16 июня 2019  03:44 Добро пожаловать к нам на сайт!
Поиск по сайту
Поэты Петербурга

 
Елена Завельская

Автор нескольких стихотворных циклов, живет в Петербурге, занимается живописью с 1978 г., ученица Льва Овчинникова. Ее живописные работы сочетают в себе стилистику экспрессионизма и наивного искусства. Е. Завельская - художник, равнодушный к модным тенденциям. Она прислушивается и следует исключительно творческому импульсу, камертоном которого является состояние души, именно этим и интересна ее живопись. Завельская, чьи работы занимали заметное место на выставках "неофициальной живописи" в 80 е годы, и на волне интереса к русскому "новому авангарду" разошлись по частным коллекциям в Европе и США, благополучно осталась в стороне от процесса формирования групп, создания концепций и слияния художников и кураторов в симбиотическую структуру. Все эти годы она просто писала, сменяя циклы и стили - от дадаизма к реализму, от импрессионизма к примитивизму, оставаясь верной только одной концепции - надо писать, когда не можешь не писать.

ОТРИЦАЯ ЗАКОН ТЯГОТЕНЬЯ

Спазмом стрелки свело на полуночи.
Ночь темна и хмельна.
По кривым и изломанным улочкам
Не ходить допьяна.

По линейке проспекты проведены —
Так трезвы, так пусты.
Полуосенью влажною съедены
Над Невою мосты.

В помешательстве тихом слоняется
И стучит невпопад
Дождь в ворота и окна — он мается
И зовет листопад.

Не начавшись, роман мой закончился
С этим летом. Пускай…
В чреве августа, ведаю, корчатся
И зима, и тоска.

* * *

На углу, на изломе, на скатерти,
На обрыве, на грани, на дне,
На юру, на помосте, на паперти,
На кону, наяву, на коне.

Без царя, безвозмездно, бессовестно,
Безвозвратно, бесследно, без слов,
Без конца, без начала, без корысти,
Без кола, без двора, без оков.

Не дышать, не страшиться, не корчиться,
Не по делу, небрежно, не в лад,
Не уйти, не солгать, не закончиться,
Не в насмешку, не вслед, невпопад.

Из беды, из земли, из-за зависти,
Из души, из ночи, из окна,
Из-за печки, из чрева, из завязи,
Из любви, из вины, из вина…

* * *
 
Полынь, осока, сныть,
И мачеха — и мать.
Не по теченью плыть,
Не противостоять.

Заблудшая овца,
Не — рысь, не мотылек.
Бежать ли на ловца?
Лететь на огонек?

Не на крутом валу,
Не Жанною в седле,
Не девой на балу,
Не ведьмой на метле.

Почти что наповал:
Тавро, силки, аркан,
Как будто зазвучал
Заржавленный орган.

Не по теченью плыть,
Не противостоять.
Наверное — не быть,
Наверное — не стать.

* * *

Лазурно каменеют купола.
От тренья облаков тупятся шпили.
Вороны гнезда в капителях свили.
Весна в подоле солнце принесла.

На Миллионной скалывают лед.
Снег самосвалом сваливают в Мойку.
И пахнет кофе и хрустящей слойкой.
Кричит призывно в подворотне кот.

Готов к любви подросший чей-то внук.
И чья-то дочь оплакивает юность.
А в кресле кошка рыжая свернулась.
В углу повис всевидящий паук.

Вношу я, задыхаясь, на порог,
Дорогой отчеканенные слоги.
Похоже, жар опять — промокли ноги…
Коньяк от гриппа в прошлый раз помог.

* * *

Этот ветер в гармошку сминает
Вперемежку дома и мосты.
Черный дождь, будто новость дурная,
Бьет с плеча по пустым мостовым.
Отрицая закон тяготенья,
Спас взлетает, Казанский парит.
В бесконечном своем сновиденьи
Только сфинксы врастают в гранит.

Я врастаю в гранит вместе с ними,
В сад, летящий с оградой литой,
В переулки с дворами глухими,
В эту реку с чугунной водой.

* * *

В моей вересковой пустоши
Молчаливо вечер пуст уже.
И душа тиха, и вокруг ни души.
Только шорохи, да запахи —
Меда, куманики, засухи.
Сны, рожденные на западе,
Держат курс упрямо на восток.

* * *

Непроницаема, как кукла,
Весна пока.
Сырые свесив с неба букли,
Спят облака.
Все дремлет — ветер, снег и птицы,
Не видя снов.
Не разжимает лед когтистый
Своих оков.
Петлей на шее душно длится
Бесполый день,
На обворованные лица
Бросая тень.
В сырой монашеской одежде
Застыла ель.
Чуть подняв паруса, надежда
Летит на мель.
К чужой душе моя прижмется…
Заговорит.
Рыжеволосая очнется
От сна Лилит…

* * *

Дома невидимы от пыли.
Вот-вот медово липа брызнет.
И стрекоза, очнувшись к жизни,
Осуществляет первый вылет.

Весна идет почти на ощупь,
Как будто странница слепая.
Детишки в классики играют,
А ветер рваный флаг полощет.

Сорвалась птица камнем с крыши….
Мне эта птица снилась ночью.
Предупреждение… подстрочник?
Не прочитать и не расслышать…

* * *

Не луна ли смеется ущербная,
С тонким ликом святой…
Не пишу, за отсутствием гербовой,
На бумаге простой.
И не думаю набело — начерно,
Словно комкаю лист.
А в венце остролистном безбрачия
Город бледен и чист.
Он так бледен, что кажется призрачным,
Словно тень от стекла.
На замерзшей и замершей Кирочной
Вьюги колкая мгла.

* * *

В гостях… Перебродивший спор,
Из тех, что ни уму, ни сердцу.
Тоскую… Впопыхах одеться
И выбежать стремглав во двор.

Не медля, жадно закурить,
Не сожалея о десерте.
Увидеть вязью на конверте
В снегу следов вороньих нить.

Лилово-желтый плотный свет,
Какой бывает только в марте.
И на истлевшей звездой карте
Печали нисходящий след.

Реальность превращает в миф
Озябший мальчик на балконе.
Расстроено гитара стонет:
Любовь…, любовью…, о любви…

В обнимку с тишиной блуждать
Навстречу многоточьям ночи
По краю не рожденных строчек…
И их рожденья ожидать.
 
* * *

Набухает водою гранит,
Горизонт окантован сатином,
Эрос поднял тугие люпины,
Тополь, пухом намокшим сорит.
Геральдический скалится лев.
Он дождем, как шрапнелью контужен.
Императору мертвому служит
Петропавловка, окоченев.

Мост Дворцовый растаял в Неве —
Белой ночи вознесшийся тотем.
Конь-июнь легконогим наметом
По росистой несется траве.

* * *

Ну отчего такой озноб?
В пандан с осиновым круженьем,
С оконным слившись отраженьем,
Горячий остужаешь лоб.

Какие черные столбы!
Какие пыльные дороги!
Скирды, как замершие дроги,
Дома похожи на гробы…

Перрон, проросший лебедой,
Забор, похоже, довоенный,
Давно не беленые стены —
Все пахнет дымом и бедой.

С церквушкой серою откос
Мелькнет зачем-то спозаранку…
На каждом дремлет полустанке
Печальный вездесущий пес…
Свернуть