23 марта 2019  19:32 Добро пожаловать к нам на сайт!
Поиск по сайту
Паноптикум

 
Театральные байки
 
 
Алла Покровская рассказывала, что Ефремов так заразил своих актеров любовью к системе Станиславского, что любые посиделки заканчивались дискуссиями именно на эту тему. 
Однажды на гастролях в Румынии артисты собрались после спектакля в одном из гостиничных номеров. Как водится, речь зашла о системе Станиславского. Калягин и Гафт заспорили о Системе, а Евгений Евстигнеев, наотмечавший окончание рабочего дня пуще всех, завалился на кровать и заснул. 
В конце концов Гафт с Калягиным доспорились до того, что решили выяснить, кто лучше сыграет этюд на "Оценку факта". Фабулу придумали 
такую: у кабинки общественного туалета человек ждет своей очереди. Ждет так долго, что не выдерживает, выламывает дверь и обнаруживает 
там повешенного. Не поленились, соорудили повешенного из подушки и поместили его в стенной шкаф. Один сыграл неподдельный ужас и бросился с криком за помощью, другой, представив возможные неприятности, тихонько слинял, пока никто не увидел... Оба сыграли классно. "Судьи" в затруднении. Тогда решают разбудить Евстигнеева и посмотреть, что придумает он. 
Растолкали, уговорили, объяснили ситуацию... Евстигнеев пошел к шкафу. Уже через секунду весь номер гоготал, видя как тот приседает, припрыгивает перед дверцей стенного шкафа, стискивая колени, сначала деликатно постукивает в дверь "туалета", потом просто барабанит. 
Наконец, доведенный до полного отчаяния, он рвет на себя дверь, видит "повешенного", ни секунды не сомневаясь, хватает его, сдирает вместе с веревкой, выкидывает вон, и, заскочив в туалет, с диким воплем счастья делает свое нехитрое дело, даже не закрыв дверь! 
Громовой хохот, крики "браво", и единогласно присужденная Евстигнееву победа. Артист раскланялся и рухнул досыпать. 

*** 
Приезжает Папазян в провинциальный театр - играть Отелло. И выдают ему в качестве Дездемоны молоденькую дебютанточку. Она, естественно, волнуется. И вот подходит дело к сцене ее убиения. На сцене такая вся из себя целомудренная кровать под балдахином. И вот легла эта самая дебютантка за этим балдахином ногами не в ту сторону. Открывает Отелло с одной стороны балдахин - а там ноги. Ну - что поделать, закрыл Отелло балдахин и этак призадумался тяжко. А Дездемона сообразила, что лежит не в том направлении, и перелегла. Открывает Отелло балдахин с другой стороны, а там... опять ноги! 
После чего продолжать трагедию было, как вы понимаете, уже невозможно. 

*** 
На радио записывали передачу с участием Раневской. Во время записи Фаина Георгиевна произнесла фразу со словом "феномЕн". Запись остановили. 
- В чем дело? - чуть заикаясь и пуча глаза, спросила Раневская. 
Стараясь выправить ситуацию, ведущая сказала: 
- Знаете, Фаина Георгиевна, они тут говорят, что надо произносить не феномЕн, а фенОмен, такое современное ударение... 
- А, хорошо, деточка, включайте. 
Запись пошла и Раневская четко и уверенно произнесла: 
-ФеномЕн, феномЕн, и еще раз феномЕн! А кому нужен фенОмен, пусть идет в жопу!! 

*** 
 
   
 

Гастроли провинциального театра, последний спектакль в канун Нового Года - трезвых нет. Шекспировская хроника, шестнадцать трупов на сцене. Финал. Один цезарь над телом другого должен произнести фразу: 
"Я должен был увидеть твой закат 
Иль дать тебе своим полюбоваться". 
То есть один из нас должен умереть. 
И вот артист произносит: 
- Я должен был увидеть твой... - а дальше забыл, надо выкручиваться, а это же стихи!... И он таки выкрутился: 
- Я должен был увидеть твой... конец! - и задумчиво спросил: 
- Иль дать тебе своим полюбоваться?.. 
И мертвые поползли со сцены... 

*** 
 
   
 

В спектакле Театра на Таганке "Товарищ, верь!" по письмам Пушкина на сцене стоял возок с множеством окошек и дверей, из которых появлялись актеры, игравшие Пушкина в разных ипостасях - "Пушкиных" в спектакле было аж четыре. Вот один из них, Рамзес Джабраилов, открывает свое окошечко и вместо фразы: "На крыльях вымысла носимый ум улетал за край земли!" - произносит: "На крыльях вынесла... мосиный... ун уметал... закрал,... ЗАКРЫЛ!" И действительно с досадой захлопнул окошечко. Действие остановилось: на глазах зрителя возок долго трясся от хохота сидящих внутри остальных "Пушкиных", а потом все дверцы открылись, и "Пушкины" бросились врассыпную за кулисы - дохохатывать! 

*** 
 
   
 

В некой пьесе про пограничников исполнитель главной роли вместо: "...Я отличный певун и плясун!" - радостно и громко прокричал в зал: "Я отличный писун и плевун!" 

*** 
 
   
 

Чайка" Чехова. В финале спектакля, как известно, должен прозвучать выстрел. Потом на сцену должен выйти доктор Дорн и сказать: "Дело в том, что Константин Гаврилович застрелился". Но сегодня пауза затянулась. И выстрела нет. Доктор Дорн, видимо, понимает, что что-то произошло, и нужно спасать положение. Тогда он выходит, долго стоит, все-таки ожидая, что сейчас будет выстрел, но поскольку выстрела по-прежнему нет, он говорит: 
- Дело в том, что Константин Гаврилович повесился. 
И тут раздается выстрел. Тогда он, еще подумав, произносит: 
- И застрелился. 

*** 
 
   
 

В одном из небольших гоpодов театp пpоездом давал "Гpозy" Остpовского. Как многие, наверно, помнят, там есть сцена самобpосания тела в pекy. 
Для смягчения последствий падения обычно использовались маты. И обычно их с собой не возили, а искали на месте (в школах, споpтзалах). А здесь вышел облом: нет, не дают, никого нет и т. п. В одном месте им пpедложили батyт. Делать нечего, взяли, но в сyматохе (или намеpенно) 
забыли пpедyпpедить актpисy. И вот пpедставьте себе сценy: геpоиня с кpиком бpосается в pекy... и вылетает обpатно. С кpиком... И так несколько pаз... Актеpы с тpyдом сдеpживаются (сцена тpагическая), зpители в тpансе... В этот момент один из стоящих на сцене с пpоизносит: 
- Да... Hе пpинимает матyшка-Волга... 

*** 
 
   
 

На одном из спектаклей "Евгения Онегина" пистолет почему-то не выстрелил. Но Онегин не растерялся и ударил Ленского ногой. Тот оказался сообразительным малым и с возгласом: "Какое коварство! Я понял все - сапог отравлен!" - упал и умер в конвульсиях. 

*** 
 
   
 

Молодой актер впервые участвует в постановке, при чем здесь же играет маститый актер, роль молодого - мала, выйти к маститому на сцену и сказать что-то вроде "кушать подано!", и все! Молодой человек очень нервничает, все-таки с метром в одной сцене, жутко переволновавшись, в 
полубеспамятстве выходит на сцену и видит немного округлившиеся глаза пожилого партнера, понимает, что что-то не так, совсем теряется, бормочет свою фразу и вылетает со сцены. После спектакля известный актер вызывает его к себе в гримерную, еле живой молодой предстает 
пред очами мэтра и слышит: "Батенька, ну что ж вы так? Это еще ничего было, когда вы вошли в окно, но когда вы ВЫШЛИ В КАМИН!". 

*** 

Малый театр. На сцене Ермолова. За кулисами выстрел - застрелился муж героини. На сцену вбегает актер А. Южин. Ермолова в страшном волнении: "Кто стрелял?" Южин, не переведя дыхания, вместо "Ваш муж!" выпаливает: "Вах мух!" Ермолова повторяет в ужасе: "Мох мух?" - и 
падает без чувств. 

*** 
 
   
 

Евгений Евстигнеев в спектакле по пьесе Шатрова "Большевики" выйдя от только что раненного Ленина в зал, где заседала вся большевистская верхушка, вместо фразы: "У Ленина лоб желтый, восковой..." он сообщил: "У Ленина... жоп желтый!..". Спектакль надолго остановился. 
"Легендарные комиссары" расползлись за кулисы и не хотели возвращаться. 

*** 

Первый раз М. Жаров вышел на сцену в опере “Капитанская дочка” в качестве статиста. Новичков статистов обязательно одевали в калмыков и башкир- участников пугачевского бунта. Помощник режиссера задачу перед новичками поставил просто: “Вы все сидите за этим вот заборчиком. Потом заиграет музыка. Здесь опера, и все делается под музыку. Я вам махну, а вы вылезайте из-за частокола – дальше не ваша забота”. Во время действия помреж махнул и статисты полезли на забор. И едва они успели высунуться из-за частокола, как их стали бить палками по головам “екатерининские солдаты”, да так проворно, что “заботиться” им дальше действительно было не о чем. 

*** 

Москва. Заезжая труппа давала в Михайловском манеже “Тараса Бульбу”. В сцене, где Тарас убивает своего сына, Бульба мучительно долго стаскивал с плеча зацепившееся ружье, приговаривая: “Подожди, Андрий, вот сейчас я тебя убью!” Бедняга Андрий терпеливо ждал пока его убьют, а ружье все никак не поддавалось. Наконец распутав ремень, Тарас воскликнул: “Я тебя породил, я тебя и убью!” – и нажал курок… Не тут то было, осечка. “Погоди, Андрий, я тебя сейчас убью! Я тебя породил, я тебя и убью!” – запричитал снова Тарас Бульба, тщетно нажимая на курок под гомерический хохот зала. Наконец, за кулисами кто-то сжалился и ударил доской об пол, имитируя выстрел… Увы, в этот момент отчаявшийся Тарас Бульба уже рубил сына саблей. 

*** 
 
   
 

На одном из спектаклей “Евгения Онегина” пистолет почему-то не выстрелил. Но Онегин не растерялся и ударил Ленского ногой. Тот оказался сообразительным малым и с возгласом: “Какое коварство! Я понял все – сапог отравлен!” – упал и умер в конвульсиях. 

*** 

Вертинский давал концерт в маленьком клубе Минска. Перед выступлением они с пианистом М. Брохесом решили опробовать звучание рояля. Оказалось – жуть. Позвали директора, тот развел руками. Вздохнув, сказал: “Александр Николаевич, это исторический рояль – на нем отказался играть еще сам Шопен.” 

*** 

Малый театр. На сцене Ермолова. За кулисами выстрел – застрелился муж героини. На сцену вбегает актер А. Южин. Ермолова в страшном волнении: “Кто стрелял?” Южин, не переведя дыхания, вместо “Ваш муж!” выпаливает: “Вах мух!” Ермолова повторяет в ужасе: “Мох мух?” – и падает без чувств. 

*** 

Был у нас в театре суфлер — Козлопанов Феодор Барракудович. Знатный был человек! Зрители специально билеты в первый ряд просили, чтобы его послушать. Одна беда: годы были голодные, а покушать любил Феодор Барракудович. И вот ставили мы как-то оперетту «Мальчиш-кибальчиш». И идет как-то наш Козлопанов в суфлерскую будку, глядит — коробка стоит, а в ней конфеты, баранки и прочий провиант. Взял он это все к себе в будку и сгрыз в один присест. А во втором отделении приходят Буржуины к Мальчишу-Плохишу и говорят: открой нам Военную тайну, только конфет мы тебе не дадим — обыскались, но нету ни одной. Конфуз! Но Феодор Барракудович не растерялся и подсказывает Мальчишу-Плохишу: «А хоть бы и были — не открою я вам тайну, я сам пионер, а Кибальчиш — мой лучший друг, убирайтесь в своё Буржуинство, где даже конфет нету!». И ушли Буржуины ни с чем, а Козлопанову потом премию дали — за правильную линию. Только долго он маялся, бедолага, животом — конфеты-то из папье-маше оказались. 

*** 
 
   
 

Одно время в театрах было запрещено пользоваться стартовыми пистолетами. Категорически приписывалось пользоваться на сцене макетами оружия, а выстрелы подавать из-за кулис. В одном театре на краю каменоломни стоит связанный комсомолец, а фашист целится в него из пистолета. Помреж за кулисами замешкался. Выстрела нет и нет. Фашист ждал-ждал и в недоумении почесал себе висок дулом пистолета. В этот самый момент грянула хлопушка помрежа! “Фашист”, будучи артистом реалистической школы, рухнул замертво. Тогда комсомолец, понимая что вся ответственность за финал легла на него, с криком “Живым не дамся!” бросается в штольню. Занавес. 

*** 

Как-то раз блистательный молодой курсант с аристократической внешностью пришёл на спектакль в театр флота и здесь впервые увидел Её – хрупкую, с огромными голубыми глазами и невероятной, переворачивающей душу улыбкой. Настя – так звали юную фею – не только покорила сердце Сергея, но и очень скоро “влюбила” его в театр. Спустя несколько лет после свадьбы Сергей Бакланов, которому, казалось бы, на роду была написана прекрасная военная карьера, оставил службу и не просто пришёл работать в театр, но ещё и окончил самый престижный театральный вуз – ГИТИС! Сегодня Анастасия Николаевна Бакланова – заслуженная артистка России, а Сергей Петрович – признанный художник по свету. Когда на “Капитанской дочке” в луче софитов рядом с мамой появляется их дочь – Анастасия Бакланова-младшая – отец невольно вспоминает тот день, когда был пленён красотой любимой Женщины и магией Театра. 

*** 
 
   
 

Абакан. Сей славный город, помимо того, что является столицей автономной республики Хакассия, имеет два драматических театра – один так сказать, городской, а второй – республиканский. Вот в нем и произошла эта невероятная, но совершенно правдивая история. Ставили бессмертное творение А. С. Пушкина “Евгений Онегин”. В одной из последних сцен, Евгений прибывает на бал к своему старому другу и видит Татьяну (в малиновом берете). При этом звучит следующий диалог: 
Е. – А это кто в малиновом берете? 
Д. – Так то жена моя. 
Е. – Так ты женат? 
Д. – Уже два года! 
Ну и далее по ходу пьесы. 
Так вот. Во-первых, реквизиторы не нашли малинового берета и заменили его зеленым. А во-вторых – артист, игравший мужа Татьяны, и актриса, игравшая Татьяну, были брат и сестра. Что из этого получилось. 
Премьера. Зал битком набит местным бомондом и просто любителями театра. Входит Евгений, подходит к другу и ищет глазами яркое малиновое пятно… его нет… находит глазами Татьяну… Далее диалог: 
Е. – А это кто… в ЗЕЛЕНОВОМ берете? 
Д.(которого перемыкает от данной реплики…) – Так то СЕСТРА моя! 
Е.(который чувствует что что-то не то происходит, но до конца еще не осознал…) – Так ты СЕСТРАТ?! 
Д. – Уже два года! 
Обычно такие вещи проскальзывают мимо внимания публики, но в этот раз зал грянул… и увы не аплодисментами… 

*** 

В театре премьера спектакля. Режиссер на пару с директором бегают взад вперед по холлу – волнуются… Вдруг из зрительного зала выходит мужчина и направляется к выходу. Директор с режиссером подбегают к нему и начинают донимать вопросами: 
- Что, постановка неинтересная? 
- Да нее… нормально вроде… 
- А что, актеры плохо играют? 
- Да вроде ниче так… 
- Может, костюмы не понравились, или декорации? 
- Почему? Нормальные костюмы… 
- Так почему же вы уходите?! 
- Вы знаете, одному в зале сидеть СТРАШНО!!! 

*** 
 
   
 

Юному актеру (ЮА) впервые досталась главная роль. Спрашивает он у старого, опытного актера (СОА) 
(ЮА) – Весь первый акт мне нужно играть пьяного в стельку человека – я очень волнуюсь, так как неуверенно себя чувствую. 
(СОА) – Молодой человек – это совсем не трудно – вы спускаетесь в буфет и выпиваете 100, 200 или 300 грамм коньяку и играете себе… 
(ЮА) – Но дело в том, что во втором акте мой герой абсолютно трезв… 
(СОА) – Нуууу, батенька – здесь уже талант нужен!  
Свернуть