25 июня 2019  02:44 Добро пожаловать к нам на сайт!
Поиск по сайту

                                                                                                    Новые имена


 

                                                                                                      Ванда Медведева. 

Едва проглядывает травка, 
Капель танцует возле крыш… 
Скажи мне, Зимняя канавка, 
О чем с Невою говоришь? 

И заблестели воды ярко, 
Волною отблески кроша. 
Под аркой отразилась арка, 
Вздохнув: «О как я хороша». 

*** 

На Невском клодтовские кони 
Невольно сдерживают бег, 
Как будто их эпоха гонит 
Из прошлого в грядущий век. 

Деяньем зодчего гордится 
Здесь каждый камень, каждый лик. 
Мой город – Севера столица, 
Столь поэтичен и велик 

*** 

Над городом вечер синий 
Не слился еще с темнотой. 
Горбатится первый Зимний 
Торжественно над водой. 

Задумчивы арок своды, 
Вода обнимает гранит. 
И верность долгие годы 
Мост Зимний канавке хранит. 

*** 

В глазах художника портреты 
И лики города тихи. 
Рисую я рукой поэта 
На них еще свои штрихи. 

Могу творить и ночь, и день я 
Их стихотворною строкой, 
И чувств и дум переплетенье 
Прими читатель дорогой. 

*** 

О, как хочу писать стихи я, 
Когда смотрю в морскую гладь. 
Тебя, свободная стихия, 
Поэт старался воспевать. 
Тебе он трепетном свиданье 
Дарил и радости и грусть. 
А я стихию мирозданья 
Раскрыть пока что не берусь. 

*** 

Тот путь, что намечен мной, найден, 
Хоть он не у всех на виду… 
С художницей Рушевой Надей 
По пушкинским вехам иду. 

И сердце тревожится пуще, 
И рвется на волю скорей, 
Когда рядом с Пушкиным Пушкин 
Стоит у лицейских дверей. 




                                                                                    Иван Гуль 

Давай сбежим от суеты 
куда-нибудь в леса… 
Где только я, где только ты, 
земля и небеса. 
Где только желтый глаз луны 
и тихий плеск воды, 
где ночи таинства полны, 
где только я и ты. 
Сбежим туда, где неба край, 
где звезды и цветы, 
где нет зимы, где вечный май, 
где только я и ты. 
Бежим туда, сомненья прочь, 
там сбудутся мечты, 
там будем вместе день и ночь, 
лишь только я и ты 
… Мечты, мечты… Их сладкий дым 
растает без следа… 
Давай, любимая, сбежим, 
да только вот куда? 

*** 

Через поле васильковое, 
через утренний туман 
ты бежишь – коленки голые: 
ветер поднял сарафан. 
Через луг травы некошеной, 
через россыпи росы 
ты куда бежишь хорошая, 
в эти ранние часы? 
Не ко мне ли на свидание 
через этот зыбкий свет? 
Но сквозь листьев трепетание 
я услышал только – Нет! 
Пробежала юно-ранняя, 
на меня не бросив взгляд, 
словно юность моя давняя, 
улетевшая в закат. 

*** 

У голубой моей реки 
обвалом берега, 
не бьют, как прежде, родники 
и высохли луга. 
И нет моста, останки свай 
укрыл камыш густой, 
лишь крик печальный птичьих стай 
над мертвою рекой. 
Срубили лес по берегам, 
знать, не боясь греха. 
И слышен здесь по вечерам 
лишь голос пастуха. 
Душа, наверное глуха 
была у тех людей… 
Стоит засохшая ольха 
над памятью моей. 

*** 

Допили горькое вино 
и выплакали слезы. 
И стыло темное окно, 
слепое от мороза. 
Печальным снегом замело 
скрипучие ступени, 
ушло домашнее тепло 
в застуженные сени. 
Калитка жалобно скрипит 
от ледяного ветра. 
И синим светом снег залит 
и далеко до лета. 
Еще ударят холода 
и закружат метели, 
но будет талая вода 
и звонкие капели. 
Земля наполнится теплом 
и, час придет, проснется… 
Лишь в этот выстуженный дом 
никто уж не вернется. 

*** 

Туда дороженька накатана, 
и все в один конец – туда… 
в войне погибшими солдатами 
и что пропали без следа. 
А вы живете – сколько хочется! 
Живите долго – до конца! 
Ведь память Памяти не кончится 
с ухмылкой злобного лица 
Ведь есть же те, кто верят в вечное, 
что не продать и не сменять… 
И с этой верой в бесконечное 
у нас Победу не отнять. 
Пусть издевается над датами 
прохвост с душою подлеца, 
но вы останетесь Солдатами 
войны последней до конца! 

*** 

Серый дождь над землей. Непогода. 
Лужи плачут…От чьей-то вины?.. 
Жду давно у реки парохода 
Из неведомой дальней страны. 
Мне бы к храму уехать, к Пречистой: 
Может там все грехи отмолю… 
Нынче правят свой бал сатанисты 
И судьбу предрешают мою. 
Отменили все рейсы в глубинку. 
Мне не выбраться – топи вокруг. 
Тихо ветер поет под сурдинку, 
Ненадежный и ветреный друг. 
Растревожит, и легкий, без грусти 
Он умчится в другие края… 
Ну, а мне прозябать в захолустье 
От гордыни несчастного «Я»… 
… Снова дождь без конца и начала 
У сплетенья дорог в никуда. 
Бьются волны о бревна причала, 
Где-то стонут гудками суда…

Свернуть