск по сайту
История

 
Николай Модестов

Москва бандитская


(Продолжение, начало в № 28)

Кусок, которым можно подвавиться 

Борьба за власть в группировках ведется постоянно. Даже сильный и умный лидер, заботящийся о братве и укрепляющий ее финансовое положение, не застрахован от завистливого дурака, только и ждущего ошибки босса. А уход вожака со сцены – гибель, тяжелое ранение, задержание милицией или просто вынужденный отъезд за границу – неизменно приводит к череде разборок внутри клана. И порой вчерашние приятели, страховавшие друг друга с риском для жизни, начинают взаимоуничтожение, словно давние лютые враги. Типичный пример – «война» на Юго-Западе столицы в Орехове. 
Местная группировка объединила неплохих спортсменов, имевших разряды, а то и титулы в престижных соревнованиях борцов, боксеров, гандболистов. Возглавлял группу, получившую в оперативных разработках название «солнцевская бригада», малоизвестный в то время Сильвестр. Солнцевские добывали на хлеб с маслом довольно примитивным и малодоходным по нынешним временам делом – игрой в наперстки. Судимых среди них почти не было, исключая второго лидера Михайлова по кличке Михась, ездили они на потрепанном «Москвиче-412», с почтением здоровались с участковыми и не носили демонстративно на шеях золотые цепи с палец толщиной. Шел 1989 год… 
Разгром группировки большого труда для оперативных служб не представлял (изнывающий от Нереализуемой мощи КГБ СССР, сравнительно низкий еще уровень бытовой преступности, жесткий контроль за соблюдением паспортного режима и систематический надзор над административными органами все– сильного ЦК). Скоро уголовный розыск задержал Сильвестра, его правую руку Михася и других авторитетов. Довольно крепкая солнцевско-ореховская бригада удар выдержала, но временное отсутствие яркого лидера сказалось на внутренней дисциплине. Группировка разделилась сначала на ореховскую и солнцевскую, а затем стала дробиться дальше. Вчерашние приятели, решив, что они сами с головой, начали сколачивать собственные бригады. Каждый хотел быть личностью. Борцы-вольники Беззубкин и Тараскин, пятиборец Абрамов (которого называли Диспетчер), имевший титул чемпиона, боксер Калистратов, не менее яркие и колоритные фигуры Леша Нанаец, Валера Мерин, Курбат, Леня Узбек, Антон, Эдик Холодильник, Володя Людоед, Дима Шарапов. 
Менялась экономическая ситуация в стране, росли доходы предпринимателей, рос доход делавших им крышу членов группировок. Интересы друзей не всегда совпадали, а противоречия выражались порой суммами с очень большим числом нулей. Так появились жертвы. 
Бывший борец Александр Беззубкин, выделявшийся и претендовавший на роль лидера, погиб первым. Утром он сел в новенькие «Жигули», повернул ключ в замке зажигания и… Говорят, его голову нашли метрах в ста от взорвавшейся машины. Кстати, это был едва ли не первый случай уголовно-террористического акта в Москве. А позже начался обвал выстрелов и смертей. В октябре 1992 года за железнодорожной насыпью вблизи Нижнего Царицынского пруда прохожие наткнулись на трупы четверых молодых людей, расстрелянных из автоматического оружия. Все они имели отношение к ореховской группировке. Затеял стрельбу, по версии сотрудников МУРа, ореховский авторитет Диспетчер. Но и он прожил недолго. В феврале 1993 года Диспетчер, Пожарник и Черноухов сидели в служебном помещении кафе у метро «Каширская», когда в дверь ворвался хорошо известный им Шарапов с автоматом Калашникова в руках. Стоявший неподалеку официант оказался сообразительным и подвижным – рухнул ничком за плиту и спас себе жизнь. В следующее мгновение Шарапов спустил курок. Диспетчер принял большую часть рожка и скончался на месте, Черноухов тоже, Пожарник умер по пути в больницу на тележке реанимобиля. 
Но и Шарапов, естественно, не был заговоренным. Его пуля нашла позже. По стечению обстоятельств недалеко от станции метро «Каширская» в Нагатино. Стреляли из винтовки СВТ, как выяснилось позже, доставленной из Молдавии. К тому моменту уже погибли Тараскин (застрелен в Бутове на разборке), убит Валера Людоед, пять смертельных огнестрельных ранений в грудь получил ореховский авторитет Валера Мерин, застрелен на «стрелке» Эдик Холодильник. Они не раздумывая расправлялись друг с другом, обид не спускали, долгов не прощали. Словно соревновались: кто из них круче. 
В мае 1993 года Калистрат и его приятель Шишкин приехали в Нагатино забирать отремонтированную машину. Слесарь Бакланов, из бригады Лени Узбека, ответил что-то Калистрату без должного уважения. Оскорбленный вытащил нож и ударил обидчика в грудь. Бакланов умер через час, истек кровью на операционном столе. А спустя три месяца в августе Узбек предпринял ответный ход. Трупы Калистрата и Шишкина (по выстрелу в грудь и за ухо) милиция нашла в Текстильщиках у ресторана «Берег». Но и Узбек не избежал той же участи. В октябре, когда он утром уезжал на «форде» от подруги, в него выпустили всю обойму из автомата Калашникова. Узбека хоронили в том же похоронном бюро «Ритуал», что и банкира Николая Лихачева. Стоимость услуг, даже по нижнему пределу, приближалась к 40 тысячам долларов. Вокруг очередной могилы парня из некогда дружной ореховской команды стояли пока еще друзья. Но, наверное, каждый из них хоть раз в течение многочасовой похоронной церемонии подумал: «А вдруг я следующий?» 
В 1994 году солнцевская братва понесла потерю, от которой, оправиться невозможно. В сентябре взрывом бомбы, установленной под водительское кресло «Мерседеса-600», был убит патриарх ореховской бригады Сергей Тимофеев – Сильвестр. Через месяц на лестничной площадке дома по улице Борисовские пруды был застрелен подельник Сильвестра по делу о вымогательстве Игорь Пунтус. Киллеры действовали двумя пистолетами – Макарова и «ТТ», семь раз спускали курки. В это же время рядом с собственной квартирой был найден мертвым один из перспективных бойцов – Гарпищенко (кличка Гарп). Киллер сделал единственный выстрел в голову из «ПМ». А в конце года, во время драки в казино, где он проиграл 39 тысяч долларов, был убит охранниками Сережа Хохол. 
В феврале прошлого года случилась самая громкая, после гибели Сильвестра, разборка в ореховской группировке. На 49-м километре Ярославского шоссе в автомобиле «Хьюндай» были обнаружены тела Петра Пятина и Игоря Максимова. Последний известен в уголовных кругах как Макс и считался правой рукой Тимофеева. Он претендовал на роль вожака и не скрывал этого. Пятин тоже был не последним человеком, дружил с Сильвестром и выполнял его конфиденциальные поручения. (Они даже проживали в одном доме на Шипиловской улице.) В карманах погибших лежали нетронутыми пять миллионов рублей и почти четыре тысячи долларов. Это обстоятельство, а также контрольные выстрелы в голову каждой из жертв исключают спонтанность преступления. Убийство было хорошо спланировано, и киллеры неплохо знали потерпевших, так как следов борьбы не замечено. Последняя потеря ореховских – брат Узбека девятнадцатилетний Александр Клещенко. Тело молодого человека, со множеством огнестрельных ранений, обнаружили рядом с его джипом «Опель Монтеррей». Кстати, Клещенко занимал должность охранника внешнеэкономической ассоциации «Меркурий» и принадлежал к новому поколению группировки. Жертва имела при себе пистолет Макарова, но воспользоваться им так и не успела. 
Сегодня ореховская бригада переживает сложный момент. Однако солнцевская группировка, куда она входит благодаря общности территориальных и экономических интересов, остается самым мощным мафиозным кланом столицы. Ее бессменным вождем является Сергей Михайлов (кличка Михась). Он начал восхождение, работая в гостинице «Севастополь», затем сколотил команду и на дрожжах рыночных преобразований создал значительный стартовый капитал. Уже в начале девяностых Михась владел солидными счетами в западных банках, разъезжал по Европе, как по родному Солнцеву, имел друзей среди правительственных чиновников, артистической богемы и милицейских генералов. О его благосостоянии можно судить по такому факту. 
В конце 1993 года, вместе с активными членами бригады, Михась задерживался оперативниками по подозрению в причастности к убийству директора казино «Валери» В. Власова. В ходе обыска на его квартире сыщики нашли охотничье ружье, два помповых «ремингтона», боеприпасы и подслушивающее устройство. Разрешения на оружие были оформлены с нарушением (отсутствовала подпись начальника разрешительной системы), но уголовного дела возбуждать не пришлось. В нужный момент сверху позвонили и проблема исчезла сама собой. Оружие владельцу возвратили. Но не это самое интересное. Во время осмотра антресолей из пыльного угла извлекли потертый дипломат. Сыщик повертел чемоданчик в руках, потрогал замки – заперто. Михась равнодушно наблюдал за происходящим. «Ваш?» – спросил сыщик. «Конечно, мой. Откуда чужому в углу антресолей взяться?» – насмешливо ответил хозяин. Принесли отвертку, подцепили крышку, открыли – в дипломате в аккуратных пачках лежали 40 тысяч долларов. Безмолвие нарушил спокойный, но несколько удивленный голос Михася: «Ну надо же. А я про них и забыл…» 
В состав солнцевской группировки, по учетам оперативных служб, входит около 250 членов, из них примерно полторы сотни активно действующих. Зона влияния не ограничивается территорией Западного округа. Солнцевские имеют интересы во всех районах Москвы и некоторых районах Подмосковья. Группировка контролирует коммерческие банки, ряд совместных предприятий, несколько игорных домов, автосервис, рестораны, оптовый рынок в Лужниках и другие доходные точки. Из мест отдыха, где любят коротать время солнцевские, можно отметить ресторан «Бомбей», казино «Максим», гостиницы «Салют», бары «Ритм» и «Регата», «На горке». 
Вожаками группировки, с момента ее основания, остаются братья Аверины и Люстранов. Арбитром, духовным наставником и консультантом является вор в законе Джамалхачидзе, причисляемый к высшему эшелону уголовного мира России. В авторитете Шаповал, Булеля, Мопс, Горбач, Квакин, Дурень, Надир. К числу лидеров принадлежит Тамм, пользующийся влиянием и обладающий большими связями в криминальной среде. Солнцевские развивают контакты с другими регионами. После посещения ими Мурманска и Архангельска в этих городах было открыто несколько казино с их уставным фондом. В Москве тесный контакт налажен с представителями кемеровской и кунцевской группировок, таганскими и люберецкими бригадами, подольской, одинцовской и видновской группировками. Многие лидеры имеют двойное гражданство, предпочитая вкладывать деньги в недвижимость за границей – в Австрии, Греции, Испании и на Кипре. 
Из справки-меморандума: «Особенностью солнцевской группировки можно считать тесные контакты с местными правоохранительными органами. В организации и ведении разведывательной деятельности прослеживается профессионализм. Характерно, что на территории солнцевских расположены корпуса Академии МБ. Особое внимание служба безопасности группировки уделяет сбору компромата на руководство местных правовых структур (видео-, фото-, аудиоматериалы). На вооружении имеется стрелковое армейское оружие, гранаты. Практически все заказные убийства, совершенные на контролируемых территориях, отличаются профессионализмом в организации и исполнении. Автомобили, как правило, оформляются на граждан, не имеющих никакого отношения к криминальному бизнесу». 
И завершающее дополнение к портрету группировки. Мальчишки, отбывающие наказание в подмосковной икшанской колонии для несовершеннолетних, признаются, что гораздо легче тем ребятам, кто совершил преступление на территории Солнцева – им и на зоне особый почет и уважение. 
Примерно по такому же принципу формировались другие столичные группировки. Большинство их организаторов выдвинулись еще в конце восьмидесятых и если до сих пор не погибли в кровавых гангстерских сражениях, предпочитают жить за границей, перенося центр тяжести интересов в экономический бизнес. 
Люберецкая группировка, считавшаяся не так давно одной из ведущих в Московском регионе, сейчас перестала существовать как единое целое. 150 активных членов клана разделились на десять обособленных формирований. Самые влиятельные базируются в Люберцах, Лыткарине, Малаховке, Дзержинском. Люберецкие тесно взаимодействуют с соседями – измайловской, балашихинской, таганской бригадами. Лидеры всегда поддерживали контакт с Отари Квантришвили. После распада единой Люберецкой группировки отдельные боевики пошли в наемники, в том числе к чеченцам, хотя раньше имели с ними столкновения за сферы влияния в Южном порту и Других районах. Все авторитеты вышли из первой команды качков, появившейся в Люберцах еще в 1981 году. Многие имели проблемы с законом, побывали в местах лишения свободы и придерживаются воровских традиций. Местный вор Равиль Мухаметшин (кличка Муха) пользуется влиянием не только в Люберцах, но и в Жуковском, Коломне, Воскресенске. К числу лидеров относятся Вадик Ворона, Лазарев, Зубр, Негодяй, особым уважением братвы пользуется авторитет Бобылев (клички Папа или Рауль), выступавший «крестником» многих нынешних крутых люберов. 
Любимые места сбора – местный стадион «Торпедо», карьеры в районе железнодорожной станции Люберцы, казино «Виктор». Единого общака в группировке нет. У каждого бригадира по нескольку автомобилей иностранного производства. Международные связи – США, Германия, Израиль, Венгрия, где активно скупается недвижимость и земли. 
Подольская группировка насчитывает около 500 членов и считается самой крупной в столичном регионе. В ней более 20 авторитетов, причем состав остается стабильным с середины восьмидесятых годов. Сферы влияния – Подольский, Чеховский, Серпуховской районы. Бессменный лидер – Сергей Лалакин (Лучок), проживающий в Подольске с рождения. Ему сорок лет, он не имеет судимости, и все попытки правоохранительных органов поймать его на чем-либо оканчиваются крахом. Лучок, сколотив солидный капитал, давно превратился в коммерсанта, хотя на равных говорит со многими ворами в законе. Оперативники считают его мозговым центром группировки и подозревают в организации рэкета, мошенничестве и финансовых аферах. Но доказательства, уличающие подольского «крестного отца» в противоправных деяниях, пока остаются за рамками официальных документов. Даже конкретного куратора из воров у подольской группировки нет, что добавляет веса ее лидеру. Лишь изредка в район заглядывают Шурик Захар и Олег Шишканов. 
Подольские начинали с рэкета, автокидков и наперстков. После появления коммерческих банков и с началом приватизации к их деятельности добавились похищение людей, разбои и убийства. По оперативной информации боевики неоднократно выезжали в США для совершения наемных убийств, получая по 10 тысяч долларов за заказ. У подольчан самый крупный в Московском регионе общак, это одна из богатейших группировок. В их распоряжении современное вооружение, прекрасные автомобили, оснащенные радиотелефонами. Любимое место встреч – ресторан «Рус отель» на Можайском шоссе. Лидеры неоднократно выезжали за границу, налаживая связи с представителями организованной преступности в США и Европе, в частности в Бельгии, поддерживали контакт с покойным Отари Квантришвили и Японцем. 
Подольские интересы прослеживаются в деятельности многих банковских и коммерческих структур. Их доля есть в техцентре на Варшавском шоссе и в Чехове. Представители группировки активно занимаются торговлей нефтепродуктами, редкоземельными металлами и другим стратегическим сырьем. Причем их влияние в легальном бизнесе постоянно увеличивается. 
Чтобы картина не получилась идиллической, приведу список погибших в ходе длительных разборок из-за раздела сфер влияния между двумя бригадами. Убиты авторитет Губкин, Федяев, Хромов, Хмельков и Романов – их тела были сожжены в автомобиле, у которого от жары сплавилась и провалилась крыша. В Москве застрелены Звездин, Волков, Васильев, в Подольске – Ребров, Астахов, а в Красноярске местные авторитеты Шитов и Минягов. Спор из-за техцентра автомобилей «Варшавский» привел к кровавой разборке с ингушской группировкой. Результат – Аушев, Годаборшев, Дакиев и братья Муцольговы погибли под шквальным огнем в «мерседесе», а шестой пострадавший в тяжелейшем состоянии доставлен в больницу. Кстати, Подольск и Люберцы постоянно в списке лидеров по числу умышленных убийств. 
Старейшей в Москве считается измайловско-гольяновская группировка. В ее состав входят около 200 человек, а сфера влияния распространяется на Измайлово, Гольяново, Перово, часть Сокольников, поселки Акулово, Кожухово, Руднево, Восточный, Косино, Ухтомский. 
Из справки-меморандума: «В составе ОПГ (организованной преступной группировки) в основном ранее судимые. Все бригады выросли из молодежных банд, которые в начале восьмидесятых годов вели постоянные «войны» за территорию с люберами. Сейчас измайловские поддерживают с ними партнерские отношения, так же как и с балашихинскими. Группировка никогда не была в чьем-либо подчинении. Это связано с особенностями территориального расположения – старый район Москвы, где практически нет лимитчиков. Бригада до сих пор остается одной из самых сплоченных в городе. 
Измайловские имели серьезные стычки с чеченцами, они не особенно считаются с воровскими традициями и стараются придерживаться самостоятельной линии в спорных вопросах. В группировке единственный лидер – Олег Иванов и также несколько авторитетов – Антон Малевский, Виталий Буслаев (Буслай), Сергей Трофимов (Трофим) и другие. В измайловскую ОПГ структурно входит перовская группировка, лидером который является Анатолий Роксман (Толя Ждановский). Сфера влияния вещевой рынок в Измайлове, вернисаж, автовокзал «Щелковский», часть аэропорта Быково, торговля в начале Ленинского проспекта, часть гостиничного комплекса «Измайлово», Перово, Выхино, Зеленодольск и часть торговли у метро «Юго-Западная». Отмечается тесное сотрудничество с солнцевскими, таганскими и даже ротация кадров (не для обмена опытом, а на почве личных обид)». 
Под контролем воров в законе находится мощная и мобильная долгопрудненская группировка. В основном в нее входят ранее судимые жители Долгопрудного, Лобни, Коптева, а также жители Красноярска и Архангельска. Преступная специализация – рэкет, разбои, заказные убийства. Прослеживается четкая внутренняя структура и распределение ролей, имеется разведка и контрразведка, связи в правоохранительных органах. В свое время члены долгопрудненской команды (шел 1991 год) Семин и Будкин прогремели на всю Москву, устроив перестрелку в кооперативном кафе «Виктория», во время которой несколько человек получили ранения, в том числе туристы из США. В федеральном розыске находятся и другие члены ОПГ, подозреваемые в различных преступлениях. 
Главный источник доходов – торговля и рестораны в аэропортах Шереметьево, а также частный извоз, наркотики, проституция и спиртные напитки. Долгопрудненцы курируют художественные промыслы в Сергиевом Посаде, сотрудничают с братвой из Ивантеевки, Пушкина и Калининграда. Поданным оперативных источников, группировка имеет свои магазины в Австрии, Гонконге, Германии и Польше. Долгопрудненцы опекаются ворами старой формации Савоськой, Ростикоми Пашей Цирулем (арестован по подозрению в торговле наркотиками). 
Потускнела слава некогда влиятельной балашихинской группировки, что связано с гибелью ее лидера Сергея Фролова, убийством вора в законе Султана и сложным положением другого ее куратора – законника, Захара (он находится под постоянным прессом правоохранительных структур и конфликтует с представителями кавказского криминалитета). Сейчас наметилось некоторое изменение ситуации. В Балашихе появился молодой, но уже очень влиятельный вор Сибиряк, который, вероятно, попытается объединить разрозненных бойцов и вернуть былые позиции. 
Специализация группировки тесно связана с экономикой, что также объясняется приоритетами бывшего лидера Сергея Фролова. Балашихинцы контролируют автобизнес, торговлю, имеют интересы в Москве на бывшей ВДНХ, кроме того, занимаются традиционными делами – рэкетом, наркотиками, торговлей оружием, разбоями и грабежами. Примерно три десятка самостоятельных бригад конфликтуют между, собой из-за раздела территории, что дополнительно ослабляет группировку. Имеются коррумпированные связи в местной администрации и правоохранительных органах. 
В такой же ситуации пушкинское мафиозное формирование. «Крестный отец» Акоп Юзбашев едва избежал ареста и долгое время был в бегах. Сейчас, по слухам, он вернулся, но должно пройти немало времени, прежде чем авторитет станет прежним «папой» Акопом. Другие лидеры, которые могли бы объединить вокруг себя силы, убиты или ушли в тень. Застрелен конкурентами Паша Роднов (кличка Родной), курировавший доставку героина из Таиланда, убит неизвестным один из братьев Соколовых. Для пушкинской ОПГ характерно, что неугодные конкуренты убираются «итальянским» способом. Из автомата расстреляны лидеры Дмитрий Рябчук (Незнайка) и Глумов, а еще раньше авторитеты Васильев, Савеличев, Воронсков, Недовой. 
Таганская группировка – практически единственная из московских, которая действует в центральной части города. Она достаточно велика – более 100 бойцов. Сформировалась в конце восьмидесятых, тогда же активно включилась в раздел московского «пирога» и отвоевала для себя неплохие возможности. Таганские имеют интересы в Южном порту, опекают автосалон в Кунцеве, частично Курский, Павелецкий и Киевский вокзалы, Домодедово и некоторые подразделения государственных банковских структур. В их сферу влияния входят игровые автоматы в Видном и около метро «Щербаковская», автосервис на Авиамоторной, магазины на Новом Арбате и на Волгоградском проспекте. ОПГ контролирует китайских челночников, торгующих на Ярославском вокзале и в Шереметьево-1. Кроме того, «коньком» группировки являются кражи из квартир граждан, имеющих валютные счета. 
Первоначальный капитал был накоплен на угонах автомашин и торговле наркотиками. Авторитет значительно вырос, когда таганцы отбили кафе «Радуга» у самого Сильвестра. В числе лидеров группировки Губа, Третьяк, Чек, Бес, Челюсть. Хотя подобные табели о рангах достаточно условны. В любой момент выстрел киллера поставит точку в биографии авторитета и выдвинет на первый план вчерашнего рядового бойца… ОПГ контактирует с бригадами из Балашихи, Подольска, Люберец и Ногинска. Этому способствует и высокий рейтинг куратора таганских вора в законе славянской ориентации Расписного. 
В последние годы в Москве появилось сразу несколько крупных криминальных сообществ, которые объединялись по этническому признаку. О чеченской общине и ее метаморфозах читатель уже знает. Но чеченцы не единственные, кто сумел отнять хороший кусок у считающих себя хозяевами московских группировок. По свидетельству заместителя начальника пресс-службы ГУВД Москвы Владимира Зубкова, на долю гостей приходится треть от общего числа совершаемых в столице преступлений. Выходцы с Кавказа придерживаются своих традиций, опекают вновь прибывающих земляков материально, не оставляют в беде в случае задержания милицией. Клановость позволяет им объединяться в случае опасности, быстро маневрировать силами. Существует семь этнических общин – грузинская, армянская, азербайджанская, чеченская, дагестанская, ингушская и осетинская, общая численность боевиков которых превышает две тысячи человек. За прошлый год ими совершено свыше трех тысяч» преступлений (учитываются, конечно, только раскрытые), что почти на треть превышает аналогичный показатель 1994 года. 
На слуху сегодня выходцы из Азербайджана. Они создали 32 группировки и являются абсолютными лидерами, контролируют рынки, торговлю овощами, кафе, рестораны и бары в различных округах города, гостиницы и магазины. Все бригады торгуют наркотиками (здесь азербайджанцы уже много лет остаются монополистами). Небольшая команда, примерно 40 человек, занимается угонами автомобилей, торговлей деталями и другими вопросами, связанными с автобизнесом. Менее многочисленна, но зато не уступает в активности грузинская ОПГ. В прошлом году гражданами этого суверенного государства совершено рекордное число преступлений. Контролируют земляков постоянно живущие в столице на нелегальном положении 50 грузинских воров в законе (тоже рекорд). 
В Москве примерно 16 воров выходцев из Кутаиси, около десяти тбилисцев, четверо менгрелов и шестнадцать законников, имеющих сухумские корни. Наиболее авторитетны Ониани, Хочидзе, Шакро-молодой, Робинзон, Муха, Хасан, Боря Сухумский. В среде воров, из-за противоречий между Грузией, Абхазией и Южной Осетией, происходят внутренние разборки. Интересы ОПГ разнообразны и включают весь спектр криминального и легального бизнеса, а также откровенный бандитизм. Так, сотрудники Петровки, 38 разоблачили грузинскую группировку, занимавшуюся похищением богатых земляков с целью получения выкупа. Традиционные преступления гастролеров – квартирные кражи, разбои, угоны автомобилей. ОПГ контролирует несколько рынков, кафе и ресторанов (большинство имеют национальные названия), а также семь коммерческих банков. 
Значительную самостоятельность приобрели дагестанские группировки. Раньше они действовали на подхвате у более сильных кавказских ОПГ, сегодня дагестанцы приобретают недвижимость, создают банки, покупают рестораны, квартиры и гостиницы. 
Не забываются ими и привычные виды деятельности – рэкет, выбивание долгов, захват заложников, наркотики и контроль проституток. Некоторые дагестанские группировки получили названия – питерская, краснодарская, новгородская, иркутская. Прослеживается снижение доли чисто уголовных преступлений и увеличение правонарушений в сфере экономики. Смутные времена наступили для армянской ОПГ. Из семнадцати формирований примерно половина потеряла лидеров – воров в законе и авторитетов. Часть погибла от рук наемных убийц, другие убиты на разборках. Бум переживает ингушская группировка. Ее представители преуспели в банковских операциях, и, по оценкам оперативников, сегодня это самая богатая мафиозная структура в столице. 
Концентрации этнических формирований в центре России способствовала нестабильность политической обстановки в республиках Кавказа и Закавказья. Войны и экономическая разруха привели к высокой миграции населения. Следует учитывать устойчивые криминальные особенности поведения некоторых этнических образований, психологию и исторические традиции выходцев из горных республик. Но жесткая конкуренция в уголовной среде существует не только на Востоке, в столице, как легко заметить, гостям то– же не слишком рады. Братва относится к чужакам с вполне объяснимой неприязнью. (Так же как раньше, в далеком прошлом, относилась к парням из соседнего двора, посягнувшим на их территорию.) В городе регулярно происходят стычки, гремят выстрелы, не затухает гангстерская война. Судя по последним событиям – гибели авторитетов и лидеров кавказских общин, – в битве за лакомый кусок верх одерживают представители московских кланов. Но окончательная победа здесь вряд ли возможна. Согласие в доме хозяев явление редкое. К тому же часть вожаков-славян не скрывает своих намерений и все чаще поглядывает на Запад. Туда, где уже обосновались самые дальновидные и удачливые «крестные отцы». На вакантные места претенденты найдутся, а «конкурсы» в таких ситуациях, как известно, заканчиваются не голосованием, а стрельбой и взрывами. 
Наследники Бонни и Клайда 
В недавнем прошлом любой выстрел в столице воспринимался как ЧП. Применение оружия милицией или, не дай Бог, злоумышленниками становилось поводом тщательного служебного и юридического разбирательства, делались соответствующие оргвыводы, выносились приговоры. Что касается вооружен– ных налетов, то места и обстоятельства их совершения детально знал каждый, тем более такие случаи можно было пересчитать по пальцам. Нападение на инкассаторов в универмаге «Молодежный» в середине восьмидесятых годов обсуждалось каждым москвичом, а газеты возвращались к нему в течение нескольких последующих лет. Сегодня ни выстрелами, ни взрывами никого не удивить. Однако классические гангстерские налеты в стиле Бонни и Клайда стали рядовым явлением сравнительно недавно, гораздо позже заказных убийств, похищений с пытками и грабежей в подъездах и на улицах. Первая банда, которую старожилы МУРа сравнивали с «Черной кошкой», была разгромлена в конце 1993 года. 
…Очередной «звонок» раздался в середине недели. Знакомый бандитский почерк – выстрел в потолок, быстрая выемка кассы, исчезновение на поджидавшей у входа в обменный пункт машине. Девятый или десятый эпизод. Судя по уже известным налетам – преступники не останавливаются ни перед чем. В их «черном» списке два убийства. Только известных – два. 
На Петровке, 38 уже имелся композиционный портрет главаря. Причем, как выяснилось после задержания, настолько схожий с оригиналом, что сам герой удивлялся: как сфотографированный. В то утро оперативники специального отдела МУРа, после короткого инструктажа, проведенного Евгением Жураковским, отправились на объекты. Начальник СОМа не мог, конечно, предвидеть ход событий, но его фраза «При задержании соблюдать осторожность» оказалась пророческой. В тот день главарь банды и его подельники были схвачены сыщиками Олегом Химиченко и Николаем Тарасовым с поличным на Старом Арбате. 
Сначала оперативник СОМа Юрий Колоколкин заметил яркую блондинку, пытавшуюся сбыть прохожим за бесценок кольцо с бриллиантом и часы «Омега». Когда сыщики пригляделись – заметили неподалеку двух мужчин. Оба здорово напоминали по приметам указанных в ориентировке налетчиков. На старшем «обливная» дубленка, короткая стрижка «бобрик», очки с темными линзами. Молодой – смугл, суетлив, имеет характерный прищур. Задержание было профессионально быстрым. После первой же беседы в местном отделении милиции сомнения сыщиков отпали. Блондинка была вовсе не той, за кого себя выдавала. И не только потому, что оказалась брюнеткой, носившей яркий парик. Ольга Шаркова, представившаяся генеральным директором товарищества с ограниченной ответственностью «Макс», уже второй год числилась в федеральном розыске. Ее обвиняли в шести мошенничествах в особо крупных размерах и махинациях с недвижимостью в Запорожье. 
Еще более колоритными фигурами были ее дружки – Михаил Устинович и молодой приятель Николай Грысько. Лидером несомненно являлся старший. Он стремился выглядеть солидным, невозмутимым – ему, дескать, милицейская проверка нипочем. Но его с головой выдавали разнообразные зековские наколки на пальцах и характерный блатной говорок. Происхождение найденного в карманах троицы вороха золотых ювелирных изделий, дорогих часов и толстой пачки денег старший объяснил необычно: «Это добровольные взносы. Я борец за восстановление монархии в России». Устинович, по его утверждениям, был на короткой ноге с сильными мира сего, в частности с Жириновским, Стерлиговым, появлялся как «свой» в приемной Патриарха Алексия и в Дворянском собрании. В записной книжке «монархиста», рядом с вышеупомянутыми фамилиями, значились номера телефонов. Среди вещей задержанного нашлась листовка, где популярно разъяснялась идея реставрации монархии и указывались реквизиты Россельхозбанка, куда сподвижники могли бы перечислить добровольные пожертвования. На листовке был адрес монархической организации – квартира в районе Алтуфьевского шоссе. На штаб-квартире и в другом адресе, где жила фальшивая блондинка, оперативники обнаружили важнейшие улики – пистолет Макарова и газовый ствол. Узнав о находках, «монархист» вздохнул, попросил сигареты и начал свой рассказ… 
Особо опасный рецидивист Михаил Устинович, получивший на зоне не слишком впечатляющую кличку Очкарик, освободился после очередной отсидки без копейки в кармане. Но смелым и умелым, как известно, покоряются большие города. «Подъемные» Миша получил привычным способом, отправляясь на «утренники» в московское метро. Конечно, он считал себя выше банальных краж из сумок и карманов пассажиров. Стихией Очкарика были разбои. Он исполнял их мастерски. Сжимая нож в руке, пристраивался за торопящейся домой одинокой женщиной, заходил с ней в лифт, дальше – дело техники. 
Очень мешала Очкарику его уголовная внешность. Осторожные москвички не всегда решались зайти с таким кавалером в кабину лифта. Очкарик и здесь нашел выход – привлек к промыслу двух молодых девиц, взял, так сказать, шефство над подрастающим поколением. Иногда он действовал с двадцатилетним дружком Грысько. Познакомились у Павелецкого вокзала, когда, по оригинальному выражению одного из них, «дохли» в пивнушке. Общий язык нашли быстро, грабили квартиры, ставили на нож прохожих, но все это тяготило Очкарика, ему хотелось быстрее начать настоящие дела. 
До организации банды было еще далеко. Главарь обрастал связями, приобрел необходимый инвентарь – купил за пятьсот баксов пистолет Макарова с обоймой. Один из новых дружков дарит Очкарику прекрасную. наводку рассказывает о генеральном директоре ТОО «Макс» Ольге Шарковой, взявшей кредит 50 миллионов для «поддержи малого бизнеса». Устинович сразу понимает, что здесь пахнет большим барышом. Он похищает сына Ольги и требует выкуп. Любящая мать выполняет условия вымогателей, обналичивает банковский кредит и передает Очкарику 25 тысяч долларов. Сын коммерсантки отпускается с миром, но история получает неожиданное романтическое продолжение. Сорокалетняя Ольга чувствует внезапное сердечное влечение к вчерашнему недругу. Обиды забываются и скоро Очкарик перебирается в квартиру красавицы бальзаковского возраста на Кантемировскую улицу. 
И все же даже подвядшие прелести богатой пассии не отвлекают Мишу от стремления «получить много и без хлопот». Он ворчит, обращаясь к подельникам: «Квартиры – не мое амплуа». И идет на очередной разбой. Наколку на этот раз дает сожительница – называет адрес состоятельной женщины. Но, вопреки ожиданиям, Очкарик встречает отчаянное сопротивление. Тогда Миша недрогнувшей рукой пристреливает жертву ограбления. Позже она умирает от ранения в печень. Убийца, испугавшись шума, скрывается с места преступления с пустыми руками. На следующий день Устинович собирает подельников: «Хватит мелочиться. Будем потрошить кассы в магазинах. Я люблю быстроту». 
Детали первого налета разработали до мелочей. Выбрали магазин «Свет» рядом с метро «Пражская». Цены высокие – значит, деньги будут. Народу в зале немного, а главное – не банк, нет охраны, тревожной сигнализации… Основную миссию брал на себя Очкарик. Он ворвется в магазин, пальнет в воздух, прикажет всем оставаться на местах. Помощники Грысько и Армен Саргосян будут выполнять каждый свой маневр. Первый выгребет деньги из кассы, второй – подстрахует на входе. 
Сначала события развивались по сценарию бандитов. Выстрел в потолок, замешательство и оцепенение в торговом зале. Но Грысько, хотя ему сотни раз повторяли одно и то же, за деньгами к кассе почему-то не побежал, а как пень в растерянности стоял рядом с Очкариком. Тот сам рванулся к окошечку, выгреб деньги, выбежал на улицу. Машину «Москвич» наняли заранее – случайному леваку хорошо отстегнули. Он быстро довез их до ближайшего входа в метро, и налетчики смешались с толпой пассажиров. 
Дома отдышались, пришли в себя, подсчитали выручку и стали ждать реакцию – как-никак, разбой со стволом средь бела дня! Наследующий день в газетах сообщили о налете. Никаких примет или важных сведений не было. Очкарик самодовольно ухмылялся, ощущал себя крутым бандитом. В эйфории пребывали и подельники. В тот же вечер наметили следующий адрес. Боясь спугнуть удачу, выбрали очередной магазин «Свет». На этот раз действовали слаженно, поимели хороший куш и благополучно скрылись. Устинович, уверовав в свою неповторимость, как будто сорвался с цепи. Налеты на магазины «Свет» следуют непрерывной чередой. Они наглеют до такой степени, что дважды за короткий период нападают на один и тот же магазин. Как объяснил мне Миша, с которым удалось побеседовать в день задержания, никакого особого расчета не было: «Проезжали мимо, вспомнили, решили повторить…» Налетчики расширяют сферу деятельности – заглядывают в магазины «Обувь» и «Хозтовары», внимательно следили за прессой И очень удивились, прочтя, что ущерб от разбоя работники магазина «Свет» в Чертаново оценили в 4400 рублей, в то время как бандитам досталось вполовину меньше. 
Ни разу не отступали от обкатанной схемы – брали только деньги. Лишь однажды прихватили в кассе японский микрокалькулятор. Объяснение простое. «Монархист» имел незаконченное среднее (Очкарик родился в лагере, первый срок за разбой получил в одиннадцать лет, а в общей сложности провел за колючкой четверть века.) Подельники тоже высоким интеллектом не блистали, трудно было у них с устным счетом. Вот и взяли японскую машинку делить добычу по справедливости. Аппетиты росли, и Очкарик решил тряхнуть обменные пункты валюты. 
Первое нападение совершили на Михайловской улице. Парень-охранник пытался оказать сопротивление, не дрогнул, не упал, закрыв голову руками, при виде вооруженного бандита. Завязалась перестрелка, исход которой предсказать было нетрудно. Потому что парень стрелял из «газовика», а Очкарик, мечтавший о «законности и справедливости» (так написано в сочиненной им листовке), палил на поражение из боевого оружия. В Москве появилась первая жертва нападения на пункт обмена валюты… 
После задержания, делая чистосердечное признание, он притворно сокрушался: думал, дескать, что у охранника настоящий пистолет. Можно было бы поверить, если бы не случившееся через девять дней нападение на обменный пункт при кооперативе «Лубянский» на Никольской улице. И там охранники пытались задержать налетчика, хотя знали о расстреле на Михайловской. Очкарик вновь стрелял прицельно, убил наповал одного и тяжело ранил другого парня. Во время перестрелки он рассыпал валюту, но подбирать не стал – бросился прочь. Возможно, Устинович был бы смелее, но патронов в магазине его «Макарова» уже не осталось. 
Банда Миши Очкарика как будто открыла глаза налетчикам и разбойникам. Москва, по заявлению руководства МВД, стала лидером по числу вооруженных нападений на банки, обменные пункты валюты, коммерческие магазины, палатки и квартиры. Появились группы определенной ориентации, например – совершающие нападения на инкассаторов. В Подмосковье такая банда успешно действовала в течение прошлого года, отбирая деньги, перевозимые из банков на предприятия; В Москве на улице Расплетина начальник Строительного управления (СУ-27) вместе с шофером вез 140 миллионов для выплаты зарплаты. Когда «Москвич» остановился у светофора, к нему подбежали четверо мужчин в оранжевых жилетах дорожных рабочих, один из них прострелил из обреза голову начальника СУ-27, вырвал портфель с деньгами, и налетчики скрылись. 
Самое большое число нападений фиксировалось в 1995 году. Начальник дежурной смены Петровки, 38 Владимир Трепалин заметил, что разбои и налеты со стрельбой, погонями и увечьями жертв происходили почти ежедневно. Иногда за сутки регистрировалось сразу по нескольку налетов. 7 июля, например, в дежурную часть ГУВД Москвы поступило четыре сообщения о разбоях. В полдень на улице Куусинена четверо неизвестных ворвались в магазин «Сан и Сан». Угрожая пистолетом, они препроводили продавцов в подсобку и вынесли комплектующие к принтерам и компьютерам. В начале четвертого налетчик-одиночка, размахивая пистолетом, обчистил кассу обменного пункта банка «Запад-Восток» на Большой Садовой. Выручка оказалась смехотворной – 109 тысяч рублей и 45 долларов. Удачливее оказались бандиты, вооруженные пистолетами и обрезом, посетившие обменку «Анжи-Банка» на Саратовской улице, – почти шесть тысяч долларов. Примерно в это же время около пяти вечера разбойники заглянули в палатку ТОО «Дюна». В арсенале налетчиков-камикадзе была единственная боевая граната (Бонни с Клайдом до такого бы не додумались), угрожая которой они забрали 2,5 миллиона рублей и, не попрощавшись, скрылись. 
Чемпионами разбоя стали браться Труновы, чья банда совершила 20 нападений на валютные пункты. В беседе с сыщиком МУРа Вячеславом Зайцевым они признались, что преступниками их сделала нужда. Неудачливые бизнесмены из Солнечногорска взяли крупную ссуду в банке, предполагая быстро прокрутить деньги, вернуть долг, да еще остаться с наваром: Жизнь опровергла их представления о собственных коммерческих способностях, братья прогорели и погрязли в долгах. На мысль заняться разбоями натолкнула заметка в газете: считанные секунды и мешок баксов в руках. Впервые отправились на дело, купив в газетном киоске пластмассовый револьвер. Это позже в арсенале Труновых появился «АКМ», пистолет Макарова, револьвер системы «Наган»… 
Самая тревожная характеристика нынешних налетов – беспричинная и необъяснимая логикой агрессивность. Чем это объяснить? Главными действующими лицами и исполнителями преступных сообществ сегодня являются молодые, крепкие парни, большинство которых прекрасно физически подготовлено, прошло армейскую выучку, умеет пользоваться оружием, знакомо с методами диверсионной работы. Ежегодно тысячи выпускников школ не находят себе места в законной жизни. Растущая безработица, а также обнищание большей части населения, не позволяющее семьям содержать или помогать выросшим детям, заставляют молодых людей искать применение сил в криминальном мире. Однако и здесь, судя по всему, скоро наступит, если уже не наступил, избыток предложений над спросом. Серьезные группировки давно уже заняли прочное положение в легальном бизнесе, создают крышу коммерческим структурам. Они рекрутируют молодежь, но каждому дать «работу» не могут, членами бригад мафиозных структур становятся самые способные – побеждает сильнейший. А куда податься остальным? 
Любопытная закономерность, отмеченная аналитиками МВД: за последний год число убийств, совершенных людьми в возрасте 18-24 лет, увеличилось на четверть. Дает знать о себе «неорганизованное» пополнение уголовной среды. Грубо, неквалифицированно действуют неудачники, отторгнутые не только нормальным законным сообществом, но не пробившиеся, в отличие от более способных сверстников, в ученики к «крестным отцам». Между тем ездить на быстроходных иномарках, сидеть в дорогих ресторанах и пользоваться расположением красивых девушек хочется каждому. Вот и пускаются неудачники во все тяжкие, пытаясь доказать, что они не хуже других. 
Так, по убеждению начальника отдела по борьбе с бандитизмом МУРа Владимира Абрамова, появляются отморозки. Добыв ствол (а оружие нынче не достанет только ленивый), они легко идут на преступление, которое едва ли поддается нормальному объяснению. В подтверждение своих слов сыщик привел подробности бандитского нападения в последний день января 1996 года. В 16.00 в салон-парикмахерскую на улице Хачатуряна ворвались два двадцатилетних парня с пистолетами в руках. (Позже установлено, что это были «газовики», один из которых переделан для стрельбы патронами 5,6 мм.) Забрав у цирюльников выручку, они выскочили на улицу и начали ловить попутку. Суетящимися молодыми людьми заинтересовался проезжавший мимо экипаж муниципальной милиции. На просьбу показать документы парни вытащили стволы и открыли стрельбу. В неразберихе ранение в бедро получила случайная прохожая, прострелена нога одного из налетчиков. Стрелявшего взяли сразу, второго – спустя два дня. Самое нелепое в этой истории – цена крови, стрельбы и ожидающей молодых парней тюрьмы. Выручка налетчиков составила 600 тысяч «деревянных». 

Клетка для коммерсанта 

Выдумывать этот страшный диалог не пришлось. Его записали на диктофон сыщики Регионального управления по организованной преступности в квартире похищенного коммерсанта. В комментариях беседа не нуждается. Единственное пояснение: Т. – тесть жертвы, а Н. – неизвестный вымогатель. 
Н.: Алло, это кто? 
Т.: Это Тимур Яковлевич. 
Н.: Как живешь, как самочувствие? 
Т.: В смысле? 
Н.: Не ломай комедию. Платить собираетесь? 
Т.: За что? 
Н.: Давай не будем долго разговаривать. Если условия не устраивают, то я заканчиваю. Но пеняйте на себя. 
Т.: Ладно, скажите, что хотите. 
Н.: Много хочу. 
Т.: Зачем меня вызывали в Москву? 
Н.: Хочу вам зятя Мираба продать. Купите? 
Т.: Вы меня на переговоры вызвали – предлагайте. 
Н.: Послушай, дурак старый, я и тебя могу продать, если будешь много разговаривать. 
Т.: Что ты ругаешься? Слушаю тебя. 
Н.: Мне надо 700 тысяч долларов. 
Т.: Сколько?! 
Н.: Если ты такой непонятливый, рискуешь зятя никогда не увидеть. 
Т.: А вы мои возможности знаете? 
Н.: Все мы прекрасно знаем… 
Т.: Такая сумма мне и во сне не снилась. 
Н.: Значит, должна присниться, должен достать – понимаешь? Короче, позвоню позже, а ты мне ответишь без вихляний «да» или «нет». 
…Пока шли переговоры, надежда увидеть похищенного живым еще оставалась. Хотя сам он все меньше надеялся на благополучный исход. Бандиты с ним не церемонились, относились как к вещи, которую нужно привести в товарный вид и продать с наибольшей выгодой. Скоро Мираб понял: если ведут в ванную – значит, будут бить. Там это делать было удобно. Потом кровь на кафельном полу вытирали тряпкой, а ему ополаскивали лицо водой. И на том спасибо… 
Организатор похищения нервничал и злился. Требуемую сумму родственники собрать не могли, а нанятые охранники – накачанные молодые парни – с каждым днем выполняли свои функции все неохотнее. До Нового года оставалось два дня. Кому понравится встречать праздник не с подружками, а в компании замордованного и потерявшего человеческий облик заложника? 
В первый же день Мирабу сломали ребро. После серии ударов, когда он потерял сознание и оказался на полу, его привели в чувство и прислонили спиной к стене. Потом он увидел яркую вспышку фотоаппарата «Поляроид». Один из охранников, посмотрев на свеженький глянцевый снимок, скривился и произнес: «Не, тут у него вид слишком бодрый. Добавить нужно». 
После того как добавили, он пришел в сознание не сразу. Первым ощущением был холодный и липкий от крови кафельный пол в ванной. Кровь вытерли тряпкой, его снова поставили к стене. Когда из фотоаппарата выполз второй снимок, Мучители уставились на изображение и некоторое время молчали. Затем старший из парней произнес: «Ну, здесь – совсем как покойник. Не поверят, решат, что мы его грохнули. Пошлем первый вариант». 
…Кошмар начался ранним утром. Мираб, как обычно, сел в «БМВ» и начал выруливать из двора дома на улицу. Едва автомобиль оказался в подворотне, как выезд перегородил серебристый «мерседес», а сзади взвизгнула тормозами «восьмерка». Дальнейшее напоминало сюжет крутого гангстерского фильма. Два крепких парня подскочили к «БМВ». Мираб пытался защититься – успел нажать на фиксаторы дверей, но эта предосторожность не помогла. Нападавшие первым ударом ноги выбили боковое стекло, а следующим ударом оглушили Мираба и лишили возможности сопротивляться. 
Везли его в машине, натянув спортивную шапочку до самого подбородка. Лишь оказавшись в квартире, на девять дней ставшей клеткой и пыточной одновременно, Мираб сумел рассмотреть похитителей. Руководил всеми абсолютно седой кавказец, а его подручные выглядели обычными качками. Таких по Москве бродят сотни. Старший спросил у Мираба домашний телефон тестя, живущего в Поти и занес номер в электронную записную книжку. Затем дал инструкции парням и уехал. 
Вымогатели затребовали у родственников Мираба (вели переговоры в основном с тестем – бизнесменом из Грузии) 700 тысяч долларов. Для психологического давления подбросили жене похищенного ту самую страшную цветную фотографию. Угрожали, в случае невыплаты денег, прислать во фруктовой корзине голову мужа. Трудно передать словами состояние семьи заложника. Требуемой суммы ни у кого не было, а вымогатели злились, звонили, назначили последние сроки… К счастью, все закончилось благополучно. Накануне Нового года Мираба сунули в «мерседес», вывезли за город и вытолкнули на тротуар в предновогоднюю толпу спешащих прохожих. 
По мнению следователя Алексея Николаичева, занимавшегося этим уголовным делом, бандиты могли отказаться от своих намерений после уточнения финансовых возможностей семьи. Не исключено, что кто-то снабдил вымогателей некорректной информацией относительно тестя-коммерсанта. Нельзя исключить и боязнь подключившейся к спасению заложника милиции. Преступники наверняка вели скрытое наблюдение за женой заложника, его квартирой и могли заметить что-то подозрительное. Но самое простое и наиболее реальное объяснение – тайное соглашение между вымогателями и родственниками похищенного. Последние могли счесть за благо залезть в долги, но выплатить полностью или частично требуемую сумму. Понятно, что деталями мировой, если, конечно, она состоялась, с правоохранительными органами никто делиться не стал. А уголовное дело, за не розыском преступников, было приостановлено. 
По свидетельству сотрудников милиции и службы контрразведки, число не выявленных случаев похищения людей с целью получения выкупа очень высоко. Точной цифры не назовет никто – трудно четко определить грань, отделяющую временное пребывание жертвы вымогательства под контролем от взятия в заложники и содержания человека в неволе. В уголовных делах по рэкету есть немало примеров, когда жертвы и преступники «бесконфликтно» месяцами жили вместе в номерах отелей, передвигались по городу и даже переезжали из одного государства в другое. Можно лишь примерно догадываться о размерах латентности этих преступлений. Очевидно лишь, что любой вид рэкета не обходится без угроз о взятии в заложники и жертвы предпочитают не проверять на практике серьезность намерений своих «опекунов». 
Самое большое число похищений с целью получения выкупа столичная милиция зафиксировала в 1994 году. По свидетельству сыщиков, ежедневно специальные группы РУОПа и ОМСОНа выезжали спасать людей по заявлению родственников или компаньонов. Случалось, что при освобождении конкретного лица оперативники обнаруживали в том же помещении еще одного или двух заложников. 
Появились хорошо организованные и технически оснащенные бандиты узкой «профессиональной» ориентации. Была даже разоблачена грузинская преступная группировка, поставившая на поток похищения богатых земляков, занимающихся бизнесом в столице. У бандитов изъяли автоматическое оружие, радиостанции, приборы ночного видения, радиотелефоны, электрошоковые дубинки. Цена откупного была разной – от нескольких тысяч до нескольких миллионов. Долларов, разумеется. 
Претерпели изменения и способы обработки заложников. Иногда бандиты обходятся зуботычинами и словесными угрозами. Но как в наш технический век избежать соблазна попользоваться достижениями цивилизации? И вот в ход идут утюги, электрощипцы, вместительные продовольственные холодильники, паяльники, электродубинки… Одну из жертв оригиналы вывесили с балкона вниз головой на тринадцатом этаже жилого дома, другой – вставляли в нос металлические трубки и тушили о ладонь недокуренные сигареты. Но, пожалуй, всех превзошли бандиты, требовавшие у похищенного коммерсанта поставить подпись под финансовым документом. Для убеждения непокорного они воспользовались обыкновенным кипятильником. Электроприбор засунули жертве в задний проход и поднесли конец шнура к розетке – все вопросы мгновенно отпали… 
Статистика свидетельствует, что многие жертвы вымогательства сами провоцируют преступников. Долги, невыполненные в срок обязательства, финансовые авантюры, неразбериха в законах некогда братских республик, неразворотливость арбитражного суда и засоренность коммерческих структур предпринимателями с криминальными связями – таковы декорации, на фоне которых разыгрывается большая часть историй о похищениях. Устаревшее законодательство и судопроизводство, в чьи рамки некоторые виды преступлений даже не укладывались, создали прекрасные условия для возникновения выгодного бизнеса – так называемого выбивания долгов. Зачем обращаться к официальным структурам за справедливостью, отвечать на неудобные вопросы и ждать месяцами, когда крепкие парни – мастера своего дела, легко решат вопросы в считанные дни? 
Государство, занятое глобальным политико-экономическим переустройством, смотрело на возникшую проблему сквозь пальцы. Между тем специалисты вошли во вкус, требуя свою долю от любого, кто попадал в их поле зрения. Нельзя сказать, что государство, а точнее его правовые институты не пытались взять ситуацию под контроль. Уголовные дела возбуждались, подозреваемые задерживались, опрашивались пострадавшие и свидетели… А затем суд (если дело не разваливалось еще во время предварительного следствия из-за угроз потерпевшим, давления на работников милиции и прокуратуры) и почти условное (в сравнении с общественной опасностью деяния) наказание. Любопытно, что в начале 90-х годов криминалисты отмечали необъяснимое на первый взгляд снижение числа заявлений о вымогательствах. Все было просто: люди перестали верить в защиту государства, предпочитая неприятностям и нервотрепке выполнение условий рэкетиров. В прошлом году МВД привело устрашающую цифру: в России действует 4,5 тысяч рэкетирских банд. Разве не понятно, что они появились не на пустом месте, что государство само спровоцировало криминальную революцию? 
К чести московской милиции, рост преступлений этой категории удалось немного сбить. Уже в прошлом году спецназ не работал в режиме «скорой помощи», вызволяя на дню по нескольку человек. Отчасти сказалось изменение криминальной конъюнктуры. Похищать людей стало не так выгодно. Кроме того, оперативные службы ГУВД Москвы разгромили несколько группировок, специализировавшихся на заложниках. Не последнюю роль сыграла знаменитая, благодаря обширным телерепортажам, история освобождения из плена двух сотрудниц обменного пункта на Крымской набережной. Банда из трех человек попыталась забрать валюту. Ей почти удалось задуманное, когда вмешался случай – проезжавший поблизости наряд милиции, услышав о происшествии по рации, быстро оказался на месте преступления. 
Бандиты, увидев подъехавших к обменному пункту милиционеров, открыли стрельбу из автомата Калашникова. В перестрелке погиб молодой парень – сержант Сергей Карнаух. Были вызваны другие наряды, подтянута группа быстрого реагирования столичного РУОПа, приехало практически все милицейское начальство, прокурор Москвы Геннадий Пономарев, руководители управлений и служб. Мешающее в таких сложных ситуациях обилие больших людей на этот раз делу не повредило. Главным образом благодаря решительным и предельно жестким действиям офицеров, отвечавших за успех операции. 
На экранах подобные мероприятия выглядят впечатляюще. В жизни – просто жутко. Даже находясь в двадцати метрах от эпицентра событий (главным направлением удара штурмовой группы было зарешеченное окно обменного пункта), я немного оглох от выстрелов и чувствовал холодок страха. Каково же было несчастным женщинам под стволами бандитов? Обе заложницы не получили ни единой царапины. Одна из них вышла сама, другую крепкий парень из спецназа вынес на руках. Оглушенная и испуганная женщина плакала… Два бандита были убиты в перестрелке, третий остался жив. Уверен, что обстоятельства освобождения заложниц, а главное – действия милиции в отношении уголовных террористов, оказались лучшей профилактикой вымогательства. 
В Москве еще не было случая, чтобы освобождение заложников заканчивалось трагически. Даже когда преступники угрожали и применяли скорострельное оружие и взрывчатые вещества. Лишь в прошлом году произошла трагедия. Подонки, похитившие мальчика-пятиклассника, потребовали у его отца прораба (!) выкуп 20 тысяч долларов. Оперативники наверняка смогли бы спасти ребенка, но бандиты убили его в первый же день. Об этом стало известно позже, когда сыщики РУОПа задержали одного из ублюдков. 
Методы вымогателей становятся все более изощренными. Пока вершиной цинизма остается похищение бандитами годовалой Анастасии Краснобаевой. За ее освобождение вымогатели потребовали 24 тысячи долларов. Оперативники действовали безупречно, ребенок не пострадал. Чуть позже произошла не менее драматичная история. На этот раз бандиты похитили сразу четырех Людей, в том числе трехлетнюю девочку и девятиклассника. Требование: за свободу – 9,5 миллионов рублей. И вновь банда вымогателей, без нанесения ущерба жертвам похищения, была обезврежена. Счастливый конец в таких историях не гарантирован. Так, в Ростове-на-Дону у школы был похищен тринадцатилетний Леша Тирацуян. Вымогатели потребовали у родственников за освобождение ребенка 60 тысяч долларов. И хотя условия бандитов были выполнены, жизнь мальчика сохранить не удалось. Преступники убили его, опасаясь разоблачения. (Ребенок узнал в похитителе своего родственника.) Все преступники задержаны, только легче ли от этого близким несчастного ребенка? 
Порой захват заложников становится уже не методом выколачивая долгов или способом обогащения, а просто популярным видом самовыражения. Неуравновешенный студент Государственной академии нефти и газа Сайдахметов сделал заложниками двух своих подружек – студенток той же академии. Для чего? Объяснение простое – захотел поговорить о вечном с муллой… Или еще один похожий случай, который можно бы назвать курьезным, да язык не поворачивается. А речь вот о чем. Два жителя Ульяновска решили ограбить квартиру, но встретили сопротивление хозяев и… взяли их в заложники. Единственное, что они требовали – срочно передать им наркотики. Замастырили по косячку, побалдели и сдались милиции. Пренебрежение к чужой жизни, разумеется, во многом объясняется наплевательским отношением к своей собственной. Но не только. Бандиты, рэкетиры, вымогатели и сегодня, несмотря на известный президентский указ о борьбе с особо опасными видами преступлений, живут еще по старым меркам. До последнего времени незаконное лишение свободы расценивалось как хулиганство и наказывалось сроком… до шести месяцев, а в исключительных случаях на срок до трех лет. Понятие «захват заложников» могло применяться только в отношении граждан иностранных государств. И хотя теперь наконец ситуация изменилась, наказание (пока чисто теоретически) ужесточилось, а дела по бандитизму возбуждаются пачками, реальную отдачу мы почувствуем еще не скоро. Джинна, выпущенного из бутылки и почувствовавшего вкус безнаказанности, загнать обратно очень непросто. Недавно спецслужбами предотвращено похищение пятилетнего ребенка, которое должен был совершить двадцатидвухлетний парень. Но самое интересное, что организатором несостоявшегося вымогательства оказался шестнадцатилетний подросток. Еще более впечатляет сообщение из Оренбурга, где бандиты выкрали у матери сына, возраст которого… девять дней! Доживем ли мы до похищений грудных младенцев прямо из род– домов? 

Однокомнатный склеп в тихом микрорайоне 

В 1992 году в Москве появился новый, не встречавшийся ранее вид преступлений. Это выяснилось после разоблачения нескольких банд, совершавших серийные убийства одиноких владельцев приватизированных квартир. Причем нм оперативные службы, ни прокуратура оказались не готовы к появлению таких преступлений, что логически объяснялось отсутствием соответствующей государственной правоприменительной практики. Даже термин «приватизация», запущенный в обиход известным московским реформатором Г. Поповым, правильно понимался лишь его изобретателями и их окружением. А уж в области гражданского права с приватизацией и вовсе был темный лес. 
Позже, анализируя ситуацию, правоведы сделали однозначный вывод: убийства фактически спровоцированы отсутствием законов и нормативных актов в сфере операций с недвижимостью. Но к тому времени в десятках безымянных могил в подмосковных лесах уже догнивали останки удушенных или забитых насмерть стариков, а несколько тысяч людей оказались лишенными крыши над головой, превратившись в бомжей поневоле. 
Первые признаки бума криминальной приватизации появились в феврале 1992 года. Тогда за помощью в МУР обратился внук известного советского прозаика, которому дедушка-классик оставил в наследство роскошные многоквартирные апартаменты в центре Москвы. Он поведал сыщикам историю, напоминавшую поучительную детскую сказку о доверчивом зайце, приютившем в своем домике коварную лисицу. Молодой человек, как и все творческие натуры, систематически испытывал материальные трудности. Узнав о его проблемах, знакомый посоветовал: «Зачем тебе такие хоромы? Сдай пару комнат – на обед с ужином хватит, и еще останется…» После недолгих раздумий внук нашел солидных коммерсантов и заключил с ними джентльменское соглашение. По договору гости получали часть квартиры под офис и жилье. Хозяин оставлял за собой одну комнату и ежемесячно клал в карман солидную сумму долларов. Как легко догадаться, договоренность нигде юридически закреплена не была. 
Сначала никаких осложнений не возникало. Квартиранты исправно платили, вели себя уважительно и тихо. Но затем начались неприятности. Сославшись на временные трудности, гости стали задерживать плату, а через пару месяцев, когда молодой человек в очередной раз робко напомнил о долге, выставили ему ультиматум: «Оформляй квартиру на нас. Будешь упрямиться – пожалеешь, что на свет появился». Для большей убедительности угроз гости заперли хозяина на ключ, а напоследок добавили: «Срок – пять дней». Чем для него обернется отказ, хозяин догадывался, поэтому не стал дожидаться исполнения обещаний. Усыпив бдительность сторожей, он чудом выскользнул за дверь и в одних носках и шортах прибежал в ближайшее от– деление милиции. Там, как и следовало предполагать, услышав о приватизации, переоформлении квартиры, выписке и прочих новациях эпохи рыночной экономики, почесали в затылках, но все же сочли за благо подключить МУР. Это и спасло интеллигентного потомка писателя от печальной участи бомжа, а возможно, и чего-то худшего… 
Между тем продажа недвижимости набирала обороты. Сделками на рынке жилья занимались уже сотни полулегальных или откровенно бандитских контор, маклеры вели настоящую охоту за одинокими людьми, заводили осведомителей в домоуправлениях и жилконторах, подкупали участковых и сотрудников паспортных столов, обзаводились нужными специалистами в нотариальных конторах. Внешне ситуация еще не выглядела тревожной. За весь 1992 год было возбуждено лишь одно уголовное дело по факту исчезновения квартирного собственника. Истинные размеры беды стали ясны на следующий год, когда число только доказанных убийств владельцев жилья приблизилось к полусотне. 

Из аналитической справки Московского уголовного розыска: 
«В 1992-1993 годах выявлен новый вид корыстных убийств с целью завладения приватизированными квартирами или деньгами, при заключении сделок купли-продажи. Такие преступления совершаются серийно устойчивыми груп– пами лиц. Убийствам предшествуют действия, укладывающиеся в одну из сле– дующих схем: 
– под давлением преступников потерпевшие лично приватизируют и отчуждают жилье в их пользу; 
– потерпевшие лишаются жилья после фиктивных обменов или браков; 
– под физическим или психологическим давлением либо вследствие обмана владельцы доверяют преступникам производство всех операций с квартирами. 
Как правило, такие убийства тщательно подготавливаются, принимаются меры для невозможности установления личности жертв, убийства маскируются под безвестное исчезновение граждан. Изучение проблемы позволяет сделать вывод о высокой латентности преступлений. По сведениям ГУВД на 1.10.94 г. 3264 человека, выбывших после продажи приватизированных квартир на другое место жительства, по новым адресам не значатся. Не исключено, что они стали жертвами аферистов или убиты». 

В начале 1993 года сыщики МУРа разоблачили банду, чью схему действий можно назвать типичной. На первом этапе преступники выявляли одиноких престарелых граждан, владеющих отдельными квартирами, изучали их социальный статус, круг интересов, привычки и приступали к обработке жертв. Помощниками бандитов были работники домоуправления, предоставлявшие нужную информацию за умеренное вознаграждение. Характерно, что «случайное» знакомство со стариками начиналось, как правило, около винного отдела магазина. Преступники умело использовали пороки и слабости жертв. В ход шли заманчивые обещания и посулы разнообразных благ, хозяева жилья опутывались паутиной заботы и ласки предупредительных и щедрых молодых людей. Со стола не исчезали добротные спиртные напитки и богатая закуска. Во время задушевных застолий хозяев убеждали оформить доверенность на кого-нибудь из махинаторов. «Ваше беззаботное будущее обеспечено», – заверяли они жертв. 
Если мягкие средства воздействия на владельцев жилья не помогали, бандиты использовали другие методы обработки. Жертву вывозили за город, обычно в поселок Гжель, где проживали трое преступников, и истязали до тех пор, пока она не давала согласие подписать нужные документы. В дальнейшем для лучшего контроля действий опекаемого преступники накачивали его психотропными препаратами, подавляли волю, делая внутривенные инъекции. Как только удавалось добиваться подписания доверенности на приватизацию с последующей продажей квартиры, законный хозяин становился помехой. Его устраняли по-разному, но всегда без тени сожаления. 
Владелице однокомнатной квартиры с улицы Юных Ленинцев в районе Люблино сделали соответствующий укол. После того, как несчастная перестала подавать признаки жизни, ее тело вывезли в лес недалеко от станции «Кузяево» и зарыли в землю. Другого пожилого москвича, владельца двухкомнатной квартиры, неделю держали взаперти, опаивали, били, насильно вливали в рот водку. Наконец он подписал бумаги (то есть собственный смертный приговор), – бандиты тут же отправили его на тот свет, а тело, чтобы далеко не тащить, зарыли в подполе собственного дома в поселке Речицы. Жили себе спокойненько, пили, ели… 
Интересная подробность: чтобы неприятный запах тления не беспокоил, хозяева завернули труп в многослойный полиэтиленовый мешок. Любопытна еще одна деталь, подмеченная сыщиком МУРа Александром Мирошником. Когда тело жертвы извлекли из подвала и осмотрели карманы одежды, то не обнаружили в них ничего, кроме кусочка чеснока и корки черного хлеба. За покойным водился грех – большой был любитель выпить. Так и принял смерть с приготовленной скромной закуской в кармане. 
Не все жертвы отправлялись к праотцам. Одного из владельцев жилья уже почти «приговорили» к приватизации – вывезли в Подмосковье, десять дней и ночей поили водкой и пытали, но в последний момент вдруг потеряли к нему интерес и отпустили с миром. Добродетель объяснялась отнюдь не прозрением злодеев. Оказалось, что в квартире прописан еще и брат жертвы, проходящий лечение в психбольнице. Махинаторы ездили «навестить» хворого родственника, выспрашивали у врачей: можно ли без ведома больного и соответствующей медицинской комиссии выписать его из квартиры? Получив отрицательный ответ, они потеряли интерес к вопросу, что и спасло жизнь жертве. Другому объекту внимания преступников повезло меньше. Он остался жив-здоров, но вынужден был переехать на кухню собственной квартиры. Как только он оформил доверенность, жилье перешло во владение иногороднему коммерсанту, занявшему комнаты на правах нового хозяина. 
…Телевидение и газеты наперебой расхваливали выгоды приватизации и объявляли астрономические цены на квадратные метры в столице. Нуждающиеся одинокие старики сознавали, что оказались вдруг владельцами огромных состояний. А циничные проходимцы быстро ориентировались в конъюнктуре и создавали под видом посреднических фирм по операциям с недвижимостью настоящие похоронные бюро – например, с благородным названием «Центр Хелп» («Центр помощи». – Примеч. автора.). От рук сотрудников «Центр Хелп» погибло одиннадцать человек. Причем «коммерсанты» со временем вошли во вкус и действовали как профессиональные киллеры. Двух свидетелей они расстреляли из автоматов Калашникова с глушителями днем в подъезде многоквартирного жилого дома. 3а каждую жертву убийцы получали солидный гонорар по пять тысяч «зеленых». Хватало и организаторам, так как квартиры, даже по самым скромным оценкам, стоили от пятнадцати тысяч долларов и выше. 
Пиком криминальной приватизации откровенно бандитской направленности стал 1994 год. Тогда, по свидетельству первого заместителя начальника МУРа Виктора Голованова, было обезврежено свыше 20 группировок, поставивших на поток убийства владельцев московских квартир. О масштабах деятельности преступников говорит и такой факт. Сыщики изобличили группу из Азербайджана, у которой изъяли общие тетради со списками фамилий и адресов 2,5 тысяч владельцев приватизированного жилья. 
Почти еженедельно совершались невероятные по дикости и кровавым подробностям преступления, связанные с пресловутым квартирным вопросом. Дочь, чтобы удовлетворить свои материальные потребности, подговаривает дружка зарезать собственную мать. Цель – завладение приватизированной малогабаритной квартирой в «хрущобке»… Другой случай. На чердаке выселенного дома находят тело обнаженной девушки со следами страшных побоев – сломанные ребра, выбитая челюсть, перебитые ноги. Сыщики подозревали появление маньяка, но выяснилось, что убийца – близкий приятель жертвы, отомстивший ей таким образом за отказ отравить ядом своих родителей – владельцев просторной квартиры в центре Москвы. 
В подмосковном городе Железнодорожном борьба за благоустроенное жилье приобрела и вовсе какие-то пещерные формы. Двухкомнатную коммуналку делила молодая пара с ребенком и пожилые супруги. Молодым, конечно, хотелось уединения, и глава семейства начал уговаривать стариков: «Продайте свою комнату. У вас дом в деревне есть, все равно там постоянно сидите». Но соседи заупрямились, начались ссоры, взаимные угрозы. В один из дней парень схватил топор и зарубил мешавших его цивилизованному бытию соседей. Затем вытащил мертвые тела в соседнюю рощицу, развел большой костер и сжег в нем отрубленные головы. По словам заместителя начальника областного уголовного розыска Валерия Рогова, убийца особенно не переживал, зато очень интересовался, сумела ли супруга перевести на себя освободившуюся комнату. 
Одна из лжефирм, на счету которой серия преступлений, не только убивала становившихся ненужными владельцев недвижимости, но и брала на себя их похороны. Трое бедолаг были вывезены в Тверскую область, хладнокровно убиты и преданы земле… на местном деревенском погосте. Успешно «сотрудничал» с покойниками и москвич Тания. Он занимался куплей и перепродажей квартир уже умерших людей. В доле у мошенника были служащие жилконтор, а также два добросовестных помощника из 138-го отделения столичной милиции. 
После сенсационных разоблачений преступных групп типа «Центр Хелп» наступило некоторое затишье. В прошлом году громких дел было на порядок меньше. Объяснений несколько. Конечно, сами хозяева квартир научились осторожности. (Хотя, как считают оперативники, неосторожные просто выловлены волками-санитарами периода дикой приватизации.) Более жестко сегодня проводится лицензирование фирм, занимающихся юридическим оформлением купли-продажи жилья. По распоряжению мэра Москвы Юрия Лужкова, специальная комиссия инспектировала деятельность риэлторских контор, совместно с прокуратурой и милицией выработала правовые и организационные рекомендации, упреждающие нарушение законов. Но главное, по мнению сотрудника аналитической группы МУРа Владимира Разуваева, бандиты тоже сделали выводы, действуют более изощренно и скрытно. 
За 1995 год зафиксировано около двух десятков убийств владельцев московских квартир. Преступления не имели признаков серийности. Типичным стало улучшение жилищных условий за счет исчезновения или скоропостижной смерти соседа. Заказчиками, как правило, были разбогатевшие коммерсанты, а исполнителями их знакомые или малоквалифицированные бомжи. Так, в одной из квартир в центре столицы обнаружили тела трех забитых до смерти сковородками людей. Выяснилось, что убийство совершено их партнерами по продаже жилья. Вот, пожалуй, самый значительный эпизод в этой области за последнее время. Но исключить новый всплеск преступлений нельзя. Как утверждала назойливая телевизионная реклама очередной финансовой пирамиды: московская недвижимость всегда в цене. 

Смерть стояла на обочине 

Не каждая женщина отважится выйти из дома, надев на себя дорогие ювелирные украшения. Чувства, так хорошо знакомые состоятельным модницам, сегодня испытывают и водители, отправляющиеся в дорогу. Автомобили, имеющие высокую стоимость и большой спрос, превратились в приманку для бандитов, а нападения на владельцев машин стали прибыльным и распространенным ремеслом. Автотрассы, конечно, контролируются сотрудниками ГАИ, но у них появились дерзкие и вооруженные конкуренты. Быть убитым или ограбленным теперь рискует каждый, севший в автомобиль в качестве шофера или водителя. 
О размахе бандитизма на дорогах можно составить представление по случившемуся в Серпухове. Местные жители собрались в очередной шоптур на автобусах в Польшу. Караван состоял из трех «Икарусов». Выехали с автовокзала как запланировали. Все шло нормально, пока группа не оказалась на бетонном кольце трассы «Серпухов – Балабаново». Примерно на 18-м километре решили сделать естественную остановку по известной схеме: девочки – налево, мальчики – направо. Тут-то и появились три автомобиля «Жигули», в которых сидели крепкие парни в кожаных куртках, одинаковых черных перчатках на руках и с масками на лицах. Дальнейшее напоминало сюжеты крутых западных вестернов. 
Серьезные намерения парни продемонстрировали достаточно убедительно – прострелили боковое стекло водительской кабины. Затем, разделившись на три группы, ворвались в салоны автобусов. В руках налетчики держали оружие, на головах – темные вязаные шапочки с прорезями для глаз. Все три автобуса заставили съехать с бетонного кольца, загнали на глухой проселок, а затем приступили к «таможенному» досмотру перепуганных пассажиров. 
Кто-кто, а челночники народ тертый, к передрягам привыкший. В двух автобусах началась драка, с одного из напавших сдернули маску, оцарапали лицо. Но дальше дело не дошло, крутые парни быстро навели прядок. Один турист получил легкое огнестрельное ранение в голень, еще семеро были избиты и позже оказались в больнице. Нападавшие же отобрали все деньги, в том числе доллары и золотые ювелирные украшения, напоследок бабахнули для устрашения в воздух и, приказав растерянным жертвам налета никуда не двигаться в течение часа, сели в «Жигули» и умчались в сторону Серпухова. Физически никто из неудачливых туристов серьезно не пострадал. Ущерб был материальным. По некоторым данным (точные цифры из-за уклончивости ответов потерпевших назвать трудно), налетчики захватили около 900 миллионов рублей. 
Не принес результата спешно введенный на территории Московской и Калужской областей оперативный план «Сирена». Мало помогли и беседы с потерпевшими. Даже точное число бандитов установить не удалось – примерно шесть-семь. Автомобильные номера, стоявшие на «Жигулях» налетчиков, оказались крадеными с других машин. Не принесла пользы отработка ранее судимых и привлекавшихся за аналогичные преступления лиц.
Словесный портрет единственного рассмотренного злодея, созданный по описаниям туристов, тоже не навел сыщиков на след. Похоже, что громкий серпуховский налет останется «висяком», хотя оперативники убеждены, что найдут бандитов. Уверенность милиции строится на следующих соображениях. Судя по характеристике действий налетчиков, они были новичками, многие выглядели обкурившимися наркотиками. Двадцатилетние наркоманы, которым удалось дерзкое нападение, разумеется, не остановятся, пойдут на новые преступления. И, конечно, рано или поздно сделают ошибку, будут задержаны милицией. Остается только верить, что ждать ошибки долго не придется. 
Несмотря на простоту, с которой действовали серпуховские бандиты, это ЧП остается экзотикой. Самый распространенный вид преступлений на трассе – разбойные нападения на водителей и убийства, связанные с завладением транспортными средствами. Типичны действия банды некоего Груши, членов которой удалось задержать сразу в нескольких регионах России. 
Из показаний задержанного Вадима Б.: «В камере я вспомнил свою жизнь. Работал в основном честно, старался принести пользу Родине. А закон преступал не ради собственной выгоды. Хотел укрепить фирму «Омега», где работал с другими людьми. Уйдя на пенсию, мечтал жить спокойно, создав задел детям. Чтобы они не начинали с нуля, а имели налаженное дело и были бы продолжателями рода. Конечно, у меня, как у всех людей, есть и нарушения…» 
Какое же наследство оставляет радетель благосостояния Родины своим детям, что называет «нарушениями»? Он в одиночку выстрелами в затылок убил двух водителей большегрузных «Камазов», еще с пятерыми расправился при помощи дружков-подельников. Ранее судимый житель Павловского Посада превратился в матерого убийцу. Для него водители были досадной помехой, от которой следовало быстро и тихо избавиться. 
Начали с банального угона «Камаза» в Павловском Посаде. Водитель грузовика оставил ключи в замке зажигания и отошел перекусить. Тут и подоспел Вадим с напарником. Машину перегнали в Электросталь, перекрасили кабину, заменили государственные номера, перебили номера кузова и рамы. Грузовик продали в Краснодаре, получив неплохие деньги, но надолго их не хватило. И тогда приятель Вадима Петр В. предложил создать бригаду, специализирующуюся на кражах большегрузных автомобилей. 
Петр уверял, что спрос на них огромный. У него уже имелись покупатели в Электростали, Армавире, Краснодаре. Главное, наставлял он, подельники должны быть надежные и крепкие, работа не для слабаков, а для настоящих мужчин. Петр успокаивал, что на Кавказе такой бизнес процветает давно, «Камазы» пропадают вместе с водителями и милиция, как правило, никого не находит. 
В дальнейшем бандитам понадобились «Жигули». Нашелся и такой помощник. Теперь они разъезжали по Московской области, в основном по шоссе Горьковского направления, и высматривали подходящие большегрузы. Найти машину – а дальше дело техники. Вадим оказался идеальным парламентером. Он сам когда-то работал дальнобойщиком и хорошо знал, чем умаслить водителей. Начинал издалека, расспрашивал о житье-бытье, затем предлагал халтуру на выгодных условиях. Одних убивали в кабине грузовика, других под благовидным предлогом вызывали наружу и резали рядом с машиной. – Насколько буднично описываются детали преступлений, как будто речь идет не о живых людях, а о мешках с мусором… 
Из показаний Вадима Б.: «В Ногинске меня познакомили с Дато. Он объяснил, какие машины нужны, сколько он платит, договорились… Недалеко от московской кольцевой дороги в отстойнике Горьковского шоссе мы заметили «Камаз» – тягач с фурой «Алка». Как раз такой заказывал Дато. Водитель грузовика был в годах, маленького роста. Мы посоветовались и решили его взять, тем более машина казалась новой. Остановились, я подошел и попросил перевезти груз из Ногинска в Ульяновск. Узнав о цене, водитель подумал и согласился. Поехали в Павловский Посад, пригласили его ко мне домой перекусить и отдохнуть, а в квартире застрелили из двустволки. Ночью вынесли тело из дома, положили в багажник, вывезли к Клязьме и столкнули в воду». 
На счету Груши и его дружков более десятка убийств. И все же их превзошла банда, которую возглавлял двадцатилетний Сохин из Балашихи. Первое убийство относится к маю 1993 года. 
Из показаний Сохина: «Около метро «Парк культуры» остановили «ГАЗ-31» белого цвета. Попросили водителя отвезти в Балашиху, обещали хорошо заплатить. Тот согласился. По дороге переговорили – решили отнять машину. Подъехали к Бисерову озеру, остановились, тут Шагов ударил водителя ножом. Лезвие через солнечное сплетение прошло насквозь до сиденья. Водитель захрипел. Тело оттащили в лес, забросали ветками, уехали». 
Угнанную «Волгу» переправили к третьему подельнику – Арефьеву, отмыли салон, выждали и повезли машину в Белоруссию, где продали знакомым за 3,5 миллиона рублей (по тем временам хорошая цена). После этого молодые люди, не обремененные комплексами и нуждавшиеся в острых ощущениях и средствах, прочно встали на путь кровавого промысла. Шагов, Сохин, Исаев, Морозов сформировали группу и брались выполнять любой заказ, главное – деньги. Увидев нужную машину, уже не раздумывали. От владельца избавлялись легко, даже вошли во вкус. Один из бандитов, раскроив жертве череп монтировкой, любил поковыряться «в мозгах. Даже подельники с отвращением вспоминали эти подробности. 
Их не трогала мольба о пощаде. Один из водителей – вдовец, отец двух девчушек – почувствовал неладное и упал на колени: «Не убивайте, ребята, никому ни слова не скажу, возьмите все, только пощадите!» В ответ они только ухмыльнулись. Убитого даже не потрудились спрятать. Бросили тело на кучу песка и лениво забросали мусором. В их черном списке только доказанных пятнадцать убийств! 
Главаря Сохина арестовали в Белоруссии, где он скрывался на съемной квартире у родственников. Последние дни перед арестом беспробудно пил, но водка его не брала. По ночам Сохин вскакивал с криком, ему снились окровавленные агонизирующие жертвы… Другой «герой» изменил цвет волос, носил темные очки, коротал время на квартире у подружки, круглосуточно уставившись на экран видеомагнитофона. Когда понял, что за ним пришла милиция, с испугу сиганул вниз с третьего этажа, надеялся убежать. Не удалось, оперативники такой вариант предвидели. 
Банды Сохина и Груши, пожалуй, достигли совершенства в кровавой работе. Но у них становится все больше последователей, чьи интересы отражаются сообщениями оперативных сводок. Вот несколько случаев, взятых наугад за одни сутки: 
«В 17.30 на 20-м километре Горьковского шоссе к стоявшему на обочине «Камазу» выборгского АО «Ринекор» подъехал автомобиль «ГАЗ-31029». Вышедшие из него неизвестные отобрали у водителя грузовика 850 тысяч рублей и скрылись. Дежурной частью ГУВД Московской области в Балашихинском районе был введен оперативный план «Перехват» и на 31-м километре Горьковского шоссе, после преследования и предупредительного выстрела вверх, объявленный в розыск автомобиль был остановлен. В «Волге» находились неработающий москвич Благов и трое жителей Татарии». 
Случаются и вовсе не вероятные эпизоды, здорово напоминающие голливудские сюжеты, в том числе и своим хеппи-эндом. В 2.30 ночи на 75-м километре Каширского шоссе автомашины «ВАЗ-2109» и иностранный джип пытались блокировать и остановить «Камаз», груженный строительными материалами. Но водитель грузовика А. Шмидт, рабочий Воронежского ГАТП, оказался не робкого десятка и на ходу столкнул преследователей на джипе в кювет. По сообщению о нападении на водителя грузовика сотрудниками 7-го спецбатальона ГАИ на месте аварии были задержаны три жителя Махачкалы и их подружка из Ставрополя. При обыске у водителя джипа изъяли пистолет. 
Развитию автобандитизма способствовало несколько факторов. О них речь впереди. Что касается истории проблемы, то она в послевоенное время появилась в бывшем СССР в середине восьмидесятых годов. Да и то, конечно, не в такой острой форме. Грузовые автоперевозки поначалу были связаны с торговлей нефтедолларами и залповыми закупками на Западе всевозможного дефицита, сотрясавшего время от времени столицу «развитого социализма». Исчезающее масло, стиральный порошок, мыло и многое другое, при острой необходимости, срочно завозилось на внутренний рынок караванами трейлеров объединения «Совтрансавто». 
Позже такие грузоперевозки начали практиковаться внутри страны. Чай и хлопок везли с Юга, а Север поставлял соседям мебель, бытовую технику и другие товары. В этот период прессинг криминальных структур, тогда еще робко пытавшихся взять под контроль магистрали страны, ощутили на себе водители-дальнобойщики. Но в те годы от бандитов или занимавшихся откровенными поборами на границах республик сотрудников ГАИ еще можно было откупиться. (В ход шли не только деньги, но и натуральный товар – то, что лежало в кузовах.) С развалом Союза, усложнением криминогенной ситуации, появлением очагов вооруженных конфликтов и ростом безработицы автобандитизм превратился в бедствие. 
Только в прошлом году на территории России официально зарегистрировано около восьми тысяч грабежей и нападений на водителей с целью завладения автомобилями или перевозимым грузом. И еще хорошо, если водитель, подвергшийся налету бандитов, потеряет автомобиль или лишится груза. Частенько промыслом, доходным и не требующим ничего кроме пудовых кулачищ и жестокости, занимаются отпетые уголовники. Им хорошо известно, что мертвый свидетель никогда не проговорится. 
Легко прогнозировать дальнейший рост этой категории преступлений, особенно в провинции. Если в Москве ситуация еще хоть как-то поддается контролю, в городе действует оперативно-поисковый отдел МУРа, есть мобильные группы, ориентированные на розыск похищенного транспорта, то в Московской области положение сложнее. Невозможно быстро и надежно перекрыть передвижение преступников, активно использующих не только основные магистрали, но второстепенные и проселочные дороги. К тому же удаленные друг от друга на десятки километров, имеющие несовершенные средства связи и устаревший автопарк пикеты ГАИ и посты милиции не в состоянии взять под контроль дороги и провести соответствующие режимные мероприятия. 
В Подмосковье немало районов, где дозвониться куда-либо так же сложно, как связаться с другим континентом. Между тем на вооружении бандформирований пейджеры, сотовые телефоны, сканеры и антирадары. О лимузинах преступников и вовсе говорить не приходится. Могут ли тягаться разбитые, залатанные «Жигули» с мощными «ауди», «мерседесами», «тойотами»? 
В столице зарегистрировано уже 120 тысяч импортных автомобилей, больше половины которых находятся в личной собственности. И еще одна интересная цифра. Более сорока процентов угнанных в Европе машин нашли хозяев в России. Кто стал их владельцами, представить нетрудно. В недавнем прошлом автомобиль мог быть либо в ведении государственного служащего, либо у состоятельного и респектабельного члена общества. Рынок и технический прогресс внесли коррективы. Машина стала расхожим товаром, за рулем может сидеть как правопослушный гражданин, так и представитель криминальной структуры. Лозунг литературных классиков обрел наконец реальное звучание. Автомобиль превратился из предмета роскоши в средство передвижения. Стоит ли удивляться, что путешествие в собственной машине в наши дни оказывается таким же рискованным предприятием, как и прогулка по улицам, где хозяевами себя все уверенней ощущают преступники? 

Секс-бизнес по-российски 

Кровь еще дымилась на подтаявшем снегу, когда оперативная группа приехала к месту обнаружения тела. Лицо убитой, молодой женщины лет тридцати, было изрезано во многих местах. Такие же страшные раны – на шее и груди. На обнаженном животе жертвы неизвестный садист вывел бритвой слово «аминь» и православный крест. Рядом в снегу валялось орудие преступления – выпачканное кровью бритвенное лезвие. Но сотрудников уголовного розыска удивили не детали случившейся трагедии, а необычное совпадение. За два дня до этого в том же перелеске между городом Железнодорожный и дачным поселком было найдено тело мертвой девушки с характерными ранами – изрезанным лицом и горлом… 
Вспомнилось нераскрытое убийство на территории заповедника Лосиный остров, где случайные прохожие обнаружили обгоревший труп девушки. На теле все та же надпись «аминь», только исполненная на латыни. По одной из рабочих версий, вполне правдоподобной с учетом жутковатых деталей преступлений, в столичном регионе появился очередной маньяк. 
Удалось установить имя последней жертвы. Ею оказалась тридцатисемилетняя москвичка Ольга 3. К характеристике потерпевшей: разведена, лишена родительских прав, дочь живет у родственников. Изучение личности убитой и ее образа жизни дало новые сведения. Ольга была сутенершей – поставляла девиц для приезжих в районе Тверской у гостиниц «Интурист» и «Москва». Сыщики приступили к поискам последнего контакта – тех, кто общался с Ольгой накануне гибели. Отрабатывались десятки проституток, брались под наблюдение их клиенты, велась оперативная работа среди завсегдатаев ресторанов и ночных баров. На убийц вышли через девять дней Ими оказались Рита К. и ее подруга Галя Первой едва исполнилось восемнадцать, зато она уже имел судимость за грабеж. Еще в школе Рита состояла на учете комиссии по делам несовершеннолетних, Пропадала в подвалах с такими же, как она, подростками. Озлобленность, жестокость (всегда носила с собой бритву) заставляли бояться ее даже родную мать. Не случайно в восемнадцать Рита сама выдвинулась в сутенерши. 
Схожая судьба у ее подруги Гали. Приехала из карельской деревни на ткацкое производство в Ногинск. Проработала неделю – поманили огни большого города. Первое время еще приезжала в общежитие, рассказывала сменщицам фабрики о столичной жизни. Последний раз в Ногинске появлялась полгода назад, Хвасталась, что получает за труд в валюте, ни в чем себе не отказывает, уговаривала ехать в Москву. 
Рита и Галя сознались в трех убийствах. О мотивах подружки не распространяются. Дело, разумеется, не в отвращении к содеянному – видел, как спокойно, покуривая и улыбаясь, пояснила при выходе на место преступления свои действия Рита. И даже не в боязни наказания. Объяснение в другом. На воле остались влиятельные и безжалостные дружки, под которыми «стояли» проститутки. Они не простят, если их товар будет болтать лишнее. 
Число крупных банд, контролирующих секс-безнес в столице, по мнению сыщиков достигает шестидесяти. Они курируют более мелкие формирования, собирая дань с групп, работающих на вокзалах и в ресторанах, притонах, массажных кабинетах и девиц по вывозу. Стоимость услуг находится в прямой зависимости от темперамента заказчика и количества клиентов. В подпольных публичных домах существует четкое распределение ролей. Сутенеры (мужчины и женщины), водители, доставляющие заказчика до места, и водители, подвозящие девиц на смотрины к клиенту. Есть, конечно, боевики, охраняющие проституток и осуществляющие контрнаблюдение. Работа отлажена до мелочей. Диспетчер, круглосуточно дежурящий у телефона, принимает заказ. В зависимости от вкуса клиента он предлагает девиц определенного экстерьера – блондинок, брюнеток, рыжих… Варьируется, разумеется, возраст, рост, другие параметры. Заказчик может пожелать какое-нибудь экзотическое интимное развлечение. И здесь не получит отказа. Листал журнал вызовов в притоне с пикантным названием «Принц Уэльский». Могу заверить, что относительно сексуальной экзотики наши бордели ни в чем их не уступят. Сами львицы порока производят скорее жалкое впечатление. Они мало напоминают холеных интердевочек, которыми, по нашим представлениям, должны быть преуспевающие столичные проститутки. 
Попавшие в обойму девицы уже не имеют права ни на что. Они превращаются в товар в буквальном смысле слова. Их могут отдать на время в счет долгов в другую банду, могут продать навсегда. В Балашихинском районе Подмосковья была выявлена преступная группировка, чья задача – поставка живого товара сутенерам. Девушек находят на железнодорожных вокзалах, вывозят за город, прячут в подвале личного дома или в специально оборудованном гараже-клетке. В течение двух-трех недель насилуют, принуждают к половым актам в извращенной форме, истязают. Сломленные жертвы становятся удобным материалом, готовым выполнять любые условия хозяев. Как сказал заместитель начальника областного уголовного розыска Александр Кротов, после подвалов и круглосуточного насилия высокие заработки, рестораны и квартиры, которыми обеспечивают девиц сутенеры, кажутся им вполне сносной жизнью. 
Одним из пионеров секс-бизнеса в Москве считался некий Нурик – молодой дагестанец, занимавшийся торговлей нежным товаром все на том же уголке – отрезке Тверской между отелями «Интурист» и «Москва». Сутенер, по свидетельству сотрудника Главного управления по организованной преступности МВД России Сергея Политко, был владельцем небольшого гарема. В снимаемой квартире в спальном районе Бибирево жили пять девушек, младшей из которых на момент задержания исполнилось шестнадцать. Днем Нурик позволял своим рабыням отдыхать, а вечером сажал в закупленные на всю ночь такси и вез в центр столицы. Дальше начиналась работа – продажа девушек желающим полноценного мужского отдыха. Нурик лично отбирал девиц. Ни одна из них не была обделена ласками любвеобильного сутенера. Наибольшим вниманием пользовались еще невинные. Их, прежде чем «поставить на рельсы», он лично обучал сложной науке любви. Одну из жертв Нурика, сразу же после его ареста, сыщики МУРа вынуждены были положить в больницу соответствующего профиля. Сутенер заразил ее сифилисом. 
Задержание Нурика провели в лучших традициях детективного жанра. На хвост машины-такси, где находился Нурик в окружении «мартышек» (так он называл малолетних проституток), сели около «Метрополя». Бандит, почувствовав слежку, попробовал уйти через Калининский проспект, затем повернул на бульвары. Около старого дома (сутенер рассчитывал, что подъезд имеет выход во двор) Нурик с двумя перепуганными девицами выскочил на тротуар. Его телохранитель пытался прикрыть отход главаря – вытащил пистолет, успел выстрелить (к счастью, мимо) и тут же грохнулся на асфальт в наручниках. Сыщики бросились в подъезд, стали медленно подниматься наверх. Когда почти дошли до чердака, услышали над головой падение капель и какие-то всхлипы. Рванулись по ступенькам и увидели: у закрытого на замок чердачного люка сидел на корточках Нурик. С его рук капала кровь – сутенер пытался вскрыть себе вены. Рядом стояли две «мартышки» и от страха тихо скулили. 
Взаимоотношения между членами секс-банд отличаются особой жестокостью. Вероятно, из-за специфики их деятельности, приводящей к распаду личности, циничному и хладнокровному отношению и к собственным страданиям, и к бедам окружающих. Так, в квартире на проспекте Андропова три проститутки зверски замучили провинциальную подругу. Несколько дней били, истязали и, наконец, «сжалились» – удушили электрошнуром от утюга. Не менее жуткое убийство совершено девицами легкого поведения в текстильном городе Орехово-Зуево. Тело жертвы нашли в водоеме. Но ее смерть, как признались подследственные, была долгой и мучительной. Сначала ей ввели шприцем в вену воздух, затем придушили пояском халата, а уж потом утопили. Беспредел в таких разборках явление типичное. По свидетельству Юрия Томпакова, проработавшего не один десяток лет в прокуратуре столицы, женщины-убийцы, особенно если они совершают групповое преступление, действуют безжалостней и изощренней, чем мужчины. 
Проституция в столичном регионе превратилась из экзотики в обыденность, а увидеть путан, охотящихся за клиентами, можно на всех центральных улицах, около ресторанов, дискотек, казино, вокзалов и стоянок большегрузных автомобилей на трассах ближнего Подмосковья. Водители трейлеров охотно берут барышень легкого поведения к себе в кабину на ночь. Для утех и согрева. Каждый вечер только на Тверскую к своим точкам выходят от 200 до 400 проституток. Их задерживают (хотя юридически оформить правонарушение невозможно из-за отсутствия соответствующей статьи в уголовном законодательстве), они охотно рассказывают о своей деятельности, без пререканий платят мизерный штраф, чтобы на следующий день вновь выйти на работу. 
В городе процветает порноиндустрия. Столицу заполонили различные фирмы, малые предприятия, занимающиеся предоставлением разнообразного рода интимных услуг за весьма значительное денежное вознаграждение, легально рекламирующие свою деятельность в печатных периодических изданиях. На сегодняшний день, по оперативным данным, в Москве функционируют около 1000 подобных коммерческих формирований, представляющих по сути не что иное, как обычные бордели. У каждого из них своя бандитская крыша, причем девицы обязаны регулярно выходить на субботники – то есть обслуживать братву бесплатно. 
В центральной части города профильной является уличная проституция, курируемая чеченцами и дагестанцами. Девицы выставляются напоказ как манекены, предлагают себя клиентам, разъезжающим в автомобилях в ночное время и выбирающим живой товар на вкус. К уличной проституции примыкает гостиничная, существовавшая и ранее, но в последнее время получившая еще больший размах. Контроль за этим осуществляют около 30 преступных группировок. Постоянно растет число несовершеннолетних, занимающихся древнейшим промыслом около рынков и кафе. Очень много иногородних, приезжающих в Москву с целью заработка и заодно приобщения к красивой жизни. Именно они подвергаются наиболее жестокой эксплуатации и дискриминации. 
Секс-фирмы не ограничиваются поставкой живого товара на панели Москвы. Уже несколько лет бесперебойно действует конвейер, направляющий же– лающих подработать телом за границу. Правда, здесь случаются накладки. Ольга В. собиралась поехать на Адриатику подработать официанткой. Условия ее устраивали – фирма гарантировала бесплатный проезд, полный пансион и неплохой заработок. Решив совместить приятное с полезным, прошедшая конкурсный отбор (не старше двадцати пяти лет, знание языка, хорошие манеры), Ольга сдала паспорт главе «туристической» фирмы «Каролина» и в предвкушении увлекательной поездки собралась в путь. 
За веселыми разговорами о перспективах жизни за границей дорога не оказалась утомительной. К концу третьих суток прибыли на место. С того вечера и начался кошмар. Девушек, ожидавших отдыха в номере гостиницы, пригласили в тесную комнату, вызвавшую неприятные ассоциации маленькими зарешеченными окнами. Неопрятный, с бегающими глазками, смуглый парень (как они выяснили позже, турок-сутенер) собрал у всех паспорта. Затем на ломаном русском сделал заявление: «Жить будете здесь. Днем – работа в придорожном трактире официанткой, а вечером – стриптиз в ночном ресторане. Будут жалобы от клиентов – пеняйте на себя. О таксе за час или за ночь вам еще расскажут». Увидев на лицах девушек растерянность и возмущение, сутенер сунул в карман паспорта: «Дорогу домой отрабатывать надо, несговорчивых – учить будем». В первый же вечер началась «учеба». Двух девчонок, потребовавших предоставить связь с российским консульством, вежливо пригласили для разговора к хозяину ресторана. Через час их привели назад три пьяных парня. У одной был синяк под глазом, у другой – разбитая губа. Они двигались как автоматы, а когда конвоиры ушли, разрыдались и рассказали о происшедшем. Их завели в подвал, избили, а потом изнасиловали. 
Сначала девушек строго стерегли и убежать было невозможно. Тем не менее Ольга улучила момент, обманула сторожей и бросилась в полицию: «Спасите, мы – русские, нас насилуют!..» Когда вернулась и рассказала о реакции полицейских, всякая надежда на помощь со стороны властей исчезла. Каждый из желавших сделал свое дело, после чего ее вытолкали взашей на улицу: «Иди, откуда пришла, нам своих… хватает!» И все же Ольга считает, что ей страшно повезло. Потому что из двадцати девушек, по ее сведениям, вернулись лишь пятеро. Остальные, видимо, до сих пор отрабатывают дорогу назад в Россию. 
Через неделю мучений, пройдя невероятные унижения и оскорбления, когда она была на грани отчаяния, девушка случайно встретилась с заехавшими в придорожный трактир российскими «голубыми касками» – военнослужащими миротворческих Сил ООН в Югославии. Парни многого для нее сделать не могли – сами в чужом государстве, но не пожалели денег на дорогу в Белград, объяснив, как найти российское посольство. Там, хотя это и было непросто, помогли вернуться на родину. 
История простодушных и легкомысленных клиенток «Каролины» – далеко не единственный пример торговли живым товаром международными дельцами-сутенерами. По данным МВД России, за рубеж проданы десятки тысяч наших девушек, причем большая часть товара не подозревала, что окажется на панели без документов, каких-либо прав и возможности объясняться. Сотрудниками Регионального управления по организованной преступности ГУВД Москвы была изобличена банда из пятнадцати человек, специализировавшаяся на поставке русских девушек для борделей Израиля, в том числе Тель-Авива. Наивным россиянкам обещали высокооплачиваемую и престижную работу, хорошие условия жизни и расторжение контракта по первому требованию приезжих. Контракт хитроумные сутенеры составляли на иврите, абсолютно неведомом девушкам языке, и поставившие под ним свою подпись гражданки России попадали в полную зависимость от работодателей. 
Меньше чем за год фирма отправила за кордон более 800 человек. За каждую из завербованных агент фирмы получал по 100 долларов. Навар от экспорта имели и другие участники аферы. В доле были не только организаторы секс-фирмы, но и чиновники, оформлявшие загранпаспорта, хлопотавшие о визах, занимавшиеся отбором и следившие за высоким качеством товара. Задача оказалась совсем непростая, так как желающие поработать за границей находились по всему бывшему Союзу. Из Белоруссии и Красноярского края, Ставрополья и Архангельска искательницы приключений присылали письма с цветными фотографиями, где слезно просили зачислить их в очередную группу. 
Только не подумайте, что все столичные проститутки поголовно являются заблудшими овечками. Большая часть девиц выходит под свет «красных фонарей» сознательно, с целью заработка и не считает свою деятельность хуже любой другой. Такой самооценке способствует развитие порноиндустрии. Коммерческие торговые точки завалены предметами откровенной сексуальной направленности, в киосках рядом с детскими наклейками, куклами Барби и игрушечными автомобилями соседствуют пластиковые имитации мужских половых членов и женских гениталий. Стало обычным явлением повсеместное распространение кино– и видеопродукции, печатных изданий, пропагандирующих откровенную порнографию и сексуальные извращения. 
Проблемой борьбы с порнобизнесом занимались практически все издаваемые в России газеты. Этим темам были посвящены передачи телевидения. Общий смысл их сводился к неприятию общественной моралью таких явлений, требованиям взять ситуацию под контроль. Но для изобличения дельцов требуется проведение квалифицированных экспертиз изымаемой продукции. Деятельность же работающих в данной области экспертов основывается на коммерческой заинтересованности. Это, как нетрудно догадаться, не способствует объективности заключений. Органы внутренних дел соответствующими материальными средствами не располагают и большая часть преступлений в сфере нравственности остается латентной. 
Формально проблемой вовлечения детей в занятия проституцией, сводничеством, притонами занимается служба профилактики. Но, учитывая ее малочисленность и традиционную второстепенность в сравнении с вниманием и финансированием уголовного розыска, службы по экономическим преступлениям и других подразделений криминальной милиции, успеха здесь ожидать не приходится. Другими словами, сутенерам, бандершам, содержателям притонов и бандам, контролирующим секс-бизнес, Московский регион отдан на откуп. Не исключено, что скоро к нам в гости потянутся любители эротической экзотики и столица России прославится своими борделями и проститутками также, как Таиланд, Филиппины или Малайя. 
А жизнь продолжается. Не так давно в центре Москвы милицией задержаны супруги-сутенеры, специализировавшиеся на продаже малолетних девочек любителям клубнички. Работали подростки под угрозой физической расправы, все доходы отдавая своим хозяевам. Сейчас юные сексуальные рабыни, трое из которых едва достигли шестнадцати лет, дали показания о деятельности в районе Тверской. Возможно, сутенеры понесут наказание. Но искоренит ли это порок, если само общество в основном со спокойным безразличием взирает на постыдное и грязное дело? 

(Продолжение следует) 
 
Свернуть